Сироты Эдема

***       В эти выходные на улице было весьма промозгло и пасмурно – все небо заволокло тучами, и вот-вот собирался пойти дождь. Все обитатели детского дома восприняли непогоду с неподдельной грустью и недовольством – в такой день их вывели на прогулку всего на полчаса, а затем быстро загнали обратно ввиду поднявшегося холодного ветра, срывающего пожелтевшие листья с деревьев и пробирающегося даже под самые тёплые куртки ребят.       Азирафель настолько сильно успел промерзнуть за столь короткую вылазку, что не захотел расставаться с верхней одеждой даже зайдя в помещение. Поэтому, захватив из спальни выданную мистером Фламелем новую книгу, юноша поспешил скрыться от шумной толпы остальных жителей комнаты в более укромном и уединенном местечке.       Снова забравшись на облюбленный подоконник с ногами, подросток уютно угнездился, слово птенец, в одном из оконных углублений четвертого этажа, раскрыл книгу и с неподдельным интересом переместился в Англию XVIII века – во времена изысканных манер, высоких нравов, воспитанных джентльменов и дам в изящных платьях. Стиль повествования был слегка необычен, так как Азирафель все же больше привык к приключениям и быстрой смене происходящих в книге событий, но для разнообразия вполне можно было иногда замедлиться.       Не заметив, как проглотил более ста страниц за час, юноша на секунду оторвался от книги, чтобы сменить позу, как тут же заметил за окном Кроули, который, сунув руки в карманы, как-то подозрительно оглядывался по сторонам, пиная носком ботинка какой-то маленький камушек. Когда подросток убедился, что за ним никто не следит, а в зоне видимости нет никого, кто мог бы его заметить, он, немного ссутулившись добежал до забора и встал так, что Азирафель никак не мог разглядеть, чем же там занят парень.       Около минуты Энтони стоял практически неподвижно, что юноша уже начал терять терпение и аж прильнул к окну в попытках разглядеть, чем же всё-таки там занят рыжеволосый хулиган. Спустя время Кроули наклонился и что-то положил на землю, после чего схватился за один из прутьев и осторожно подвинул его в сторону, делая зазор между звеньями забора чуть шире задуманного. Еще раз настороженно оглядевшись по сторонам, парень быстро перелез за территорию детского дома, вернул железяку на место, а затем стремительным шагом направился вглубь леса, постепенно скрываясь за кронами деревьев.       Азирафель хотел было возмутиться подобному поведению хулигана, как вдруг резко дернулся на месте от громкого писка динамика, из которого донесся строгий голос директора приюта:       – Всем воспитанникам срочно явиться в актовый зал! За неявку будут применены санкции! – Объявление было произнесено максимально холодным и жестким тоном, не терпящим возражений, отчего спустя минуту со стороны лестницы донесся нарастающий топот десятков ног, спешащих на четвёртый этаж, где и располагался актовый зал, а также и новое облюбленное новичком уединенное место.       Юноша быстро соскочил с подоконника, резко захлопнул книгу, даже не удосужившись запомнить последнюю прочитанную страницу, и уже было дернулся в сторону зала, но…       – Да, блин… – Азирафель обернулся к окну, испытывая нарастающее угрызение совести. Подросток метался, а внутренняя борьба не давала быстро сообразить в условиях экстренной ситуации. – …да он же даже «спасибо» не скажет. Ай, ладно!       Юноша махнул рукой и со всех ног побежал в спальню, в которой несколько оставшихся ребят уже спешили в актовый зал, громко переговариваясь и строя догадки насчет немедленного сбора. Азирафель быстро закинул в тумбочку книгу, а затем побежал на первый этаж, параллельно ругая себя за излишнюю мягкотелость.       Вследствие всеобщей суеты и собственной спешки молодому человеку не пришла в голову даже мысль, что, окажись он пойманным по дороге к выходу, последствия будут крайне плачевными. В данный момент в голове крутилась лишь единственная назойливая мысль – надо вернуть Кроули во что бы то ни стало, иначе ему влетит. А вот то, что достанется и Азирафелю – об этом подросток старался не думать, пробираясь сквозь толпу спешащих ребят в противоположную от них сторону.       