Выйди из этих голосов.

В конце концов он выплакался и почувствовал себя немного лучше. После стольких прослушиваний голоса начали немного действовать ему на нервы, поэтому он сел и снял наушники. Ангельские голоса смолкли. Не исчезли, но затихли. В тишине было ясно, что он был груб с Чонином. Ему нужно было извиниться. — Йени, — позвал он. Чонин не ответил, и прежде чем у Хенджина появился шанс побеспокоиться об этом, Чан влетел в его комнату, размахивая огромными белыми крыльями. О, Хенджин облажался. — Извини, — машинально сказал он, хотя Чан улыбался. — Это не передо мной тебе нужно извиняться, — беспечно сказал Чан. — Тебе нужна помощь с чем-нибудь? — Где Йени? — спросил Хенджин. Ему, вероятно, нужна была помощь с голосами, сейчас он начинал паниковать, но он не мог просить об этом, когда был виноват. — Делает свою работу, — Чан улыбнулся ему с ямочками на щеках и опустился в рабочее кресло Хенджина, его крылья без усилий прошлись по полу. — Он дал мне перерыв. — Разве это… разве это не слишком сложно для него сделать самому? — спросил Хенджин. Он знал, что Чан никогда не останавливается, и он был намного опытнее Чонина. Ян был решительным и трудолюбивым, но он признался Хенджину, что работа требовала огромных эмоциональных затрат. Хенджин действительно не хотел, чтобы тот взвалил это на свои плечи за то, что он сделал. — Уже поздно, — сказал Чан. — Ночью работы меньше. — Так Йени вернется утром? — спросил Хенджин. Логически он знал, что Чонин все еще рядом, все еще на расстоянии звонка, но он не мог остановить бешено колотящееся сердце из-за его внезапного ухода. — Я позабочусь о том, чтобы он, по крайней мере, пришел навестить тебя утром, — сказал Чан. Он утешал, как мог, но Хенджин мог читать между его словами. Чонин, возможно, не вернется в качестве его опекуна. Это было решение Чонина или Чонин тоже был наказан за то, что был рядом с Хенджином? — Почему бы тебе не пойти спать? — предложил Чан. Это потребовало столько усилий, вот почему заснуть никогда не получалось, когда он этого хотел. Сегодня ночью у него будут либо голоса, либо чувство вины за то, что он оттолкнул Чонина, а может, и то, и другое, если ему действительно повезет. Хенджин все же встал. Он умылся и почистил зубы, неловко пожелал спокойной ночи Джисону и его парням, избегая разговора, а затем надел пижаму. Чан все еще сидел в своем рабочем кресле. — Не надо, — начал Хенджин и подошел к своей кровати. — Не осуждай меня, — тихо попросил он и опустился на колени. Он положил локти на кровать, сцепил руки вместе и закрыл глаза. «Дорогой Сынмин», — начал Хенджин, представляя в своем воображении пропавшего ангела. Он проглотил комок в горле. «Сынмин-и, я надеюсь, что с тобой все в порядке, ты в безопасности и счастлив. Больше всего на свете я молюсь об этом. Я… я больше не знаю, найду ли я тебя. Ты можешь сотворить для меня чудо, ангел? Ты можешь подать мне знак, чтобы я мог найти тебя? Пожалуйста, я так по тебе скучаю, и я знаю, что я не один.» Хенджин также читал более общие молитвы, но он был слишком напуган, чтобы пробовать это с тех пор, как появились голоса, слишком боялся, что его молитвы снова будут услышаны. Он молился только Сынмину, но Ким так и не ответил. Однако в ту ночь он рискнул еще на один контакт. «Дорогой Чонин-и, я молюсь, чтобы ты спокойно провел ночь, охраняя округ. Я вижу, что ты делал то, что считал лучшим для моего здоровья, и я невероятно благодарен за все, что ты для меня сделал. Прости, что был груб, я заглажу свою вину.» «Что я тебе говорил о разговорах с ангелами?» голос Чонина зазвенел у него в голове. Хенджин практически почувствовал, как его глаза закатились. «Но я молюсь Сынмину каждую ночь», запротестовал Хенджин. Он был так рад услышать голос Чонина, и ему было все равно, что его ругают. «Он не в счет», сказал Чонин. — Я оставляю тебя одного на несколько часов и — что Чан вообще делает? «Ухх», Хенджин оглянулся назад. «Играет с металлической вращающейся штукой на моем столе», Хенджин не знал, как это называется, но он получил его в подарок давным-давно — умная конструкция с использованием гироскопического эффекта. Это загипнотизировало Чана. «Идиот», - обругал его Чонин. «Иди спать. Не делай глупостей. Увидимся утром.» «Я люблю тебя, Йени», сказал ему Хенджин. Чонин не ответил, но это не имело значения. Он приободрился, просто услышав его ворчание, и у него уже был план полностью задушить юного ангела любовью, как только тот проснется. Утро не могло наступить достаточно скоро. Ангел позвонил Хенджину посреди ночи. Он не понял, что звонок был от ангела, потому что была середина ночи, а тот позвонил ему на телефон. — Алло? — застонал Хенджин, щурясь в темноте, чтобы попытаться определить, который был час. Что могло быть такого срочного? — Хенджин! — бодро позвал Феликс на другом конце провода. — Я нашел его! Я нашел Сынмина!