Лев или Змей?

Том пил зелья, чтобы сросся сломанный нос. Его лицо очистили от крови, а синяки убрали. Мадам Пинс сразу приказала старосте Рейвенкло, который, к счастью, был в библиотеке, позвать деканов мальчишек и мадам Помфри, которая отлевитировала бессознательного Поттера на летающих носилках (летающие из-за Вингардиум левиосы), а Том шёл следом. И сколько колдосестра не добивалась правды от Блэка, тот честно отвечал, что не знает, за что на него напали. У Сириуса были смешанные чувства. С одной стороны напали на студента его факультета, а с другой стороны нападавший — его крестник, которого он опекает вот уже почти десять лет. Им с Римусом перебили идиллию, благо Сириус только собрался отсосать мужу, но староста орлиного факультета не то что удивил, он пригвоздил Блэка до потолка, заклеив рот скотчем новостью. Радовало, что Гонт и МакГонагалл будут снисходительными к Гриффиндору, ведь напали на их внука. Хотя Морфин может пытаться уменьшить наказание для своего студента в баллах, и только. Кроме очков для факультета его ничего не волновало. — Томурас, — вбежала Минерва, подбегая к внуку, осматривая его и обнимая. — Мне сказали, что зачинщик не ты, верно? — Я просто учил травологию. Я не знаю, почему на меня напал Гарри. Мы целый день хорошо общались. — Он что-нибудь сказал? — спросил обеспокоенный Римус. — Что я лжец. Свинья и лжец, — обиженно прошептал Том, потирая ушибленную скулу. Носу, конечно, досталось больше всего, но болело все лицо. — Гарри просто так бы не напал, — заявил Сириус. — Я дождусь, когда он очнётся… — Он напал на моего внука! — шипел Морфин, перебивая. — Думаешь, Блэк, я позволю вам остаться один на один и придумать план отступления? — Боюсь, я согласна с мужем, — прошептала Минерва. Сейчас говорили все как родственники, а не как профессора, оттого эмоции брали верх. — У Гарри нет привычки врать и увиливать от наказания, — вступился за мальчика Люпин. — Он слизеринец, — напомнил Гонт. — Только не лжец, — прошептал сонно Гарри, обращая на себя шесть взоров. — Мистер Поттер, как Ваша спина? — спросила мадам Помфри. Сейчас все находились в Больничном крыле и правила диктовала колдосестра. — Болит, — честно признался слизеринец. — Выпейте и всё пройдёт. А после можете все быть свободны. Женщина отошла в сторонку, давая возможность напасть на Поттера, который обиженно смотрел на Тома. А Блэк не рисковал залазить в ум разъярённого. Мог ещё магией ударить. Не хотелось боли. — Когда ты собирался сказать, что Астория — твоя невеста? — Что? — спросили Минерва, Сириус и Римус в один голос. Гонт тяжело вздохнул, понимая, что лучше бы Сириус остался и поговорил с крестником, может быть, Минерва хотя бы не узнала раньше времени. — Курсе на седьмом, — честно ответил Том. — Я говорил, что у меня будут дети. Мы с Асторией не любим. Её проклятие убивает и, как Амортенция, не даёт возможность чувствовать. — Твоя, — тихо прошептал Поттер, понимая, кому передалась бесчувственность Тома. — Но детей она будет любить. Гарри, ты смешон. Есть суррогатное материнство, никакой консумации… — Ты дебил? — перебил Поттер Блэка, который перестал улыбаться. — Кто тебе такое сказал? Ты стал главой Рода? Стал? — Да. — Поздравляю, ты в ловушке, придурок! Дед не рассказал? Морфин закатил глаза, когда на него уставился Том. Минерва сразу влепила мужу пощёчину, хотя никогда не смела поднимать на него руку. — Да как ты мог? Ты обманул Томураса! Ты ему жизнь сломал! — кричала женщина. — Чего я не знаю? — начал паниковать Том. Сириус подошёл к сидящему на кушетке племяннику и присел рядом, держа Тома за руку. — Дело в том, что магический брак можно нарушать только не главам Рода. А глава Рода должен обязательно консумировать брак. И завести отношения на стороне, даже на одну ночь, глава Рода сможет после того, как родится ребёнок. Иначе получит смертельный откат. — Точнее, нужен сын, а не просто ребёнок, — рыкнул Гарри. — Потому что первый основатель Блэков — мужчина. Как и у всех Родов Британии! Где гарантия, что Астория родит сына? Что сможет родить двух детей, если первенец девочка? Ты правила читал? — Я не знал, что главы Рода… В книге ничего не было написано… — В книге написано всё. Но страницы можно скрыть специальным зельем. Северус мог такое продать за пару тысяч, — заявил Римус. — И кто мог бы купить его, мы знаем. Все уставились на Морфина, который