Лев или Змей?

Минерва хмуро глядела на мужа с тех самых пор, как Слизерин победил Гриффиндор. И дело не в победе над львами, а в том, что женщина узнала, кто купил мётлы. Они даже поссорились на этой почве. А узнала она о том, что мётлы купил Гарри, чисто случайно. Она шла мимо Крэбба с Гойлом и услышала их беседу. — Как здорово, что на Слизерине есть Гарри Поттер. Он такой щедрый. Мой отец никогда бы не выделил на школу денег, а тем более не покупал бы мётлы, — говорил Грег. — А он за свои деньги купил. Жду тот год, когда он станет капитаном. — Я тоже, — обжирался пирожными Крэбб. — Мистер Гойл, — Минерва вышла из укрытия, заставляя мальчиков подавиться пирожными. — Да, директор? — закашлялся парень. — Я не ослышалась: «Нимбусы-2000», а именно шесть штук, купил Гарри Поттер? — Да. Декан лично об этом говорил команде при Поттере, — после каждого слова мальчик закашливался. Минерва вихрем рванула в кабинет мужа, который любил проверять после ужина самостоятельные работы. Женщина ворвалась молнией, громко бахнув дверью. — Это не ты купил мётлы, а Гарри? У тебя есть деньги за василиска! Да нашим потомкам тысячу лет можно не работать! — Минерва, это мои деньги, а не твои, — напомнил мужчина. — К тому же, я не обязан покупать мётлы. — Ты даже будучи Министром никогда ничего не покупал! А ремонт в школе сделан ещё при Альбусе! Тогда покойный Орион Блэк выделял деньги! — Вот Блэка и попроси купить мётлы, — ухмыльнулся старик. — Ты злишься на Блэков, верно? — женщина склонилась над мужем, упираясь ладонями в столешницу. — Наш внук — Блэк. Ему нравятся мальчики. Сириус открытый гей, а его крестник шутит, что женится на мужчине, не скрывая своих симпатий. Ты злишься на них всех и желаешь, чтобы они разорились, верно? — Не понимаю, о чём ты говоришь, дорогая, — улыбнулся Морфин, возвращаясь к проверкам работ. — Я готов выделить деньги на закупку новой мебели во всей школе на следующий год. Поговорю об этом с Фаджем и Макдональд. Ну и с Люциусом, конечно, как с главой Попечительского совета. Довольна? — Всю мебель? — скрестила женщина руки на груди. — Да. Все парты, стулья, столы, скамейки, пробирки, флакончики, шкафы, кровати, тумбочки, сундуки, раковины, душ — в общем всю мебель! Так ты будешь довольна? — Ты это делаешь, чтобы тебя не обвинили в жадности. Ты скряга! Ты злопамятный… — Наследник Слизерина! — напомнил Гонт, чей он потомок. — Напоминаю, что моя мать — сестра моего отца. Моя кровь чистая магически и грязная в то же время. И я обожаю свои гены, любимая. За столько лет брака пора привыкнуть к моему характеру. Хочешь купить Гриффиндору мётлы — вперёд! Минерва зашипела, будто кошка, выставляя наружу клыки, от которых мужчина всегда был в восторге. Она ухватила все работы детей и сбросила их со стола, чтобы тот сам сортировал свитки, а после вылетела молнией из кабинета. — Шикарная женщина, — восторгался ею Морфин, становясь на колени, чтобы вручную отсортировать работы. Но Морфин не знал, что Том ещё в коридоре заметил разъяренную бабушку и, понимая, к кому она направляется, увязался следом. Минерва выскочила из кабинета прямо на внука. — Поговорим, бабуля? Том взял женщину за руку и повёл к ней в кабинет, где та села выпить успокоительного чая. Том открыл окно, впуская ноябрьскую прохладу. Начинал капать дождь, что нравилось мальчику. Раньше он любил бегать под дождём, особенно, когда в приюте не позволяли мыться. — Мне очень жаль, что ты увидел меня такой, — виновато шептала Минерва. — А мне понравилось, что у тебя бывают такие