Сколько времени прошло..

*Пинг*

....

*Пинг*

...Какой идиот в такое время не оффлайнит?

*Пинг*

      С тяжёлым и усталым вздохом фиолетовые с голубыми полосами окуляры открываются, и их владелец медленно приподнимается на манипуляторах, так же медленно осматривая свою комнату. Лазербик комфортно сопит на подушке рядом с ним. Это их давняя привычка. Если кто-то из кассетников ранен/болен, то он всегда оффлайнит исключительно рядом или на Саундвейве. На случай, если что-то произойдёт, и нужно будет срочно вмешаться. Это исключительно из цели безопа-

*Пинг*

      Телепат почти захотел зарычать от раздражения, но после до конца поднялся на мани, чтобы подтянуть к себе колени, усевшись на них, прикладывая пальцы к бокам шлема, потирая их, а после и аудиодатчики, жмурясь от неприятного покалывания в процессоре из-за резкого прерывания оффлайна. Помедлив, он всё же взглянул, какой наглый мех смеет ему писать. Хотя, будто много кто может ему писать. Смешно! Лишь Мегатронус да Шоквейв. По идее. Сейчас он почти не соображает. — "Доброго тёмного времени цикла, Саундвейв. Я надеюсь, я не вывел тебя случайно в онлайн."       Вывел. Спасибо большое, что нарушил такой редкий момент и возможность отдохнуть без проблем. — "Я знаю, что такое может прозвучать глупо и нелогично. И мне правда жаль, если я помешал тебе."       Сейчас бы шпион с радостью открутил бы этому циклопу голову, чтобы он не смел больше такой ерундой заниматься. Это совершенно не прили- — "Я не могу уйти в оффлайн. Хотел бы узнать, могу ли я прийти? После того непредвиденного случая я всё никак не могу достаточно расслабиться и очистить процессор. Странное видится. Я хотел бы проверить свою теорию, что в твоей квартире есть что-то, что благоволит спокойному оффлайну." — "Ещё раз прошу прощения, если помешал."

... Что?

Ø⫽ ◇·|^| ⨝|Ø-‵^?

