Завтра я полюблю тебя снова.

Следующий, пляшущий лучами день. — «Вот, еще вчера я был огорчен, даже уже начал сомневаться в тебе, вот и использовал помощь двух небожителей, что имели возможность пробраться к тебе, поговорить и выяснить все. Мне казалось, что я уж было начал серьёзно ненавидеть тебя! Потому что ты предатель, использовал меня в своих целях, верно? Прости, я плохо тебя познал, эта ошибка не простительна. Кх.. Со вчера даже от тех двоих придурков вестей нет..» — раздумывал мужчина, чувствуя, как от вновь безумно сильной любви вспыхнула острая боль в груди, он так беспокоился за возлюбленного, даже не зная, что у него там происходит... Вчера я тебя ненавижу, а сегодня люблю в два раза больше. Один единственный большой чёрный глаз глядел в деревянный чистый пол, казалось, Хуа Чэн уже сделал все, что мог: помог жителям деревни, убрался в храме "Водных Каштанов", зажёг несколько палочек благовоний перед прекрасным рисунком божества в маске, в руках которого были цветы и острый меч, а поза была танцевальная, словно сейчас этот рисунок оживёт и будет танцевать со своим оружием, разбрасывая в сторону розовые цветы с маленькими круглыми лепестками. Картина невольно напоминала князю о недавних проблемах, настроение стало совсем дурным, ведь вестей от двух богов войны до сих пор не было. — «Что же у них там творится? Наверняка устроили где то ссору и сейчас...» — не успел мужчина, облачённый в алые одежды, договорить свои слова в мыслях, как в голове раздался голос от духовной связи. Кто? Му Цин и Фэн Синь, а так же Ши Цинсюань. Их общая небольшая группа в духовной сети. — Хуа Чэн! Я не знаю, что именно происходит... Кольцо то мы забрали, вот только... Се Лянь просто сознание потерял, похоже, что у него еще жар! — воскликнул Фэн Синь, наблюдая за тем, как Му Цин, в очередной раз закатывая глаза, клал какую то влажную холодную тряпку на чужой лоб, стараясь сбить температуру. — Что?! — сразу вскочил Искатель Цветов под Кровавым Дождём, — Ну не может же он потерять сознание от температуры! Его надо срочно осмотреть на наличие ран! Агх, я к вам, — хоть это и было опасно, но раздался звук падения двоих игральных кубиков. В ту же секунду масивные двери в дворце Сяньлэ распахиваются и туда влетает человек в красных одеяниях, что быстро подходит к троим небожителям. Конечно, Фэн Синь и Му Цин сразу обратили на него внимание и, если Му Цин просто закатил глаза, то Фэн Синь лишь конкретнее рассказал всё, что было. Так же он медленно снимал одеяния с слегка дрожащего тела. Верхнее белоснежное платье уже было снято, осталась рубашка и штаны, но их Фэн Синь не решился сразу снимать, лишь рубашку. Вроде внешних ран никаких не было. Глядя на это Хуа Чэн хмурился, но других вариантов не было. Перевернув принца так, чтобы он лежал на животе, Фэн Синь заметил, что сзади штаны измазаны кровью. Здесь он оторопел и начал стягивать еще практически последнюю одежду. К сожалению, в этот момент Се Лянь разлипнул веки, вроде он даже был спокоен, однако вскоре глаза округлились, а зрачки сузились от осознания того, что сейчас происходит. Сяньлэ резко перевернулся и попытался даже пнуть Фэн Синя. Да, конечно, у него еще было нижнее белье, но ему хотелось быть полностью в одежде, вот и стал бунтовать, а оба генералов повернули его обратно и прижали, не глядя на остальные сопротивления, продолжая дело. Бог войны в короне из цветов начал всеми силами сопротивляться, что делало задачу более трудной. Вскоре он и