Хлеб, подгузники и пачка сигарет

С утра меня будит звонок в дверь. Я уже подумал, что это Фаида Денисовна, но это оказался Стёпа. Его почти прозрачная кожа стала красная – Здрасьте, - Он ворвался в квартиру разуваясь – Дим. Какого чёрта?! - Он почти кричит. После ночной блевальни мне всё ещё очень не очень поэтому говорю невнятно будто мямлю, словно меня это задело меня мама ругает – Какого? - Стёпа хлопает дверью. Боль в голове расходится с новой силой. А ещё Анюта начала возмущаться, поэтому приходиться переместится в гостиную. Ему к стеллажу с книгами, мне в кресло. – Какого чёрта. Ты дал вчера моей сестре водку?! - Он пытается говорить тише обычного из-за Анечки, но выходит плохо и он просто очень злым взглядом и топает ногой. Заяц ей богу. – Да, я дал ей водку. У меня дома валялась ненужная и знаешь, - Вспоминаю фразеологизм, - бутылка прям манила, решил избавиться, - Он краснеет ещё больше, это забавно выглядит если не вдаваться в ту мелкую деталь, что он ссориться со мной. Я абсолютно спокойно сижу в кресле, хотя мне немного обидно. – Дим… - его голос надломился. Меня это напугало, - ты знаешь как тяжело… вытаскивать алкоголика? - он посмотрел мне прямо а глаза. Лазурные глаза не давали мне покоя, в них впервые не было того спокойствия и уравновешения, не было. Я мотаю головой - Она держалась три недели… мы почти дошли до заветной цели в месяц… а ты… - он хотел подобрать выражение, но в его ситуации это было невозможно. В любом случае не оскорбит меня. Я киваю позволяя ему говорить всё что захочет. – Ты разрушил нашу цель… она почти смогла… - Стёпа скатывается по стенке, - Ты… ты… ты лишил её этого просто… просто так? - Стёпа махает головой. Не рассчитав крепость стеллажа на него посыпались книги одна за одной. Аня засмеялась от этой картины, Стёпа же сидел как побитый котёнок не шевелясь. Через около минуты такого нахождения он выдал терпкое, тихое: – Блять. По какой-то причине сразу включаюсь. Быстро кладу Аню на кровать и иду к блондину сидевшему в том же положении. У него начал дёргаться глаз. Подхожу к нему и отряхиваю его поднимая на ноги. – Прости, я не знал. Твои обвинения так-то правильные ничего не скажешь. Я знаю как тяжело когда на финишной прямой всё ломается, - вообще сам не знаю о каком случае я говорю, но предположим о том когда я попытался попасть в поликлинику в первый месяц жизни Ани, а спустя пару около истерик, луж, канав она оказалась закрыта. Для меня это была трагедия, - Мне искренне жаль, что это произошло. Я не знаю в тот день я был не в адеквате. Я вышел из квартиры с бутылкой водки, а куда девать не понял. Сразу пошёл к Ларисе, она с радостью приняла. Я не думал, что это что-то страшное, - Стёпа тяжело выдохнув и видимо не выучив урок облокотился на стеллаж, книги в свою очередь новым потоком полетели ему на голову. В этот раз сбив очки с его глаз. Он поднимает очки с книгой и читает: – «Виртуальный свет» - Уильям Гибсон как кстати, - Стёпа печально усмехается, потирая голову встаёт и начинает собирать книги. Я вместе с ним делаю тоже самое. Беря книгу Лейла Аттар: «Дорога солнца и тумана» мы соприкоснулись руками. Это смущает особенно учитывая содержание книги. Галия любит такие книги… Хотя да, это хороший экземпляр как я это называю «глупой романтики» когда по идее между персонажами не должно быть никакой любовной линии, но она очень органично появляется. – У тебя дома много книг… – Всего один стеллаж. Во время беременности Галия начала читать романы. Ей этот очень понравился. Говорит очень грустная книга, - Стёпа смотрит поправляя очки. – Мм… не читал. – Как знаешь, - Пожимаю плечами. За пару минут кончаются книги и Анюта требует завтрак. Наконец ко мне пришла мысль – А ты чего так рано? Сейчас всего 7 утра. – Я работаю в ночь