Stolitz kids

Блицо никогда всерьёз не интересовался космосом. Он не шибко верил во все эти звёздные пророчества, предначертания судьбы, которые якобы можно было понять и развидеть, лишь внимательно рассмотрев небесное полотно. Он не разбирался в созвездиях, не смыслил в астрономических картах, считая, что всё это полная брехня. Про гороскопы вообще стоит промолчать — Блиц презирал их всеми фибрами души. В общем, звёзды существовали, но на существование этих небесных тел бесёнку было фиолетово. Что есть они, что нет — жизнь же не меняется, верно? Не может ведь быть так, чтобы ты и твоё будущее зависело от чего-то такого? «Звёзды говорят!» — звёзды молчат в тряпочку, а тебе следует собрать дерьмо в кулак и самостоятельно вершить свой путь, не полагаясь на какие-то там звёздные предсказания, тем более не оправдывая этим собственные неудачи. И Блицо действительно так думал, держась в стороне от космических штучек до тех пор, пока Столас не начал прогрессивно осваивать гримуар и его заклинания. Столас был способным, упорным, трудолюбивым и смышлёным самородком. Казалось, что он уже с пелёнок знал все аспекты астрономии, астрологии и всего относящегося к этому — так легко ему это давалось. Принц творил магию на глазах во всех смыслах по мнению Блицо, и, несмотря на изначальное бесстрастие к небу и его составляющим, бесёнок начинал ощущать растущий интерес к делу совёнка. Но не ко всему, нет. Когда Столас что-то усердно и внимательно читает по своей космологии, Блиц считает это по-прежнему беспросветной скукой, ведь книголюбом он не являлся, а тщетные попытки совоподобного демона привить ему любовь к чтению потому и зовутся тщетными. Зато моменты, в которых Столас демонстрировал свои умения, свои знания, свою мощь и силу, бесёнок относил к поистине стоящему зрелищу, с большой внимательностью и чуткостью следя за движениями родных рук, создающих настоящее волшебство. Итак, почти каждый раз, когда юный принц практиковался с магией космоса, Блицо был рядом, молча, с изумлением и неподдельным очарованием лицезрея всё новые-новые способности совёнка. А тот не противился этому, а даже наоборот, радовался, что другу по правде так сильно нравилась его работа, что у него получается зажигать этот блеск в глазах бесёнка благодаря продвижению всё дальше и дальше в изучении гримуара. Это дорогого стоило для обоих. — Блиц, ты здесь? Столас заглянул в свою комнату в поисках маленького и проворного чертёнка. Вскоре этот самый чертёнок был обнаружен на софе, поедающий какое-то бисквитное пирожное. — Вот ты где! — с облегчением выдохнул совёнок, ликуя, что ему не придётся обчёсывать весь особняк для нахождения друга, однако быстро переменяясь в лице, стоило только заметить, как Блицо испачкал не только своё лицо и руки, но и всё в округе кремом. Тот поднял взгляд, почувствовав как в нём грозно и осуждающе просверливают дырку. — Что? Тебя долго не было, а твой королевский слуга любезно предложил мне эту восхитительную прелесть. Грех отказываться! Блиц откусил пирожное ещё раз, с наслаждением смакуя каждый кусочек. — Да уж… — совёнок смог лишь закатить на такую отмазку глаза, — Ладно, дело не в этом. Я хочу тебе кое-что показать! Я научился этому совсем недавно! — Ты обучился тому ритуалу? — Эм, нет, ещё нет. Но я думаю тебя это удивит не меньше! То, с каким энтузиазмом, с какой верой Столас утверждал, что другу это что-то точно придётся по вкусу, сподвигло полностью обратить своё внимание на него. — Что ж, заинтересовал, — бесёнок, запихнув остатки пирожного себе в рот и облизав оставшуюся начинку на пальцах, вышел из спальни, направляясь следом за Столасом, который только недовольно покачал головой, вновь посмотрев на синию, но теперь уже с белыми крапинками софу. Они прошли несколько коридоров, прежде чем оказались в большом витражном помещении. Блицо лишь только догадывался о его бывшем назначении, однако, если судить по пустующему возвышению почти в самом конце комнаты, можно предположить, что когда-то это являлось тронным залом. Сейчас же здесь было много свободного