говорить начал, как заметил Хуа Чэна. — Прекратите! Сань Лан! — восклицал он, прося о помощи своего возлюбленного. Не в силах на такое смотреть, Алое Бедствие отогнало двух генералов и присел рядом с прицем, поглаживая его по оголённым лопаткам, спускаясь к пояснице, говоря нежным и спокойным голосом: — Гэгэ, я тут, все хорошо, мы просто посмотрим, ладно? Ничего делать они не будут, я не позволю им, — начал стягивать одежду Хуа Чэн, все время кидая успокаивающие слова и, кажется, это помогло. Вид, что им открылся был действительно ужасен. Сяньлэ дрожал, его ноги были в запекшейся крови, моментами она была размазана, но тем не менее на нижнем белье и ляжках это было прекрасно видно. Князь нахмурился, глядя на это, в глазу сверкнул факел, а от него начала исходить жажда убийства. — Гэгэ. Кто? — резко спросил мужчина, аккуратно приподнимая своего возлюбленного, усаживая себе на колени так, чтобы больно не было, а сверху укрывает одеялом, чёрный глаз смотрит ровно в чужие глаза. В этот момент Се Лянь почувствовал удушье.. Проклятая канга! Она начала сжиматься, Цзюнь У все знает.. Все слышит.. Всегда. Он должен солгать, иначе придется всю оставшуюся жизнь себя ненавидеть. Я хочу вас уберечь... Не хочу, чтобы вы страдали из-за меня... Простите, что я ничего не могу сделать, простите меня, простите.. Заметив, как замешкался а-Лянь, Хуахуа прижал его к себе, словно пытаясь объятьями уберечь от сотни осколков, которые так и норовили в него воткнуться. — Это... Цзюнь У? Он, да? Почему ты от меня тогда ушел с ним? — начал допрашивать князь, настойчиво смотря в чужие глаза, чтобы лучше понять, лжет ли принц, или нет. — Я.. — канга сильнее сжалась, предупреждая — Я не знаю! Отвали от меня! Отвали! Не прикасайся ко мне! Между нами все кончено! Все! Это единственная причина, по которой я был рядом, я просто ему помогал! А ты мне никто! — с этими словами Сяньлэ сполз с чужих колен, на свою кровать, — Уходи! И вы двоя, тоже! Пошли все к чёрту! Му Цин и Фэн Синь пытались вразумить своего общего друга, но заметив, как Хуа Чэн встал и без слов ушёл, последовали его примеру, вздыхая и искренне не понимая, чего он взъелся. Канга ослабла. Глаза намокли, горячие струйки стекали с горячих от жара щек. Тихий всхлип раздался, после чего принц замолк. Однако не прошло и приличного количества времени, как всхлипы заполнили всю комнату, в которой был бог войны. Совсем скоро подошел и Цзюнь У, точнее он просто взялся из ниоткуда. — Молодец, мой милый Сяньлэ, они должны думать, что ты их ненавидишь, они не должны к тебе ходить, гони всех, гони Ши Цинсюаня.. Му Цина.. Всех, кроме меня, я ведь единственный, кто тебе поможет, единственный, кто тебе нужен, кто тебя не побоится спасти. Я даже вылечить могу. — грубо высказал мужчина, стаскивая заплаканного Се Ляня с кровати, после чего насильно заставляя встать. Далее Владыка шлепнул Се Ляня прям между ягодиц, заставляя младшего вскрикнуть, руку он не убрал и начал передавать свою духовную силу, исцеляя рану, что была под белыми боксерами. Кровь, что ранее стекала с его ног так же пропала, стоять стало легче... Великий бог войны подал Его Высочеству одежду и он ее натянул, тихо всхлипывая. — Сяньлэ, Сяньлэ. Ну чего ты ноешь? Без них будет лучше, гораздо, я заставлю тебя почувствовать, как со мной хорошо, ну уж точно лучше, чем со всеми ними тремя.. — не успел договорить Владыка, как его перебили. — Хочу домой... Мой дом в храме "Водных Каштанов"... Мой дом там, где есть Сань