Даже несмотря на то, что вокруг было полно людей, это столпотворение новичку сейчас было только на руку – никто не обращал никакого внимания на юношу, идущего в противоток, все были поглощены догадками о причине столь внезапного массового сбора всех жителей приюта. Поэтому Азирафель с легкостью добрался до выхода из здания, а затем, внимательно осмотревшись по сторонам, взялся за ручку двери и резво выскочил на улицу, оставаясь незамеченным на месте очередного «преступления».       Выбежав на холодный воздух, юноша быстро огляделся и прикинул, в какой стороне была та самая дырка, через которую ему прямо сейчас предстоит повторить путь Энтони за территорию детского дома. Сориентировавшись, подросток сорвался с места и что есть мочи побежал в выбранном направлении, мысленно молясь, чтобы Кроули не успел уйти слишком глубоко в лес. Когда Азирафель добрался, наконец, до нужной части забора, дыхание окончательно сбилось из-за непривычно быстрого и продолжительного бега – плюс ко всему, погода явно не располагала для подобного рода активностей. Поэтому переводить дыхание и протискиваться сквозь проделанную дыру юноше пришлось одновременно, дабы не тратить слишком много драгоценного времени на отдых.       Близлежащая местность была окружена высокой жухлой травой, но под ногами виднелась хорошо вытоптанная небольшая тропа, по-видимому сделанная тем самым нарушителем порядка, из-за которого Азирафель сейчас рисковал по собственной воле. Юноша бежал быстро, дабы успеть найти Энтони и вернуться в актовый зал вовремя, но ноги постоянно цеплялись за растительность, отчего он пару раз чуть не упал плашмя.       Выбежав, наконец, на большую просеку, подросток увидел в её конце заброшенную оранжерею, сплошь покрытую и заросшую отцветшим вьюнком и зелено-коричневым плющом, контрастирующим с яркими красками осени. Влажный мох стелился вокруг стен, придавая этому месту какой-то таинственный и отрешенный ото всего остального мира вид. Крыша осела и кое-где провалилась, поэтому стеклянная большая теплица больше существовала по природным принципам – без вмешательства человека разумного. Хотя насчет последнего можно было и поспорить, потому что сейчас в приоткрытую дверь оранжереи уверенным шагом заходил Кроули.       Интерес взял свое. Вопросов была уйма. Что Энтони тут делает? Зачем сбежал из приюта и пришел сюда? Может он с кем-то тайно встречается? Может он что-то прячет внутри оранжереи? Решив подождать некоторое время, а потом резко нагрянуть на порог, Азирафель стал медленно подбираться ко входу.       Сквозь старые потрескавшиеся стекла мало что можно было разглядеть, поэтому, найдя кусочек, где в стене была небольшая брешь, юноша затаился возле нее, с любопытством заглядывая внутрь таинственного заброшенного строения. Поначалу кроме нескольких небольших кустов и пары лиан не было ничего практически видно – весь обзор закрывал большой цветочный горшок, стоящий на выступе практически напротив импровизированного окна Азирафеля. Чтобы облегчить себе задачу и увеличить обзор, подросток подошел к стене максимально близко, вставая на небольшой каменный бордюр, с которого прекрасно просматривалось все помещение целиком.       Кроули обнаружился в самом дальнем углу оранжереи – сидя на корточках, он активно рылся в массивном деревянном ящике, что стоял возле небольшого клочка земли, утыканного засохшими стебельками некогда зеленых и крепких цветов. Выудив из сундука старый перочинный нож, Энтони аккуратно его открыл, а затем осторожно проверил лезвие, недовольно поджав губы. Положив хоть и затупленное, но все же оружие, рядом с собой, хулиган снова принялся перебирать содержимое ящика, поочерёдно доставая из него самые разнообразные предметы всевозможной степени колкости и остроты.       Нахмурившись, Азирафель перебирал в голове всевозможные варианты, чем же все-таки занимался Кроули за пределами детского дома в заброшенной полуразвалившейся оранжерее с кучей, черт возьми, опасных режущих инструментов.       Любопытство взяло верх, и юноша уже решил для себя, что останется в своем укромной наблюдательном уголке для выяснения этого вопроса, но тут же его нога соскользнула с бордюра, отчего подросток довольно громко проехался ладонями по стене теплицы, исключая этим возможность остаться незамеченным. За несколько секунд осознав свою оплошность, он сделал пару неуверенных шагов к двери и с виноватым, немного недоверчивым видом, заглянул внутрь.       – Это я… И я не преследую тебя, если что. – Азирафель первым нарушил тишину, которая после его падения стала на контрасте слишком оглушающей.       Лицо Энтони выражало крайнюю степень недовольства одновременно с обреченностью: в последнее время куда бы он не пошел – новичок буквально хвостиком следует за хулиганом, норовя на ровном месте учинить неприятности им обоим. Отложив в сторону очередной подозрительный на вид металлический предмет, Кроули распрямился и, сложив руки на груди, задумчиво уставился на Азирафеля.       – Ну, естественно, это ты… – Устало отозвался хулиган. – Какого черта ты здесь забыл? – Казалось, Энтони выглядел совершенно спокойным для человека, которого в очередной раз застали врасплох, но вот его глаза говорили об обратном – если бы взглядом можно было убивать, новичок давно бы уже упал замертво. – И как ты вообще меня здесь нашел?       Азирафель вздернул подбородок с вызовом посмотрев в глаза хулигану:       – Вообще-то я пришел предупредить тебя. А какого черта забыл тут ты? Очень подозрительно все это выглядит. И ты тоже.       Новичок сощурил глаза и склонил голову на бок, как бы намекая на то, чему он стал свидетелем, находясь здесь все это время. Похоже тайн у Кроули было предостаточно, и либо юноша в который раз станет их хранителем, либо его тело найдут через какое-то время в этой богом забытой оранжерее.       Проследив за взглядом подростка, Энтони глянул в сторону разложенных на бордюре инструментов и загадочно усмехнулся. Вновь повернувшись к Азирафелю и не разрывая зрительного контакта, хулиган сделал небольшой шаг в его сторону.       – Боишься что ли? – Его глаза перестали метать молнии, и, кажется, ненадолго гнев все-таки сменился на милость – хотя и не совсем на ту, что ожидал увидеть новичок.       Азирафель уверенно переступил порог оранжереи и, подойдя к Кроули, уперся ладонями в грудь парня, слегка отталкивая его от себя в сторону.       – Ага, щас! Весь трясусь. – Подросток обошел Энтони и встал посередине теплицы, в которой было ощутимо влажно несмотря на осень. – Рассказывай. Чем ты здесь промышляешь? – Уперев руки в боки, юноша попытался всей своей позой показать, что не боится хулигана, а наоборот – ждет от него объяснений.       Поначалу Кроули хотел было возмутиться подобному поведению новичка, но быстро прикусил язык, с удивлением отмечая, что подобная реакция пришлась ему по душе. Кажется, мальчик потихоньку осмелел и перестал в присутствии хулигана трястись как осиновый лист на ветру. Если так и дальше пойдет – может однажды они смогут общаться на равных.       – А стоило бы. – Ехидно ухмыльнулся Энтони, поворачиваясь к Азирафелю и натягивая самую жуткую из улыбок, на которую только был способен. – Неужели ты не слышал местные байки про исчезающих кудрявых новичков, что бесследно пропадают спустя пару недель после приезда в приют?       Брови юноши насмешливо поползли вверх, а губы дрогнули в улыбке.       – Серьезно? – Азирафель убрал руки за спину и стал медленно ступать осторожными шажками вокруг Кроули, заставляя того вращаться на месте. – Тогда могу ли я перед своим жутким исчезновением узнать, что же за чертовщина здесь происходит? И только ли твоих рук это дело?       – Неужели неясно? – Энтони с притворством изобразил искреннее удивление, продолжая поворачиваться вслед за движениями новичка. – Готовлю орудия пыток специально для тебя. – Он небрежно махнул рукой в сторону инструментов, к которым Азирафель в данный момент находился спиной. – Чем предпочтешь быть заколотым: ножом или может быть вон тем симпатичным колышком?       – Пожалуй ничем. Думаю, ты не будешь против, если я просто незаметно уйду. Ведь кто-то же должен хранить твою тайну про чердак. Про твое «увлечение» в лесу я тоже никому ничего не скажу. – Юноша провел сложенными пальцами вдоль губ, показывая этим жестом закрытый на ключ рот.       Попятившись назад, изображая свой якобы побег, Азирафель сделал шаг и зацепился драповым пальто за какую-то сухую корявую ветку, торчащую, по всей видимости, из близлежащего куста. Дернувшись обратно, подросток почувствовал сопротивление и понял, что цепкие лапы иссохшейся коряги убедительно взяли в плен наивного новичка.       – Блин, вы заодно тут все, да? – Досадно буркнул Азирафель, оглядываясь назад. – Вот сейчас порвешь, негодник, в чем я буду ходить? Верхней одежды у меня больше нет.       Глядя на развернувшуюся перед ним сцену, Кроули картинно закатил глаза и уставился на юношу, отчаянно пытающегося убрать намертво вцепившуюся в пористую ткань колючую ветку. Подросток так активно дергал плечом и шагал из стороны в сторону, что следующее движение могло уже стать роковым для столь капризной и непростой ткани. Энтони прекрасно понимал опасения Азирафеля остаться без тёплой одежды, поэтому решил все-таки поспешить бедолаге на помощь.       – Да замри ты уже! – Недовольно выкрикнул хулиган, в пару шагов сокращая между ними расстояние, опуская тяжелую руку юноше на плечо и заставляя того мгновенно застыть на месте. – Ты так реально его порвешь, балда. – Быстро обойдя Азирафеля со спины, Энтони внимательно осмотрел место зацепки и поджал губы: действия подростка не прошли бесследно – небольшой участок ткани успел порядком распушиться, грозясь в скором времени обветшать и прорваться насквозь. – Если ты обещаешь не дергаться, я помогу тебе освободиться. Договорились?       – У меня выбора нет. – Шутливо отозвался юноша обреченным тоном и весь подобрался, выпрямляя спину. – Надеюсь, я в скором времени не почувствую что-то острое между лопаток. Уровень моего доверия к тебе падает с каждой минутой.       – Смотря как будешь себя вести. – Запоздало отозвался Кроули, уже всецело уделяя внимание дурацкой ветке, которая все никак не поддавалась его действиям.       Подойдя к Азирафелю практически вплотную, хулиган осторожно начал перебирать пальцами небольшие острые колючки, которые и стали причиной столь крепкого захвата. Поочередно отделяя каждую из них от мягкой ткани, Энтони и сам не заметил, как практически склонился над юношей, дыша тому в открытый участок шеи, рядом с которым и находилась злосчастная ветка. Последняя часть побега зацепилась буквально за самый край небольшого воротника, отчего Кроули пришлось аккуратно ухватиться пальцами с внутренней его стороны, ненароком задевая холодной рукой теплую кожу подростка.       Азирафель неподвижно застыл и старался лишний раз не дергаться, всецело сосредоточив внимание на ощущениях за своей спиной. Над ухом ощущалось размеренное дыхание Энтони, и юноша почему-то почувствовал себя неловко, пока парень стоял позади него, снова помогая и изредка касаясь пальцами его шеи.       Хотелось как-то отшутиться, нарушить тишину или вывести Кроули на диалог, только бы лишить этот момент какой-то навязчивой интимности, но язык будто прилип к верхнему нёбу.       – Почти все, осталось буквально пару сантиметров… – С этими словами Энтони постарался освободить от последних колючек оставшийся кусок ткани, но, как назло, эта часть ветки оказалась самой шипастой, и она намертво вцепилась в самый край воротника. Не рассчитав силы, хулиган чуть сильнее потянул побег в сторону, отчего тот внезапно выскочил из руки парня и немного полоснул Азирафеля возле уха – подросток моментально зашипел от неожиданности, а Кроули неосознанно коснулся саднящего места холодными пальцами, но, словно одумавшись, резко одернул их в сторону и сделал небольшой шаг назад. – Все, закончили. – Прочистив горло и не глядя на юношу, отрапортовал Энтони.       Азирафель робко повернулся к хулигану и провел ладонями по плечикам своего пальто, убирая невидимые загрязнения, якобы оставшиеся от цепкого куста шиповника. Подняв, наконец, взволнованный взгляд, он хрипло выдавил:       – Спасибо.       – Ага. – Засунув руки в карманы, Кроули еще пару секунд разглядывал ту самую ветку, что теперь медленно покачивалась в такт ветру, проникающему сквозь многочисленные щели и дыры в стенах оранжереи. Лишь только спустя некоторое время он вновь отважился посмотреть на подростка, все еще растерянно глядящего на притихшего хулигана.       