Фиктивный брак. Начать сначала

Драко равнодушно смотрел на свои ногти, игнорируя отца и мистера Гринграсса. Нарцисса стояла рядом с сыном и молчаливо поддерживала, изредка бросая неодобрительные взгляды на мужа. — Ну что же, — Люциус стукнул по полу тростью, — я думаю, нам пора начинать. Драко остался стоять на своём месте. — Я отказываюсь участвовать в этом фарсе, — он говорил громко и чётко. — Я взрослый совершеннолетний волшебник, и никто, — он посмотрел на отца, — не может заставить меня делать то, что я не хочу. Люциус Малфой закатил глаза, хмыкнул, глядя на раздражённого мистера Гринграсса, и пробормотал что-то про своенравную молодёжь. Двери с тихим звуком отворились, и в зале появились представители Визенгамота и наблюдатели. — Мистер Малфой, пожалуйста, успокойтесь, — устало произнёс один из представителей Визенгамота, услышав окончание речи Драко. — Эта проверка не обязывает вас жениться, даже если ваша пара будет признана магией идеальной. — Что значит «не обязывает»? — Астория скрестила руки на груди и выгнула бровь в раздражении. — Насколько я знаю… — Мисс Гринграсс, поверьте, вы об этом не знаете, — голос второго наблюдателя был строг и сух, и девушка обиженно поджала губы. — Это всего лишь заклинание, которым пользовались ещё наши предки. И сотрудник, на которого возложена миссия по проверке всех желающих, изучил всё досконально. — Желающих? — снова подал голос Драко. — Я не желаю и уже полчаса твержу об этом. — Сынок, пожалуйста, — тихо произнесла Нарцисса и сжала его руку. — Разве не может в этом… мм… действии поучаствовать лишь мисс Гринграсс? — Для более точного результата необходимо присутствие двух волшебников, — извиняющимся голосом произнёс высокий волшебник, в руках которого была старинная книга. — Если все готовы, давайте же не будем никого задерживать и просто сделаем это. Драко шумно выдохнул и закатил глаза, игнорируя восторженный писк Астории и переглядки отца и мистера Гринграсса. Он был здесь только потому, что мать просила об этом. Она была уверена, что магия лишь подтвердит то, о чём она говорила — Астория не подходит Драко, какая бы чистейшая кровь не текла в её венах. Высокий волшебник откашлялся, открыл фолиант и начал долгий и нудный — по мнению мисс Гринграсс — инструктаж. Что значит — не перебивать и не вмешиваться? Какой-то клоун в мантии и безвкусном галстуке будет указывать ей — жемчужине семьи Гринграсс — что делать? Да не бывать этому! Даже гувернантки и учителя не смели её воспитывать! Драко просто нужно услышать то, что она знает уже давно — они с ним идеальная пара! На все сто! А какой-то умник будет оттягивать этот момент… — Дай сюда! — Астория внезапно сделала шаг вперёд и выхватила из рук мужчины книгу. — Я сама всё сделаю! Magicam testor. Verus sui ipsius Draco Malfoy proximus appareat. Coniungant vitam magicae. Fiat, fiat! (Призываю в свидетели магию. Пусть рядом с Драко Малфоем появится его истинная. Пусть магия соединит их жизни. Да будет так!) Несколько секунд ничего не происходило, и она самодовольно улыбнулась и со смешком впихнула ошарашенному волшебнику в руки книгу. — Вот и всё, а вы тянули! — Астория повернулась к Драко, и её улыбка дрогнула, когда она увидела его озлобленное лицо. — Всё же ясно… Лишь годы безупречного воспитания и рука Нарциссы, изо всех сил сжимающая его предплечье, удержали Драко от того, чтобы превратить предполагаемую невесту в нечто среднее между слизняком и ковриком для ног. — Вырастили же, — процедил он сквозь зубы, бросив яростный взгляд на мистера Гринграсса. Бедняга выглядел так, будто готов был провалиться прямо сейчас сквозь землю. Или, что более вероятно, придушить собственную дочь. — Ой, хватит вам всем дуться, — Астория скрестила руки на груди и приподняла подбородок. — Всё кристально ясно. Итак, я и есть его истинная… И вдруг все светильники вспыхнули невыносимо ярким светом и тут же погасли. Раздался тихий, монотонный гул, с каждой секундой усиливающийся. Представители Визенгамота прикрыли головы руками и пригнулись. Драко выхватил палочку и направил в сторону Астории, широко распахнув глаза. Нарцисса в ужасе прижалась к сыну, продолжая крепко сжимать его предплечье и удерживать от необдуманного шага. Люциус побледнел и пошатнулся, звук от удара трости о пол показался оглушительным грохотом от Бомбарды, и все вздрогнули. Мистер Гринграсс смотрел на дочь и с отчаянием думал, что её нужно было наказывать в детстве, а никак не потакать капризам. Астория пожала плечами, открыла рот, чтобы продолжить говорить, и вдруг… …с оглушительным хлопком перед присутствующими появилась ошарашенная и взъерошенная Гермиона Грейнджер.

