Вновь приобретённое

— Погоди... Едва слышимый шорох одежды. Тихий шёпот и скрип кровати. — Погоди говорю! Лини толкнул златовласого в плечо, на что тот в недоумении охнул и отстранился. Оба парня сидели под одеялом... и причём ни один из них не понял, как до этого дошло. Итэр и глазом моргнуть не успел, как ему в лицо впечаталась какая-то небольшая картонная карта. Туз... черви? Посреди белоснежной лицевой картонки блестел ярко-красным символ черви - сердце. Парень с интересом осматривал карту в свете фонаря от телефона, который они вынуждены были включить. Под одеялом становилось душно, а карты, разбросанные по всей кровати, не давали удобно усесться, попадаясь на каждом движении. Итэр вопросительно наклонил голову, на что Лини тихо рассмеялся в кулак. — А ты на что рассчитывал? — Лини выхватил карту из рук Итэра, который остался в недоумении хлопать глазами. — ... Ни на что! — Встрепенулся он, отстранившись от любимого на пару сантиметров. Однако немного не рассчитал силы, отодвинувшись до самого края. Итэр с грохотом рухнул вниз. На пол. При этом потянув за собой всё одеяло. Лини лишь оставалось удивлённо ойкнуть, глядя как его многоуважаемый гость распластался по полу, наполовину укрытый одеялом. От такого неожиданного происшествия волосы Лини растрепались, и от недавно прибранных волос не осталось и следа. И грохот был действительно достаточно сильным, чтоб начать беспокоиться об одном очень строгом жителе этого дома... Но Лини ничуть не задумывался об этом, рассмеявшись так, что начал побаливать бок. И продолжая смеяться, он подполз к краю кровати, желая увидеть там лежащего партнёра. Однако не рассчитывал лицезреть его растрёпанную макушку в паре сантиметров от своего лица. — Оу? — Практически промурчал актёр, устремив взгляд аметистовых глаз в чужие. — Как неожиданно! Итэр нахмурился, видя, как хитро улыбается победоносно сидящий на краю кровати Лини. Парень не сводил с него взгляда, что делал и второй. Но Лини не подозревал о том, насколько Итэр может быть подлым! Пока он не видел, Итэр протянул свои руки к его талии и с силой потянул на себя, уваливаясь на махровый ковёр вместе с новоприобретённым грузом. От такой неожиданности Лини замешкался, расставив руки по ширине плеч у головы Итэра. — Как грубо. — Ухмыльнулся актёр, сидя на животе златовласого. Тот лишь гордо прикрыл свои глаза, ощущая на себе приятную тяжесть. — Знаю. Ты тоже. — Подмигнул он, выдыхая. Тут за дверью послышались размеренные, и даже бодрые, что неестественно для ночи, шаги. Лини вздрогнул, и тут же принялся укутывать человека под собой в одеяло и накидывать на него подушки. — Сиди тихо! — Лини как можно правдоподобнее уселся поверх одеяла, а из-под подушек послышалось неразборчивое мычание, в ответ на которое Лини прописал лёгкий шлепок по мягкой обивке. В эту же секунду дверь открылась, а за ней показалась абсолютно безэмоциональная физиономия «отца». Она молча оглядела комнату, освещаемую лишь фонарём от телефона. — ... Где? — наконец спросила она, облокотившись плечом о дверной косяк. — Кто? — Тут же ответил вопросом на вопрос Лини, сжимая одеяло и чувствуя, как вздымается грудная клетка под ним. — Не строй дурака. Что это было? — Приподняла одну бровь «отец», на что Лини немного ссутулился, вжав голову в плечи. — Я... Упал? — Да неужели? — Мельком бросила она взгляд на комок из одеял и подушек под своим воспитанником. Разумеется она всё поняла, но не хотела говорить об этом прямо. — Он в ванной, честно. — Положил руку на сердце Лини. Но тут он ногой почувствовал чье-то к ней прикосновение... как-будто лёгкое поглаживания по