не раскаивался. — Ты подписывал бумагу с Гринграссом, — напомнил Гонт. — Но там другие условия! — ужаснулся Том. — Магия брака расторгнет те условия, диктуя свои, как главе рода Блэк, — прошептал сочувствующе Сириус. — Ненавижу тебя! Я поверил тебе! — закричал Том, глядя на деда. — Гарри, — Том упал на колени, но мальчик тут же отступил и спрятался за спиной Римуса. — Ты желал власти в будущем, ты её получишь. Я только начал верить в тебя, Том. Я так часто прощаю тебя. Ты мне столько зла сделал, — и оба понимали, что Гарри говорит не только о сегодняшнем времени. — Я… признался себе… и… — Поттер заплакал, касаясь рукой груди, — мне так больно, Том! Исчезни из моей жизни… Оставь меня в покое! Гарри рванул прочь, а Римус вслед за ним. Мальчику нужна была поддержка. Сириусу было больно смотреть на Тома и Гарри. Он обоих любил. И услышать, что Гарри признался себе в чувствах к Тому, было лучшей новостью дня. — Ты! — глаза Тома покраснели, удивляя этим присутствующих. — Ты обманул меня! — парселтанг адресовался деду, а глазные яблоки стали, как у змеи. — Томурас, успокойся, — сглотнул от страха Гонт, а после услышал шипение за спиной — Нагини собралась прыгнуть. — Томурас, останови её! — Том, — Сириус развернул племянника к себе, обнимая и шепча на ухо. — Мы найдём выход. Ты не Волдеморт. Ты не убийца. — Однажды я отправил его в Азкабан. Он заслужил смерть. — Ты должен выпросить прощение у Гарри. Ты его растоптал. Этот старый хрыч получит от Минервы. И он больше не будет лезть в твою жизнь, слышишь? — Дафна знала. И она злилась. Наверное, думала, что я играю чувствами Гарри. Но откуда узнал Гарри? Том оттолкнул от себя Сириуса, убегая прочь. Сейчас его волновали детали вечера Гарри Поттера. Блэку было плевать на наказание. Ему было плевать на деда, которого он однажды скормит Нагини. Его волновало, как Гарри вообще всё узнал. И его волновали детали помолвки. Добежав до гостиной Слизерина, прошипел на парселтанге: — Откройся наследнику Слизерина. Дверь повиновалась. Хоть где-то Том мог обойтись без пароля. В гостиной собрались все слизеринцы, пытаясь понять, что стряслось. — Блэк? Откуда ты знаешь пароль? — удивилась Джемма Фарли. — И где Поттер? Почему он на тебя накинулся? — Дафна, — блондинка недовольно косилась на парня, который проигнорировал все вопросы, — Непреложный рухнул. Бабушка и Гарри в курсе. — Ну наконец! Дафна со всей дури залепила пощёчину Тому, а тот стойко принял её. — Гарри — не игрушка, которой ты будешь играть семь лет, а после выбросишь! — Я не знал! Я не знал, что как глава Рода, не могу жить своей жизнью, пока не родится сын! Я не знал! Мой дед меня обманул… Он обманул и твоего отца. Тот, наверное, думал, что я в курсе. — Как ты в двенадцать лет можешь быть главой Рода? — удивился Тадеус. — Такая магия может разорвать ядро, если ты не совершеннолетний. — У меня сильное ядро. Том видел, как Блейз, Драко и Тео ненавидяще смотрят на него. Астория сама не знала, что произнести в этой ситуации. И как бы не желала себе счастья, сделала предложение. — Давай я разорву помолвку? Я могу попросить отца. Я поведаю правду и он меня послушает, — виновато шептала девочка. — Твой отец не согласится, — заявил Малфой. — Да и Блэку власть нужна. Она дороже Поттера. Том вспомнил, что должен вернуть списки Гринграссу. Арчибальд не разорвёт помолвку, когда Том знает имена. — Он не согласится. Я кое-что взял у него. И эту информацию не вернуть. — Тогда катись отсюда, — тыкнула пальцем в грудь Блэка Дафна. — Забудь дорогу на Слизерин. Забудь о существовании Гарри. Мы его семья! А ты делаешь его несчастным. Том и желал бы ответить Дафне, что не ей решать, но он сейчас настроил против себя всю школу. Слухи быстро распространятся. Ещё скажут, что по Тому Круциатус плачет. Дверь в гостиную отворилась и вошёл Гарри, подавленный, но злой. — Пошёл вон отсюда! — Гарри… — Кубок квиддича наш! И останется с нами! Выгоните его! Гарри пошёл к себе в спальню, а старосты Слизерина подошли к Блэку впритык, доставая палочки. Если Том не уйдёт сам, то они помогут. Всё-таки шестой курс знал много заклинаний. Тому ничего не оставалось сделать, как повиноваться. Он закрылся в Тайной комнате и рушил всё подряд, не скрывая слёз и ярости на самого себя. На Морфина Гонта. А вернулся ближе к полуночи в гостиную, упал на кровать и закрыл полог, желая сдохнуть.