***

Драко был умным. Да, да, вторым после Грейнджер — но не потому, что был Малфоем, — а потому что он действительно любил учиться. Любил логику и магию. Обожал изучать старинные фолианты и узнавать что-то новое. А Астория… Астория была редкостной идиоткой. Но они и не умные разговоры вели, так что Драко снисходительно закрывал глаза на её ограниченность. Но это… Это уже не вписывалось ни в какие рамки. Если Драко правильно услышал заклинание, что произнесла Астория… оно использовалось не для проверки совместимости. Это было заклинание призыва истинной пары. И магия сделала это. Но только почему здесь появилась Гермиона Грейнджер?

***

Это была не та Грейнджер, которую он помнил по Хогвартсу — со взъерошенными волосами, серым от усталости и недосыпа лицом и с торчащими из сумки книгами. И не та, которую он изредка видел в Министерстве — сосредоточенную, деловую, с аккуратным пучком волос и с кипой документов. Нет. Это была… другая женщина. Она только что пережила мощнейший магический катаклизм, который должен был бы оставить от неё дымок и пару обугленных туфель. На ней было что-то, что напоминало Драко то ли костюм целителя, то ли одежду персонала по уборке. Но она ведь работала в Министерстве… или нет? Драко нахмурился и задумался. Он давно вычеркнул из своей жизни что Грейнджер, что Поттера, и если о последнем не знал только мёртвый, то первая словно жила в каком-то другом измерении. И это было лишь первым звеном в цепи безумия. Его мать, Нарцисса Малфой, порхала вокруг Гермионы. Да, именно порхала. Её движения были лёгкими, почти суетливыми, на её обычно бесстрастном лице играла тревожная, почти что любящая улыбка. Она что-то быстро и тихо говорила Грейнджер, активно жестикулируя изящными руками. А Грейнджер… она внимательно слушала, кивала, и в её глазах мелькал странный коктейль, в котором Малфой хотел бы разобраться позже. Он понял одно: они с его мамой были знакомы! Они не просто знали друг друга. Они общались с той лёгкостью, которая возникает после долгих часов бесед за чашкой чая. Как?! Когда?! Почему он, Драко, ничего об этом не знал?! Пока его мозг пытался переварить этот факт, Гермиона, не прерывая разговора с его матерью, совершила нечто совершенно потрясающее. Она лёгким, почти небрежным жестом, каким отмахиваются от надоедливой мухи, взмахнула рукой… И магия повиновалась ей с такой готовностью, будто это была не сложнейшая трансфигурация, а простое движение бровью. Её густые, взъерошенные от перемещения локоны сами собой уложились в сложную, безупречную косу. Яркие веснушки на носу и щеках не исчезли, нет, они лишь стали призрачнее, и кожа под ними засияла ровным, бархатным сиянием, будто Гермионе только что закончили наносить макияж. Её простая, практичная роба превратилась в элегантный комплект: шёлковая блузка цвета слоновой кости с широкими, ниспадающими рукавами подчёркивала хрупкие запястья, а чёрная узкая юбка на запах сидела безупречно и демонстрировала стройные ноги. А вместо уродливой огромной обуви, похожей на галоши, на её ногах оказались изящные чёрные лодочки на шпильке, с игривым, кокетливым атласным бантиком на заднике. Грейнджер выглядела… сногсшибательно. Кто бы мог подумать, что невзрачная мышка станет вот такой… Драко открыл рот, чтобы задать логичный вопрос: «Какого соплохвоста, собственно, здесь творится?» И именно в этот момент Гермиона обратилась к мистеру Смиту, старшему члену Визенгамота, тому самому, кто оборвал возмущения Астории, и