бедру и голени. Лини тут же надавил на грудь Итэра, лежащего под слоем одеяла и подушек, на что услышал тихий смешок. — Мгм. Вижу. — Выдохнула Арлекино. — Мне нет дела до того, чем вы здесь занимаетесь. Но если я услышу ещё хоть один звук - вылетишь из дома жить в огород. Отстранившись от косяка она спокойно и бодренько развернулась, собираясь уходить. Как будто и не спала вовсе... — И твой шпиц тоже. Как только дверь закрылась, Лини немедля убрал подушки, открывая раскрасневшееся от нехватки воздуха лицо. — Ты скорее на рака похож, чем на шпица. — Улыбнулся Лини, собираясь вставать с партнёра. Однако его приостановили чужие руки, умещённые на талии. Лини опустил голову, осматривая любимое лицо в слабом свете почти севшего фонаря телефона. Итэр меделил, сомневаясь. Это было видно по постоянно поджимающимся губам и отведённому в сторону взгляду. — Ты действительно хочешь, чтобы мы... были вместе? Я имею в виду... не слишком для тебя это тяжело? Ты ведь только-только восстановился! — В глазах Итэра было чистосердечное беспокойство. Даже страх, который увидеть было настоящей задачей, отразился на лице как живая картина. — Я не хочу, чтобы ты чувствовал себя должным только из-за моего признания... Лини распахнул глаза от удивления. Даже слегка приоткрыл рот, будто готовясь ответить. Однако ничего из того, что было бы подходящим, сказать он не мог. Молчал и пялился на лежащего он так меньше минуты, пока всё эти секунды волнение в глазах златовласого парнишки росло с каждым прошедшим мгновением... Но наконец Лини прикрыл глаза, ласково улыбаясь взволнованному Итэру. Актёр немного наклонился к его лицу, убирая с него светлую прядь. Щекотка от тонких, но пушистых волос затронула веки, от чего Итэр вынужден был зажмуриться, разрывая зрительную связь с чудеснейшими как космос глазами Лини. Не успел он открыть глаза снова, как почувствовал осторожные, множественные прикосновения губ по всему лицу. Эти касания были по-детски невинными, без контекста. Но уверенными, точно целующий уже имел в этом опыт. Будто знал, куда нужно нанести сокрушающий удар нахлынувшему беспокойству. Волнение сняло как рукой, и златовласый парень потихоньку расслаблялся, лёжа на куче подушек и одеял, греющих бока. Но когда всё лицо было помечено многочисленными поцелуями, всё закончилось. И только Итэр хотел сделать расслабленный выдох, он сразу же ощутил тяжесть у себя на груди и чужое дыхание на плече. Лини, точно кот, примостился сверху лежащего, зажимая его в своих объятиях. Итэр не стал отставать, и обнял его в ответ, вдыхая приятный аромат светлых, практически белоснежных волос человека рядом. Но тут отчего-то Лини резко отстранился. Во взгляде читалась решимость и азарт, а озорная полуулыбка не внушала доверия. Итэр и подумать не мог, что этот человек может быть таким напористым! Он неожиданно начал вжиматься в его губы так жадно, будто он был жаждущим воды странником пустыни, а чужие губы - его личный оазис. Тот Лини с которым Итэр познакомился в самом начале не отличался своей инициативой... Да и в целом был довольно тихим и не сговорчивым. Неужели минувшие события так в корни всё поменяли? Итэр даже не поспевал перестроиться со спокойного ритма тянущего в бездну поцелуя на бурные волны, которые подобно цунами из чувств ударили в мозг, отражаясь приятной вибрацией по всему телу. Он то кусал уголок его губ, то тут же его зацеловывал, боясь сделать чересчур больно. Прохладные руки уже не морозили кожу его щёк, а опаляли её, будто оставляя следы от ожогов. Лини то отстранялся, переводя дыхание, то снова возвращался, обновляя ритм. Итэр сжимал в