***

Когда Гарри убежал из Больничного крыла, ему хотелось скрыться от всего мира. Но Римус догнал его. Догнал и обнял. Крепко и понимающе. — Мой отец до сих пор не простил мне, что я выбрал мужчину. А Сириус всегда страдал от родителей, ведь те видели, что он смотрит на мальчиков. Но мы победили, Гарри. И ты победишь. Вы будете вместе. — Нет. Он желает быть Тёмным Лордом, Римус. Он желает власти настолько, что никогда не разорвёт помолвку. Она не могла быть заключена сейчас без чего-то. Мне так больно… Я… я уйду из квиддича… Я переведусь в Америку, лишь бы его не видеть… — Слабак, — послышалось у тёмного окна, с которого спрыгнул Рон. — Ты слабак. Что натворил Том? — У него будет магический брак с Асторией Гринграсс, — прошептал Гарри. — И ты так легко сдаёшься? Ты его любишь? Римус отошёл в сторонку, зная, что вот этого человека Гарри точно послушает. — Да, — честно ответил Гарри. — Тогда заставь его вымаливать прощение. Заставь бегать за тобой. Заставь скатиться в учёбе! А лучше всего лишить его сна и рассудка, показывая, что это ему плохо без тебя. Ты же можешь и учиться, и играть, и жить без него! Пусть поймёт, что это он заковывает себя в клетку, а ты останешься на воле! — Рон ухватил Гарри за плечи, пытаясь достучаться до мальчика. Рону нравился Поттер, Рону нравился Блэк. И он обоим желал счастья. Пусть он не умел разбираться в своей жизни, но только слепой не заметит, что они смысл жизни друг друга. Что сияют, когда общаются. Что излучают свет и тепло, когда флиртуют. Что у них всё получается, когда находятся рядом. — Гарри, видимо, изначальный его план состоял в твоём приручении. Как бы он тебя не любил, он знал, что ты не примешь брак. Ты узнал всё раньше, так и покажи ему, что это участь Блэка быть запасным. А ты можешь себе позволить любого. Он уже связан. — Прислушайся к другу, — попросил Люпин. Гарри восторженно смотрел на Рона. Год общения с Блэком пошёл ему на пользу. И Гарри уловил суть мыслей Рона. Не он должен бежать. Не ему должно быть стыдно. Он ничего плохого не сделал. Он не собирался подстраивать Тома под свою жизнь. А Том собирался влюбить настолько, что Гарри закрыл бы глаза на Асторию. Такого не будет. Он заставит его выбирать. — Спасибо, Рон, — улыбнулся Гарри, обнимая его. — Я за счастье. Том себе запланировал целую империю, но нужна ли она, если можно просто вводить нововведения, не заставляя кого-то кому-то подчиняться? Иногда мне кажется, что у него безумные мысли, которые непонятно откуда растут. Гарри знал, что Рон прав. Мысли Волдеморта по-прежнему в голове Тома. И искоренить их пока невозможно. Но Том со своим состоянием и правда мог бы ввести всё, что желает. Нужны спонсоры? Гарри заставит вложиться слизеринцев. Разве не это империя мира? Мира! Не подчинения? Магам нужно дать много нового и Том может быть главой всего этого, но не людей. Люди должны оставаться свободными. Гарри решил, что нужно узнать, что пообещал дать или дал Гринграсс Тому. Брак был сделкой. Какой? — Мне нужно сыграть роль? — Да, — заявил Рон. — Ты сможешь быть моими ушами и глазами? Я не прошу сдавать Тома, но мне нужно знать, какая сделка держит его помолвку? Сама по себе помолвка раньше семнадцати лет Астории не произойдёт, но Том пленник. Я хочу знать, что есть у Гринграсса. — Согласен. Тома нужно вытащить из этих лап. Я помогу. — Мы тоже, — послышалось из-за угла. Гарри рассмеялся, видя близнецов. На его глаза навернулись слёзы. Как же он скучал по этой рыжей семейке. Римус видел счастье на лице Гарри. Гриффиндор был его домом, но в руках Гарри будущее целых поколений слизеринцев и не только. Его место на