Лан, где есть моя любовь, где хорошо и спокойно, где меня не бьют, не душат, не насилуют... Там, где я могу делать все, что захочу.. — хриплым и дрожащим голосом молвил Се Лянь, стискивая руки в дрожащий кулак. Цзюнь У молчал, резко последовал удар в ноги, заставляя пасть Его Ввсочество на колени. Владыка присел на корточки, а после резко сжал чужие локоны коричневых волос и встретил прекрасное личико с полом. — Твой дом здесь и больше нигде. Либо у тебя дома нету, ты никому не нужен! Ни-ко-му! Всем будет на тебя насрать, никто больше не будет тебя любить, особенно Сань Лан, больше не будет того, что ты так хочешь, но не переживай, Сяньлэ, ты нужен мне и я всегда буду рядом, всегда тебе помогу. — процедил мужчина, после чего еще раз ударил принца лицом в пол, оставил так, поднялся и пнул.. Мгновение и Владыка словно в воздухе растворился. Мне не нужна твоя помощь. Отвали. Спасите меня, кто нибудь, умоляю, я больше не смогу. Мне страшно. Больно. Плохо. Тоскливо. Тошно. Одиноко. Помогите. Помогите. СПАСИТЕ МЕНЯ. я изменюсь, клянусь, только помогите. Сань Лан! Не уходи от меня! Уйдите все.. Меня тошнит от вас. Эти мысли вскружили голову Се Ляну, заставляя его сжаться на полу в комочек. Слезы ручьём текут, падают на пол и разбиваются в дребезги, как его сердце, как его надежда, как его мечта. — Ха.. Ха-ха... Хахахаха!.. — рассмеялся принц, обняв свой живот, будто бы он сейчас взорвется от его смеха, последовал слабый удар кулаком в пол, как бы ни была сильна его злость, сил не было. — Я ничего не могу сделать! Ха-ха... Все погибнут из-за меня, снова. Я во всем виноват, я хочу подохнуть. Я не хочу, чтобы из-за меня страдали... Я так хочу все прекратить.. Ха... Ненавижу.. Мысли совсем запутались, боль пронзала все: сердце, голову, живот, в который его и пнуло Белое бедствие, которое обещает его защитить. — Сань Лан... Спа-си.. Бе-ги.. — запутано молвил принц, желая, чтобы его спасли и желая, чтобы Хуа Чэн ушел подальше отсюда и был в безопасности. *** Тем временем Хуа Чэн был в призрачном городе, в доме Блаженства. Ходил по коридорам, теребя кольцо, которое забрать у Се Ляня, свой прах, за который он беспокоился, исчезать не особо то и хотелось. Его сердце вновь разбито, только еще сильнее чем было. Сам не зная, почему он действительно ушел.. Может слишком большое давление оказали те слова, что сорвались с губ возлюбленного. — «Все действительно кончено? Мы.. Больше никто?.. Действительно, ха, предатель.» — думал Искатель Цветов под Кровавым дождем, даже не подозревая, как страдает его возлюбленный, но... Ему уже все равно, он слишком разбит, чтобы думать об этом. Голова уже занята, лишь одним словом "кончено", больше его ни что не волновало, больше ни о чем не думал. Он ведь так любил, хотел бережно обнимать, целовать прелестное и милое личико, которое каждый день говорило самые лучшие слова, улыбалось.. Хотелось быть рядом с тем, с кем он преодолел множество вещей. Это конец. Больше этого не будет. Никогда. — Гэгэ... Ты бросил меня... Ты использовал меня... И я ненавижу тебя. — рявкнул Сань Лан, в попытках затмить боль и печаль самой сильной ненавистью, на которую только был способен. Предатель! Ты предатель! Предатель! Предатель! *** — «В какой момент все пошло не так? В какой момент... Я совсем не помню, какой сегодня день недели? Какое число? Где он, где Цзюнь У? Он тоже бросил меня? Надеюсь, что это так...» Прошло какое то время, Се Лянь просто сидел в своем дворце и не высовывался