      Он бы не начал такой ерундой заниматься. Если он просит об этом, то тогда он глубоко убеждён, что он прав. Очевидно, что либо он и вправду верит, что это так необходимо, либо он уже успел так сильно приложиться шлемом обо что-то твёрдое, что спятил.       Как же он устал от всего этого... — "Это настолько срочно, что требует моего согласия?" — "Это бы очень помогло решить мою дилемму."       Как нагло. Закрыв окуляры, Саундвейв тяжело вздохнул с хриплотой и статикой, что временами пролагивала, из-за чего звук просто пропадал. Почему он не может просто отдохнуть в спокойствии? Будто весь мир вечно пытается помешать ему расслабиться хотя бы на несколько джоор. ХОТЯ БЫ.       Но и отказывать Шоквейву не хочется. Этот учёный ему нужен в здравом уме, и чтобы его процессор работал как надо. А для этого нужен хороший оффлайн. Ладно. Один раз ведь можно, не так ли? Один. Не больше. — "Хорошо. Сейчас всё подготовлю. После отправляйся на те координаты, что тебе давал Реведж. Оттуда я тебя подберу." — "Благодарю от всей искры. Я постараюсь не мешать."       Стар он уже для всего этого. Устало поднявшись с платформы. Он действовал крайне осторожно, чтобы случайно не разбудить Лазербика. И, стащив свою маску с тумбочки, чтобы вернуть её на законное место, постучавшись пару кликов, чтобы она наконец-то защёлкнулась, уже побрёл к шкафу, открывая его и не до конца сконцентрированным взглядом выискивая... Что он там ищет? Ах да. Теомоодеяло. И где оно? Не мог же он забыть убрать его?       Потупив где-то брийм, телепат всё же сумел отыскать пропажу, которая всё это время прямо под его фейсплейтом была. Схватив одеяло, а после и одну подушку со своей платформы, не тревожа киберястреба, шпион поплёлся в гостиную, стараясь не врезаться плечами в проёмы дверей или стены, которые так соблазнительно звали его прислониться к ним, а после спуститься вниз, чтобы отправиться в блаженный оффлайн. Но, к сожалению. У него есть дельце. А после этого, если ему повезёт, он вновь отправится на койку, чтобы продолжить свой такой нужный отдых.       Он уже не помнит, как добрался до гостиной, ибо осознал своё окружение уже только когда он красиво укладывал подушку на диван, а после и термоодеяло. А что? Выглядит уютно. И голова так и склоняется, чтобы просто потащить его корпус за собой и бухнуться прямо на этот мягкий дива- — "Я на месте."       Кто на месте? А. Да. Шоквейв. Точно. Сонный процессор — это сущий кошмар. Осталось надеяться, что земной мост не отправит его в мгновенный оффлайн. Хотя, учитывая его состояние... Всё возможно. Встряхнув шлем, чтобы хоть как-то прийти в себя, что не сильно увенчалось успехом, он соизволил открыть воронку недалеко от себя, взглянув на неё.       Как и ожидалось, достаточно быстро оттуда вышел очевидно такой же сонный Шоквейв. Его окуляр был непривычно тусклым, а антенны обвисли, видимо, не имея сил стоять торчком как обычно. Ну и ладно. — Ещё раз прошу прощения, если помешал.. — Всё в порядке. Укладывайся. И постарайся быть тише. Не хочу, чтобы кассетники проснулись.       Учёный быстро кивнул головой, пока за ним закрывался земной мост, и подошёл к дивану, обойдя небольшой стол, чтобы случайно не споткнуться. Это не шибко помогло, ибо он всё таки споткнулся, почти что упав, если бы телепат не схватил его за мани. Кажется, исследователь даже не понял что произошло, ибо неловко повернул голову к гладиатору, а его антенны соизволили слегка вздрогнуть.       Помедлив, шпион дёрнул Шоквейва, чтобы поставить его на серво ровно, но явно не ожидал, что от такого действия, циклопа развернёт, и он врежется своими грудными пластинами в верх живота Саундвейва с отчётливым лязгом металла.       Наверное, они пару брийм молча глазели друг на друга, чтобы осознать произошедшее, прежде чем учёный всё же вздрогнул, а его поле запульсировало смущением, и вот он отскакивает от гладиатора, вновь спотыкаясь и уже падая на диван с бухом. Видимо, его корпус ожидал хоть какой-то горизонтальной поверхности, ведь тут же обмяк, не желая двигаться и хоть как-то напрягать шарниры.       Телепат тяжело вздохнул статикой и, наклонившись, вытащил термоодеяло из под исследователя и плавно укрыл им этот фиолетовый корпус, чтобы тот не замёрз, на что получил тихую благодарность. — Сладких оффлайновых симуляций. — Благодарю... И тебе, Саундвейв       На всякий случай быстро проверив взглядом, чтобы учёному было удобно, Саундвейв наконец-то развернулся и вышел из гостиной. И вновь он осознал где он, когда уже укладывался на платформу, натягивая на себя термоодеяло. Но Лазербик, почувствовав очередное движение, сонно открыл оптику, посмотрев на хозяина, вопросительно чирикая. — Всё в порядке. Ложись дальше оффлайнить. — А почему ты онлайн..? — Шоквейв попросился здесь перезарядиться. — Мм.. он просто хочет быть поближе к тебе... Очевидно ведь.. — Он просто не мог уйти в оффлайн. — Внушай себе дальше... — Оптику закрывай и оффлайнь. — Ладно, ладно..       Уложив голову на подушку, шпион ощущает, да и видит движение киберястреба, который ползком добрался до его шлема, укладываясь над ним, даже слегка скручиваясь в своеобразный ореол из крыльев, лап и головы. Это было приятное ощущение, особенно когда одно из крыльев нежно легло на маску, на уровне окуляров, будто защищая от малейшего света, которого почти не было. Это не мешало насладиться некой защитой. Так что, облегчённо вздохнув статикой, он наконец-то позволяет усталости и сонливости взять контроль над его корпусом, чтобы отправиться в долгожданный оффлайн и очистить процессор от всех проблем... Хотя бы на время. Лишь бы в этот раз всё было хорошо.       Хорошо не было. Опять эти обрывки. Крики. Боль. Ловушка, которую его же процессор создаёт в маниакальной попытке осознать истину, отрицая её саму же. Бесконечный цикл поиска, обнаружения, разочарования, злости, страха, отрицания до последнего, пока всё не начинается по кругу. Снова и снова, лишь с каждым кругом всё больше искажая последние остатки восприятия. Не мог же и он тоже ослепнуть? Нет. Это не правильно. Он должен быть провидцем. Очевидцем. Знающим и видящим всё. Так было, есть и должно быть. Никак иначе. Где же его крылья когда они так нужны ему? Почему же его вновь заперли?