факультете Салазара. Он выбрал лучшего спасителя. — Как я выгляжу? Гарри вытер слёзы счастья, поправил на себе помятую одежду и попытался успокоить сердцебиение. — Нахмурься. Ты зол! — напомнил Рон. — И заставь слушаться факультет! Покажи, что Том и Астория разрушили твою жизнь, — заявил Джордж. — Угрожай Блэку тем, что ты на поле по квиддичу сотрёшь его в порошок, — добавил Фред. — И по дороге вспомни, как сильно он тебя обидел. Не играй ярость — проживи её, — попросил Римус. Гарри прислушался к советам. Он уходил, улыбаясь, радуясь, что дурацкая ситуация заставила в его жизнь влететь Уизли. И пусть те пытались спасти Тома от ненужного брака, со временем они полюбят Гарри очень сильно. Мальчик на это надеялся. Поттер шёл быстро, но не бежал, чтобы никто не подумал, что он желает укрыться от посторонних глаз. Он ни в чём не виноват, кроме уничтожения 45 очков на факультете. За четыре дня Слизерин пока больше не заработал. Войдя, искренне взбесился, видя, что Том явился. Гарри не мог поверить, что у Блэка хватило наглости прийти сюда. Красная щека и Дафна, тычущая пальцем в его грудь, вызвали радость внутри. — Пошёл вон отсюда! — Гарри… Слыша просьбу в тихом голосе, Гарри рад был бы выслушать. Но Тома пора проучить конкретно. Он должен понять, что одной улыбки и обычного «прости» мало, чтобы выпросить прощения. — Кубок квиддича наш! И останется с нами! Выгоните его! Гарри направился в душ, чтобы смыть с себя весь пот и боль от вечера. К нему никто не входил, хотя было почти десять, скоро отбой. Поттер знал, что его будут ждать в гостиной. Напялив белую пижаму, вышел к ребятам. — Знаю, накосячил. Я поймаю три снитча. — Да мы не против, — обеспокоенно произнёс Тадеус. — Гарри, мы с Джеммой хотим с тобой кое-чем поделиться. Тайно. Брат и сестра покосились на Асторию. И пусть девочка не знала всех подробностей, но душой была чиста. — Я не знала, что Том что-то брал у отца. Я же сказала, я легко бы разорвала помолвку. Мне самой стыдно. — Блэк собрался строить империю. Пойти в кардиналы, чтобы управлять Министром, это и дураку понятно, — заявила Дафна. — Гарри, я тоже не знаю, что его держит в руках отца. Отец вне политики, но Том уж слишком его заинтересовал. Его идеи безупречны, как говорил он за обедом. — Ну… Может, лучше и поведать весь ужас, — подумала староста. — Наша бабуля когда-то брала в долг у Гринграсса. Дед погиб на мракоборческой службе, когда маме было всего тринадцать. Позже оказалось, что нет такого закона, который помогает матерям-одиночкам и детям сиротам или полусиротам. Есть приют Гонта, но это не деньги, — произнесла Джемма, боясь осуждения. — Бабуля взяла три тысячи галлеонов у Гринграсса, когда тот только стал главой Рода. И не вернула. Он помог устроиться ей на работу в архив Аврората, и она помогала ему искать должников в Министерстве. Тед, — попросила сестра брата, краснея от того, в какой они ситуации. — Долг магический. И передаётся по наследству. После смерти бабули от проклятия, которое бросил в неё Долохов в 80-м году, долг перешёл нашей маме, а после её смерти перейдёт нам, — пытался унять дрожь в голосе Тадеус. — Об этих магических долгах стыдно говорить. — Но вы как-то рассказали, как? — удивилась Булстроуд. — Нам мама пока ничего не говорила. Мы нашли копию договора. И там пока нет наших имён. Только условия, — заявил Тадеус. — Как только впишут наши имена, наш рот будет на замке. — Но если отец передаст списки мне, я попрошу просто вернуть деньги, — заявила Дафна. — В том-то и дело, сестричка, что Гринграссами всегда управляли мужчины. Наш отец за патриархат. Он никогда не передаст семейные