Заметки из записной книжки ( черновое )

- Сходи к дедушке и… посмотри что-нибудь из того, что можно постелить… И им, - прошептала девушка, наклонившись к сестре. - А я кое-чего приготовлю. Давай. Не бойся, - заметив страх во взгляде Эвы, добавила она и провела по ее плечу, подталкивая ту к двери. Долго не задерживаясь в комнате, девочка ушла. Её сестра же, проведя рукой по предплечью — было прохладно, несмотря на растопленную печь, — прошла мимо парней в угол комнаты и отодвинула вязаный коврик ногой. Следом она присела и открыла дверцу погреба, следом скрываясь в ещё более холодном, ещё и теином помещении. Все это время Клаус неотрывно следил за ней. Отчасти из опасения, отчасти из интереса. - «Она нам не доверяет», - негромко сказал Вим, когда девушка скрылась в погребе. Клаус на это только фыркнул. - «Это не удивительно, ты сам говорил, что они нас боятся». Вскоре послышался стук, и дверь погреба захлопнулась, коврик — задвинут, а девушка явилась на свет божий, щурясь от света. В ее руках красовалась банка с чем-то и ещё несколько овощей. Бегло оглядев комнату и, видимо, найдя солдат на прежнем месте и от того успокоившись, девушка последовала к столу, что стоял недалеко от печи и начала возиться с продуктами, кажется, благополучно уйдя в себя при этом, хотя вид у неё был по-прежнему хмурый и отрешенный. - Анечка! - послышался голос ещё за дверью, которая тотчас была открыта и девочка, держа в руках огромную гору тряпок, выскочила из комнаты. Она не сразу опомнилась, а как только сделала это, то неловко притупилась и быстрым шагом направилась к сестре. - Я нашла… вот. - Отдай это им, пожалуйста, - проговорила та, невольно выдернутая из своих мыслей, и кивнула в сторону солдат, стуча по столу ножом и не отрываясь от дела. Младшая ответила что-то в знак согласия и, волоча за собой тряпки, подошла к двум парням. Протянула руки, неуверенно улыбаясь и внутри вся сотрясаясь не беспочвенной тревогой. - Берите… - тихо-тихо проговорила она, собственно и не зная даже, что лучше ей произнести, чтобы ее поняли. - Это одеяла… - «Что она сказала?» - спросил Клаус, невольно нахмурившись. Он и предположить не мог, что русские решат им что-то дать. Обычно люди наоборот прятали все добро, дабы они даже взглянуть на него не успели. - «Похоже она принесла нам одеяла», - произнес Вим, расправляя одну из принесенных тряпок. Клаус хмыкнул и помотал головой: - «Мне не нужно». Вим недоуменно на него глянул, а потом сгреб из рук девочки оставшееся. - «Значит я возьму. Здесь холодно, знаешь ли», - Клаус отмахнулся, мол забирай на здоровье. Тем временем девочка, не долго раздумывая, снова поплелась к сестре. - Я все отдала! Девушка повернула к ней голову, быстро оглядывая, и кивнула, беря в руки что-то вроде не особо большого казана, который в следующую минуту потащила к печи. Теплая печь под боком и негромкие переговоры девушек вводили в дрёму, и Клаус чувствовал, как постепенно закрываются веки. Тем не менее уснуть окончательно он себе не давал. Мало ли что. Девушка и простояла, упорно помешивая суп ложкой, пока в какой-то момент не вернулась обратно в реальность и не вытащила казан из печи. Затем она достала тарелки и разложила их на столе. Подняв голову, она окликнула парней, движениями рук призывая их сесть за стол — жест мнимого гостеприимства с ее стороны. Вим с силой потряс приятеля за плечо, и Клаус тут же сел. Оказывается, он все же успел задремать прямо на лавке. -«Идём, нас есть зовут». В животе предательски заныло. Клаус не доверял русским, но было у него ощущение, что конкретно сейчас их травить не собираются. Ну или же ему просто очень хотелось есть и уже было плевать на все. Поэтому оба солдата уселись за столом. - Эвелина! – крикнула Анна, подзывая сестру и беря тарелку в руки, и большой ложкой, что валялась в казане, начала разливать всем суп. Себе набрала немного, также немного остальным членам семьи. Через пару минут в комнату вошли и остальные. Девочка подошла к столу, неловко взбираясь на стул и рассматривая содержимое тарелки. Это же сделал и старик, предварительно обведя взглядом юнош – для него уж они совсем дети, пожалуй, - и пробормотав тихо что-то вроде воззвания к Богу, глянув после на иконы и перекрестившись с легким наклоном прежде, чем сесть за стол вместе с жестокими врагами. Девушка, уйдя куда-то в глубь себя, без энтузиазма ковыряла ложкой ею же приготовленную похлебку – в горло ничего не лезло, как бы она не пыталась что-то туда запихнуть. Младшая из семейства поглядывала на сестру с явным волнением. - Ну вот… парни. Молодые парни… и что творите, а? За что воюете? Ради чего делаете все это? – неожиданно для всех прохрипел старик. – Зачем людей убиваете? Убиваете, гады, не щадите никого! И совесть не терзает вас, фашистов! – он ударил кулаком об стол, отчего даже старшая из сестер дернулась, пораженно глядя на пожилого мужчину. Только с час назад он ходил рассеянный, а теперь, видимо, осознал окончательно, что к чему. - Дедуля… - тихо и взволнованно прошептала маленькая девочка в смутной надежде, что тот замолчит. Клаус молча глянул в сторону Вима. -«Говорит, что не понимает, как мы можем воевать за фюрера», - не отрываясь от своей тарелки, перевел он. Клаус фыркнул и, потянувшись через стол забрал, у старика тарелку. Часть похлёбки ушла девочке, сидящей рядом, а другую часть они разделили с Вимом. - Свиньи! - очередной окрик, а за ним — неприятный звук двинутого стула. Двух. Девушка, молча подойдя к старику, крепко схватила его за запястье. Тот замер и перевёл на неё злостный взгляд: - Что, я не прав по-твоему?! Дура! - Замолчи... - Рот мне не затыкай, Аня! Я воевал с этими тварями, пока тебя и в помине не было! Я знаю, на что они, эти животные, способны! - Замолчи, - повторила девушка, с явным страхом в глазах смотря на старика и удерживая его руку. Тот умолк, хмурясь. - Жрите... Чтоб вам поперёк горла встало, - пробормотал он и резко дёрнул руку, уходя в другую комнату — спальню — и громко хлопая дверью. Девушка перевела отчужденный взгляд на немцев, а её сестра, что молча наблюдала за этим, замерла с ложкой в руке, боясь за еду теперь даже взяться. Клаус хмыкнул, отодвинул тарелку и поднялся со своего места. - «Спасибо», - быстро бросил он и расположился в углу, облокотившись спиной о стену. Дрёма пришла быстро, но спал он довольно чутко. Прикрыв глаза, он пытался догадаться по звукам, что происходит в комнате. Вот грохот тарелок, похоже девушки убирают со стола. В соседней комнате какое-то ворчание или храп. Похоже старик все же успокоился. Не сказать, что сам Клаус понимал сказанное, но какие-то слова наводили на определенные мысли. Что ж, если он правильно догадался, то дед лишь подтвердил его слова насчёт ненависти к ним. Сбоку раздалось недовольное сопение, и лавка качнулась. Похоже, что Вим тоже решил лечь здесь.