Банка с конфетами Берти Боттс

Азкабан хранил много тайн. Те не дающие покоя воображению обывателей коридоры с сырыми клетками, что когда-то охранялись дементорами, были лишь внешними атрибутами. Ведь понятно, что у страшного острова должно быть что-то пугающее. Так почему бы не охраняемые страшной нежитью камеры, похожие на средневековые пыточные? Люди ленивы, им не хочется задумываться над тем, что кажется и так понятным, так что незамысловатые декорации вполне устраивали как ответ. Но, конечно, не прибывшую на остров международную делегацию магов, встреченную самим начальником тюрьмы Азкабан Эваном Брэдшоу. После войны и изгнания дементоров весь штат тюрьмы перетряхнули, включая начальство, так что новым руководителем Азкабана стал молодой и энергичный маг, явно довольный таким назначением. Громких речей не было. После сухого приветствия главе Азкабана был представлен документ, заверенный по всем правилам высшим магическим органом власти — Международной конфедерацией магов с подтверждением министра магии Англии. И старый кулон с мерцающим зеленоватым потусторонним светом камнем в прозрачном хрустальном футляре. До этого подобное Эван видел лишь на картинках древней должностной инструкции, так что проникся важностью момента и лишних вопросов задавать не стал (хотя и очень хотелось). — Прошу за мной, господа. Я провожу вас к нашему особому постояльцу. Он не очень любит гостей, особенно в это время, — Брэдшоу сверился со старинными карманными часами, полученными вместе с должностью. — Но, надеюсь, примет во внимание исключительную важность ситуации. — Очаровательно. Интересно, во всех тюрьмах Англии так трепетно относятся к пожеланиям своих заключенных? — заметил один из прибывших, но под пристальным взглядом высокого светловолосого мага, возглавляющего делегацию, замолчал и махнул рукой. — Это исключительный случай, — вздохнул начальник тюрьмы. — Идемте. И прошу никуда не сворачивать и не отходить. Сами понимаете, что это за место. — Древние ловушки, нежить и проклятые места? — Ну… почти. Мы тут ремонт затеяли, так что охрана при обходах постоянно если по свежей стяжке не пройдет или в ведро с краской не наступит, то в сушащее заклинание вляпается. Так что держитесь за мной. Гости молча спускалась по широкой каменной лестнице, пересекая бесконечные коридоры и периодически останавливаясь в ожидании, пока откроют перегораживающие путь новенькие решётки. — Это здесь, — дверь открылась очень тихо, что было удивительно, учитывая ее толщину и вес. Пожалуй, даже сейфовое хранилище банка вряд ли смогло бы похвастаться такой преградой. Да, камере было далеко до тех знаменитых сырых клеток. Пожалуй, куда больше подходило сравнение с хорошим номером дорогой маггловской гостиницы. Даже окно, задрапированное светлыми занавесями, было в наличии, хотя учитывая, что камера находилась под землей и в середине здания, было понятно, что вид на воду за ним — просто иллюзия. Молодой темноволосый мужчина не обратил на них никакого внимания. Он лежал на кровати, внимательно разглядывая потолок над ней, увешенный какими-то картами и пометками. Маленький ярко-зеленый мячик взлетал, бился о потолок и неизменно прилетал обратно в подставленную ладонь — чувствовалась большая практика. — Мистер Реддл? — откашлявшись, позвал начальник Азкабана. — К вам тут особые гости. — Сегодня я не принимаю, — после паузы отозвался хозяин комфортабельной камеры. — Изыдьте. — Но… — Нет. — Какие-то жалобы? — несчастным голосом уточнил Брэдшоу. — Смените повара. Мясной пирог был безобразно пересушен. А чтобы так безжалостно искромсать сыр… — Приношу свои извинения. Но вы сами отказались от услуг домовых эльфов, а люди-повара… — Да-да, знаю. Ищите лучше. — Конечно, — голос был полон смирения. — Вы отказались от прогулки. Что-то случилось? — Новая насыпка дорожки во внутреннем дворике отвратительно шуршит. Это действует на нервы. — Ее поменяют к выходным, я распоряжусь. — Может и не придется, — задумчиво проговорил Реддл, в очередной раз поймал свой мячик, сел на кровати и бросил взгляд на гостей. — Чем обязан? — Мистер Реддл, меня