Арабская ночь

Рыжеволосая не сводила со своего отца глаз. Она была к любому исходу, даже который ей не сильно — то и понравится. Но он медлил, ожидая реакции от парня. Леон не особо стал медлить, потому что ему надоели эти пустые разговоры, которые всё равно приведут к одному и тому же, и выстрелил из чернохвоста в Грегори пару раз. Лилит вздохнула, понимая, что этого и следовало ожидать. Шахзад — старший лишь пожал плечами на такую выходку. Его это забавило, ведь они оба даже понятия не имели с кем столкнулись. Его глаза сверкнули ярко — зелёным оттенком. Он чувствовал, как внутри него всё бурлит. Брюнет начинал принимать свою вторую ипостась, о которой девушка даже и не догадывалась. Кожа Грегори приобретала золотистый оттенок; его тело покрывалось различными древнеегипетскими символами; на его голове появился клафт — ушебти, который в Древнем Египте имели право носить исключительно фараоны; также на его головном уборе присутствовал урей — золотое изображение кобры, которое в своё время носили фараоны в честь богини Уаджит, покровительницы Нижнего Египта; его одеяние было наполнено отсылками на древнеегипетских правителей, возможно, он себя ассоциировал себя с Амоном; на его шее красовалось ожерелье — усех, которое символизировало солнце, которое было украшено всевозможными драгоценностями, а также скарабеем; его взгляд был стеклянным, совершенно безжизненным, а он сам становился похожим на саркофаг, в котором погребали фараонов. В нём совершенно отсутствовали прежние черты лица и мало что осталось от человека. Лилит не могла передать словами, как была восхищена, с точки зрения ученого, его перевоплощением. Она не знала, что для них он в действительности представлял, однако им двоим явно придётся несладко сейчас. Мужчина с легкостью восстановил то, что девушка так пыталась уничтожить. Легким жестом руки, он отправил их на напарников. Леон отвёл девушку к себе за спину, и принялся отстреливаться от зомби. Лилит не особо нравилось, что ей не дают в этом всём участвовать, ведь главный виновник торжества — это она сама. Она взяла свой пистолет, и начала помогать Леону. Однако, по мере отстреливания, до неё дошло, что это всё бесполезно. После его трансформации, она могла полностью разглядеть комнату, в которой они находились, ведь он буквально светился. Девушка мельком наблюдала за своим отцом, который вальяжно сидел на троне неподалёку от них. Ему было абсолютно неинтересно, чем они там занимаются. Для него это было всего лишь игрой. Рыжеволосая закатила глаза. «Пошел ты к черту, папочка. Моё время пришло развлекаться.» Она прекратила стрелять и достала веера. Загадочно ухмыльнувшись, кареглазая, ловко орудуя своим оружием полезла в толпу зомби. Зная Леона, он бы сейчас в очередной раз отчитал и сказал бы, что она действует не в интересах их обоих. Но, ей было это не особо важно. Ей надоело быть вечно в тени, вечно прятаться от нависающей угрозы. Девушка с такой легкостью и точностью уворачивалась от рук зомби, что сам бы Коллинз позавидовал. Она разрезала своими веерами их руки, которые так сильно жаждали до неё достать. Шахзад знала, что делает очень безрассудный поступок, и нагоняй от Леона она точно ждала, однако, у неё не было выбора. Ей нужно было привлечь внимание отца, ведь она считала, что с ним нужно сражаться, а не с его приспешниками. Это было бесполезно, ведь он являлся главным источником их жизни, хоть и немного ослабленным из — за умерших Габи и Джоша, поэтому прямой конфронтации с ними немного опасался. Её взор пал на напольную плитку, на которой были изображены интересные символы. Нейт быстро взглянула на Леона, с которым они встретились взглядом. Его обуревали разные чувства по отношению к ней и всему происходящему, но он лишь коротко одобрительно ей кивнул. Он знал, что если ей пришлось его