эмоции, — честно признался мальчик. — Значит, он злится, что я гей, что Сириус гей, что Гарри вроде гей. В общем, что Блэки везде строят свои устои? — хмыкнул гриффиндорец. — Мне Гарри поведал... Не спрашивай, откуда он узнал… — Разве вы не поссорились? — удивилась Минерва. — Поссорились. Но это было до ссоры. Он рассказал, что компания «Нимбус» выпустит новую метлу в конце августа. Она будет называться «Нимбус-2001». И я куплю семь штук для Гриффиндора. — Томурас, — растрогалась женщина, — твой дед не даст согласия. Я дам, но он — нет. — Мне не нужно согласие. На каникулах я приду к алтарю и призову магию. Я могу стать главой рода Блэк, и мне не нужны будут опекуны. Даже если не стану главой Рода, то магия всё равно считает мою душу совершеннолетней. Я уникальный маг. — Магия не может признать такого юного мага главой Рода, — ужаснулась Минерва. — Ядро слишком слабое. — Нет. Бабушка, просто доверяй мне, пожалуйста. Я куплю мётлы. Сейф Блэков не опустеет от этого. — Хорошая тактика, — заявил вошедший Морфин, заставляя Томураса закатить глаза. — Обойти меня решил? — гриффиндорец кивнул, скалясь. — Какие твои козыри, дедуля? Я гей и я стану главой Рода. — Хорошо, но тогда я всё своё имущество, а это целое состояние из-за василиска, отпишу. — Кому? — хмыкнул Том, не клюнув на угрозы деда. — Ты же жлобяра. Ты никогда не передашь деньги чужакам. Или пойдёшь к магглам семя сдавать? — Морфин, — сглотнула Минерва, боясь того, что муж сошёл с ума. — Я написал завещание. И заверил его. В случае моей смерти всё имущество будет заморожено, пока мой внук Томурас Гонт не продлит Род. Если до пятидесяти лет у тебя не появятся дети, то всё имущество переходит школе Ильверморни. Мы не последние потомки Слизерина. Есть ещё одна ветвь, Томурас. Блэк это знал, но никогда не встречал змееустов на континенте, они остались в Америке, куда Волдеморту путь был закрыт. Скорее всего, фамилии давно изменились и только парселтанг выдавал истинное происхождение. — Это моё последнее слово. — Ильверморни? Не Хогвартс? — возмутилась Минерва. — Пошёл вон из моего кабинета! — Подавись своими деньгами, я-то и без них стану великим. Том в своё время начинал с приюта, а тут начинать из состояния Блэков намного легче. Морфин Гонт, видимо, считал иначе. Он не знал, какой упрямый на самом деле внук. — Томурас, мне очень жаль, — шептала Минерва. — Думаю, ему нужно искать новый дом. После принятия главенства Рода, я не пожелаю видеть его в Блэк-хаусе. И вообще, ко мне на день рождения явятся Рон с Невиллом. Они пробудут у меня семь дней. Шестого января вечером их заберут семьи. Я хочу отдыхать, и чтобы они не нервничали. — Твой дед не плохой. — Да, но у него есть цели и он хочет добиться их любым путём. Очень жаль, но я тоже желаю добиться своих целей любым путём. «Информация и связи — это сила. Это власть. И я её получу. Я уже решил, каким образом!» Как бы странно ни было, но метка основателей согревала тело мальчика, а значит ему позволено мировое господство, только не кровавое. Кто владеет информацией — тот незаменим. — Снова он за мировое господство! — шипела Ровена, стоя за спиной мальчика. — Он изменится, — уверял Салазар. — Он станет умным. Но согласись, что за миром нужно присматривать. Он станет голосом разума в будущем. — Ставлю на Поттера! — Ровена, — застонал Слизерин. — Ставлю на Поттера! Тому казалось, что на него смотрят, но за спиной никого не было. Наверное, он со своей паранойей совсем рехнулся. Лучше выспаться, сдать все контрольные и дожидаться рождественских каникул.