Это нечестно.

      Все эти идиоты. Как они могли это сделать? Он ведь... не заслужил этой участи. Его разноцветная оптика не должна была тускнеть, а улыбка исчезать с фейсплейта навсегда вместе с этими нежными цветами, оставляя после себя лишь пустоту и тягучую серость. Тьма не сможет принять кого-то настолько светлого. Может лишь остаться где-то рядом и лелеять, напевая песню боли, отчаяния и разрывающего гнева, что выходит из-под контроля, чтобы наброситься на всех неверующих. Тени разрывали их корпуса на части когтями, криками, фиолетовым светом, мыслями, ненавистью. Никто не ушёл живым. Даже сама Тьма тогда умерла. Не полностью. Но часть покинула навсегда, преследуя свой свет. Свою звезду. Лишь бы не оставаться в одиночестве в окружении ослеплённых. Не нужны Тьме эти ничтожные искры. Ей нужна лишь одна. Только это сияние, что привлекает все тени, вызывая желание защищать. И снова боль от осознания, что даже такая простая задача не была выполнена. Разорвать себя на части. Лишь бы добраться до истины. А после вырвать, чтобы обрести облегчение. Хотя бы на время. И вернуться. Когда Тьма должна будет поглотить весь свет, потопив его в своих тягучих ледяных водах. Месть не выход. Это задание. Миссия. Но и зацикливание на мести приносит облегчение. Каждый потопленный свет, нежно или жёстко, колышет воды, позволяя Тьме питаться, хоть и отвратными, но искрами. Каждый павший — честь. Ради той звезды.       И лишь где-то вдалеке вновь этот нежный смех. Яркая улыбка, что греет. Свет, что не обжигает, не лжёт, не скрывает. Истинная чистота искры. Ласковые и нежные прикосновения. Осторожное прижатие, которое заменяется крепким сжатием и новым смехом. Деликатная ласка, когда пальцы скользят чтобы подразнить, легко игнорируя остальных вокруг. И хитрое подмигивание одной оптикой. Сладкий шёпот с обещанием возвращения, и вот свет снова убегает, расправляя крылья, чтобы улететь куда-то вдаль. И даже протянутый мани не остановит это отдаление. И ведь нет возможности преследовать. Дела не ждут. Надо стараться ради света.       Но он пал. И снова Тьма тонет в пучине своих собственных страданий без возможности сбежать, расправить крылья и взлететь. Она тонет в свете, который обжигает, сжигает корпус в агонии. И лишь её крик, вопль разрезает мучительную тишину. Но никто не спасёт. Всё нужно делать самому. И вырвавшись лишь одним мани, Тьма цепляется когтями за пространство, уже рыча, как дикий зверокон. Второй мани на свободе. Отплюнуть ослепляющий свет и, взревев, расправить крылья, чтобы ударить ими по свету, заставив воды обжигающей лжи бултыхаться и идти волнами, чтобы в следующий миг сделать новый взмах и взлететь, летя к последнему источнику не губительного света. Раз так. То будет сделка. Лишь цветы остались на месте серой массы, которая когда-то была так нежна.       Он чувствует какое-то движение сбоку, а после ласковое и родное тепло. Как приятно. Сразу мысли будто отступают куда-то в сторону, скрываясь где-то там. В пучине тьмы, которую наконец-то кто-то приласкал, чтобы та не бушевала и не страдала. И, приоткрыв оптику, Саундвейв заметил фиолетовый корпус, который так неловко прижимался к нему, а антенны слегка подрагивали, пока процессор пытался понять, зачем и почему он сюда так нагло залез. Слегка двинувшись, телепат тихо прохрипел статикой, ведь вокалайзер уже успел на время застопорить свою работу. Но переборов неприятное ощущение, он тихо шепчет. — Шоквейв?       Упомянутый мех слегка вздрагивает, будто он и вправду надеялся остаться незаметным и не разбудить гладиатора. Его антенны как-то неловко прижались к его шлему, а ЭМ-поле мерцало неловкостью. — Да? — Что ты здесь делаешь?       Учёному нечего ответить, и, с тихим вздохом, он собирается подняться и уйти, но его останавливает мани гладиатора на талии, которое слегка сжалось, надавливая, чтобы исследователь послушно подчинился и вновь улёгся рядышком. Он повернул голову, чтобы взглянуть в маску шпиона, слегка приподняв свои антенны. — Я не говорил, что тебе нужно уйти. Если хочешь — можешь остаться. — Ты точно не против? — Я не против. — ... Спасибо       Шоквейв слегка поелозил, чтобы удобнее прижаться к холодному корпусу тёмно-синего меха, утыкаясь окуляром куда-то в шейные кабели и манипуляторами осторожно приобнимая. Саундвейв промычал статикой и накинул на тело циклопа термоодеяло, чтобы тому было достаточно тепло. Как бы глупо это не звучало, учитывая его корпус. Но его это совершенно не волнует, ведь он наслаждается этой прохладой, закрывая оптику.       