лишний раз, некоторые думали, что он где то на Земле прохлаждается. И лишь четверо точно знали, где принц. Все связи с Хуа Чэном пропали. И сам он, похоже, пропал куда-то. Се Лянь поднялся с кровати и направился к выходу из своего дворца, однако остановился. "Если ты захочешь встретиться, то сойдёт любое число, которое выпадет на кубиках." В конце концов он просто открыл дверь и вышел, оглядывая столицу, мимо проходящие небесные чиновники так же заострили на него внимание, он изменился. Слегка горбится, глаза красные, никакой бодрости, под глазами синяки, унылый вид. Совсем не тот наследный принц бывшего государства Сяньлэ. От Бога войны, которого все знали, ничего кроме внешности не осталось. Его Высочество покинул территорию дворца и пошагал по улицам столицы, сзади он услышал крик. — Его Высочество наследный принц! Его Высочество наследный принц! Паренек обернулся и посмотрел, кто и кого зовет, после чего увидел Ши Цинсюаня и нахмурился, ссотря как он приближается. — здравствуйте, Его Высочество наследный принц! Вы что то совсем пропали куда то! У вас все в порядке? Выглядите хуже, чем раньше. У нас еще и Хуа Чэн пропал, никак с ним не связаться, эх, может у вас получится? Ну-ка, быстро пробуй! — воскликал Повелитель Ветров, видимо, он был в хорошем настроении, что не скажешь про унылую морду Сяньлэ, который стиснул зубы при одном упоминании Искателя Цветов под Кровавым Дождем. — здравствуйте, Повелитель Ветров. Я все время был в своём дворце, вам не о чем волноваться. Я в полном порядке. И еще, связываться с Сань Ланом я не собираюсь. Если надо что-то срочное, то сам ищи, — буркнул принц и прошел мимо Ши Цинсюаня, благополучно оставив его позади и не обращая внимания на его выкрики, что звали его обратно и призывали остановиться. Се Лянь направился к середине столицы Бессмертных. Дворец Шэньу, в который он не торопясь зашел, оглядев помещение и заметив Владыку, что восседал на троне. Раздался самодовольный смешок. — Сяньлэ, ты сам пришел ко мне? По истине удивительно. Неужто изменил обо мне мнение? Ладно, не важно, проходи, я всегда рад видеть тебя, так, что ты хотел? — спросил мужчина, глядя на приближающиюся, белую, молчаливую фигуру. Се Лянь, слегка поклонился. — Владыка, — поприветствовал он, после чего выпрямился, — Я хочу отправиться на Землю, на время. Вашего разрешения я не спрашиваю, это предупреждение. — в конце в слегка грубой интонации добавил принц. — Да? А ты уверен, что ты можешь это делать, не спрашивая у меня разрешения? Ты уверен? — с садистической улыбкой произнёс Цзюнь У, подняв свою ладонь, а после начиная ее медленно сжимать в кулак. Се Лянь схватился за свою шею и начал кряхтеть, чувствуя удушье, а вскоре и вовсе скатываясь на колени перед Верховным Богом Войны. — Сяньлэ, ты должен извиниться и спросить разрешения, тогда я, возможно, прекращу, — рявкнул слегка разозлённый Бай Усянь, — Я жду, милый, жду. — Кх.. Извините, Владыка! Простите... Могу ли я спуститься на Землю?.. Кх... — начал спрашивать Наследный принц Сяньлэ и извиняться, он столько задолжал извинений перед всеми, но сейчас извиняется перед тем, кто этого не заслуживает. Стыдоба. — Гм, — Наследный принц Уюна расслабил кангу и закинул ногу на ногу, — Хорошо, отправляйся. Если ты пойдёшь к Хуа Чэну, я тебя заберу, а затем снова оскверню, или может лучше прямо при нем? — ухмыльнулся Владыка Шэньу. Се Лянь хмыкнул, поднялся и развернулся, после чего торопливо покинул дворец, отправившись к себе. Вот он