иногда. Вот сегодня тоже. Заехал к сестре, а там… а там похмелье… клялась что сама не покупала, а ей подарили. Поверил ей. Вот к тебе пошёл, - поджимаю губы и кормлю Анечку. – Ты домой поедешь или дождёшься когда я на работу поеду? – Я хочу быть твоим клиентом сегодня. Первым, - Я радуюсь. Не надо будет жопу морозить и ждать желающий воспользоваться такси. Через полтора часа как гром среди ясного неба пришла Фаида Денисовна. – Ты кого в дом тащишь, окаянный? - Фаида Денисовна сразу всполошилась, - Так Галия больше не следит так сразу можешь водить домой кого попало! - Я поджимаю губы – Я завязал Фаида Денисовна. Это просто друг. Ничего из того, что вы представляли не было, - Мне стыдно говорить об этом. Я не хочу вспоминать тот кусок своей жизни. Я не хочу вспоминать те оргии, что устраивал. – Ври больше. – Я не вру, - Степа странно смотрит. И конечно вставляет свои пять копеек – Он не врёт, - Аня также произносит пару странных звуков наверное значущие «батя пиздит». Мой взгляд остановился на Степе. Я смотрел на него: какого хуя, ты меня подставляешь – Ладно-ладно. Иди работай уже. И парня своего забери, - Я смущаюсь так, что мои щёки краснеют и я громко произношу захлопывая дверь – Он не мой парень! - Потом приходится открыть дверь, чтобы выпустить Стёпу и забрать варежки Мы молча идём до машины, я на грани кипячения если услышу хоть один звук в мою сторону могу взорваться. Стёпа видимо поняв это по моим сжатым кулакам шёл и поодаль абсолютно молча. Казалось что он даже дышать перестал на этот момент времени. Иногда я озирался на него спускаясь по немерено длинным и долгим ступенькам. Он выглядел абсолютно спокойно как будто он вышел из обычной квартиры, с обычным знакомым… Или другом? Кто мы друг другу? Знакомые или друзья? Дойдя до машины я говорю Стёпе, чтобы он садился ко мне и я его подвёз. Зайдя в машину я выключаю счётчик Стёпа холодно отвечает. Даже не взглянул. В сердце кольнуло почему-то. – Включи. Я же отвечаю сконфуженно почёсывая бороду – Я тебя просто подвезу, как знакомого Стёпа тяжело выдыхает и отворачивается и уже более раздраженно говорит. – У меня есть деньги, Дим. Ты не должен делать мне такое «одолжение» Я включил счетчик, но сразу зная, что денег я у него не возьму. Не буду наглеть. – Адрес-то скажи. – А, ой! - Он хлопает себя по лбу – Морозино, 40. – Морозино?! - Это самый дорогой район у нас в городе наполненный новостройками с тех билбордов на которых фотка какого-то европейского города с вечным Летом, ну видели точно. – Хрена у тебя бабла – Да, не мне как сироте досталось, - Равнодушно говорит Стёпа отвернувшись к окну. – Тебе сколько? 28 же, да? - Стёпа угукает – Так 10 лет назад этой красоты не было! - Я усмехаюсь – Мне эта квартира досталось два года назад, ты что. Думал сироте так быстро квартира дадут? – Ну да… типо… Они ж… ну сразу после выпуска, - Стёпа засмеялся от моей наивности. – Ага! В прекрасной России будущего, возможно, но сейчас нет. Надо годами ждать когда квартира будет. Лариса вот ждёт. Снимает ту квартиру где сейчас живёт. – На что ж она её оплачивает, - Стёпа хмурится – Не твоё дело – Ты так говоришь как будто я её обвиняю в чём-то! - Резкий поворот пытаюсь смягчить. Около минуты мы молчим. Я уже хотел было извиниться, но Стёпа покачал головой и продолжил – Прости, погорячился. – А почему она с тобой не живёт? - говорю неуверенней – У меня пить нельзя будет. А ещё 21 год… ветер в голове, хочет самостоятельности – Чёт у неё не выходит – Ага, - Стёпа тяжело выдохнул и начал чесать голову – Блин шишка выросла! Как я на работу пойду! – Не бойся, твои клиенты ничего не скажут, - Стёпа засмеялся со мной. Мы подъезжаем к дому. Он отменный, как мечта. Забор ограждающий комплекс, там несколько высоток так ещё и яркая детская