Хорни Фест

Руки Князева опускаются на тонкую шею нижнего и сжимают её, выбивая из глотки не стоны, а требовательные хрипы. — Сука, какая же ты сука, — по-звериному рычит Андрей, ощущая, как влажные, горячие стенки чужого ануса плотным кольцом окутывают его член. От прежнего романтика Андрея не осталось и следа. На его место пришёл настоящий зверь, лишенный секса на целый год! Не то, чтобы Леонтьеву это не нравилось..но он рассчитывал на нечто..нежнее этого и в более уединенной обстановке, а не на полу гримерки. Саша извивался и хрипел, всячески выгибался. Князев, закинув его длинные, худые ноги себе на плечи, вошел до упора, но продолжал толкаться, словно намереваясь проникнуть глубже возможного. — Андрей..— стыдливо позвал его Леонтьев. Но ответа не последовало. Лишь голос Горшенёва разнесся за дверью, заставляя Андрея остановиться. — Мужики, вы че? — дверь скрипит и на пороге появляются Мишкины говнодавы. — Опачки, это че за хуйня? Вы голубые что ли? — Миш, это не то, о чём ты подумал, — нервно смеётся Саша, то и дело срываясь на стон через каждую минуту. Член Князева уперся головкой в простату, заставляя каждый раз дёргаться. — Мих, да чё ты? Как будто сам мужиков ни разу не ебал, — смешливо звучит голос Андрея, — присоединяйся. Эта сучка выдержит еще один член, — раздаётся звонкий шлепок по бедру и Саша вскрикивает. — Ебать это одно, а я хочу любить партнёров, — зачем-то говорит Горшенёв и подходит к ним. — Чтоб не просто утолить потребности, а с удовольствием кого-то трахать. Из светлых чувств, понимаешь, да? Князев не отвечает. Скидывает ноги Ренегата с плеч, перемещая их на свои бёдра. Подхватывает его под ягодицы и переворачивается на спину, отчего Леонтьев оказывается сверху. — Тогда вылюби эту дырку, — серьёзно говорит Андрей, выходя из тела Саши, тем самым уступая место товарищу. И Миша, расстегнув ширинку джинс и через неё вытаскивая член, размазывает предэякулят по головке, после чего приставляет к сфинктеру. Плавным толчком он проникает внутрь, вызвав у Леонтьева звонкий стон. — Тише, Сань, — над самым ухом шепчет Горшенёв. По-собачьи обняв бедра нижнего, он начал размеренно толкаться внутрь, кусая и порой вылизывая шею нижнего. Андрей, между тем, опустил руку Саши себе на член, заставляя мастурбировать себе. Он закрывает глаза и откидывает голову назад, чувствуя, как собственные плечи усыпаются укусами. — Мих, остановись на секунду, — просит Ренегат и подводит член Князева к сфинктеру. — Толкайся, Дюш … И “Дюша” толкается бёдрами вперёд. Хватает Сашу за бёдра и насаживает на себя, а оказавшись внутри - шепчет: — Узко… — Узко, — повторил Миша, потянувшись к стояку Ренегата. Окольцевав гениталию под головкой, он начинает неспешно-дразняще водить рукой вверх-вниз. Завывая от удовольствия, Леонтьев начинает толкаться в руку Мише, параллельно насаживаясь на чужие члены. Андрей откинул голову назад, приоткрыв рот. По пересохшим губам прошёлся влажный язык Ренегата, а после он сплёлся с языком Князева. Крепко сжав в руках ягодицы того, Андрей начал толкаться максимально глубоко и через несколько секунд густо излился внутрь. Миша последовал примеру товарища и максимально ускорился, так же изливаясь внутрь.