***

Гарри был в предвкушении каникул, ведь сначала он будет отдыхать с Римусом и Сириусом, а после «познакомится» с Люциусом и Нарциссой. Он их не знает, особенно мать Малфоя, а она кузина крёстного. Огромное упущение, но изначально Гарри не думал сближаться со слизеринцем, оттого и не желал знакомств. — Пишешь? — спросил Драко перед отбоем. — Снова о нём? — Блейза и Тео не было в спальне, но рисковать не стоит. — Нет. Я пытаюсь понять, что мне нравится. Вот ты знаешь, чего желаешь в будущем? — Конечно, нет, — засмеялся Драко. — Мне одиннадцать, и тебе тоже, даже если душе пятнадцать, а по меркам Кубка Огня ты совершеннолетний. Гарри, ты жил боями. Но ты не обязан бегать за преступниками. Даже твой драгоценный Блэк в почти шестьдесят шесть лет не знает, чего хочет. — Он не мой, — пробубнил под нос Поттер, заставляя Драко смеяться. — Ты не умеешь врать, верно? Гарри тяжело вздохнул. Он умел молчать, но не врать. Поттер протянул Драко список того, что он любит, чем увлекался. Список оказался коротким: квиддич, ЗоТИ, полёты на мётлах, Хедвиг. — Ты себя накрутил, — заявил Драко. — Попытайся не думать о плохом. Ты начал жить, как ребёнок. Будь ребёнком. Гарри печально улыбнулся. Как быть ребёнком, он не понимал. Только знал, что желает поскорее каникул, чтобы научиться кататься на лыжах, а после поплавать в океане.

***

Том так и не заговорил с дедом аж до самых каникул. Он садился в поезд, чтобы спокойно доехать до Лондона, где его встретит бабушка. У Минервы были ещё дела, а мальчик решил, что проще поехать домой на поезде. Ища свободное купе, наткнулся на купе с Малфоем и Гарри, которые пока сидели вдвоём. — Свободно? — спросил Блэк. — Нас трое. Всё занято. — Пожалуйста, — указал Гарри на соседнюю кушетку, продолжая что-то писать. Рону и Невиллу было немного неловко возле слизеринцев, но раз Том садится возле них, то и им можно. Гарри сразу улыбнулся, видя Рона, который выглядел воодушевлённо. — Какие планы после Рождества? — спросил Том, глядя на Драко и Гарри. — Хочу поискать, не пересекались ли в прошлом Поттеры и Гонты, — не стал скрывать Поттер. — В библиотеке Драко, — расплылся в улыбке мальчик. — Хорошо провести время лучшим друзьям, — сквозь зубы цедил Том. — А мы с Невиллом сразу ко мне. У его родителей командировка до пятого числа в Исландии, и они с удовольствием оставят его у меня, а 25 числа к нам присоединится Рон. Мама тебя же отпустила? — Да, — счастливо протянул мальчик. Улыбка Гарри сразу спала. Раньше он проводил каникулы у Рона, а теперь Рон с удовольствием покидает Нору ради тишины. Гарри нравилась Нора своим шумом, но Рон там всегда был несчастлив. Видимо, Блэк может его сделать счастливым. Драко просверлил своим ртутным взглядом Тома, который нисколько не каялся. Но если Гарри не умеет делать больно, то Малфой в этом мастер, с таким-то отцом. — Гарри, я прилягу, а то сидя неудобно читать. Поттер и ответить ничего не успел, как Драко расположил свою голову на коленях Гарри, открыл книгу и начал читать. Его азартная улыбка говорила, что он добился своего, ведь скулы Блэка ходуном ходили. Гарри понял, что в эту игру могут играть трое. Он поиграл бровями, когда встретился с антрацитовым убийственным взглядом. До самого вокзала Кинг-Кросс все ехали в тишине. Сначала читали, а когда наступили сумерки, то решили просто отдохнуть. Голова Гарри расположилась на коленях Драко, потому что надоело ехать сидя, и он даже задремал от массирования головы пальцами блондина, который не отводил взгляда от Тома. Он не боялся. Не этого Тома. Рон и Невилл видели немую перепалку, явно за внимание Поттера, и только улыбались, но как можно незаметнее, а то Блэк может обидеться. Детей с Хогвартса встречал Артур Уизли один. Перси, Фред, Джордж и Рон обняли уставшего отца, а Том решил подойти и назло Поттеру познакомиться с главой рыжего семейства. — Добрый вечер. Меня зовут Томурас Блэк, надеюсь, ваша семья