у себя в дворце, в его руках кубики, он их кидает перед дверью.. Две однерки, принц хмыкает и поднимает кубики, открывая дверь. Земли Сяньлэ, война, поветрие ликов... А где Сань Лан?... Неужели они больше не встретятся? Никогда? В тревоге принц начал метаться в поиске бетонной платформы. Как он попал в прошлое? Тот бегал везде, зашел в дверь и вот она: платформа. — Хорошо, Сяньлэ, давай на наименьшее число... — вздохнул принц и снова кинул кубики, да! Он обманул систему, две шестерки, дверь открывается и он начинает падать, а оказывается уже в храме... "Водных Каштанов"? Повертев головой, он заметил Сань Лана, что резко развернулся от подобного грохота и удивился его появлению, но тут же нахмурился и отвернулся, казалось бы... Совсем не желая видеть принца. — Сань Лан! — вскрикивает Его Высочество и поднимается, срываясь на бег и буквально подлетая к Хуа Чэну, заключая его в объятья. Все равно, что с ним сделает Безликий Бай. Самое главное сейчас лишь один человек и лишь один князь: Искатель Цветов под Кровавым дождем. Хуа Чэн, не ожидавший такого поворота, резко оборачивается, глядя на принца, что вцепился в него так, что не отцепишь, Хуахуа, который так же желал.. Как и раньше обниматься в ответ положил свои руки на чужую талию. — Гэгэ? — спросил он, видимо, еще не оправившись от шокированного состояния и не веря собственным глазам. — Сань Лан... Прости меня, прости, я виноват. Во всем виноват... В том, что ничего не могу сделать, ничего не могу рассказать, виноват во всем я. В том, что ты и остальные в опасности... Виноват я... Прости меня, прости, умоляю... — хрипел Се Лянь, будто бы раскаиваясь в самых ужасных грехах. От этого князь оторопел, крепяе обнял Сяньлэ, что пускал слезы и начиная его аккуратно поглаживать по голове, стараясь успокоить. — Гэгэ... О чем ты? Почему это я и другие в опасности? Я не понимаю! Почему ты не можешь рассказать? — стал расспрашивать мужчина, облаченный в красные одеяния, — Гэгэ, ты же можешь мне доверять и знаешь это, расскажи.. — Нет!!! Если я расскажу.. Будет ужасно, будет плохо... Я не хочу! Я не могу! У меня нету варианта! Ты не должен знать.. Ни за что! Понятно? Ни за что! Давай просто побудем вместе, пока можем... — стал упрашивать принц, утыкая заплаканное лицо в плечо возлюбленного и громко всхлипывая. Сань Лан был в замешательстве, но лишь промолчал, крепко обнимая Се Ляня и целуя его в лоб, макушку и куда только можно. — Сань Лан... Пойдём в Призрачный город.. — стал упрашивать Наследный принц, ведь здесь чувствовал себя опаснее в несколько раз, повторять ему не пришлось, одно мгновение и с помощью сжатия тысячи ли они очутились в доме Блаженства, — Спасибо... — Гэгэ, надеюсь ты не пострадал из-за этих кубиков... Извини. Мне было больно после тех сказанных тобой слов, — сразу промолвил Хуа Чэн, он ведь действительно думал лишь об одном: "все кончено". А если все кончено, значит все кончено и теперь в этом нет необходимости. — Я не пострадал, ничего страшного... Это я должен извиниться перед тобой за это. Прости меня, — тихо сказал Се Лянь, еще сильнее прижимаясь к своему любимому. — Гэгэ, прекращай извиняться, ты не виноват, у тебя были на то причины, так что все в порядке. Да и я особо не виню тебя, правда я действительно не понимаю, почему это я в опасности, хах, скорее в опасности ты, а не я, — молвил князь, ведь интерес грыз его. — когда-нибудь... Я обязательно тебе расскажу обо всём. Никогда. Ты не должен страдать из-за меня. Прости.