Любовь под запретом

Спустя время Турбо все больше и больше начинал думать о Вове, но не как о своем старшем. Это его, определенно, пугало, раздражало и, естественно, вызывало ужасное, разъедающее изнутри отвращение. В какие-то моменты Валера мог чересчур обратить внимание на его внешность - глубокие глаза, редкие, но красивые и забавные веснушки, которые переливались на солнце, пушистые, золотистые и немного смешные усы. — Ты че, Турбо? - каждый раз удивленно спрашивал Адидас, и каждый раз слышал новую отговорку, которой Валера успокаивал и его, и себя: «Не выспался», «Задумался» и так далее. Вова внимания особо не обращал, но вот внутри Туркина эмоции каждый раз бушевали с новой силой «Че вообще со мной происходит?! Почему у меня появились эти пидорские замашки?!» Турбо в такие моменты всегда сваливал все на гормоны, мол, переходный возраст и всё такое. Отпустит, куда он денется, будет как нормальный пацан.

***

— Здарова, пацаны! Быстро сюда идите - подозвал всех Адидас. — Дело такое. Меня в армию забирают, пойду в Афган воевать. Когда вернусь и вернусь ли вообще - сказать не смогу, могут отправить на год, на два, да хоть на пять. Пока меня нет - Зима за старшего. Заметив мгновенно сошедшие улыбки с лиц скорлупы, да и всех остальных, Вова решил добавить: — Да ладно вам, пацаны! Как будто никто никогда из армии не возвращался. Не успеете сигарету до самого фильтра скурить, а я уже вернусь! Придете сегодня вечером на мою последнюю дискотеку в ДК? Несмотря на грусть из-за такой неожиданной новости, которая свалилась на голову очень внезапно, от всех послышались ответы вроде «Конечно», «Да», «Придём». От всех, кроме Турбо. Внутри него происходил самый настоящий бой, он не мог понять, что он чувствует, оттого становилось только хуже и хуже. С одной стороны - это же не смертный приговор? Как уйдет, так и придет. Но с другой - как же Валера тут без него? Эта мысль просто вымораживала своей «ванильностью», но Турбо ничего не мог с собой поделать. — Турбо, алё! Ты тут вообще? — Да. Я, наверное, не пойду, настроения нет - сказал Турбо, и, моментально развернувшись, побрёл в сторону своего дома, ни с кем не попрощавшись.

***

Турбо сидел на шаткой табуретке на кухне, зарывался в свои мысли и курил. В тот день, возможно, он обновил свой рекорд по количеству скуренных сигарет за день. Он смотрел за окно - уже давно стемнело, горели только яркие, редко-расставленные фонари, как будто символизирующие свет звёзд в бесконечном и тёмном космосе. Вдруг из коридора послышался громкий звонок - от такой неожиданности Турбо нехило дёрнуло. Вставать и отвлекаться не хотелось, но, видимо, человек по ту сторону двери - очень настойчив, раз звонит уже минуты три. Валера лениво поднялся с табуретки, предвкушая то, как он врежет незваному гостю. — Вова?! Ты чё тут забыл? — Пройти можно? - спокойно спросил старший. — Что тебе нужно? — Поговорить. — Я сейчас не в том настроении. Этим словам Адидас невероятно удивился. Разговаривать так со старшим было непозволительно никому и никогда. — Я чё-то не понял. Тебе фанеру прописать, чтобы жилось легче? - сказал явно закипающий Вова. Разбираться со старшим сейчас не было ни сил, ни желания, поэтому Турбо просто промолвил сквозь зубы недовольное «Ну проходи» и вернулся на кухню. Адидас пошел за ним. — Почему тебя не было в ДК сегодня? — По-моему я уже сказал, что у меня нет настроения куда-либо идти. На кухне повисло молчание. Казалось, что длилось оно неимоверно долго, было тягучим как мёд, хотя на деле прошло секунд тридцать. — Неужели совсем по мне скучать не будешь?