дела девочкам. Он передал списки Тому, чтобы тот начал вербовать детей должников в свою сторону. Мол, он поможет, — поняла Астория. — А на деле это… Рабовладелец продал рабов! Вот как это выглядит, — в ужасе прошептала шатенка. — Значит, — сглотнула ком в горле Дафна, — он уже и мне пару подыскивает? — И он мог отдать Тому часть списков. Не все. Вдруг второй зять будет таким же перспективным, — рычала Астория. — Ну и что делать, Гарри? Поттер слушал всё в ступоре. Гринграсс был не лучше Волдеморта. То-то тот пытался его завербовать. — Нужно ли разрывать помолвку? — спросил Тадеус. — Неужели Том не отпустит, а такой же, как Гринграсс? — Он ещё хуже, — прошептал Гарри. — Я знаю, насколько. На Слизерине дома кто-то ещё слышал о таких контрактах? Булстроуд подняла руку, как и Пайк, а так же еще шестнадцать магов старших курсов, которые от боли сразу закричали. — Твою сука мать! — вскрикнул Маркус. — Это же крепостное право в чистом виде! Рабство! — Стоп! Дайте подумать! Гарри начал ходить по гостиной, что-то угукая, глядя то на пламя в камине, то в потолок, то на русалок в воде. В гостиной стояла тишина. Поттер понимал, что на других факультетах крепостных больше. А сколько их ещё в школу не пошло и сколько выпустилось, страшно представить. За пятьдесят лет жизни Арчибальд Гринграсс многих пленил, ведь уже в девятнадцать стал главой Рода, учитывая, что отца ограбили и зарезали. — А теперь слушайте. Дафна, ты должна выяснить, кто твой претендент. Астория, помолвку не разрушать. Ты залог свободы людей, если все свитки достанутся Тому. — Но ты сам сказал, что Том тот ещё Блэк, — заявила Дафна. — Да. И я заставлю его посмотреть на мир иначе. Я злюсь за брак, Астория! Злюсь! На глаза мне без надобности не попадайся. Ты желала именно Тома, признавайся? — Да, я хотела эту партию последние два года, — не раскаиваясь, заявила девочка, а Дафна закатила глаза, отойдя от сестры на три шага в сторону, а после и вовсе спрятавшись за Пэнси. — Я покажу Тому, что мир не чёрно-белый. Я научу его видеть краски. Но мне не должны мешать. Его нужно проучить. Его нужно научить жить. Гонт был ужасным опекуном и примером! Не скажет же Гарри всем, что виноваты Амортенция, приют и гнобление в Хогвартсе в 40-х годах. — Он мой, Астория! — Гарри смотрел девочке прямо в глаза, и та согласно кивнула. — Если партия Дафны окажется лучше, то ты заставишь отца разорвать помолвку. Костьми ляжешь, но разорвёшь, — Гарри подошёл впритык к Астории. — Если же нет, будет по-твоему, но я душа и сердце Томураса Блэка. Моя же задача показать Тому, как можно жить в согласии и мире. И никому ни слова! Если это где-то всплывёт, я разнесу вас на кусочки, понятно? Свечи потухли, а пламя в камине взорвалось, потушив и его. Все смотрели восторженно и с опаской. Гарри пошёл в спальню, а Драко, Тео и Блейз за ним. — Значит, план меняется? — спросил Драко. — Какой, к чёрту, квиддич? — Я сам в шоке, Драко! — Гарри бросил заглушающее на дверь. — Я боюсь твоего отца, и к нему мы обратимся в последнюю очередь. — Я так и думал, — обиженно прошептал блондин. — Том может построить новый мир, но я ошибался, когда хотел идти с ним на таран. Я буду идти рядом. И указывать правильный путь. Он не станет тем, что было в будущем. — Всё равно, если нужна помощь, обращайся, — заявил Блейз. — Мы всегда поможем, — добавил Тео и Гарри уставился на него, а тот удивлённо выпучил глаза. — Что? — А мы могли бы поставить твоего отца в известность. Он же с гоблинами работает. А те в курсе, у кого есть долги. Они могут предоставить списки, кому Гринграсс выписывал чеки. — Гарри, даже моему отцу на эту