Лазербик, спокойно оффлайнивший, всё таки открыл оптику от всего шебуршания тут и осмотрелся, удивлённо уставившись на учёного, что так жался к корпусу его хозяина. Помедлив, киберястреб вопросительно взглянул на Саундвейва, молча спрашивая "а что он тут забыл?". На что получил лёгкое потирание головой об его корпус в приятной, успокаивающей манере. Ну. Этого было достаточно, чтобы кассетник забыл про всё и, вновь приняв удобную позу, провалился в оффлайн в считанные клики.       Расслабленно вздохнув статикой, телепат закрыл и свою оптику, чтобы последовать за двумя корпусами рядышком в объятия симуляций, заполненных темнотой, тишиной и лишь нежным теплом и даже некоторой лаской... Если темнота, конечно, придёт к нему... Или хотя бы приятные симуляции. Не хочется дёргаться, когда здесь учёный. А не то среагирует ещё на автомате и ранит. Этого никому не нужно.       В онлайн он пришёл с приятным ощущением очень тёплого, скорее горячего корпуса рядом. Очень близко. Буквально вплотную. Саундвейву потребовалось пара бриймов, чтобы осознать кто это. А после, уже открыв окуляры, он понял свою правоту и честно. Он вот совершенно не хотел отсюда уходить. То, как мило рядом сопел Шоквейв, было слишком очаровательно. Учитывая то, как он крепко прижимался, закинув один серво прямо на пластины живота шпиона, а мани были обвиты вокруг громоздкого корпуса. Да и сам он в оффлайне, видимо, крепко обнял исследователя, не желая расставаться с этим приятным теплом. Окуляры сами будто закрылись вновь, чтобы продлить блаженную тишину. Лазербика тут не было. Видимо, уже ускакал куда-то, или его Реведж просто стащил. Не шибко важно, главное, что они дома и в безопасности.       Гладиатор хотел было вновь впасть в оффлайн, но вот циклоп не позволил, начав слегка извиваться будто в попытке забраться прямо на Саундвейва, чтобы впитать весь холод. Но из-за этих движений его антенны ударились о маску телепата, от чего Шоквейв уже тихо прохрипел и приподнялся, включая оптику и неловко осматриваясь, так мило прижимая и опуская антенны к шлему. — С добрым началом цикла. — Мгм... С добрым...       Со стуком металла об металл, исследователь уткнулся окуляром в плечо гладиатора, явно не желая до конца приходить в онлайн, учитывая то, насколько сладок для него был оффлайн, и то, какой приятно холодный корпус совсем рядом с ним. Ну. Саундвейв не собирается сгонять с себя это полуоффлайновое подобие того учёного, которого он видел чаще всего. Можно и просто подождать.       Возможно, была возможность. Пока в комнату не пробрались близнецы и незаметно для исследователя подошли к платформе, а после, забравшись на неё, ткнули пальцами в бок циклопа, на что получили очень бурную реакцию в виде вскрика и чуть ли не подскакивания с удобного места. И Рамбла, и Френзи смели с платформы случайным махом манипулятора, и они с грохотом свалились на пол, а вот Шоквейв свалился спиной ровно на гладиатора, который лишь слегка прохрипел статикой от того, как в него ткнулись... Эти отростки, что походили на маленькие крылья у тех же сикеров. Это было мало приятное ощущение, но он промолчал, уже смирившись с тем, что на его мнение всем настолько плевать, насколько это вообще было возможно.       Недовольно промычав, учёный всё-таки слезает с Саундвейва, опуская взгляд на пол, где лежали близнецы и довольно смеялись. Маленькие гремлины. Но всё равно чудные. Вслед за исследователем, телепат тоже поднялся и, слегка склонившись над краем платформы, протянул мани, чтобы подхватить своих кассетников, усаживая тех у своих серво, которые были слегка подогнуты и отведены в сторону. Ему, конечно, приходилось слегка выгибаться в бок, но это не сильно мешало. Почти. Ведь было ощущение, что циклоп вцепился в эту позу взглядом, без возможности отвести окуляр. Да и его поле непривычно пульсировало... Восхищением и интересом? Было что-то ещё, но гладиатор предпочёл это проигнорировать. Он хотел бы провести этот цикл спокойно, без каких-либо выходов в свет и т.д. ... Но корявое сообщение от Мегатронуса прервало все мысли. И остаётся лишь вопрос...