покинуть, то значит, так было задумано изначально. С позволения блондина, девушка продолжила делать то, что умела — защищаться и играть. Её план заключался в том, чтобы та субстанция, которая была внутри зомби, попала на напольные плиты, которые были с символами. Она думала, что они как — то могут быть связаны с силой отца. Рыжеволосая наигранно вздохнула, и начала с новой силой использовать веера. Девушка пританцовывала, пока всячески попадает веерами по зомби. Это её успокаивало, давая сосредоточиться на важных для себя вещах. Все движения были отработаны до идеальности, ни единой оплошности она старалась не допускать. Было сложно признать для обоих мужчин, но она была звездой данной схватки. Ей хотелось не только впечатлить всех, но, и, внезапно, прикончить отца. Что — то её двигало в данном направлении, и это была не месть. Собственно говоря, Грегори обратил на неё свой взор. Его взгляд не сулил ничего хорошего. Он переместился быстро к ней, заставляя её остановиться. — Я стерпел то, что ты связалась с щенком — недоноском копом, который вечно лезет не туда, куда нужно, но сейчас ты меня вынуждаешь сделать больно тебе, — в его голосе была неприкрытая угроза. Голос был настолько ледяным, требовательным, что заставил мертвецов, которые ещё остались, остановиться, и обратить весь свой взор на предводителя. Рыжеволосая резко закрыла свои веера, смотря на своего отца с неприкрытой неприязнью. Ей было только от одного его голоса, манеры подачи информации противно. Достав матильду, та покрутила пистолет в руках, ухмыляясь. Девушка заговорила довольно спокойно, не показывая того, что её в глубине души ранили эти слова: — Позволю себе дерзость, и уточню, что он агент DOS с недавнего времени. Щенок — коп недоносок здесь я, — она улыбнулась, — Видишь ли, твои амбиции я исполнять не собиралась. Я работала два года в полиции, помогая людям решать все нетипичные вопросы. С Леоном меня свел ты, папочка. Если бы не твои шизофренические идеи, шаги, то я бы никогда бы с ним не встретилась, — она пожала плечами, рассматривая пистолет, — Могу сейчас лишь выразить слова благодарности, но устраивать семейный ужин не буду. Мать довёл ты, меня заставил ненавидеть такого мразотного ублюдка, как ты, так что с этих моментов я сирота, — девушка натянуто улыбнулась. «Благодарностями её осыпать за заступничество слишком рано. Эта идиотка обоих нас погубит. Иногда ей нужно просто уметь помолчать, и оставить мне ход для манёвра.» Мужчина устал терпеть её дерзость в отношении себя. Он подошёл к ней настолько близко насколько это было вообще в принципе возможным и, взяв её за горло, поднял её на уровень своих глаз. В них не было ни печали, ни боли, ни сострадания. Леденящий ужас и полная безжизненность. Его рука начала потихоньку сжиматься на её горле. Девушка пыталась убрать его руку, но из этого мало, что получалось. Её обуял ужас и страх, которого так добивался Грегори. Рыжеволосая пыталась глазами найти хоть одно уязвимое на нём место, чтобы уж не быть такой бесполезной сейчас. Лилит через сильную боль обратила внимание на его правое плечо. Оно пульсировало от боли, которая Грегори одолевала всё время. По этой причине он не нормально с ними сразиться. Кареглазая молилась всем богам, чтобы успеть передать эту информацию Леону. Но и Леон не был уж таким глупым. Вытащив дробовик, он приблизился к Грегори, который был всецело занят дочкой, что даже забыл про парня, он выстрелил пару раз ему в колено. Мужчина, резко повернув голову, обратил внимание на парня. Ослабив хватку, он кинул девушку в другой конец комнаты. Ей хватило сил и ума перегруппироваться, пока она летела, и приземлиться на ноги. Рыжеволосая ловила ртом воздух, которого ей критически не хватало. Она даже представить не могла, что с ней так поступит её отец. Кареглазая обратила