хитрость нужно пару лет работы, — ужаснулся Тео. — Они у него есть. Целых шесть лет! — Ну раз так, — улыбнулся Нотт. — Я поведаю ему всё на рождественских каникулах о Гринграссе. Думаю, то, что Тадеус и Джемма нашли контракт, истинное везение. — Это не везение, — заявил Блейз. — Мать не желает своим детям подобной участи. Думаю, она специально оставила его на видном месте, чтобы пока их имена не вписаны, они попытались найти помощь. — Но откуда она знала, что если имена не вписаны, то их язык не будет скреплён контрактом? — удивился Драко. — Она не знала. Она рискнула, — подумав, ответил Блейз. — Мама моя учит меня видеть такие хитрости. Думаю, раньше все думали, что контракт заставляет молчать. Даже сам Гринграсс не знал о лазейке. — Каждая система имеет слабое место. Даже магическая помолвка или брак, — рассуждал Гарри. — Драко, нам придётся снова ворваться в твою библиотеку. Нужно найти книги о первых магических браках и помолвках. — Гарри, их почти не осталось. И есть ли такая книга у меня, неизвестно, — заявил Драко. — Вот и узнаем. Блин, летний план мне больше нравился, — вздохнул Гарри. — Как говорят магглы: «Хочешь насмешить Бога — расскажи о своих планах». Я никогда не забуду этой поговорки. — Ты уже не сердишься на Блэка? — задал интересующий всех вопрос Нотт. — Злюсь, конечно! Я бы ему не только лицо разнёс! Я бы его евнухом сделал! — Ну да, у тебя-то член остался бы, — засмеялся Забини, вызывая общий смех, а затем в него полетела подушка от Гарри. — Весело, я посмотрю? — задал вопрос Тадеус, войдя. — Декан явился. Злющий, как змей. Тебя зовёт, Гарри. Поттер мог только догадываться, насколько сильно Гонт получил от МакГонагалл. Та не любила игры с жизнями, тем более, потеряв дочь и зятя, Тому желала только счастья. Выйдя к Морфину, который разогнал весь факультет, чтобы их разговор поменьше кто слышал, начал тираду. — Из-за Вас, Поттер, факультет лишился всех очков. И самое досадное, что Вам директор запретила назначать отработки! — Гарри готов был расцеловать Минерву и расплылся в наглой ухмылке. — Но я обещаю, что мои занятия станут для Вас адом! — А я обещаю не ловить снитчи, — нагло поиграв бровями, заявил Гарри. После Снейпа какой-то Гонт вообще не вызывает дрожи в теле. — И могу отправить воспоминание Мэри Макдональд о том, что Вы мне угрожаете! — Хватит, Поттер! Вы натворили дел! Я лично отстраняю Вас от игры в квиддич! — Хорошо, но ловца не найти. — Мистер Малфой хорошо играет. — Он не станет. Факультет слушается только своего принца. И это я. Морфин в ярости посмотрел на довольного Гарри. Раз он копия Джеймса, как любил повторять Снейп, то почему бы не включить папину тактику общения? — Я так понимаю, что Томурасу назначили отработку, а мне нет? Вот Вы и злитесь? Он выгнал Вас из дома? — Поттер! — рявкнул Гонт. — Ты влез, куда не следовало! «Тоже мне открытие! Каждый год так делаю с тех пор, как поступил в Хогвартс!» Гарри демонстративно закатил глаза и тяжело вздохнул. Его воспитывал Блэк! Его отец Поттер! Он не станет слушаться отпрыска прямого инцеста. Гарри понимал, что Гонт боялся его. Боялся, что тот вскроет ещё какую-нибудь правду. — Вы отстранены от игры в квиддич! — Мне сразу пойти к директору или дождаться утра? — Закрой рот, щенок! — Как Вы со мной разговариваете? — злился Гарри, отчего огни гостиной снова играли, удивляя этим Гонта. — Кто Вы такой, что мне угрожаете? Что обзываете? Кто? Гонта снесла ударная волна, заставляя того в страхе смотреть на мальчика. Морфин испугался и убежал прочь, надеясь, что его позора никто не видел. Но видели. Гарри лично поговорит с МакГонагалл поутру.