На мгновение Азирафелю показалось, что Энтони собирается еще что-то сказать – его губы слегка приоткрылись, а в глазах промелькнула какая-то необычная искра, придавшая яркой золотистой радужке глубины и более насыщенного янтарного оттенка. В отличие ото всего остального времени, когда хулиган был максимально собран и холоден с окружающими, сейчас глаза Кроули буквально прожигали юношу насквозь, будто пытаясь заглянуть тому в самую душу. Но это чувство продлилось не больше секунды, и, словно одумавшись, парень лишь в очередной раз нахмурился и, задумчиво отведя взгляд, вернулся к разложенным на бордюре инструментам, явно уже давно залежавшимся без дела.       Что-то внутри Азирафеля вдруг резко ёкнуло от такого проникновенного и глубокого взгляда Энтони. Юноша беспомощно уставился сквозь парня, пытаясь скрыть свои эмоции с помощью непроницаемого выражения лица. Но раскрасневшиеся щеки и непослушный пульс, который клокотал где-то в районе горла, могли легко выдать его внутреннее волнение. Волнение, которое он сам себе объяснить на данный момент не мог.       Как только хулиган отошел в сторону, Азирафель на мгновение прикрыл глаза и тихонько выдохнул, пытаясь немедленно взять себя в руки.       – Так что ты тут делаешь? Подрабатываешь садовником? – Вернулся к интересующей его теме юный Фелл.       – Типа того. – Рыжеволосый парень равнодушно пожал плечами, вставая на колени перед небольшим клочком земли, когда-то давно оформленным в клумбу, и беря в руки старую садовую лопатку, со всех краев покрытую приличным слоем ржавчины. Осторожно погрузив полотно в сухую спрессованную землю, Кроули начал методично ее раскапывать вокруг засохшего стебля неизвестного Азирафелю растения, что успело скукожиться практически до самой почвы. – Это крокусы. – Внезапно подал голос Энтони, привлекая внимание притихшего новичка, с неподдельным интересом наблюдавшего за происходящим. – В прошлом году здесь было всего пару цветков, но после рассадки в этот раз их стало значительно больше. – С тенью улыбки произнёс хулиган, все сильнее уходя мыслями в свое занятие. – Думаю, этой весной я смогу, наконец, засадить ими весь этот участок.       Откопав из земли первую луковичку, Кроули с особой нежностью и заботой очистил ее от остатков грунта, а затем положил рядом с собой, продолжая методично извлекать оставшиеся саженцы из почвы. Когда все крокусы оказались, наконец, на поверхности, хулиган внимательно осмотрел каждый экземпляр, радостно отмечая появление новых детских луковичек. Казалось, Энтони на время совершенно выпал из реального мира, напрочь забывая обо всем на свете – в частности и о том, что у его тайного увлечения появился неожиданный и незапланированный свидетель, во все глаза глядящий на развернувшуюся перед ним нереальную картину.       Азирафель никогда бы не подумал, что такой хулиган как Кроули умеет заботиться о ком-то – в данной ситуации о чем-то, кроме себя самого. Нельзя было не заметить, с каким трепетом и вниманием он относился к крокусам, растущим в этой никому не нужной уже черт знает сколько лет оранжерее.       И юноше показалось, или тот на полном серьезе знал названия, правила ухода и пересадки цветов?       – Ого. Хм-м… – Смог лишь ответить подросток, все еще немного шокировано наблюдая за неспешными, но уверенными действиями Энтони. Азирафель осторожно подошел к увлеченному парню и присел на корточки, чтобы лучше видеть процесс. – У тебя здорово получается. Ты хочешь восстановить всю оранжерею? – Заинтересованно уточнил юноша.       – Было бы неплохо. – Отозвался Кроули, с легкой грустью глядя на ближайшую к нему стену сооружения, сплошь испещренную трещинами и царапинами. – Я слишком поздно обнаружил это место, чтобы успеть его хоть немного подлатать до моего выпуска. – Парень вновь опустил глаза на собранные им только что луковички и на секунду задумался. – А кроме меня здесь вряд ли кто-то захочет копаться в земле и чинить оранжерею. – Собрав саженцы в одну руку, второй хулиган резко оттолкнулся от земли и поднялся на ноги. Недалеко от сундука с инструментами стоял еще один небольшой ящик, обитый изнутри толстым слоем мешковины, куда Энтони с особой осторожностью поместил рассаду крокусов, прикрывая их несколькими кусками старой ткани. – Если переживут зиму, можешь мне помочь весной их посадить. – Задумчиво произнёс Кроули, внимательно наблюдая за реакцией новичка на свои слова. – Если захочешь. – Быстро добавил рыжеволосый парень, опережая ответ юноши на его предложение.       – Помогу. – С энтузиазмом ответил Азирафель, все еще сидя на корточках. – Несмотря на то, что теплица полуразрушенная, здесь куда приятнее находиться, чем в приюте.       Юноша посмотрел на потолок, в бреши которого было видно серое затянутое тучами небо.       «Можно будет подлатать даже своими силами». – Подумал подросток, уже размышляя о том, как можно воссоздать своими руками необходимые материалы.       – А как ты нашел оранжерею? Вряд ли в приюте знают, что ты сюда бегаешь, так ведь? – Как-то печально спросил Азирафель, нахохлившись от ветра, задуваемого под ворот пальто.       Некоторое время Кроули молча продолжал смотреть на юношу, словно раздумывая, можно ли доверить ему очередную сокровенную тайну, коих у новичка уже собирается приличное количество за столь короткий и незначительный срок. Внезапно взгляд Энтони сделался довольно отстраненным и как будто стеклянным. И хотя он все еще не сводил глаз с молодого человека – Азирафелю постепенно начинало казаться, что мыслями рыжеволосый парень глубоко погрузился в то самое время, когда и была обнаружена эта заброшенная лесная оранжерея.       Вопреки его собственному настроению это было совершенно обыкновенное весеннее утро – сквозь тяжелые тучи, наконец, пробивались теплые солнечные лучи, звонко щебетали певчие птицы, а жизнь в приюте как обычно шла своим чередом, но вот на душе у Кроули было весьма неспокойно. Сразу после подъема вместо того, чтобы пойти на завтрак, а потом на дежурство, хулиган незаметно сбежал ото всех, желая оказаться как можно дальше от этого ужасного и крайне несправедливого места.       Примерно неделей ранее в детском доме проходил очередной ежегодный день открытых дверей, когда к ним как обычно приезжало пару десятков семейных пар, отчаявшихся завести собственных детей. Как правило, Энтони избегал подобных мероприятий, так как прекрасно осознавал, что в его возрасте стать кем-то усыновленным практически нереально, но в этот раз почему-то решил присоединиться ко всеобщей суматохе.       Практически все время приема гостей рыжеволосый парень провёл, наблюдая за происходящим со стороны, прислонившись к стене чуть поодаль ото всех и холодно глядя на прибывающие семьи. Как он и ожидал, в сторону высокого нескладного парнишки никто даже и взгляда не бросил, не говоря уже о чем-то бо́льшем, чем простое человеческое внимание. Взрослых занимали лишь самые младшие воспитанники приюта, которых еще не поздно было перевоспитать и сделать совершенно домашними и семейными детьми. Такие как Кроули никогда практически не интересовали супругов, поэтому парень даже самому себе не мог ответить на вопрос, зачем же именно в этот раз он решил позволить себе надеяться на иной исход мероприятия.       В тот раз из детского дома сразу же забрали около десяти ребят дошкольного возраста, а Энтони всю неделю потом корил себя за проявленную слабость – пропусти он по традиции этот ежегодный цирк, не пришлось бы потом разгребать все то дерьмо, что накрыло его с головой в то злосчастное весеннее утро. Кажется, хулиган никогда не был настолько близок к отчаянию – спрятанное ото всех глубоко внутри желание обрести любящую и заботливую семью в совокупности со всеми этими улыбками и прикосновениями, подаренными незнакомыми людьми не ему, обошлись Кроули весьма и весьма дорого, подталкивая обреченного на вечное одиночество подростка в сторону необдуманных и опрометчивых поступков.       – Я наткнулся на эту оранжерею случайно, когда… – Хулиган на секунду осекся, выныривая обратно в реальность из собственных неприятных воспоминаний. – …впервые сбежал в лес. – Энтони выглядел до ужаса растерянным и подавленным, словно только сейчас осознал, чем стало для него это место в тот злополучный день. – Сначала я думал, что потерялся, но вскоре нашел старую каменную кладку, которая и привела меня сюда. Ты скорее всего тоже шёл этой дорогой. – Выйдя, наконец, из оцепенения, продолжил Кроули. – Тогда тут было меньше растений и гораздо больше мусора. Но за пару лет я потихоньку здесь все прибрал и починил, что было в моих силах без инструментов и материалов. – Рыжеволосый парень рассказывал Азирафелю все как на духу, словно найдя в конце концов человека, кто может разделить с ним всю прелесть этого богом забытого, но крайне душевного и важного для него места. – Кажется, здесь я обрел, наконец, смысл своей жизни… – Чуть слышно подытожил Энтони, опуская взгляд и задумчиво замолкая.       