Без памяти. Люблю тебя

«Смотреть на тебя, не имея возможности

прикоснуться, — худшее из наказаний,

ощущать твою близость и не сметь

прижать к груди, сжать в объятиях —

невыносимо жестокая пытка».

Марк Леви

      С лёгким душевным волнением Регулус торопливо шагал по школьным коридорам, сжимая в руках плитку шоколада, сделанную специально к сегодняшнему дню на заказ. Какие-то там были орешки, цукаты, ещё что-то… Он так переживал из-за всего этого, что уже и не очень помнил, что просил. В любом случае, должно было быть вкусно, и он очень надеялся, что Барти понравится. Ежегодная отмазка — что подарила какая-нибудь девчонка с факультета, а он просто захотел поделиться с лучшим другом, всегда срабатывала безотказно. И ничего не должно было помешать им и в этот раз провести время вдвоём на каком-нибудь подоконнике, обнимаясь и грызя шоколадку.       Барти должен был весь вечер быть в библиотеке, как и всегда по понедельникам. Регулус иногда присоединялся к нему, когда была такая возможность, но в те дни, когда он бывал занят, он всегда приходил хотя бы просто встретить друга у библиотеки, чтобы проводить до факультетской башни. Сегодня же он сильно задержался — в Хогсмид за шоколадкой он бегал несанкционированно, поэтому приходилось прятаться и осторожничать, чтобы не попасться Филчу. И теперь была вероятность, что Барти успел уйти один, а значит, придётся его ловить где-нибудь на полпути.       Друга Регулус заметил сразу, как повернул в очередной переход между коридорами. И с первого же взгляда понял — случилось что-то нехорошее. Всегда отличавшийся аккуратностью, Барти сейчас выглядел так, будто с кем-то подрался или… Или хуже. Шёл он медленно, почти что полз вдоль стены, с подбитым глазом, опухшей разбитой грубой, ошалевшим взглядом. Из-под джемпера снизу торчали края явно расстёгнутой рубашки, брюки тоже были не застёгнуты. И, кажется, Рег знал, кто был виноват в таком состоянии его Барти. Вот только с братом он мог разобраться и позже, а сейчас ему нужно было позаботиться о друге.       Почти что бегом он приблизился к Барти, обнял его, прижимая к себе, и тот в ту же секунду буквально повис на нём, цепляясь дрожащими руками за плечи.       — Барти! Что с тобой? Как ты?       — Я… Я не знаю… Мне так плохо, Рег… Не знаю… Я не помню ничего… Вышел из библиотеки… Тебя не было… Я не стал ждать, пошёл… А потом… Потом… Не помню… Не знаю… Я упал? Голова болит, около глаза особенно… И челюсть… И губа… Спина и локти тоже… Не помню… Я, наверное, с лестницы свалился… Не высыпаюсь…       Рег прижимал Барти к себе и едва не плакал. Сейчас, при ближайшем рассмотрении, оказалось, что у него ещё и на шее здоровенный кровоподтёк, подозрительно похожий на засос. В сочетании с расстёгнутыми брюками и рубашкой это всё складывалось в неприятную картину. И Регулус не знал, от чего ему хуже — от того, что такое сделали с тем, кого он любит, а он не смог предотвратить это, или от того, что такое сотворил его родной брат. Больше ведь некому было… Та отвратительная история, как Сириус домогался Барти на Рождество, когда все собрались в доме Блэков на праздники, до сих пор была слишком свежа в памяти. А теперь, значит, он пошёл дальше, изнасиловал и стёр память…       — Прости, пожалуйста… Прости меня. Это всё моя вина. Если бы я так сильно не задержался, всё было бы в порядке… Прости.       — Н-не извиняйся, — Барти слабо улыбнулся и прижался щекой к плечу Регулуса, даже не пытаясь встать на ноги ровно. — Ты тут совершенно не при чём. Мне самому надо было быть осторожнее.       — Ты слишком сильно устаёшь, — Рег тоже попытался улыбнуться. — И мне следовало быть рядом. Если ты будешь так много времени проводить за книжками и так мало спать, ты постоянно будешь падать и можешь серьёзно покалечиться.       Он совершенно не хотел покрывать брата, но… Но от одной мысли о том, что его Барти, его солнышко вспомнит этот кошмар, ему становилось не по себе. Пускай лучше и правда думает, что упал.       — Рег, ну ты же знаешь, я не могу по-другому. Папаша меня сожрёт, если я не буду лучшим.       — Знаю… — Регулус вздохнул, подхватил Барти на руки и понёс так в ближайший коридор, где были окна; друг не сопротивлялся совершенно. Видимо, несмотря на то, что воспоминания были стёрты, общее неприятное ощущение от произошедшего никуда не делось, и ему всё ещё было слишком плохо. — У тебя больше ничего не болит?       — Не-а…       Наконец они дошли до ближайшего окна, где и расположились. Регулус усадил Барти на подоконник, затем поспешно снял с себя мантию и трансфигурировал её в подушку, которую подложил другу под спину. Затем сел рядом и принялся внимательно его осматривать. К счастью, никаких других видимых физических повреждений у Барти не было, но привести его в порядок полностью Рег не мог, потому что у него с собой не было ни одного зелья, которое могло бы помочь. Поэтому ему ничего не оставалось делать, как заняться одеждой Барти.       Аккуратно подняв наверх его джемпер, Рег застегнул все имеющиеся пуговицы, покачал головой на несколько дырок… Рубашку могли привести в порядок только домовики, и то не факт. Возможно, проще было взять потом новую. Застёжка на брюках оказалась сломана, но, к счастью, все детали там были на месте, а значит, можно было обойтись одним Репаро.       Наконец, Рег закончил. Он сделал всё, что мог, и теперь оставалось только успокоить Барти, чтобы он чувствовал себя уютно и в безопасности, пусть даже он и не помнил, почему ему так плохо на самом деле.       — Иди ко мне, — усевшись на подоконнике удобнее, Регулус приобнял Барти за плечи, прижимая к себе, а затем полез в сумку за шоколадкой, которую успел убрать туда, когда увидел, что другу плохо. — Смотри, что у меня есть.       — Девчонки опять подарили? — обнимая Регулуса в ответ за талию, Барти улыбнулся, глядя на шоколадку. — Выглядит вкусно.       — Ага. Я подумал, что тебе она точно понравится, вот и взял. А так-то вообще достали уже приставать. Зачем мне эти дуры, когда у меня есть ты, верно?       — Действительно, — Крауч хихикнул, но тут же зашипел, поморщившись, и схватился за губу. — Драккл… Больно как…       — Прости. Больше я тебя одного ходить по замку не отпущу. Сейчас шоколадкой тебе настроение поднимем, а потом я тебя верну в башню. Наверняка у вас там есть аптечка. Передам тебя в надёжные руки Шеклболта.       — Хорошо, Рег, как скажешь. Ты лучший…