чьё лицо приобрело цвет перезревшей свёклы. — Немедленно вызовите Кингсли, — её голос был низким и холодным. — Насколько я понимаю, в любом случае процедура была проведена с нарушениями, ведь здесь нет представителя от кабинета Министра. Драко почувствовал, как по его спине побежали мурашки. Он видел, как Грейнджер рушила планы Снейпа, спорила с Макгонагалл и даже яростно противостояла Волан-де-Морту. Но это… это был новый уровень. Это была не школьница, бросающая вызов профессору. Перед ней был высокопоставленный чиновник, а она вела себя так, будто была старостой и отчитывала заигравшегося первокурсника. И делала это в лодочках с бантиком. Мистер Смит, пытаясь сохранить остатки достоинства, фыркнул и закатил глаза, всем своим видом выражая высокомерие и неодобрение, и что удивительно — некоторые из его коллег неодобрительно нахмурились. — Мисс Грейнджер, не вам мне указывать, что делать. Гермиона была великолепна в своём презрении. Она лишь усмехнулась уголком рта, коротко и беззвучно, и её рука изящно взметнулась вверх, на этот раз с палочкой. Короткое плавное движение, и в воздухе родилось сияющее существо: маленькая, переливающаяся жемчужным светом выдра. Она посмотрела на Гермиону умными бусинками-глазками, сделала в воздухе лихое сальто — Драко почудилось, что она при этом подмигнула ему — и уплыла прочь сквозь стену, оставив за собой шлейф серебристых искр. — Вы просто несносная девчонка, — зашипел мистер Смит, уже не скрывая ярости, — какое право вы имеете… — Не тратьте слова на меня, мистер Смит, — холодно парировала Гермиона, и в её глазах вспыхнули опасные огоньки. — Подготовьте их для Министра. Думаю, ему будет очень интересно узнать, почему с самого начала всё сделано с нарушениями, — она прищурилась, и этот взгляд мог бы испепелить при желании. — И почему в Министерстве работают настолько непрофессиональные люди, что не могут правильно произнести простейшее заклинание. В этот момент дрогнул не мистер Смит. Дрогнул другой волшебник, тот самый, что проводил ритуал, — мистер Брок. Его лицо пылало таким смущением, что, казалось, вот-вот задымится. — Мисс Грейнджер, дело в том, что заклинание… — тихо начал он, но Смит грубо перебил его. — Вы что, собираетесь объясняться перед этой… Слово, которое он собирался произнести, повисло в воздухе, так и не слетев с его губ. Оно не было произнесено, потому что дверь в зал заседаний с грохотом распахнулась, и в проёме возникла внушительная фигура Кингсли Бруствера. Его обычно спокойное и дружелюбное лицо потемнело от гнева. — Перед кем? — вкрадчиво произнёс он и быстрым шагом приблизился к ним. — Перед героиней войны? Перед юной девушкой, ум которой вызывает зависть у всего мира? Договаривайте, мистер Смит. И потрудитесь объяснить, почему я не вижу здесь своего представителя. Он прошёл через зал, и члены Визенгамота послушно расступились перед ним. Кингсли подошёл к Гермионе, и его маска гнева на мгновение сменилась тёплой, почти отеческой улыбкой. Он взял её руку и поднёс к губам. — Мне искренне жаль, что твои слова сбылись. — А мне-то как жаль, — фыркнула Гермиона, с раздражением вертя палочку в пальцах. — Если бы согласилась на моё предложение о работе, такого бы не произошло, — укоризненно произнёс Кингсли, игнорируя поражённые взгляды и шепоток вокруг. Драко почувствовал, как у него подкашиваются ноги. Министр лично предлагал ей пост? И она отказалась? Грейнджер, которая мечтала изменить мир к лучшему? Отказалась?! Мистер