Юношу аж до мурашек пробрало трогательное признание Кроули. Парень, к удивлению юного Фелла, оказался увлеченным, чувственным, а также внимательным к беззащитным цветам и растениям. Это еще больше располагало подростка к хулигану, даже несмотря на его отстраненность, точечную агрессию и высокомерность.       – Здорово, что ты нашел в этом деле себя. Но без должной подготовки же сложно понять, как ухаживать за растениями. С помощью проб и ошибок, если только. Или у тебя в роду садоводы были? – Азирафель нежно улыбнулся и подошел поближе к Энтони, желая сократить между ними дистанцию, что означало высокую степень его заинтересованности.       – Конечно, потомственный садовник в седьмом поколении. – Усмехнулся рыжеволосый парень, понемногу возвращая себе привычную уверенность и легкое нахальство. – У меня есть пара книг по садоводству – оттуда все и беру. – С этими словами Кроули наклонился к своему сундуку и выудил оттуда завернутые в пакет издания, слегка отсыревшие даже несмотря на принятые хулиганом меры.       – Ого. Книги, вероятно, старые. Ты где такие нашел? – Выглядывая из-за плеча Энтони, восхитился юноша. – Причем очень хорошие, судя по обложке и иллюстрациям.       – А сам как думаешь? Здесь книги можно найти только в одном месте, и ты прекрасно о нем знаешь. – Парень придирчиво расправил пакет руками, надежнее заворачивая свое «сокровище» от постоянной сырости леса.       Азирафель нахмурился. Он с подозрением посмотрел сначала на книги, которые уже изрядно потрепались после долгого использования, а затем перевел взгляд на затылок Кроули.       – Украл? – Осуждающим тоном спросил подросток, чей голос резко стал холодным и строгим.       – И что с того? – Энтони пожал плечами, а затем снова уложил сверток на дно сундука. Развернувшись к юноше, он недовольно закатил глаза и цокнул языком. – Давай, обвини меня еще в воровстве. – Реакции на его слова не последовало – лишь все тот же укоряющий взгляд, которым, казалось, Азирафель собрался прожечь дыру в голове хулигана. – Да верну я их перед выпуском! Они все равно никому кроме меня не сдались. Твой Фламель даже и не заметил пропажи.       – Мистер Фламель – единственный человек во всем приюте, который отнесся ко мне по-человечески. Несмотря на моё положение, я не позволю на его добро отвечать злом. Даже тебе. – Юноша опасливо метнул взгляд на хулигана и все равно продолжил свою тираду. – Это очень низко, Кроули, ведь он хороший человек. Позволил нам заниматься у него, всегда добродушен и открыт сердцем. До твоего выпуска сколько еще? Год? Очень своевременно ты вернешь, конечно! Дело же не в книгах, а в твоем поступке по отношению к нему.       Азирафель обошел парня и уставился на него недовольным взглядом, скрестив руки на груди. Сейчас подросток весьма сильно рисковал, но ему почему-то казалось, что Энтони его не тронет. Уже не тронет.       – И что ты предлагаешь? – Насупившись в ответ на слова юноши, Кроули повторил позу Азирафеля, также сложив руки и глядя на подростка хмурым взглядом. – Прям щас пойти и вернуть ему эти книги? Я неделю не мог сюда сбежать, а теперь ты заявляешься ко мне со своей моралью! Чего ты вообще за мной увязался?! – Энтони и сам не заметил, как перешел практически на крик, срывая накатившую внезапно злость на честном и искреннем парнишке, что всего лишь хотел немного справедливости в этом бесчеловечном и ужасном месте.       Азирафель хотел было уже повысить голос в ответ, но внезапная мысль о библиотеке, находящейся по соседству с актовым залом, вдруг заставила юношу ахнуть и схватиться за голову.       – Кроули! – Его возглас отзвуком ударился о стеклянные стены оранжереи и неприятно полоснул слух. – Я же бежал тебя предупредить, что всех в срочном порядке собирают в актовом зале. Вот я кретин!.. – Он резко подорвался с места и побежал к выходу из теплицы, на ходу забывая причину их с Энтони перебранки.       