Арабская ночь

Тилил явно не ожидала того, что скажет Леон. Она закрыла глаза, давая немного времени себе подумать. В её голове было множество вариантов развития данного события, но она понимала, что это не заразно. Она была в этом уверена. Девушка делала успокаивающие упражнения, несмотря на уже утихающую песчаную бурю. Ей это было важно, ведь если она не сделает это сейчас, то всё накопившиеся выльется изнутри. Все обиды, все непонимания. Ей не хотелось даже в такие моменты себя показывать с другой стороны, да и её напарнику было наплевать на её слезные истории, как она об этом думала. Леон же в этот момент достал противоядие от первого штамма и несколько медикаментов, чтобы обработать рану. Он знал, что не факт, что оно будет эффективным против новой мутации. Может быть такое, что вообще окажется бесполезным, но нужно было перестраховаться. Пока он бережно обрабатывал её царапину, рыжеволосая сняла с себя хиджаб. С внешней стороны он был в гнойных выделениях, но девушку это мало смутило. Она взяла со своей небольшой сумочки нож для походных путешествий, и начала разрезать им ткань хиджаба. Кеннеди понимал, что она делает, поэтому останавливать не стал. Внутренней стороной, которая была не загрязнена, она обмотала в несколько слоёв место поражения и затянула импровизированный бинт. Ненужную часть ткани Тилил тоже использовала, но в качестве резинки. В итоге получился красивый и ровный хвостик. «Без хиджаба ей лучше, конечно. Чем — то напоминает амазонок.» — Выпей это, — Леон передал ей в руки противоядие, — Я понимаю, что оно может быть менее эффективным, но сама понимаешь, что перестраховаться надо, — девушка молчаливо кивнула, и выпила противоядие, чуть поморщившись. На вкус оно было менее приятное, чем микстура от кашля. Пустую колбу она отдала обратно парню, — Идти можешь? Если что, просто интересуюсь. Может ты хочешь переждать бурю? — Да, идём, — она кивнула, идя вперед быстрым шагом. Леону пришлось приложить немного усилий, чтобы догнать её. — Ты так не торопись особо. Я понимаю, что видимость лучше стала, но ты же не совсем самоубийца, чтобы драться в одиночку, — он усмехнулся. — Просто хочу с этим покончить побыстрее и забыть это навсегда, — девушка хмыкнула, прокручивая в голове недавние события. Несмотря на то, что приступы головной боли отступили, она чувствовала опустошенность. Она явно к этому путешествию не была готова. «Не представляешь, я тоже.» — Мужчина говорил о неком нём, намекая на то, что ты знаешь о ком идёт речь, — он взглянул на неё, ожидая хотя бы один положительный ответ по поводу миссии. — Нет, и понятия не имею даже о ком могла бы идти речь, — Тилил совершенно искренне это сказала. Девушка посмотрела с него с небольшим сожалением, ведь не знала, как могла ему помочь в продвижении по миссии. — Меня это понемногу начинает раздражать, — Леон говорил об этом со всей серьезностью, — Вся эта херня замешана на тебе, это бы стало любому понятно. Ты говоришь о вещах, о которых ты и знать не можешь, но как только разговор заходит о чём — то таком, что могло бы внести ясность в ситуацию, то ты отвечаешь, что ничего не знаешь, — он взял её за руку, остановив, — Я не знаю кто ты, но я обещаю, что разберусь с этим. И если окажется, что ты сама выкрала компонент, то разговаривать мы будем по — другому, — он смотрел на неё с подозрением. Рыжеволосая не выдержала и отвесила ему звонкую пощечину. Он её сильно оскорбил своими словами. Она высвободила свою руку и пошла дальше, ничего не говоря ему. Парень потёр место пощечины, и догнал её. — Я не позволю, чтобы мне угрожали, — девушка сказала резко, — Хватит считать меня идиоткой глупой, которой можно помыкать. Есть вещи, которые нам не подвластны, Леон, — рыжеволосая взглянула на него. В её глазах плясали не очень добрые огоньки, — Я заложник в этой ситуации и меня это дерьмо пугает. Если я не пищу от страха и не ору «Леон!» в ситуациях, когда меня ранят или