***

Том сидел побитой собакой на койке, закрыв её пологом. Было больно. Досадно. Глаза стояли на мокром месте, ведь его планы были идеальны, а оказалось, что в этот раз Морфин с ним сыграл в злую шутку. Самой большой потерей стал Гарри. Том дышать без него не мог. Зависимость какая-то, но приятная до мурашек по коже. С Гарри было легко дышать, хотелось улыбаться, хотелось его касаться. А Том не тактильный вообще-то, не улыбчивый и не радуется солнышку. Его солнышко отвернулось от него. — Том, — Невилл открыл полог, — профессор Блэк зовёт. Том знал, что Сириус рано или поздно явится. И когда пришёл ближе к часу ночи, был готов к гневной тираде. Но Сириус стоял спокойно, разогнав не спящих. — Ничему тебя жизнь не учит, Том. Я устал злиться на тебя. Ты сплошное разочарование. — Сириус, — Том не смог сдержать слезы. — Красиво играешь. Тому стало ещё обиднее, что ему не верят. — Все 40 очков анулированы. Минерва хотела запретить тебе даже в квиддич играть, но я придумал наказание получше: будешь помогать Локонсу отвечать на почту весь семестр. Он та ещё компания, — вздохнул Сириус, а Том послушно слушал, опустив глаза в пол. — Я не знаю, простит ли тебя Гарри, но мне прощать твой эгоизм не хочется. — Я хочу сделать мир лучше… — Нет! Ты желаешь им управлять. А мир лучше можно сделать и без связей, и без брака. Главное, найти спонсоров. Ты же бежал за деньгами деда от василиска и за связями Гринграсса. Вот, что я вижу. Ах да, мадам Пинс попросила вас обоих в библиотеку не являться. Пока один будет в библиотеке, второй за дверью. И так до конца года. Она собиралась лично об этом сказать, но я думаю, тебя полезно добить сейчас. Том от боли прикрыл глаза. Презрение в голосе Сириуса резало душу. Он не смог ответить ничего, только услышал тихие шаги, когда дядя оставил его. Тому никогда не нужны были поддержка, сочувствие и сострадание, а тем более любовь близких, но как оказалось, терять это всё больнее смерти. Ведь после смерти ничего нет, а сейчас он чувствовал весь аспект эмоций в душе. Он рванул обратно в кровать, закрыв полог, поставив заглушающие чары, и кричал от боли в подушку, роняя горькие слёзы.

***

С самого утра Гарри желал поговорить с директором, оттого специально опоздал на завтрак, а после нагло подошёл к ней. Гонт, сидевший рядом, готов был парня снести заклинанием. — Почему меня отстранили от квиддича? Тогда и у Тома забирайте игру. — Доброе утро, мистер Поттер, — удивлённо произнесла Минерва, тяжело вздыхая. — Уверяю Вас, я не отстраняла от квиддича Вашу персону. — Так я могу вернуться? Это не наказание? — Дело в том, что за квиддич отвечают деканы, мистер Поттер. Здесь я бессильна, — прошептала Минерва. Гарри посмотрел на довольного Гонта. Гад знал, ещё вчера знал, что Поттер не смирится с решением декана, и попросит при свидетелях защиты, дабы попустить Морфина, а в итоге стал посмешищем. — Что ж, думаю, другие факультеты рады, что кубок точно достанется кому-то, а не Слизерину. Хорошо. У меня будет больше времени на библиотеку. — В которую до конца года Вы можете входить, только если там нет мистера Блэка, и наоборот. Обоих вас там видеть не желают. Забыл вчера сказать, — смаковал каждое слово Гонт. — Отныне новым ловцом будет мистер Малфой, а двумя новыми загонщиками мистер Гойл и мистер Крэбб. Новый охотник — мистер Нотт. Маркус Флинт, Тадуес Фарли и Эдриан Пьюси удивлённо между собой переглянулись. То есть, вместо них решили, кто будет в новом составе? Это был нонсенс! И авторитет декана упал в глазах всего Слизерина. Гарри знал, что Гонта возненавидят свои. Знал, что он теперь посмешище. А Поттеру не впервые видеть на себе косые взгляды. Он без слов сел за стол и принялся есть, пусть на самом деле кусок в горло не лез и руки тряслись от злости. Но он покажет другим, что его не задели слова и наказания. «Пусть тогда Вуд получит кубок квиддича. Он заслужил». Гарри не смотрел на Тома. Ненавидел его, желая разнести на кусочки. И пока ярость не уйдёт на второй план, он не сможет помочь ему стать лучше, ведь и сам не лучше него. — Гарри, — Драко ухватил друга за руку в это суботнее утро после завтрака, которое должно было ознаменовать отбор команды, а теперь это будет тренировка, — мне жаль. — Будь хорошим ловцом. — А я буду? — Том лучше, уж извини, — Драко печально улыбнулся, а Поттер оставил ребят. Сейчас ему не было места среди команды. Маркус держал набросок одной из новых тактик, которые вчера разрабатывал Поттер. Он злился. Вся команда злилась. — Я присмотрю за ним, — предложил Блейз. — Пусть побудет наедине, — заявила Пэнси. — Вы уже все достали его. Не опекайте. Дайте голове остыть. — Согласен. У нас тренировка, а ты можешь поприсутствовать, — улыбнулся Драко. Гарри был рад, что за ним никто не пошёл. Он ворвался в Запретный лес и начал разносить Бомбардой деревья от ярости. Его не волновали недовольные кентавры, которые пробегали мимо. Он не боялся увидеть акромантула или кого-то ещё. Запретный лес всегда был уютным для него местом. Гарри злился и плакал. Плакал так, как никогда не плакал. Наконец боль вышла наружу. Том всегда был причиной его бед. Его боли. Но он был и его судьбой, от которой не убежишь. Да и не хотелось бежать.