не против, что я пригласил Рона к себе на каникулы? — Приятно познакомиться, — пожал протянутую руку мужчина. — Артур Уизли. Рону будет полезно провести с тобой каникулы. — Рон очень хорош в Травологии, а особенно в деревьях. Вы знаете, что они с Невиллом, да и я, — не стал скрывать Том, — каждое занятие зарабатываем очки. Каждое занятие, — акцентировал внимание Блэк. — Это прекрасно, — восхитился мужчина. — Может, и ты к нам летом явишься? Или на весенних каникулах? — Лучше на летних, но до дня рождения Невилла. Когда вы явитесь с Роном ко мне? — Двадцать пятого числа в семь утра, — весело говорил Артур, будучи в восторге от друга младшего сына. — Хорошо, — улыбнулся Том. — Жди мои рождественские подарки, — подмигнул мальчик, заставляя Рона улыбаться, а после оба обнялись, затем в объятия Рона угодил Невилл. — Мы будем тебя ждать, — улыбнулся Лонгботтом. Поттер закатил глаза, а Малфой засмеялся, утаскивая друга в сторону Люциуса и Нарциссы. Только сейчас Гарри отметил, насколько красива женщина из рода Блэк. — Гарри, Сириус попросил тебя забрать к нам до восьми часов, — улыбнулась Нарцисса. — Благодарю, леди Малфой. Он предупредил. — Драко писал, что тебе нужна наша библиотека, — улыбнулся Люциус. — Что именно? — Родословные. У меня есть секреты… — Как и у всех, в чьих жилах хоть немного течёт кровь Блэков, — улыбнулась Нарцисса. — Идём. Порт-ключ скоро сработает. Люциус что-то изучал, глядя на Гарри. А тот вовсе не понимал этого взгляда. Ему было не по себе, но в этом времени Люциус не Пожиратель смерти. Волдеморта нет. Когда Гарри явился в мэнор, то Люциус сразу повёл его в библиотеку, отчего Драко застонал. Но перечить отцу не стал. — Драко очень дорожит тобой, — заявил Люциус, идя между стеллажами. — Он хороший друг, я тоже им дорожу. Люциус прищурил глаза и ухмыльнулся, останавливаясь напротив тёмной книги, на которой был нарисован непонятный знак. — Это знак Даров Смерти из сказки Барда Бидля. И эту книгу может открыть только наследник тех братьев из сказки. — Те братья существовали? — удивился мальчик. — Поттеры имеют скрытое полотно наследников. Его невозможно нигде достать, как и Гонтов, оттого я считаю, что Гонты и Поттеры далёкие родственники. Могу ли я посмотреть? — Да, — оживился Гарри, надеясь, что книга откроется. И книга открылась, заставляя Люциуса восторженно ахнуть. Гарри был рад увидеть семейное древо, расписанное от каждого наследника. Игнотус Певерелл прадед Гарри Поттера, ведь последняя наследница Певереллов Клаудия вышла замуж за Арманда Поттера. А последняя наследница Антиоха Певерелла Жанетта вышла замуж за Фарадеуса Гонта. — Значит, тёмное начало существует, — уныло прошептал Гарри. «Значит, пророчество выбрало того, в чьих жилах кровь наследника Даров. Другой бы не победил Волдеморта». — Какая досада, что такие великие семьи вымрут. Последний Поттер, последний Блэк, а главное, последние Певереллы, — хмыкнул Люциус. — Вы против политики Фаджа, верно, Лорд Малфой? — Гарри захлопнул книгу, отдавая её блондину. — А если Драко влюбится в мужчину? — Пусть, но магический брак он заключит с женщиной. Мы внесём нужные поправки, чтобы оба могли завести себе любовников, но Род спасём. Кровь Малфоев не вымрет никогда. — Вы общались с Морфином Гонтом? — Да, — не стал скрывать Люциус, ставя книгу на место. — Ты ещё юный, Гарри. Многого не понимаешь в этом мире, но там, где есть нажива, найдётся подходящая невеста. Подумай об этом. Мы не бессмертные. Гарри хмыкнул. Знал он одного придурка, который таковым был. Но разве Люциус прав? Гарри видел ветви сквибов в книге, поэтому нужно будет лучше исследовать фолиант. Возможно, выход есть. Он не желал, чтобы Поттеры вымерли, не желал такого завершения Блэкам, но что если Морфин и Люциус правы касательно крови? Однако, если постоянно думать о магии, а не о себе, то как стать счастливыми? Гарри вернётся к этой книге. К этому вопросу. Но не сейчас.