Брок, воспользовавшись паузой, откашлялся, пытаясь вернуть себе хоть каплю достоинства. — Я прошу прощения, Министр, мисс Грейнджер… — его голос дрожал. — Признавайтесь, где вы напортачили, и почему Гермиона оказалась здесь, — перебил его Кингсли и скрестил руки на груди. Его взгляд скользнул по всем людям, находящимся в зале, и остановился на Драко. — Понимаете, Министр, — мистер Брок промокнул лоб платком, вздохнул и посмотрел прямо в глаза Кингсли, — не я читал заклинание. В зале воцарилась гробовая тишина. Лицо Кингсли превратилось в камень, и он медленно обвёл взглядом собравшихся. Он излучал такую мощную энергию негодования, что даже самые заносчивые члены Визенгамота предпочли опустить головы и изучать узоры на полу. — Итак, — его голос напоминал лёд. — Давайте восстановим хронологию этого… события. Мистер Брок, — он повернулся к несчастному волшебнику, который, казалось, готов был провалиться сквозь землю вместе со своим фолиантом. — Вы являетесь ответственным исполнителем процедуры проверки на магическую и личностную совместимость для пар. Процедуры, я напомню, добровольной, но требующей скрупулёзнейшего соблюдения протокола. Кто именно посмел нарушить этот протокол и произнести заклинание вместо вас? Вопрос повис в воздухе, тяжёлый и риторический. Все и так знали ответ. Мистер Брок, не поднимая глаз, молча, с выражением глубочайшего стыда и сожаления, указал пальцем на Асторию. Все взгляды, как один, устремились на неё. Кингсли медленно перевёл взгляд на её отца. — Мистер Гринграсс, — вкрадчиво произнёс он, и в его голосе не было ни капли снисхождения. — Потрудитесь объяснить собранию и мне, на каком основании ваша дочь, не являющаяся сотрудником Министерства Магии, не имеющая никаких научных званий и, насколько мне известно, не отличавшаяся особыми успехами во время учёбы в Хогвартсе, взяла на себя смелость нарушить одну из самых деликатных процедур? Мистер Гринграсс выглядел так, будто его заставили глотать слизней. Его аристократическая выдержка дала трещину, обнажив паническую растерянность обычного отца, чей ребёнок натворил нечто непоправимое. — Она… она перенервничала, Министр, — его голос звучал хрипло и неестественно громко в тишине зала. — Вы должны понять, всё-таки нашу семью и семью Малфоев связывают давние узы, и… мы решили пройти процедуру первыми, дабы показать пример… Астория просто хотела помочь мистеру Броку… Она волновалась… Его оправдания повисли в воздухе, никчёмные и жалкие. Кингсли слушал, его лицо оставалось непроницаемой маской, но в глазах читалось презрение к этой словесной шелухе. — Волновалась, — повторил Кингсли без эмоций и погладил свой подбородок. — Понимаю. Мистер Брок, — он снова обратился к волшебнику, — какое именно заклинание должно было быть произнесено? Мистер Брок, воспрянув духом от возможности перевести разговор в профессиональное русло, раскрыл массивный фолиант на нужной странице и передал Министру. Кингсли взял его с почтительным кивком — он всегда уважал древние артефакты. — Гермиона, насколько мне известно, мистер Брок — сотрудник крайне ответственный и высококвалифицированный. Но я бы хотел услышать твоё мнение. Гермиона почтительно склонила голову и одарила волшебника поддерживающей улыбкой. — Я знаю его работы, Министр. Мы иногда обмениваемся рабочими записями и советуемся по тому или иному вопросу, касающемуся интерпретации древних текстов. Она быстро пробежалась глазами по строчкам и нахмурилась. — Я не вижу никаких