Какого?!

      Нигде в расписании не было и малейшего упоминания его. Но, видимо, Юникрон решил пошутить над ним, и как-то в списке участников боёв в этом цикле оказался он! Ох уж эти наглые мехи, которые- — Что-то не так, Саундвейв?       Всё внутреннее возмущение прервалось, стоило ему перевести взгляд на Шоквейва, который будто специально покачал своими антеннами, чтобы привлечь внимание шпиона и заодно успокоить. И с чего он решил, что ему это нужно? "Ты слишком напряжён по виду. Тебя что-то расстроило?" — Не переживай. Всё в порядке. Просто расписание в гладиаторских ямах решили поменять. — И...? — И у меня бой в этом цикле. — Ох... "Хотелось бы взглянуть..." — Всё в порядке.       Саундвейв старательно игнорировал как мысли учёного, так и радостные вскрики Рамбла и Френзи, которые быстро тараторили непонятно что, будто перейдя на другой язык, и, быстро спрыгнув с платформы, помчались в коридор, чтобы рассказать своим братьям об этой чудной новости. Чудно лишь для них. А не для того, кому придётся сражаться, вместо того, чтобы хотя бы слегка отдохнуть от всех и вся. Хотя, с такими искрами под одной крышей... это вряд-ли возможно.       Он почувствовал на удивление ласковое и нежное прикосновение к своему мани, и вот он вновь обращает внимание на исследователя, у которого слегка опустились антенны, а кончики, судя по показателям, слегка нагрелись. Как же очаровательно... Он не устанет про себя это повторять. — Не сочти за наглость, но я хотел бы поинтересоваться... — Как прийти и посмотреть? — Если это возможно... — Возможно. Хочешь я возьму тебе билет? — Ох. Я... Верну шаниксы — Не нужно. — Но- — Шоквейв. Не нужно. Всё хорошо. Это никак не повлияет на мой бюджет. — Саунд- — Не нужно. Считай это подарком или благодарностью. — Благодарностью? — Не только у тебя проблемы с оффлайном.       Шоквейв слегка опустил шлем, опустив свои антенны и немного прижав их к голове, а его окуляр как-то слегка потускнел. Саундвейв не хотел, чтобы он грустил, и поэтому нежно сжал мани учёного в своём и, приподняв его, как-то по привычке прижался низом своей маски к тыльной стороне, подав лёгкий разряд статического электричества, чтобы изобразить некоторый вид поцелуя. Хах. Он не думал, что применит такое хоть когда-нибудь. Правда вот реакция исследователя точно стоила того, учитывая тихий вздох вентсистемы, дрожание антенн и увеличение яркости сияния оптики... Точно того стоило. "Вот бы он делал так ещё..."

°Ø*⋰|...?

Посмотрим.