***

Невилл восторженно смотрел на Блэк-хаус. Несмотря на то, что Том грозился стать главой Рода, он этого не сделал. Он желал узнать все нюансы. Возможно, тогда Род призовёт его размножаться, а он детей никогда не хотел. Вообще. — Твой дед хмуро на тебя смотрит, — заметил Невилл перед сном, когда Том зашёл спросить, всё ли его устраивает. — Знаю. Он ищет способ продлить Род. И я думаю, что он специально меня выводит из себя, чтобы я точно принял главенство, но я не дурак. Отныне я сначала думаю. — Отныне? — хмыкнул Невилл. — Ты так всегда поступаешь. — Ну не скажи. — Слушай, только не злись, ты и Драко Малфой не можете поделить Гарри Поттера? — полушёпотом спрашивал Лонгботтом, побаиваясь ярости друга. — Можно и так сказать. Отдыхай, — Тому не хотелось поднимать болезненную для него тему. Стоило Тому выйти из комнаты Невилла, как перед ним нарисовался довольный дед. Мальчик закатил глаза, говоря этим, что его вообще не волнует его мнение. — Ты очень умный, как на «свой возраст», — протянул Морфин. — Неужели? — вскинул брови Том. — Не путай меня с тем, что у тебя в голове. Я не тот образ. — Верно, — улыбнулся Гонт. — Кажется, я слишком рано начал на тебя давить. Поживи для себя. Увидь мир. И ты поймёшь, что тебе нужно. — Надеюсь, до того времени, ты будешь сидеть в Азкабане, и тебя туда отправлю я, — не скрывал своей ненависти в голосе Том. Он не желал попасть в ловушку деда. В этот раз он будет умнее, пусть иногда и слишком вспыльчивый, но голову на плечах имел.