кулаки мягкие подушки, оставляя на них нелицеприятные мятые складки, а потом разглаживал их, будто только что прошлись утюгом. Голова шла кругом, а кровь ударила в голову и пульсировала в мозгу, сбиваясь во множество бушующих сигналов. Не зная куда деть свои волнующиеся руки, Итэр опустил их на талию актера вновь, поддев пальцами ночную футболку, чем заставил его довольно прищуриться. Отстранившись и разорвав сладкий поцелуй, Лини, задорно улыбаясь, опустился к уху лежащего. Шёпот был настолько тихим, а дыхание таким горячим, будто тепло горящего костра: — Интересно... Что ещё покажешь? Ладошки златовласого вспотели, когда перед глазами снова возникло любимое лицо, на котором едва был заметен румянец. Как будто ему совсем не было стыдно! Только Итэр хотел продолжить свой замысел, как чужие холодные руки, коснувшиеся его горячей кожи груди, опередили все задуманные действия, заставив вздрогнуть и замереть. Кончики тонких пальцев описывали каждый изгиб его пресса, каждую торчащую из-под кожи косточку, чем заставил его практически дрожать от приятного мороза и щекотки. — Ты... — Сбивчиво дыша, прошипел Итэр, стиснув зубы. Лицо раскраснелось настолько, что казалось пойдут крошечные капельки пота, так усердно сдерживаемые им от неожиданно накатившего удовольствия от процесса. — М-м? — Пропел Лини, описывая пальцем, точно играючи, кружочек вокруг вставшего розового бугорочка на груди. — Что-то не так? Итэр не мог внятно ответить. Желание уже бурлило как кипящая в недрах вулкана лава, а губы всё чаще блестели от постоянного нервозного облизывания. Руки, лежащие на талии, сжали ткань ночной футболки, что была слегка приспущена с плеча и обнажала белоснежную кожу на ключицах. Лини улыбнулся действиям Итэра и, неожиданно для него, резко зажал этот бугорок между пальцами, удобно умостившись ближе к паху, и как бы "случайно" касаясь уже напряжённой его части тела, скрытой под одеялом. — Ну же. Скажи. — Снова прошептал он в ухо уже скулящему от желания Итэру. Этот его вид до чёртиков будоражил мысли, создавая самые невероятные картины. — Скажи... скажи, что ты хочешь? Итэр, точно заворожённый, смотрел на снежную кожу актёра, которую освещала лишь луна и практически потускневший фонарь телефона. Подобно изголодавшемуся зверю он прильнул к нетронутой доселе никем белой шее Лини. От такой неожиданности он издал прерывистый вздох вместе с удивленным мычанием, походившим скорее на стон. Итэр так же впивался зубами и губами в шею, как это делал с его губами Лини. Хищно покусывал его ключицы, тут же ласково их целуя, наслаждаясь неровным взволнованным дыханием сверху. У уха. Он оставлял такие жадные, собственнические поцелуи по плечам, шее и груди, постепенно снимая мешающую футболку. На губах Лини всё ещё оставалась эта самодовольная улыбка, однако блеск прикрытых глаз выдавал его смущение. Наконец, Итэр нехотя отстранился. Да и то это было по инициативе Лини, что слегка утерял своё былое превосходство, превратившись в разнеженного ласками кота. Два светящихся в темноте янтарных глаза с упоением разглядывали мерно дышащее лицо актёра, на плечах и шее которого уже было множество багровых отметин, блестящих на свету от многочисленных мокрых поцелуев. Лини криво улыбнулся, прикрытыми глазами уставившись на довольного собой Итэра. Его хвастовство раздражало, но и заводило одновременно. Возбуждение застлало все его мысли и воображение. Раскрасневшийся, и столь же напряженный, он притянул к себе тело Итэра, прижимая его ближе к себе. Желая чувствовать его ближе. Отпустив талию, Итэр опёрся руками о бортик кровати, чувствуя как человек