магических оснований для моего появления здесь. Это простое заклинание на совместимость. Драко едва сдержал нервный смешок. Если бы! — Нет, — тяжело, с неподдельным страданием вздохнул мистер Брок. Он сделал шаг к Министру. — Мисс Гринграсс… она выхватила книгу у меня из рук в момент, когда я собирался начать. От неожиданности я выпустил фолиант, страница перелистнулась… и она прочла кое-что другое. Кингсли нахмурился. — Что именно? Мужчина молча перелистнул страницу и указал пальцем на абзац, написанный сложным витиеватым шрифтом. Он не смотрел ни на кого, его взгляд был устремлён в пол. Гермиона склонилась над книгой. С каждым прочитанным словом она становилась всё бледнее, её глаза темнели, а напряжение, казалось, охватило всю фигуру. О, она была в ярости. Магия вокруг неё пришла в движение. Не та тихая, послушная сила, что привела в порядок её внешность, а нечто дикое и первозданное. Воздух в зале начал сгущаться, становясь тяжёлым, как свинец. От него стало трудно дышать. Мистер Смит поёжился и инстинктивно обхватил палочку ледяными пальцами. Он чувствовал силу, которая была на несколько порядков выше его, и ему было страшно. Кингсли, почувствовав этот нарастающий шторм, действовал молниеносно. Он не стал ждать. Лёгкое движение палочки — и вокруг него и Гермионы возник полупрозрачный, мерцающий защитный купол. Звуки извне доносились приглушённо, как из-под воды. Министр склонился к ней, говоря что-то быстро, тихо, успокаивающе, как будто успокаивал дикого зверя. Его большая тёмная рука легла ей на плечо. И в этот момент Драко ощутил нечто странное. Что-то словно царапало его изнутри, и он с удивлением понял, что отдалённо чувствует… ярость? Но не свою… Он посмотрел на Гермиону и сглотнул. Его сердцебиение участилось, в висках застучала кровь. Он что, чувствует её эмоции? Что за… Драко помотал головой и скользнул рассеянным взглядом по лицам присутствующих, а затем остановился на матери. И с удивлением понял, что она продолжала смотреть на Гермиону. И в её глазах — тревога. И… понимание? Как будто она видела нечто подобное раньше. Как будто она знала что-то, чего не знал он. — Мистер Брок, — внезапно нарушил тишину голос Кингсли, и Драко понял, что защитный купол пал. — Вы абсолютно уверены, что мисс Гринграсс прочитала именно это заклинание? Именно… правильно? — Уверен, Министр, — кивнул мистер Брок, с тревогой глядя на бледную Гермиону. — Оно… Мерлин, прости меня… оно было прочитано идеально. И тогда Астория, доведённая до предела всеобщим вниманием, страхом отца и молчаливым осуждением зала, сделала шаг вперёд и гордо подняла подбородок. — Я всё сделала правильно! И откуда здесь взялась эта… Грейнджер, я не знаю! Может, она вообще подстроила всё! В конце концов, нам преподают латынь с самого детства! — она высокомерно фыркнула и повела плечом. — Просто книга явно слишком старая, либо в самом заклинании какая-то ошибка! Её слова повисли в воздухе, такие наивные и такие чудовищные в своей глупости. Мистер Брок, архивариус и учёный, человек, посвятивший жизнь текстам, не выдержал. Он громко вздохнул и сжал переносицу пальцами, как будто пытался остановить начинающуюся мигрень. — Мисс Гринграсс, — произнёс он с безграничным терпением, — дословный перевод заклинания, что вы прочитали… БА-БАХ! Двери в зал распахнулись с такой силой, что одна из них, отскочив от стены, едва не сорвалась с петель. На пороге, пылающий гневом, со взъерошенными волосами и очками, съехавшими на