***

Рождество никогда не было чем-то особенным ни для Тома, ни для Гарри (пока не поступил в Хогвартс). И для Гарри было огромным сюрпризом (хотя всем этим магам он тоже отправил подарки), что его поздравили. Дафна подарила золотое перо, для которого не нужно чернил, чтобы писать. Гойл подарил набор, чтобы ухаживать за метлой, и Гарри помнил, что в своё время такой набор дарила Гермиона. Крэбб расщедрился на лучшие конфеты — целый ящик. Гарри в принципе был доволен сладостями. Нотт и Забини, скорее всего, чисто из принципа сделали подарок. Они мало общались, но оба были друзьями Драко, однако Паркинсон ничего не прислала. И Гарри радовался этому. Нотт подарил новые очки с золотой оправой, но раз заморочился, то, видимо, не считает Поттера таким уж идиотом. Забини же прислал ремни из драконей кожи, но с двумя бляхами. Одна в виде змеи, а вторая в виде льва, ведь все родные учились на Гриффиндоре. Драко же расщедрился на запонки с изумрудом под цвет глаз друга. Гарри тоже отправил им подарки, в надежде, что никого не обидел. Дафна в подарок получила серьги и браслет из жемчуга, Крэбб и Гойл рюкзаки из драконьей кожи. Но остальных троих Гарри решил удивить дизайнерскими вещами. От магглов. Тео, Драко и Блейз получили в подарок по дизайнерскому пальто. А главное, в подарок шли серебрянные браслеты с первой буквой их фамилии и имени, чтобы не обиделись. От Сириуса и Римуса Гарри ничего не ожидал, учитывая, что они скоро улетают, но они подарили мальчику велосипед. — Буду учиться кататься на велосипеде? — удивился Гарри. — Чтобы в будущем, как и я, сесть за руль мотоцикла, — заговорщически произнёс Сириус, видя, как изумрудные глаза мальчика загорелись желанием получить тот самый мотоцикл. — А что ты подарил Тому? Гарри не отсылал подарок Блэку, как и тот ему. Оба были гордыми и отлично им жилось без друг друга, но интерес брал своё. — Это его подарок. Сириус видел, что Гарри распирало любопытство, но он решил не идти на поводу вражды детишек. Правда, детьми ребята себя не считали. Тот самый Том был очень умным и рассудительным на свой возраст. Минерва это видела, оттого подарила ему книги лучших гербологов мира, целых четыре штуки. Том знал, что бабуля знатно потратилась. Морфин чисто из принципа подарил книгу о главенстве Рода. Том закатил глаза под смех Невилла, который потратился на золотое перо для друга, чему тот был несказанно рад. Том же Невиллу подарил книгу по растениям из библиотеки и блокнот, в котором никто, кроме Невилла, не видел его записей. От Рона пришёл свитер с буквой «Т», видимо, Молли расщедрилась, но от самого друга пришёл набор ножей, которыми можно работать как с растениями, так и с деревом. — Староват наборчик, — закатил глаза Морфин. — Зато стоит… Наверное, его отец у магглов нашёл. Посмотри на это. Набор принадлежал Тьяго Кинтане. Он же умер ещё в восьмидесятых, и все искали его вещи, чтобы найти записи, как делать волшебные палочки из хребта белого речного монстра из Арканзаса. — Наверное, кто-то украл набор ножей, а после он пошёл по рукам, — понял Гонт. — Хороший подарок. Никто так и не понимал, из какого материала сделаны его ножи. — Они мои. Даже не смей исследовать. Том злился, ведь набор таких ножей ему очень по душе. Скорее всего, Рон не знал, что подарить богатому другу, и попросил помощи у отца. А тот нашёл ящик у себя в гараже, и решил, что он всё равно не нужен. Том тоже не обделил Рона. Он купил ему три белые рубашки, трое брюк, две пары туфель и одну пару ботинок, а также новые два набора учебных мантий. Ну и конечно, чтобы было чем потешиться, отправил много шоколадных лягушек, на дне ящика которых лежал сюрприз в виде золотых часов на цепочке. Мальчик постоянно терялся во времени. Конечно, у Тома было меньше подарков, чем у Гарри, но гриффиндорец только радовался им. А когда явился Рон, то ребятам стало намного интереснее проводить время. Пускай Том и знал, что Гарри отдыхает за границей, а после будет проводить каникулы у Малфоя, но у Тома будет неделя, чтобы поболтать с Сириусом, который на Рождество подарил ему не только