Одна ночь

Темнота. И только где-то вдалеке был слышен тихий звук капель… Полностью открыть глаза получилось не сразу. Размытый взгляд ещё долго бесцельно блуждал по тёмной комнате, освещаемой одной лишь свечкой, пытаясь уцепиться хоть за что-то. Но, умудрившись наконец сфокусироваться на одной точке, он заметил сидящую за столом фигуру во фраке. За окном всё ещё накрапывал дождь, вследствие чего можно было сделать вывод, что он пролежал не так уж и долго. Грелль попытался подняться, но почувствовал себя настолько слабым и обессиленным, что оставил эти попытки и только тихо вздохнул. Он сразу понял, что Себастьян так просто его не оставит, и сейчас ему оставалось только наблюдать за происходящим. Медленно встав со стула, демон, видимо, услышав, что жнец очнулся, подошёл ближе к кровати. Грелль лишь хмыкнул, все-таки найдя в себе силы сесть в кровати. — Ну… и где мы? — жнец удивлённо вскинул бровь, в упор смотря на Михаэлиса. Но когда в голове вдруг резко всплыли воспоминания последних событий, он смягчил взгляд, и уже более тихо протянул: — И что со мной случилось? — Вы истощены. Вероятно, морально и физически, — Себастьян присел рядом с ним на кровать, говоря неторопливо и аккуратно, — вы лишились чувств после нашего поцелуя, поэтому мне пришлось перенести вас в более тёплое и удобное место. Проще говоря, мне пришлось снять комнату, ибо оставить вас на улице для меня непозволительный поступок. Грелль пораженно округлил глаза, непонимающе смотря на Себастьяна. Это что, шутка? С чего бы это ему так себя вести? Нет, очевидно, у этого демона есть какая-то определённая цель, помимо скуки. Грелль слабо улыбнулся: значит, стоит этим воспользоваться. Но не успел он и слова сказать, как Себастьян пододвинулся ближе к нему и, взяв его кисть в руку, начал осматривать: — Но, может, все-таки скажете, что с вами случилось? Что произошло с вашим видом? Куда делся тот яркий взбалмошный Грелль Сатклифф? — А тебе всё прямо расскажи, — парень устало выдохнул, попытавшись вытащить свою руку из чужих, — с какой целью спрашиваешь? — Интересно, — Себастьян снова улыбнулся, но руку отпустил, — и откуда же всё это? — он взял Грелля за подбородок и покрутил его голову в разные стороны, рассматривая уже почти зажившие ранки около рта и шеи. — Нет, пусти! — Сатклифф раздражённо дёрнулся в сторону, пытаясь убрать от себя непрошеные руки, — Ты будто и сам не догадываешься, — наконец выпутавшись из рук, он снова вернул свой холодный отстранённый вид. — Мне бы хотелось услышать это именно от вас, — Себастьян, скрестив пальцы, сложил руки на коленях, всем своим видом показывая, что он ждёт, когда тот начнёт говорить. Сказать и вправду было что, поэтому Грелль, отведя взгляд в сторону и обречённо вздохнув, заговорил: — Мой начальник… — его тон и выражение лица стали более раздраженными, — мой новый начальник использует меня и моë тело для удовлетворения своих желаний, а я противиться ему не могу. Точнее, — он тяжело вздохнул, прикрыв глаза, — думал, что не могу. Но я уже больше не выдержу. Меня отстранили от расследования по делу Отступника. Работать же на новом месте почти невозможно: бесконечные отчеты и отсутствие выходных, — заломив руки, он поднял взгляд на Себастьяна, — а единственный, как мне казалось, шанс уйти оттуда — вот. Но я устал. Смертельно устал, Себастьян. Он печально вздохнул, пытаясь собраться с мыслями: — Я не вижу смысла продолжать жить. Себастьян удивлённо вскинул голову, смотря Греллю в лицо с неподдельным шоком в глазах. Видимо, подобная откровенность смогла поразить даже его, поэтому несколько секунд демон просто молчал, подбирая слова. Воспользовавшись этим замешательством, Грелль, схватив Себастьяна за руки, повалил рядом с собой, нависая сверху. Слишком резкая перемена в поведении жнеца снова не смогла не поразить демона. И куда подевалась вся его слабость? — А ещё я не вижу смысла не поцеловать тебя, Себас-тян, — его выражение лица с отстранённого и хмурого быстро сменилось на ехидную ухмылку. Опершись руками в подушку, Грелль склонился к лицу демона и, не давая времени на раздумья, приник к его губам. Себастьян, пытаясь смириться с его внезапными выходками, ответил на поцелуй, чуть углубляя его. Обхватив руками плечи Грелля и чуть приподняв того с себя, он переложил его на кровать. Медленно провёл пальцами по волосам и подбородку, изучая. Волосы Грелля, хоть и казавшиеся теперь более тусклыми, всё ещё приятно пахли смесью дождя с цветочными