места. Через композицию из разноцветных стёкол, которая занимала чуть ли не всю левую стену, практически не проходил красноватый свет пентаграммы, от чего в помещении царила бы полнейшая темнота, если бы не зажжённые свечи в центре, любезно предоставленные принцем. Бесёнок подошёл поближе к витражу, всматриваясь в детали произведения. Хоть Блицо не в какой мере не был ценителем искусства, он всё же пришёл к выводу, что оно не особо вписывалось в интерьер всего особняка. Тем не менее, несмотря на это, композиция хорошо отображала самих хозяев дворца — величественная и благородная сова гордо смотрела с неё на потревоживших тишину помещения гостей. И, по мнению Блица, это была единственная причина, по который витраж вообще тут находился. — Блиц. Бесёнок, вышедший из своих мыслей, повернулся в сторону окликнувшего его друга. Тот сидел около свечей, а рядом с ним лежал открытый на какой-то странице гримуар, который Блицо сначала и не заметил. Подойдя к совёнку, он увидел, как принц во что-то вчитывался, напряжённо хмуря лицо. — Всё нормально? — решил уточнить бес. Столас поднял на него глаза. — Да, просто перепроверил кое-что. Ты готов? — Ну, это смотря к чему, — неоднозначно ответил бесёнок в ожидании того, ради чего друг его и привёл сюда. Неуверенность на лице Блицо вызвала лёгкий смешок со стороны Столаса. Редко увидишь, как тот в чём-то сомневается. — В таком случае, просто стой и смотри. Послушный кивок он уже не видел, прикрыв алые глаза и полностью сосредоточившись на новом заклинании. Блиц лишь внимательно наблюдал, как принц начал шептать какие-то слова, вскинув руки перед собой. Вдруг вокруг Столаса вспыхнул яркий синий круг с каким-то символом посередине, тут же потушивший пламя свечей. Бесёнок удивлённо охнул и прикрыл лицо рукой, защищаясь от ослепительных лучей, исходящих от совёнка. Через мгновение всё утихло и погасло, а Блицо осмелился оглянуться по сторонам. То, что предстало перед ним, повергло его одновременно в дичайший шок и восторг. Вместо витражного зала комната буквально превратилась в бескрайний космос. Куда не поглядишь, повсюду мерцали звёзды, двигались планеты, летали метеориты, а в самом центре этого волшебного мира находился он сам и Столас, довольно улыбающийся, явно гордясь проделанной работой. Блицо, посмотрев невольно себе под ноги, испуганно ойкнул, заметив под собой вместо привычного белоснежного мрамора космическое пространство, вследствие чего резко подпрыгнул и потерял равновесие. Но, к ещё большему удивлению, он не распластался на полу, которым тот больше не являлся, а повис в воздухе. — Ааа! — бесёнок попытался вернуться в прежнее положение, болтая ногами, однако так только усугубил его, теперь неуклюже летая верх тормашками. Неожиданно тёплые и знакомые ладони оказались на его предплечьях и перевернули друга обратно. — Осторожнее, в этой частичке мира действует невесомость, поэтому сильно не брыкайся и лучше держись за меня. Блиц тут же без прекословий, боясь улететь куда-нибудь, вложил свою руку в руку совёнка, сильно сжав её. Он пока что был в состоянии аффекта, всё никак не переставая поражаться тому, что сотворил Столас. Столас же усмехнулся, умиляясь такой покорности, не свойственной бесёнку. Даже без единой колкости, вот это прогресс. — Ну, как тебе? — наконец прозвучал долгожданный вопрос для Блица, послуживший спусковым крючком для выражения эмоций. — Это волшебно! Просто чудо! Как тебе удаётся сотворять такую красоту? — бес обвёл свободной рукой всё вокруг, — Столас, у меня нет стольких слов, чтобы описать это! Это прелестно! — Хах, спасибо! — выдавил слегка смущённо принц, готовый сказать что-то ещё, но его бессовестно прервала внезапно открывшаяся дверь в комнату. — Ваше Высочество, Вас хочет видеть ваш отеееееееец! Зашедший королевский слуга споткнулся от удивления, когда увидел вместо знакомого помещения настоящий космос, и потерял равновесие, теперь тоже, как и Блиц минутой назад болтаясь в воздухе, безрезультатно предпринимая попытки встать ногами на поверхность. Переглянувшись, друзья громко рассмеялись.