Площадка. – Всё. Приехали. Сколько с меня? – Нисколько. Стёпа хмурится и зырит на счётчик. Доставая купюры. – Степ, ну не буду я брать деньги твои, Стёп ну правда не надо, - Я уже скулю почти – Я так сказал. Взяв с собой деньги, я уже чувствую себя говном и еду жрать. Живот опять болит, а в сердце больно кольнуло, как будто, я для него настолько беден, что даже не могу друга подвести?! Да кем он меня возомнил! Я не бомж, не бродяга, не алкаш, не нарик, не бедная монашка! Я взрослый мужик, бедный, но на жизнь хватает, моя дочь ни в чём не нуждается, а я тем более. Я зарабатываю достаточно. Я зло жму на газ и еду к РЖД. Сегодня буду у этой точки крутится благо тут есть наши люди, так, что всё законно и ни чей бизнес не забираю. Всех понимаю. Сразу ловлю милую семью, пару громких подростков, добрейших старичков и заёбанную мать с ребёнком. После того как я вернулся на точку резко скрутило живот и ноги сами потащили к толчку. 10 рублей проход, ну что за твари, а. А потом пребывание в обоссаном туалете, делая его ещё и заблёванным. Чувствую себя отвратительно. Как будто кишки вышли. – Епт твою… - Я передыхаю немного, но от этого запаха хуже становится, поэтому выхожу и иду перекурить. Выходя с тёплой со здания мне бьёт холодный февральский ветер в лицо и я кривлюсь. Когда же уже весна? Сигарета помогает. Становится лучше и боль в желудке притупляется. Не уходит, но и блевать не тянет. Больше всего напугало, что там почти всё было желчь. Совсем еды не было… когда 14-го повезу Аню на обследование сам заодно схожу, к Гастроэнтерологу. А он по записи или нет… слишком долго думаю, это время нужно тратить на работу. Следующий автобус приедет в пять вечера, а сейчас три дня. Стоит прокатиться по городу и забрать заказов там. Снежная пустыня, ни солнца ни людей. Ой ну нахера я себе такое расписание дебильное взял, всех людей просираю. Спустя двое клиентов и несколько воя от скуки я возвращаюсь домой. Фаида Денисовна даже не смотрит в мою сторону. Будто я обидел и предал. Не знаю чем больше; тем что я теперь не одинокий хуйло или тем, что не ещё не заплатил ей. Ане походу не меняли подгузник. Это ужасно поговорю об этом с Фаидой Денисовной. Иногда она охреневает. Несколько рвотных позывов, ванночка для Ани, классические упражнения и небольшой разговор изливающий душу. В сердце всё ещё было обидно, но об этом я зачем-то умалчиваю Ане и глажу её по животу, моя красотка смеётся заставляя меня тепло улыбнутся. Слабость одолевает меня и я ложусь в постель укутываясь в царство Морфея. Опускаюсь в разложенный диван пропитанный моими слезами и потом укутываюсь в одеяло которое уже начало рваться и закрываю глаза пытаясь не думать в какой срани я сплю. Ночью мне не даёт спать сегодняшний случай с водкой и Стёпой. Боже, это было так ужасно, по всему тело пробирается чувство стыда и вины. В ногах то жар то холод, а в голове так жарко от такого чувства то приходится выходить на балкон. Курю и думаю обо всём, что произошло сегодня. Стёпа накричал заслуженно, я сам совершил тупость, пускай и по незнанию, я не должен был творить эту хрень. Фаида Денисовна думает что я не исправился, хотя это не так. Семь, ладно шесть лет прошло, я изменился. Галия меня изменила я смог справится. Я вылечился. Со Степой такого не будет. Я не совершу таких ошибок больше. А насчёт моей рвоты мне надо идти к врачу, довёл организм бессонными ночами, курением, отсутствием питания. Надо забыть, забить и идти к врачу. Опять возвращаюсь в кровать, но ненадолго, Анюта просыпается и просит жрать. Теплое молоко и тихое посасывание Ани меня убаюкивают и я кое-как удерживаюсь, чтобы уснуть прямо на табурете на кухне. Холодный ламинат приводит меня в чувство и я плетусь в постель, лишь бы меня так таскали как эту девочку…