зовут Михаил Кириллович Воронцов, — с небольшим акцентом проговорил высокий светловолосый маг и сделал шаг вперед. - Вчера вечером на экстренном саммите международной конфедерация магов я был избран главой МКМ. Это было… — Короче. Желательно одним словом. — Произошёл прорыв. Множественный. — О! — вот теперь Реддл заинтересовался. Одним движением он оказался на ногах и повернулся к растянутой на полстены карте, испещрённой отметками. — Где? — Как вы и предсказывали. Основной — Гималаи. От Дарджилинг в Западной Бенгалии до Долины Шаксгама. — Отлично, — Том Реддл провел пальцами над уже нанесенной на карту отметиной. — Точечных еще шесть, вот точный список с координатами… — Воронцов присмотрелся к карте и чуть слышно вздохнул. — Но они у вас уже отмечены. — У меня их больше. Черный континент? — Возможно. Но Черные шаманы практически отказываются общаться с нами и делиться информацией — тем более. — Жаль. Но для статистического подтверждения достаточно и этого, — Реддл постучал себя пальцем по подбородку, явно забыв о гостях. — Брэдшоу, не стойте же столбом — распорядитесь принести чашку кофе! — Мы… Международная конфедерация магов просит вашего присутствия, нам нужны ваши знания и умение анализировать ситуацию, — негромко проговорил Воронцов. — Вы включены в состав Английской делегации ее привилегированным членом с правом участия в саммитах. — Стоило ли потратить полжизни, пытаясь толкать магов к счастью, чтобы теперь туда тянули уже меня? — философски проговорил Реддл и потянулся, как большой кот. — Спасибо, конечно, за попытку перевесить всю головную боль на меня, но нет. Я свое лапками отбил, теперь ваша очередь. А я буду наслаждаться оставшимися человечеству парой месяцев в комфорте и спокойствии. — Но… — Ожидали, что я радостно кинусь впрягаться в воз навороченных проблем? Я уже не так наивен, как в юности. Так что — нет. Будьте счастливы, что хоть от Дамблдора человечество избавлено. Тот бы уже с задорным юношеским визгом и перезвоном бубенчиков в бороде несся включать демонов в свои интриги «ради всеобщего блага». А так… ну, небольшие шансы выжить, сравнимые с цифрой статистической погрешности, еще есть. — Мистер Реддл… — Нет. Пост председателя МКМ мне тоже не нужен, — Реддл бросил взгляд на вытянувшееся лицо Воронцова и хмыкнул. — Мерлин, как предсказуемо! И как вы собираетесь спасать человечество, если в вашей говорильне за год даже о цвете салфеток в столовой не можете достичь соглашения? — Что же, ваша позиция понятна, и где-то я вынужден с ней согласиться. — Когда будете уходить, будьте добры прикрыть за собой дверь. — Мистер Реддл, я уполномочен предложить вам единоличное правление с полным правом принятий решений. Международная конфедерация магов готова возродить абсолютную магическую монархию и передать фактическую власть в одни руки, при условии, что этим лицом будете вы. Протокол «Тиран». — Для этого требуется абсолютное согласие всех участников, — зевнул Реддл. — А у вас половину представителей стран уже с полвека не видели. — Оно достигнуто. Сегодня утром договор был завизирован всеми главами магических стран, включая верховного шамана Черного континента и воплощение Ченрези Магического Тибета. С тем же условием — вашей кандидатурой. — Гриндевальд? — Увы, нет. — Жаль… — Том повернулся к карте, закусив губу. Повисли долгие минуты молчания. — Хорошо. Я согласен. Воронцов вытянул перед собой свиток — с десяток дюймов мелкого текста и длиннющий хвост, пестрящий печатями, знаками (был даже отпечаток чьей-то большой когтистой лапы, почти прорвавшей пергамент) и разноцветными подписями. Внизу оставалось свободное место, подчеркнутое золотой полосой. Реддл поморщился, но все же принял поднесенное перо и одним росчерком вывел свое имя быстро впитывающейся кровью. С треском лопнул, осыпаясь острым крошевом, хрустальный куб в руках спутника Воронцова, и камень артефакта ярко вспыхнул, заливая комнату мерцающим зеленоватым светом. Все присутствующие одновременно выдохнули, словно не веря в происходящее, а потом опустились на одно колено, склоняя головы. — Светлейший Лорд, приказывайте.