хотят убить, то это не значит, что я не испытываю весь спектр эмоций. «Не виновата, но если бы была менее скрытна, то и отношение было другое бы.» — Я слишком резок с тобой за что приношу свои извинения, — Леон взглянул на неё более снисходительно, — Буду более аккуратен в своих словах, принцесса. — И за пощёчину прости, — она слегка улыбнулась, — Но нужно было же обозначить как- то границы допустимого. — Всё в порядке, — он кивнул, принимая её извинения и решил перевести тему: -Кстати, где ты так научилась драться? Я просто не припомню, чтобы в полицейских академиях обучали в ближнем бою использовать веера. — Тэссэндзюцу — «искусство тэссэн». Отец хотел научить исключительно самообороне, но я выбрала данное направление, посчитав его для себя наиболее перспективным. Отцу даже пришлось поехать со мной в Японию, чтобы я обучилась данному направлению. Со временем я её доработала под себя, поэтому многие элементы в моём исполнении — импровизация, — она пожала плечами, — Веера тоже пришлось доработать под себя. В изначальном варианте не такие выступающие лезвия. — Ты эффектно смотришься в бою, и твоя техника боя довольно впечатляющая. Не видел в реальности чего — то подобного. Да и чем — то напоминаешь Китану. — Так получилось, что она меня вдохновила на изучение этого вида искусства, — девушка улыбнулась, вспоминая, как уговаривала папу одну её отправить в Японию, на что он был категорически против. Ей было всего 14 на тот момент. — Не думал, что у богатеньких детей есть время на такие простолюдинские вещи, как игра в приставку. Думал, что они всегда заняты обсуждением родительских кошельков и кто за последнее время куда полетел, — он усмехнулся. Девушка хотела ответить ему колко, но их диалог прервали. Напарники заметили знакомый мужской силуэт вдали. Рыжеволосая сильно напряглась, вспоминая то, как на неё действует местный контингент. Леон достал дробовик в этот раз. Он как будто чувствовал, что этот бой последний между ними состоится. Никто из них не хотел терять девушку и каждый хотел её оставить у себя. Они оба были недовольны тем, что их вопрос ещё полностью не решен. Блондин посмотрел на девушку, пересекаясь с ней взглядами, оценивая её внешнее состояние. Он не хотел, чтобы она сражалась наравне с ним, ведь могла в любой момент просто упасть в обморок от диких болей, как в первый раз. Тилил напротив была настроена решительно. Ей не хотелось стоять в стороне и просто наблюдать за этим побоищем, иногда подбадривая парня. — Я не хочу… — парень не успел договорить, его прервала Тилил: — Я знаю, Леон. Но мы напарники. Мой долг защищать тебя, а твой защищать меня. Сколько будет мне дано сил, столько я смогу тебя защищать и помогать тебе, — девушка достала матильду из кобуры, перезаряжая её, — Мы убьём его. Вместе. — Хорошо, — парень коротко кивнул ей, — Если будут небольшие группы зомби, то ты занимаешься ими. Я постараюсь по возможности помочь, — рыжеволосая лишь коротко кивнула, не отводя взгляда от мужчины, который приближался к ним. «Я сильная и ты это знаешь. Я не позволю тебе завладеть собой.» — Мистер Кеннеди, — мужчина посмотрел на него стеклянным взглядом, — Я даю последний шанс всё уладить мирно. — Иди к чёрту! — Его слова звучали с ненавистью и с полной решимостью. Леон снова выстрелил в него несколько раз. Брюнет лишь брезгливо стряхнул со своего костюма остатки песчаной бури. Его глаза потемнели и были полны ярости. Его человеческая форма постепенно стала преобразовываться в нечто иное: на его коже начали появляться непонятные символы; кожа побледнела до неестественности, а на ней проступили, от напряжения, темные вены; костюм на мужчине лопнул из — за мышечной массы, которая росла в геометрической прогрессии; из его спины прорезались кости от крыльев, заставляя мужчину кричать от боли; его крик был не человеческим, пронзительным, казалось, что из него только что изгнали бесов; на его руках начали появляться