перед ним спокойно, но столь же желанно дышал. Сил терпеть уже не было, хотелось начать. Хотелось чувствовать больше. Больше и больше чувствовать его рядом. На лбу начали образовываться капельки пота от духоты в, казалось бы, проветриваемой комнате. Он не знал, и не мог понять: игра это? шутка? глупый розыгрыш? Кончики пальцев сжимали бортик кровати, а губы все чаще были искусаны им самим, что привлекло внимание второго. Лини осторожно прислонился к чужим треснутым губам снова, целуя их с такой нежностью, точно человек перед ним может рассыпаться даже от малейшего прикосновения. Парень уселся как можно удобнее на напряжённом, до сих пор скрытым под одеялом паху, от чего Итэр шумно сглотнул, получив в ответ довольную улыбку. Лини обнял Итэра за плечи, тихо дыша ему в ухо и спокойно, медленно покачиваясь, точно убаюкивая раззадоренного ребёнка. От опаляющего дыхания тело Итэра так же питалось его жаром, разгорая в груди ещё большее желание и страсть. Стиснув зубы Итэр подхватил Лини за талию, тут же положив на помятую, отражающую всю суть слова "беспорядок" кровать. Он навис над ним сверху в ожидании уставившись в фиалковые глаза, которые были в предвкушении прикрыты, будто ожидали, что же он выкинет снова. Поджав одно колено к себе, Лини намеренно касался его горячей кожи, будоража мысли второго сильнее, и заставляя чужие руки сминать ткань постельного белья. — Как... Тебе это удаётся? — Прошептал Итэр, склонившись к Лини ближе, практически касаясь носами. — А ты думал, что я заядлый домосед и людей других не видел? Не знал, что им нравится? — Рассмеялся Лини, уничтожив и так крошечное расстояние между ними, коснувшись своим носом чужого и потеревшись как ласкающийся кот. — Обижаешь. Лини опустил глаза на слегка задранную футболку Итэра, тут же подцепив её двумя пальцами. Это действие застало Итэра врасплох и он слегка оторопел, обратив внимание на ловкие руки актёра, который уже практически снимал с него верхнюю одежду. — Не честно, что я один с голым торсом лежу. Не находишь? После этих слов Итэр покорно склонил голову, позволяя Лини избавить его от ненужного груза футболки. Теперь Лини уже конкретно пялился на складную фигурку любимого, от чего его практически кошачья улыбка становилась шире. Пальцами Лини прошёлся от линии торса до подбородка, притягивая его к себе. Второй же рукой он зарылся в его пшеничные волосы, перебирая каждую кудрявую прядку после расплетённой косы. Итэр невнятно, жалобно промычал полностью расслабленному на кровати Лини, уткнувшись ему в шею и умоляя: — Я не могу...! — О-о? Прости, что? — Улыбнулся Лини, снова шепча ему в ухо. Изящная рука, перебирающая пряди, перешла на широкую спину любимого и подтолкнула его ближе к себе, соприкасаясь разгорячённой грудью друг с другом. Руки, сжимающие простыни, снова переместились на утончённую талию, прижимая его ближе. Лини не растерялся, тут же закидывая ноги на талию нависающего над ним Итэра. Руками он массажировал уже вспотевшую от напряжения спину златовласого, прекрасно осознавая его желания. Однако ему доставляло недюжинное удовольствие смотреть как сильно он старается сдерживать себя несмотря на все провокации. — Даже так всё ещё держишься? — Усмехнулся Лини, вырисовывая очередной круг на влажной лопатке спины. — Ты не... Ты ещё не соглашался. — Проскулил Итэр, отдаваясь ласкам Лини, которого ещё больше умиляло и столь же заводило всё происходящее. — Так ты у нас джентльмен? — Расплылся в очередной чеширской улыбке Лини, прищуривая глаза в довольной насмешке. — А это интригует... Хочу знать, как долго ты будешь терпеть! Лини притянул ногами