духами. Жнец чуть прикрыл глаза, подставляясь под руки Себастьяна. Почему-то именно сейчас так хотелось забыться в этих мягких прикосновениях. Прииподняв голову вверх и тем самым открыв шею, Грелль с трепетным вздохом ощущал неторопливые касания чужих губ. Себастьян, чуть втягивая ртом кожу, обводил уже почти успевшие полностью регенерировать ранки. И снова возвратясь к губам жнеца, он втянул его в уже более глубокий поцелуй. Грелль несильно прикусил его губу, запуская пальцы в чёрные волосы и притягивая демона ближе к себе. Когда руки Сатклиффа проникли под пиджак демона, тот, слабо усмехнувшись, стянул его с себя. Расстегнув первые несколько пуговиц рубашки жнеца, Себастьян приник губами к открывшейся коже, покрывая поцелуями ключицы и худые плечи. Слушая приглушённые вздохи, спустился руками вниз, к талии, задержав на ней руки. Через несколько секунд рубашка была расстегнута и скинута на пол, а Грелль, прогнувшись в спине, тихо постанывал в чужие губы. Штаны также не заставили себя долго ждать и, спустя время, оказались стянутыми с ног жнеца. Проведя ладонью по худым бёдрам, чуть сжимая, Себастьян пытался как можно лучше рассмотреть и изучить Грелля. Небольшие ранки и запекшаяся кровь уже были почти не видны, но всё равно выглядели печально на бледной коже. Несильно разведя его ноги в стороны, демон спустился пальцами ко внутренней части ног. Аккуратно и медленно он касался чувствительной кожи. Тут же снова вернулся к губам жнеца, опять втягивая в глубокий поцелуй. Грелль активно отвечал на ласки и прикосновения, блуждая руками по груди и плечам демона. Заведя пальцы за ремень брюк Себастьяна, он чуть потянул его на себя, на что последний, тихо усмехнувшись, кивнул и тут же принялся снимать штаны. Губы демона сменились пальцами, и Сатклифф послушно приоткрыл рот, принимая их внутрь и обводя языком. Себастьян же медленно ввёл палец в жнеца и, чувствуя, как тот болезненно всхлипнул и дернулся, накрыл его губы своими, целуя глубоко, долго и распаляюще. Свободной рукой зарылся в мягкие, чуть мокроватые от дождя волосы, отчего Грелль расслабленно прикрыл глаза, уже свыкнувшись с ощущениями. К пальцу добавился второй. Жнец хрипло простонал, выгибаясь в спине и высоко запрокидывая голову, когда палец нащупал чувствительный бугорок. Спустя некторое время подготовки, Себастьян медленно вошёл в него, стараясь доставить как можно меньше боли. Грелль, глубоко вздохнув, закинул руки на шею демону, притягивая ближе к себе. Теперь уже он полностью расслабился, позволив Себастьяну двигаться дальше. Удовольствие вкупе со страстью накатывали с каждым новым толчком, охватывая всё тело неимоверно приятной судорогой. Уже ничего не было важно, всё потеряло всмысл. Последний толчок отдался яркой вспышкой в голове. Эйфория мгновенно нахлынула, словно огромная волна бескрайнего моря. Грелль расслабленно откинулся на кровать, вяло подтянув к себе ноги, и уставился на Себастьяна. Тот — менее уставший и ослабевший — прилёг рядом, зарывшись пальцами в волосы жнеца. Сатклифф прикрыл глаза и потянулся, невольно подставляясь под пробивающийся сквозь щели занавесок слабый свет от восходящего солнца. И вот сейчас этот вечно неугомонный жнец казался таким милым и изящным, что Себастьян, сам того от себя не ожидая, потянулся к нему. Уткнувшись в плечо, он вдохнул слабый цветочный аромат, всё ещё не выветрившийся с кожи Грелля. Провёл губами до шеи и остановился, оставив легкий поцелуй. Но вопреки происходящему, жнец протянул: — Себас-тян… — слабо улыбнувшись, он приподнялся с кровати, — я не изменил своего решения. Я всё ещё не вижу смысла жить. Я не хочу возвращаться в департамент… и к моему начальнику тоже. Пожалуйста, я не смогу наложить на себя руки, но вот ты… — чуть приподняв ладонь, указывающую в сторону демона, он посмотрел на него с немой просьбой в глазах. Себастьян ничего не сказал, лишь вскинул бровь. Его глаза и лицо не выражали абсолютно никаких эмоций, но было видно, как сильно он задумался. *** Яркие утренние лучи осветили узкий переулок между домами, лавочку и небольшую лужайку возле дома. Желтовато-коричневые листья приятно шуршали под ногами, переливаясь на солнце и придавая некое умиротворение своим видом. Сдав комнату еë владельцу, демон неторопливой походкой покинул дом. Под ногой хрустнул бурый лист, необычно переливающийся на солнце алым цветом. Путь проходил по всё тем же местам, что и ночью, но только на этот раз Себастьян шёл один. В полном одиночестве.