волдыри, которые были присущи только зомби. Его полностью и бесповоротно наполняла кромешная тьма. Она бурлила и кипела в нём. Леон приметил, что в некоторых местах есть слабое свечение, которое наполняет его жизненной энергией и даёт такое перерождение. Брюнет взмыл в воздух, заставляя остатки деревьев задрожать. Опустился на землю он слишком резко, оставляя трещины за собой. Жестом он некоторых своих приспешников, которые шли поодаль от него, он направил к девушке. Он не хотел её убивать, а лишь забрать. Так что здесь зомби выступали уж точно не в роли боевой силы. Его она интересовала, но в меньшей степени. Сейчас стоило разобраться с Леоном. В сторону Леона полетел шар, который при малейшем касании с чем — либо лопался, забрызгивая врага едкой жидкостью, которая была токсична. Парень стрельнул в шар, и вся жидкость попала на мужчину. Последующие попытки с шарами мало чем увенчались. Леону попадало и не в меньшей степени. Он старался уворачиваться, но это не всегда выходило. Блондин пытался всегда попасть по критическим точкам, ведь просто попасть куда — то в другое место означало лишь то, что мужчине это урон не нанесет серьезный. Тем более, что Кеннеди находился близко к нему, дабы обезопасить девушку от всего того, что происходит. У Тилил ситуация была куда легче, чем у Леона. Она отстреливалась от приспешников и старалась их как можно дольше удержать подле себя. Пули против них сейчас были абсолютно бесполезны и неэффективны, ведь они подчинялись мужчине, а не были сами по себе. Девушку это неимоверно раздражало и выводило из себя. От отчаяния она вновь схватилась за веера и начала применять свою любимую технику. Это ослабляло противников и, по крайней мере, задерживало их. Они снова и снова становились песком, то возвращаясь в свою прежнюю форму, то рассыпались. В какой — то момент, рыжеволосая заметила, что некоторые из них так и остаются песком, и она взглянула на Леона, который пытался ослабить своего противника, при этом был немного измазан в какой — то непонятной жиже. Последний выстрел Леона в грудь в действительности ослабил противника. Он присел на одно колено, чтобы набраться сил, но блондин воспользовался этим моментом. Он вонзил свой нож прямо ему в грудь. Набухший шар лопнул, оставляя после себя вытекающую черную жидкость и маленького скарабея. Кеннеди тут же отскочил назад, дабы его непонятная субстанция не задела. Леон быстро перевел взгляд на девушку, чтобы удостовериться, что с ней всё в порядке, но его резко прервал пронзительный крик, который исходил от мужчины. Он был просто взбешен. На девушку его крик более чем подействовал, заставляя её прекращать драться и переключиться на приступ головной боли. Его крылья стали похожи чем — то на паучьи лапки, которыми он всячески пытался попасть в Леона. Когда он понял, что это бесполезно, то резко переместился к девушке, ухватив её за собой, и взмыв вверх. Сейчас уже было не до шуток, поэтому Леон взял обратно свой чернохвост и пытался попасть в него, однако хаотичные движения брюнета мешали ему нормально прицелиться. — И что же теперь, Мистер Кеннеди? — мужчину забавляли его тщетные попытки попасть в него, — Игра окончена? — Закрой свою пасть! — девушка изо всех сил, что у неё остались, резанула веером по его плечу, заставляя его приземлиться, а после, как его хватка значительно ослабла, она вонзила в него свой кинжал, при этом освобождаясь из его объятий. — Глупое создание, — брюнет прорычал, смотря на девушку. Сейчас он уже не выглядел таким устрашающим, — Ты ещё не раз пожалеешь, что выбрала не ту сторону. — Уж точно не захочу стать таким же чудовищем, — она сказала резко и холодно. Девушка мигом отскочила к Леону, чтобы её не задела разрывающаяся на мелкие кусочки плоть. Её головная боль закончилась, но чувство подавленности не ушло. Рыжеволосую заинтересовало то, о чём он всё — таки говорил. «Выбрала не ту сторону… Что же это значит всё — таки?»