бедра Итэра ближе к себе, отчётливо ощущая насколько он был напряжён и как сдерживался. Смущенное лицо выдавало все переносимые страдания от его выдержки и то, насколько сильно было его желание наконец освободиться от этой боли. — Бедняжка... — Промурчал Лини, опуская руки по спине ниже. К ещё нетронутому нижнему белью. — Тебе больно? Итэр молчал, стиснув зубы, пока капельки пота всё интенсивнее образовывались от сладких слов и действий Лини. Актёр снова зацепил пальцем последнюю ткань одежды, играючи опуская пальцы всё ниже и ниже, но не касаясь одного единственного до придела напряжённого места. Итэр сглотнул, утыкаясь в чужую шею сильнее. Но обрывистое дыхание искушало не только его... Итэр заметил лёгкую дрожь на кончиках играющих с ним пальцах. Не желая мучить себя более, он снова слегка укусил нежную кожу актёра, чем вызвал негромкий вскрик от неожиданности и в то же время возбуждения. Подобно обжигающему пламени язык прошёлся по оставленному укусу, из-за которого до его ушей донёсся сладкий вздох. Итэр отстранился от искусанной неоднократно шеи, вглядываясь в томно прикрытые глаза. Одна рука зажимала рот, а вторая так и осталась лежать на чужом бедре, замерев от неожиданно проявленной ласки. Итэр, осознавая своё в данный момент выигрышное положение, сам спустился к шортам актёра, не сводя с любимых глаз взгляда и наблюдая за его реакцией. Лини не сопротивлялся, скрыв глаза тыльной стороной ладони. То ли он не мог поверить в то, что его так легко застать врасплох, то ли такое неожиданное действие в самом деле настолько сильно сбило его с намеченного пути. Вскоре шорты с глухими шорохом упали на пол, открывая взгляду практически обнажённое тело актёра. Подобно фарфору кожа блестела в свете луны из окна, и Итэр не мог поверить в то, что это ему не снится. Рукой он осторожно прошёлся с талии на тонкие от безвылазных диет и тренировок бёдер, ощущая подушечками пальцев дрожь в теле. Наконец, Лини откинул руку, широко улыбаясь в лицо уже озадаченного Итэра. Он схватил его за щёки, алчно впиваясь в чужие губы грубым размазанным поцелуем. Итэр, поначалу, замер, не осознавая происходящего. Но через пару секунд спохватился, срывая остатки одежды с себя и Лини, полностью обнажая возбуждённые, пышущие желанием тела. Когда Итэр был уже готов приняться за задуманное его приостановил тихий шёпот снизу. — П... Погоди! У нас... У нас ничего нет. Будет больно. — Было видно, что даже остававшееся самодовольным во время прелюдий лицо Лини было смущённым, а голос робким, чем даже походил на своего братца Фремине. Итэр помолчал, задумавшись. Но после с уверенностью поднял взгляд вновь, нежно улыбаясь. — Сделаем так, как тебе будет приятнее. Или... я могу просто уйти в туалет и... — Нет. Погоди... — Лини привстал на локтях, а затем ничуть не мешкая, продолжил: — Я помогу. — Ты... ты что? — Итэр широко раскрыл глаза, но даже так не сумел уследить за действиями профи-актёра, который одним движением руки поменял их положения тел. — Стой! Ты же не собираешься... Погоди, постой секунду...! Но взявший на себя всю инициативу Лини не собирался его слушать, всецело отдаваясь задуманному плану. Актёр, не отрывая взгляда от янтарных глаз, ничуть не мешкая обвил тонкими пальцами пульсирующий орган. От неожиданности Итэр вздрогнул и тут же сжал и так мятое постельное бельё. Зажмурив глаза и сжимая ткань до хруста костяшек пальцев, он из-под ресниц старался разглядеть лицо Лини. В ответ на это актёр лукаво улыбнулся, нежно проведя пальцами вдоль всей длинны, наслаждаясь тем, с какой скоростью меняется лицо златовласого. Итэр громко