Недоуменно уставившись вслед убегающему подростку, Кроули поначалу не сразу сообразил, к чему вообще такая спешка. Но спустя пару секунд до него все же дошел смысл происходящего, и хулиган, быстро сгребая инструменты с бордюра, неаккуратной кучей забросил их в ящик – наводить порядок похоже придется уже в следующий раз. Захлопнув деревянную крышку, Энтони что есть мочи побежал вперед, быстро нагоняя уже порядком запыхавшегося юношу.       – Зачем всех собирают? – Продолжая бежать изо всех ног, Кроули пытался прикинуть в голове, что такого могло случиться в приюте, из-за чего всех воспитанников решили согнать на общий сбор.       – Если бы я знал. – Еле дыша, попробовал объяснить Азирафель. – Надеюсь, они еще не начали, либо наоборот закончили, и нашего отсутствия никто не заметил. Я всего-то минут пятнадцать тут был. Хотя, вероятнее всего, мы все же опоздали. Вас вообще часто собирают в актовом зале?       Пока они бежали, юноша пару раз споткнулся, но удержался на ногах, словив на себе возмущенный взгляд хулигана.       – Только на Рождество. Или если случилось что-то совсем плохое. – Отозвался Кроули, добегая, наконец, до забора и пролезая в проделанную им же дыру. – Но до Рождества еще два с лишним месяца… – После этих слов у обоих парней вдруг резко пробежал холодок по спине.       Дождавшись, когда Азирафель снова окажется на территории детского дома, Энтони быстро вернул забору его первоначальный вид, привинчивая металлическую балку на свое законное место. Весь оставшийся путь до корпуса ребята преодолели в молчании, каждый думая о своем, но практически у самого порога хулиган вдруг резко затормозил, следом останавливая и рвущегося вперёд юношу:       – И чтоб ни слова о том, где мы с тобой были. – Рыжеволосый парень со всей серьезностью посмотрел на подростка, предвосхищая любые возражения с его стороны. – Узнают про оранжерею – нам обоим хана. Я не шучу.       – Само собой, Кроули! Я умею хранить тайны. – Возмущенно произнес Азирафель, немного нахмурив брови.       Тем временем на посту охраны уже стояла одна из сотрудниц приюта, которая, увидев двух пропавших ранее беглецов, ввалившихся на первый этаж корпуса, сложила руки на груди, сопроводив это действие грозным выкриком:       – Наконец-то! Вот и нашлась пропажа. Надеюсь, вторая найдется также быстро.       Кроули и Азирафель коротко переглянулись, но так и не поняли, о чем идет речь. Женщина поправила очки на переносице и медленно подошла к растерянным ребятам, прожигая их осуждающим пытливым взглядом:       – Вывернули карманы. Сейчас же!       Юноша хотел было потянуться, чтобы выполнить «приказ», но боковым зрением заметил, что Энтони даже не шелохнулся. Он продолжал молчать, видимо, желая услышать дальнейшие объяснения со стороны надзирательницы.       – А что случилось? – Подал голос Азирафель, и его реплика прозвучала до ужаса виноватым и совестливым тоном.       – А то ты не знаешь, паршивец! – Смотрительница была вне себя от ярости: казалось, еще одна реплика – и вместо словесного нападения женщина быстро перейдет к рукоприкладству. – А ты чего замер?! Живо показал, что у тебя в карманах! – Она резко переключилась на Кроули, который в отличие от новичка выглядел более подозрительным и менее нервным, хотя, по ее мнению, им обоим стоило как следует переживать за свои задницы.       Насупившись и недовольно посмотрев на сотрудницу приюта, хулиган все же выполнил ее требование, так как был уже научен горьким опытом неповиновения старшим. Выудив все содержимое своих карманов, Энтони продемонстрировал женщине носовой платок, пару небольших пластырей и несколько скрепок, что всегда носил с собой во всей одежде. Метнув недовольный взгляд на эти «сокровища», надзирательница повернулась к Азирафелю и требовательным тоном повторила приказ:       – Твоя очередь! – Глядя на то, как дрожащими пальцами юноша один за другим выворачивает свои карманы, она ни на секунду не умерила пыл и не попыталась смягчиться, даже после того, как увидела абсолютно пустые карманы подростка. – Уже все потратили значит! Как предусмотрительно! – Больно схватив обоих парней за предплечья, женщина волоком потащила их вперед по коридору прямиком к кабинету директора. – Советую сразу во всем сознаться и вернуть украденное! Мистер Браун уже вызвал полицию. С такими преступниками как вы – у нас разговор короткий!