***

Том недовольно смотрел за тренировкой слизеринцев вместе со всей командой. Казалось, что только близнецы и Вуд переживают по тому поводу, что Поттера заменил Малфой, а Кэти, Алисия и Анджелина радовались. — Малфой слабее, — улыбнулась Кэти. — Мётлы у нас лучше. Есть шанс победить. Поймаешь снитчи, Том? Блэк не ответил, тяжело вздыхая. Он меньше всего хотел стать причиной ненависти Гарри, но стал. Он помнил, как Поттер любит квиддич. — Том, я понимаю, что вы подрались, но нам нужна хоть одна победа. Давно не было, — заявила Анджелина. — Главный наш соперник — Слизерин, но напоминаю, что первая игра с Рейвенкло, — заявила Алисия. — Там Чанг. Она тоже хороша. Вуд молчал. Он наблюдал за своим парнем, который гонял новый состав команды, как ненормальный ротный в армии. Том переглянулся с Вудом, а Оливер отвёл взгляд. Ему нравился открытый Гарри и не нравился потайной Блэк, но другого не дано. — Вуд, — все обернулись, а Гарри улыбнулся, жестом головы зовя за собой. Оливер обрадовался появлению Поттера, ведь даже если Том лучше Малфоя, то видно же, что Малфой лучше Чанг и нового ловца Хаффлпаффа, который появится в новой команде, а отборочные завтра. Гарри ждал на лестнице, чтобы его не увидели другие студенты. — Да? — Держи, — Гарри помнил каждую игру за второй курс, и пусть поменялся порядок команд, но не составы. — Я пытался просчитать летом новые тактики других капитанов. Думаю, смог. — Конечно, смог, ты же гений! — воодушевился Оливер. — Я желаю тебе победы. Не твоей команде, а тебе. Ты как никто заслуживаешь её, будучи фанатом квиддича. — Спасибо, Гарри! — Вуд крепко обнял мальчика. — Ты уверен? — он указал на маггловскую тетрадь в клеточку. — Да. Гонт не вернёт меня в команду в этом году. Может, на следующий год, но в этом захочет наказать сполна. Только Маркусу не говори о тетради, а то на Слизерине ополчатся против меня. — Конечно. Тем более, без тебя, если они проиграют, то на следующий год точно будут байкотировать о твоём возвращении. — Я на это ставлю, — прошептал Гарри. — Я так и понял, — засмеялся Вуд. — Оливер, а как этот придурок? Гриффиндорец расплылся в улыбке и коротко пересказал, что Блэк вчера отчитал Тома, а тот побитой собакой ходит. Это подняло настроение Гарри, за что поблагодарил капитана. — Что это? — удивился Том, глядя, как Вуд прячет тетрадь в свою мантию. — Наша победа, — все восторженно ахнули. — Только никому ни слова. Эта тетрадь секрет, который сгорит после её изучения. — Обо мне спрашивал? — с надеждой спросил Том, а Вуду захотелось кольнуть Тома, не ценящего такого мальчика, как Гарри. — Нет. Сказал только, что желает мне победы. Именно мне. Том слышал в голосе правду и обиженно отвернулся от парня, глядя, как Малфой ловко поймал снитч. Блэк пытался переубедить себя, что Гарри не так важен в его жизни, а важны признание и власть, но с каждой мыслью желал послать всё куда подальше. Не мог. Он заложник собственных ошибок и гордыни.