выдохнул, закусывая нижнюю губу практически до крови, когда вновь почувствовал движение холодной ладони по нему. И с каким удовольствием он выводил волнистые линии, наблюдая, как извивается тело под ним. И как бы Итэр не старался, попытаться взять ситуацию в свои руки он не мог из-за спутывающихся от удовольствия мыслей. Жар и желание переполняли всю его голову, пока взгляд аметистовых глаз не сходил с его лица ни на секунду. — А если я сделаю так? — Расплылся в очередной озорной улыбке Лини, наклонившись к мокрой от пота шее Итэра. Рука быстро прошлась по всей длине туда и обратно, при этом Лини, как бы невзначай, надавил на головку, от чего до ушей вновь донёсся тихий скулёж. — Чёрт... — Скрылся за руками Итэр, чуть ли не плача от стыда. Заметив едва уловимую дрожь в нижней губе партнёра, Лини наклонился, невесомо целуя в мягкие и уже полюбившиеся губы. Лини совсем не чувствовал смущения за свои действия, в отличие от Итэра, который даже за обычный взгляд на партнёра чувствовал несоизмеримый стыд. — Посмотри... — Свободной рукой Лини осторожно отодвинул дрожащую руку с лица Итэра. Тот, конечно, поддался... однако смотреть куда-либо было себе дороже из-за переполняемого волнения. — Ну же, посмотри на меня! Лини ласково убрал влажные от пота пряди волос с его глаз. Несмотря на открытое настежь окно, жара в комнате была невыносимой, но, казалось, им обоим это было только в удовольствие. Парень вновь осторожно прошелся по пульсирующему органу несколько раз, любуясь, как спина Итэра слегка выгибается. Однако руки, сжимающие простыни, перешили на плечи актёра, притягивая к себе и приостанавливая его действия. — Люблю... — Прошептал Итэр в ухо Лини. — Люблю. Дрожь по телу прошлась огромной стаей мурашек, а движения стали более неуверенными. Такое простое слово вызвало в груди Лини весь спектр эмоций, которые он только мог чувствовать в данный момент. — Я... — И тут же замолчал, страшась продолжить. Слова любви Лини слышал много раз от разных людей, и чаще всего это было с целью заискивания и поиска расположения. Лини любил чувствовать любовь, любил ощущать её... Но больше любви он боялся быть незащищённым. Боялся доверять. — Я люблю тебя. — Уставился Итэр в глаза Лини, пока тот тупо уставился в ответ, будто оцепенев. — М-м... — Протянул Лини, снова нежно проходясь рукой по нему, чем снова заставил Итэра зажмуриться и хрипло застонать. Лини будто не хотел отвечать на это, желая отвлечь его на что-то более приятное. Но вопрос вертелся на языке: — ... Почему? Итэр шумно выдохнул и дрожащей рукой убирал чужую ладонь с себя, скрещивая их пальцы между собой. Расслабившись и приходя в чувства, он улыбнулся, глядя на актёра прикрытыми глазами: — ... Зачем искать причины? Лини немного помедлил, не решаясь продолжить разговор. Но искреннее любопытство всё же было сильнее: — Это из-за моего статуса? Я не удивлюсь, если это действительно так, ха-ха... — Он сжал чужую руку в своей, а голос его слегка поробел, но всё равно держался уверенно. — Помимо актёрства моя семья очень известна. Я пойму, если ты сказал это по этой причине... Ну или потому, что я решил "удовлетворить" твои желания. Итэр изогнул бровь в вопросе, тут же натягивая на лицо смеющуюся улыбку. Он схватил Лини за обе щёки, поглаживая большим пальцем область под глазами, где ещё виднелись небольшие синяки из-за уже покинувших его кошмаров. — Чушь какая! Я даже не думал об этом. Мне не важен твой статус, ибо я даже не собираюсь развиваться в актёрской сфере. — Итэр притянул лицо Лини к себе, потерявшись кончиками носа, из-за чего Лини слегка зажмурился. — А по поводу "удовлетворить"... Честно, я вообще на это не рассчитывал. Даже в мыслях этого не было и... как тебе сказать... Лини прикрыл глаза, нежно улыбаясь. Полусонный голос Итэра был как мёд, который хотелось слушать и "вкушать" каждый день и каждую минуту. Лини не чувствовал от него какой-либо угрозы или жажды выгоды, но осадок от предыдущих опытов в отношениях остался. Всё-таки такой как он был хорошо известен в кругах женщин и мужчин высоких и низких статусов. — Для меня ты как что-то за гранью. Я ведь даже не думал, что ты вообще решишь ответить на моё сообщение тогда! — Широко улыбнулся Итэр тиская достаточно мягкие щёки Лини, слыша в ответ недовольное мычание. — Но почему? — Вырвался из цепких рук Итэра Лини, оперевшись о чужие плечи и пристально глядя в золотые глаза. — Это даже не из-за статуса, а из-за восхищения, скорее... Твой статус для меня был не важен абсолютно. Я поражался именно тобой как мастером своего дела, и очень благодарен сестре за, так называемую, рекламу тебя как моего "друга". О! И при этом я никогда и не мечтал добиться таких же успехов, как ты! — проговорил Итэр на одном дыхании, приобнимая актёра за плечи снова. — И уж тем более близость для меня было чем-то вроде табу. Лини внимательно слушал каждое его слово, тихо брошенное ему прямиком в ухо с тёплым дыханием и медленным сердцебиением, что отчётливо ощущалось из-за отсутствия одежды. Актёр сжал Итэра в объятиях, утыкаясь носом ему в плечо. — ... За такое, казалось бы, короткое время ты стал мне действительно очень близок. — Прошептал Лини. — И это пугает. — Почему же? — Спросил Итэр слегка приподнявшись на локтях, тем самым потревожив отдых Лини. — Я знал как себя вести с теми, кто ждал от меня лишь продвижения их славы. — Лини отодвинулся от Итэра в сторону, заворачиваясь в тёплое одеяло, стараясь скрыть оголённые части своего тела. — ... Но ты с самого начала не стал ей интересоваться. Тебе в целом было не до этого... Это меня очень удивило! — Потому что я изначально не планировал продвигать себя. — Пожал плечами Итэр. — То, что мне удалось выступить в том театре, было приятным бонусом к знакомству с тобой. Услышав последние слова, Лини отвёл взгляд в сторону, обдумывая все сказанное им сегодня. Обдумывая то, через что им удалось пройти и какие были разногласия. Какую помощь оказывали друг другу и как справлялись с проблемами. Да, Итэр несомненно стал ему очень близок за всё то время, проведённое вместе. — Я хочу быть рядом с тобой не из-за твоей популярности и статуса... или что-то типа этого. — Улыбнулся Итэр, подползая к задумчивому Лини, который, поначалу, даже не обратил на него внимания. — Я просто хочу... эм... И вздрогнул, когда лицо Итэра стало слишком близко к нему самому. Инстинктивно Лини зарылся в одеяло плотнее. — Просто хочу помогать тебе во всём! Типа... М-м... Хочу быть с тобой везде. Всегда! Хочу помогать тебе в актёрстве, хочу быть рядом когда тебе плохо, хочу быть рядом... в общем, всегда! — Итэр неловко почесал затылок, смущённо уводя взгляд куда-то в сторону. И невзначай его глаза зацепили один из многочисленных постеров на стене с выступлений, а на одном из них была едва заметна знакомая женская фигурка. — ... Как она когда-то. Неожиданно Лини высунул голову из одеяла, удивлённо уставившись на Итэра, чем смутил его ещё сильнее. — Я имею в виду, что хочу быть ближе к тебе! Я не хотел сказать, что собираюсь заменять её... — Оправдывался он, чем вызывал ещё большее недоумение. — Типа... Она же твоя сестра! Она, разумеется, куда больше близка тебе, чем я. Но я хочу не как родственники, как бы... как бы мы уже точно не можем