кончик носа, стоял Поттер. — Что, Мерлина ради, здесь происходит? — его голос был низким и хриплым от ярости. Он только что сорвал важнейшую встречу с послом из Южной Америки, потому что в кабинете появился взволнованный Кикимер и сказал, что с молодой госпожой беда. Слава Мерлину за то, что они семья! Гарри не пришлось её искать. Ему нужно было лишь сосредоточиться на том, где она. И вот он… в зале Визенгамота? — Только этого нам сейчас не хватало, — вздохнул Кингсли, с выражением человека, который понял, что ситуация вот-вот выйдет из-под контроля окончательно. — Гарри, — мягко позвала его Гермиона, но… Но Поттер уже увидел всё, что ему было нужно. Он окинул нечитаемым взглядом мистера Гринграсса. Едва заметно кивнул Нарциссе. Проигнорировал Люциуса. И остановил взгляд на Астории и Драко. В глубине изумрудных глаз вспыхнул огонь ярости. — Кто этот идиот? — прорычал Гарри, и его палочка сама собой оказалась в руке, хотя он и не делал никакого движения, чтобы её достать. — И что именно он сделал, раз Гермиона оказалась на процедуре проверки с… Малфоем? Гермиона закатила глаза и сделала к нему шаг. И тут Гарри совершил движение, отточенное за годы дружбы и сражений. Мгновенное, инстинктивное. Он привычным жестом отправил Гермиону за свою спину, прикрывая собой, как щитом. Драко внезапно ощутил лёгкое раздражение, которое поселилось где-то под рёбрами. Они что… вместе? — Мы как раз слушали пояснения мистера Брока, — Кингсли, сохраняя хладнокровие, сделал шаг вперёд и тепло пожал руку Поттеру, давая понять, что ситуация под контролем. — Гарри, успокойся. Всё… выясняется. Поттер уставился на мистера Брока взглядом, от которого тот сглотнул и побледнел. — Продолжайте же, — бросил Гарри, не сводя от него глаз. — Я весь внимание. Мистер Брок откашлялся и сглотнул и снова обратился к книге. — Дословный перевод заклинания, что прочитала мисс Гринграсс… — Кто прочитал? — прорычал Поттер и сделал шаг вперёд. Его тело напряглось, как у пантеры, готовящейся к прыжку. Но его остановила рука Гермионы на плече. — Пожалуйста, Гарри, — сказала она тихо, но твёрдо. — Пусть он закончит. И тогда мы будем думать, что делать. Гарри замер, дрожа от напряжения, но послушался. Он всегда её слушался, когда дело касалось стратегии. — Спасибо, мисс Грейнджер, — мистер Брок вытер со лба выступивший пот. — Так вот, должно было прозвучать простейшее диагностическое заклинание на проверку потенциальной совместимости, не более того. Однако мисс Гринграсс прочла совершенно иное, крайне мощное и практически необратимое заклинание из разряда магии Судьбы. Дословно оно звучало так: «Magicam testor. Verus sui ipsius Draco Malfoy proximus appareat. Coniungant vitam magicae. Fiat, fiat!» Он сделал паузу, чтобы перевести дух, и продолжил: — Призываю в свидетели магию. Пусть рядом с Драко Малфоем появится его истинная. Пусть магия соединит их жизни. Да будет так! В зале воцарилась такая тишина, что, казалось, было слышно сердцебиение присутствующих. А затем грянул гром. Гарри медленно, с преувеличенной вежливостью повернулся к мистеру Гринграссу, чьё лицо стало землистым. — Мистер Гринграсс, — произнёс Гарри со смертельной вежливостью, от которой кровь стыла в жилах. — После услышанного у меня есть только один вопрос. Он снял очки, протёр и вернул на место. — Как вы вообще умудрились вырастить такую… редкостную идиотку? И тогда раздался другой звук. Смех. Смех Драко Малфоя. И это была единственная возможная реакция. Смех.