***

      — Мерлин всемогущий, Крауч! Тебя где носит? Флитвик тебя потерял, а я даже не знаю, что ему сказать! Ты чего такой? Мерлин! Всё, проходи давай, сейчас тобой займусь. Блэк, что за фигня вообще? — староста Рейвенкло был вне себя от возмущения, и если бы не их репутация спокойных и беспроблемных студентов, уже наверняка снял бы баллы с обоих.       — Он… Ты только не говори никому, хорошо? Пожалуйста… Он с моим братом сцепился, подрались. Сириус его отделал. А он стесняется, не хочет это обсуждать. Говорит, что с лестницы упал. Я знаю, что это не так, но лучше пускай он думает, что мы ему верим. Ладно? Сириусу всё равно ничего за это не сделают, а Барти только расстраиваться будет… — Рег обеспокоенно проследил взглядом за тем, как друг дошёл до одного из кресел в факультетской гостиной и рухнул в него без сил.       — Оу… Ну Сириус, конечно… Когда он уже повзрослеет? Хорошо, будем дружно делать вид, что ничего не произошло… Но вообще… Вообще, твоему брату бы мозги вправить. Он в целом-то вроде ничего, неплохой парень. Но иногда такую херню творит… Мда… Ладно, не переживай. Всё будет хорошо. Подлатаем твоего дружка, будет как новенький. И не переживай, никакой драки не было, — Шеклболт криво усмехнулся, покосился на Крауча и вздохнул. — Всё, иди. Скоро Флитвик прибежит наверняка разбираться, в чём дело. Готов спорить, портреты ему уже всё доложили. И лучше бы тебе успеть уйти, а то баллы снимет ещё чего доброго.       — Ага. Давай, ладно. Проследи, пожалуйста, чтобы он спать сразу пошёл, а не сидел до утра с книжками. Ему отдыхать надо.