быть братьями и... Эти нелепые оправдания смешили и умиляли Лини одновременно. Так забавно было наблюдать эти жестикуляции, беганье глаз и учащённое дыхание... В итоге смех вылился так же неожиданно, как неловко сказанная фраза Итэра. — Ты... Что в этом смешного? — Чуть ли не разревевшись от смущения спросил Итэр, пока Лини опрокинулся на подушки, громко хохоча. Он уже не заботился о других жителях дома, будто полностью оторвавшись от внешнего мира. — Это так мило! И ужасно забавно! — Смеялся Лини, попутно ударяя подушки ладонью. В ответ на это, Итэр молча уткнулся в подвернувшуюся под руку подушку, чем ещё больше насмешил Лини. Он, дрожа от смеха, подполз к ссутулившемуся Итэру с подушкой, крепко-крепко обнимая. — Оказывается, братья и так умеют, да? Братья тоже голыми обжимаются? — Чуть ли не задыхаясь от смеха говорил Лини, играясь со светлыми волосами любимого. — Интересная у тебя семья... — Я не это имел в виду! — Завывал от стыда Итэр прямиком в подушку. — Ну конечно. Мы же уже братья. — Лини повалил Итэра на кровать, скрывая их обоих под одеялом. Во мгновение ока под ним стало душновато, но никто из него не планировал выходить. — Хватит... Да, я ошибся. Признаю! — Бурчал Итэр в унисон смеху Лини. — А я думал, мы уже побратались... — убирал невидимую лживую слезу с щеки Лини, скорчив опечаленное лицо. — Как жаль... — Да не братья мы! — Выкрикнул Итэр переключившись на тело Лини, сжимая в объятиях уже его. Будто желая выключить надоедливую игрушку. — Да-да, не родные... сводные. — Передразнивал Лини, задыхаясь то ли от смеха, то ли от духоты под одеялом. — Люблю тебя как парня! Парня! Хочу быть тебе ближе как твой партнёр! — Сжимал Итэр Лини, слушая как быстро вздымается чужая грудная клетка от смеха. — Ну так бы и сказал! К чему тут моя сестрица? — Вытер уже настоящие слёзы смеха актёр, постепенно успокаиваясь от накатившего смеха. — Да-да. Глупая аналогия. Я понял! — Слегка укусил за плечо он Лини, на что услышал удивлённый "ой!". Полностью успокоившись, Лини скинул с них двоих душное одеяло, тут же вдыхая свежий воздух проветренной комнаты. Мельком актёр глянул на Итэра, и его макушка выглядела... мягко сказать убого с торчащими в разные стороны волнистыми волосами. Лини протянул руку, стараясь пригладить вставшую прядку волос. Однако она, как ни в чём не бывало, вернулась в исходное положение, чем вновь насмешила актёра. — Я тоже... люблю тебя. — С теплотой и остатками смеха прикрыл глаза Лини, глядя на смущённого и лохматого Итэра. — ... Не как "брата". — Хватит!!! ° ° ° Яркий летний свет опустился на лица двух мирно спящих в одной кровати парней. Лежали они вплотную друг к другу, и дай бог на подушке. Половина бессонной ночи дала о себе знать, и теперь оба отсыпались после вчерашнего "мероприятия". Всюду валялась одежда, а многочисленные подушки, что должны были быть на постели, лежали в разных уголках комнаты. А в дверном проёме, облокотившись о косяк, стояла Арлекино, беспомощно потирая переносицу. — Фремине, разбуди их. Скажи, что уже час дня, и Фурина должна прийти с минуты на минуту... Она что-то хотела передать им. — Да... да, минуту! °°° Но как бы Фремине не старался, быстро разбудить их ему не удалось. Оба сцепились друг с другом так крепко, что просто не позволяли приблизиться. А когда Фремине понял, что оба лежат без одежды, то тут же принял безоговорочно верное решение: "это уже не моя забота". И сразу быстренько ретировался, оставляя парочку наедине снова. И в самом деле, это уже точно не его забота. ° ° ° Et même malgré toutes les difficultés que nous avons rencontrées... ... je t'aimerai.