путёвку, но и алмазные запонки. Под цвет прежних глаз. Кстати, на день рождения ребята тоже одарили Тома подарками. И как бы Тому ни нравились презенты, он почему-то ждал хотя бы напоминания от Гарри. — Он сердится на меня? — спросил Том, гладя хаски на Аляске. — Гарри, — уточнил, надеясь, что Сириус решит поговорить. — Ты слишком собственничаешь, оттого Гарри и сердится. Он не твоя собственность. Только я не пойму, откуда такая привязанность, — расплывался в улыбке Сириус. — Рассказывай, что случилось на кладбище. Том и сам себе не признавался в произошедшем. Но пора открыться, может, станет легче. — Я взбесился. Когда коснулся ногой тела Диггори, Гарри закричал, чтобы я не трогал его. Я почувствовал боль. Он его любил. Подойдя ближе к Гарри, я увидел юношу. Привлекательного и, чего греха таить, храброго. Когда наши палочки соединились в бою, я смеялся. Я был в восхищении от него. Я желал его переманить на свою сторону, а после добиться. Я помнил его, когда мы бились за философский камень, а после я видел воспоминания Хвоста. Гарри в тринадцать лет смог вызвать Патронус, а в этом времени для всех это будет одиннадцать лет. — Ты влюбился, — догадался Сириус. Том виновато опустил глаза. Теперь ярость стала ясной. — Я не умею контролировать свой гнев. Здесь я узнал Гарри получше, и мне нравится проводить с ним время. Я знаю, что лучше до шестнадцатилетия даже не намекать на что-то. Чувствую, что основатели не оценят, — Сириус прыснул, — но я желал узнать его получше. Шептать на ухо секреты — прекрасно. Узнать, что Гарри писал стихи дневнику, — чарующе. И я ревную к самому себе. Сириус, я ему понравился в шестнадцать, а он мне понравился на кладбище. Я не разлюблю. Я знаю. — Ты признался, что любишь. Ты сказал это вслух самому себе, Том. Это уже прогресс. — Регресс! Я регрессирую! — шипел Блэк, бросая снежок в ствол дерева. — Он меня ненавидит. Я всю жизнь был сам. И мне страшно кого-то подпускать близко, но я не могу без Гарри. Зависимость какая-то. — Ты должен отпустить его. Стань другом. И если твои чувства не изменятся, тогда начнёшь действовать. — Шансов нет. Он меня даже письмом с днём рождения не поздравил. — Поспорю, — ухмыльнулся Сириус, заставляя хмуриться Блэка. — Не я прислал тебе на день рождения золотой футляр для палочки. Он шёл в комплекте с моим подарком, но футляр был от Гарри. Он попросил не спрашивать ничего. Том не смог контролировать эмоции, расплываясь в широкой улыбке, отворачиваясь от Сириуса. Не привык показывать эмоции счастья, и Сириус не был против. Но ему грело душу, что за Гарри присматривает очень сильный маг. — Кстати, мы вернёмся и сразу пойдём в Министерство регистрировать тебя как менталиста. Минерва только «за». Также ты будешь официально вписан в реестр умеющих летать с восьми лет, — Том расплылся в улыбке, глядя на дядю. — Если бы я назвал возраст поменьше, то возникли бы вопросы в умении контролировать магию. — Знаю. — И я заявил, что ты доступно владеешь беспалочковой магией. Тебя будут проверять. — О том, что Гарри умеет вызывать Патронус, они знают? — Узнают. Римус отведёт Гарри продемонстрировать навык в одиннадцать лет. И, конечно, учитель — Римус. То есть, это плюс Лунатику. Том, я не знаю, почему в прошлом ты скрывал свои таланты, но ими нужно гордиться. — Я никому не доверял. И то, что я полукровка, в прошлом сыграло злую шутку. Меня обижали слизеринцы, пока не услышали парселтанг. Спасибо, что печёшься обо мне, — это было произнесено искренне. — Я с тобой настоящий. — Ты мой племянник, — тепло улыбнулся Сириус, радуясь услышать такое откровение. — А у Гарри попроси прощение. Это ты его обвинил непонятно в чём, когда он пришёл попросить помощи. — Знаю, — вздохнул Том. — Я исправлю ситуацию. Сириус слышал в голосе сталь, а значит Том прислушается к его советам. Он обязательно помирится с Гарри. Он без него чувствует себя неполноценным. Но даже признавая свою ревность к другому, начинать нужно с дружбы. Нужно меняться. А там и ревность отойдёт на второй план, когда Том поймёт, что короткий поводок в дружбе не нужен. Главное, доверие.