Я вашу моду

Никогда нельзя позволять загонять себя в угол. Ведь как только перед тобой останется один выход, ты проиграешь.

Сай изначально считалась весьма посредственным шиноби, ведь было множество таких же, как и она, что вгрызлись в единственный шанс спастись. Старались, выкладывались даже больше, чем могли, лишь ради того, чтобы их заметили и позволили остаться. Они были детьми, от которых отказалась собственная деревня, теми, кого списали со счетов, а жизнь подобных обычно ничего не стоит. Можно было попросить помощи у старших, они бы поняли и помогли, не сдавая её. В конце концов, объяснить всю ситуацию семпаю, а не молча уйти вслед за Наруто. Как итог, она сама виновата, не стоило переоценивать свои силы, а тем более не прислушиваться к собственному чутью. Забилась в угол, словно крыса, увидевшая кошку. Её глаза расширились от ужаса, отражая пламя, которое медленно, но неотвратимо приближалось. Колени были поджаты к груди, а ногти впивались в ее голень, словно пытаясь удержаться от падения в бездну. На эти раны не обратят внимания, ведь никому и никогда не будет дела до ближнего своего. Из такой позы будет неудобно сбегать, не то чтобы атаковать. Но разве она могла позволить себе пошевелиться? Привлечь внимание монстра, что изучал каждый миллиметр этой комнаты в поисках своей жертвы. В комнате царила мертвая тишина, лишь треск пламени нарушал этот мрачный пейзаж. Огонь пожирал все на своем пути, создавая стены из живого огня, окружавшие ее со всех сторон. Казалось, что еще немного, и её сердце остановится от страха, хотя чего можно было испугаться, находясь с самым светлым человеком этого мира? Огненной чакры, что окутала всю эту комнату, не позволяя вдохнуть необходимый воздух? Или осознания того, что с человека не может слезть кожа так, чтобы он этого не заметил? Она чувствовала, как страх охватывает ее тело, заставляя сердце бешено колотиться в унисон с треском огня. Взгляд монстра, изучающего каждый уголок комнаты, был наполнен зловещей решимостью, словно он наслаждался страхом, который наводил на свою жертву. Ее дыхание стало неровным, а мысли запутались в паническом ужасе. Внезапно она почувствовала, как что-то холодное и жесткое схватило ее за горло, заставив замереть. Она поняла, что теперь нет пути назад, что огонь поглотит ее, оставив лишь пепел и память. Даже самые безобидные создания могут превратиться в зловещих монстров, готовых поглотить все живое. Будто схватили за горло, наконец показав, где её место. А ведь даже у прошлого Хокаге аура была не столь ужасающей, даже не так. Никто до этого дня не заставлял её цепенеть от страха, ни Данзо, ни Орочимару. Биджу безопасны, да? Они такие же заложники обстоятельств, как и все другие, просто пушистые животные, которыми воспользовались, не так ли? Ведь Курама просто жаждет свободы, ведь демоническая чакра не оставляет ожогов, которые точно не заживут. Покроются коркой, но оставят о себе напоминание — нельзя лезть к спящему зверю. И в этот момент она осознала, что борьба бесполезна, что она попала в лапы огненного демона, из которых нет спасения. Забитая в угол, она дрожала, словно лист, ветром развеваемый. Взгляд ее скользил по темным углам комнаты, словно ища спасения, но лишь находил все новые угрозы. Каждый шорох заставлял ее сердце биться сильнее, словно оно пыталось выбраться из груди, избежать неминуемой участи. Рука, сжимающая карандаш, дрожала, не в силах создать на бумаге даже малейший знак жизни. Она чувствовала, что стоит на грани между миром и адом, что любое дыхание может привести к непоправимым последствиям. Но даже в этом мучительном ожидании она не могла отпустить мысль о том, что ее страхи и подозрения могут быть ближе к правде, чем кажется. Больше всего в жизни шиноби она ненавидела групповые миссии и дорогу, ведь это означало остаться наедине со своими мыслями. В руке ломается очередной графитный карандаш, а на листе бумаге так и не появилось ничего путного. А ведь ей следует подготовиться ко встрече со старым наставником, и так она поступила слишком наивно, не проверив абсолютно ничего, ни снаряжения, ни информации о местности. Позволила себе расслабиться, оставив собственную тушку без какой-либо защиты, даже лишних кунаев не было в подсумке, или свитков с рисунками, что могли бы красить ситуацию. Блокнот и карандаши, прекрасный выбор, чтобы встретиться с одним из худших людей в этом мире. Дело было даже не в этой встрече, а в том, что страх так и не отступил, заставляя вздрагивать и прислушиваться к каждому шороху. Ну, а еще в том, что она не доверяла своей команде, а ведь в данной ситуации стоило бы. Немного раскрыться и показать, что она такой же человек, а не подосланный шпион. Но нет, мало того, что не пошла на горячие источники, поддержав легенду о своем поле, так и не села за общий стол. Все её поведение так и кричало о паранойе, не удивительно, что на неё косились. — С каких пор ты полюбила воду? — Тензо садится рядом, якобы специально игнорируя её состояние. Но все же еще он помнит о её дискомфорте при нарушении личных границ, сев, будто оставив место для еще одного собеседника. Создавая иллюзию возможности сбежать. В корне учат располагать к себе людей, учить их привычки и интересы ради достижения цели миссии, скрывая все это под заботой. — В тот момент, как и Вы – ранние подъёмы, — собеседник лишь хмыкает, то ли на её ответ, то ли на скрытие блокнота. — Я не думал, что ты осталась в Корне, — он вздыхает, формируя мокутоном несколько фигур на своей руке, — Тебе ведь нравилось наблюдать за экспериментами? Да и Третий-сама несколько раз переманивал людей в АНБУ, — вопрос слишком очевиден, чтобы быть озвученным, но внутри все равно замирает все от чужих подозрений. Почему она не ушла? — Может, прямо спросите, почему здесь именно я? — Тензо вздрагивает, будто получил пощечину на предложение о помощи, в конце концов, было глупо ожидать, что он посмотрит на их прошлые взаимодействия и не станет под нее копать. Корневик, что добровольно перешел на сторону сначала Третьего, а теперь и Пятой. Тот, кто трижды сменил своего господина. — Шимуре ведь не нужен Наруто в роли джинчуурики? — По Вашему мнению, у господина Данзо других дел нет, чем ослаблять собственную деревню перед собранием каге? — Тогда почему здесь член отряда Поддержки? — собственного семпая так и хочется поправить, сказать, что её давно перевели, полностью изменив и стиль боя, и роль в отряде. Но ничего ведь не изменилось, только нелогичность самого выбора для подобной миссии. — А у Вас на примете есть более подходящий шиноби? — продолжать бессмысленно, они ведь оба понимают, что не узнают ничего нового, лишь разочаруются из-за собственных подозрений. Только Тензо улыбается ей, протягивая пару деревянных саев. — Я рад, что это ты, — он уходит, не видя насколько перекошено лицо подчиненной, так и не узнав, что она выбросила его подарок, не задумываясь. В корне в первую очередь нельзя доверять самому себе, ведь только ты сам главный враг на собственном пути к успеху. Сай вновь стискивает зубы, замыкая отряд. Ее глаза скрывают страх, остановившись на фигуре Наруто. Будто ничего не произошло. Она позволяет другим почувствовать напряжение, они не доверяют ей, как и она им. Ждут удара, предательства.