внимание, как Леон стал драться вместо неё с ним. Её задумка с напольным покрытием отчасти сработала. Они находились в довольно удачном месте, и у Грегори не было преимущества. Он всячески отражал атаки Леона, ведь у него не было сил черпать новую, но, хотя, пару раз в него попал светящимися шарами, которые разрывались при приближении к цели. Девушка, тяжело дыша, собрала себя в руки, и крикнула Леону: — Правое плечо, Леон! СТРЕЛЯЙ ТУДА И НИКУДА БОЛЬШЕ! — она снова закашляла, окончательно падая на колени. Ей было очень тяжело и плохо. Кеннеди не обернулся на её крик, однако прислушался к ней. Он направил дробовик в плечо Грегори, который начал что — то шептать. Он хотел закончить то, что начал, а Леон только мешал ему, как назойливый комар. Парень попал пару раз и это действительно сработало. Грегори упал на колени, не переставая шептать. Девушка чувствовала, как её от боли ломает и крутит. От напряжения, у неё пошла кровь из носа. Она убрала её пальцем, но мысленно понимала, что это её конец. Кареглазая упорно сопротивлялась силе, которая пыталась из неё вырваться. Но девушка пронзительно закричала от невыносимой боли, которая растекалась по её телу. Леон достал свой нож и всадил его пару раз в плечо, заставляя Грегори окончательно прекратить ритуал. Его крик был наполнен сильной болью. Плечо правое — это была его слабость, ведь несколько лет назад он получил туда ранение пулевое. Грегори стал превращаться в бесформенную жижу, в которой обнаружился тот самый компонент T — вируса. Леон стрельнул пару раз из пистолета в него, и он перемешался с жижей, которая несколько минут назад была отцом Лилит. Мертвецов стала мучать сильная боль, создавалось впечатление, что они умирают мучительно, как и их создатель, а после они превратились в песок. Кеннеди подбежал к телу девушки, которое лежало на полу. Он, не особо раздумывая, закинул её на плечо, и пошёл прочь отсюда, ведь потолок начал разрушаться, как и, вероятно, сама пирамида. Леон преодолевал препятствия, которые попадались им на пути, но, без особого труда, успел выбраться из пирамиды по секретным ходам раньше, чем она бы разрушилась. Уже рассветало, а это значит, что скоро должна была прибыть помощь. Он аккуратно положил девушку на песок, смотря на неё. Он думал, что она попросту там не выжила, но нет. Она медленно открывала глаза, смотря на него. Девушка явно была не в самом лучшем виде, но её это мало смущало. Тяжело вздохнув, она приподнялась на локти, смотря всё еще на парня. — Всё закончилось? — она сказала это еле слышимо. Девушке нужно было отдохнуть хоть немного. — Да, — блондин коротко ответил, глядя на неё. Ему было жаль её, хоть и где — то в глубине души он её винил за неумение действовать сообща. — Леон, ты меня сдашь спецслужбам, и на этом мы разойдёмся? — Ты успешно скрывалась от них два года. Думаю, у них за это время накопилось слишком много вопросов, но я постараюсь тебе помочь. Не хочу, чтобы тебе навредили, — он провёл нежно рукой по её щеке, — И с чего ты решила, что нам нужно разойтись после миссии? — тот поднял одну бровь. — Леон, я всего лишь пустой сосуд, который наполнен чем угодно, но не собственными эмоциями и мыслями, — она отвела взгляд, — Я буквально биологическое оружие, которое непонятно как ещё в будущем отразиться на судьбе всех. Тебе действительно нужно всё это? — Лилит, ты любишь усложнять ситуацию и делать проблему из ничего, — тот закатил глаза, — Давай, хотя бы, попробуем вместе разобраться со всем? Я не прошу тебя о чём — то большем, просто попробовать. Я понимаю, что ты пережила, и я понимаю твои опасения, но не решай, пожалуйста, за двоих. — Хорошо, — девушка тяжело вздохнула, — Я соглашусь на твоё предложение, — она слабо улыбнулась. Вертолёт вот — вот должен был приземлиться и они должны были улетать. Неужели это конец истории?