я опять лежу с разбитой головой

«бокалы разобьём об кафель любовью заменив старьё одна минута — сто фотографий друг другу оставим рубцы»

***

темная ночь всегда нагоняла кошмары на маленького Валерку. он помнил как просыпался в мрачной комнате и в своей голове крутил разные мысли о каком-нибудь подкроватном монстре. или, например, в шкафу или ещё где-то. в итоге он ревел от страха быть оторванным от матери. а мама быстро подрывалась с кровати и бежала к своему пугливому клубочку. прибежав, она видела своего сына, который закрыл ладонями лицо и зарылся под одеяло. а она же вытаскивала его оттуда и брала в нежные объятия. целовала в макушку и успокаивала. а кудрявый утыкался в ее плечо, нюхая запах дорогих, ещё не выветрившихся духов, которые ей подарил отец на день рождения. мокрое пятно оставалось на плече матери, которое она вытирала своей домашней майкой. перед тем как снова уложить ребенка спать она включала ему ночник, который вскоре включала для экономии электроэнергии, а так же чтобы свет не тревожил сон Валеры. и пока он не начнет тихо посапывать, мама будет лежать рядом и крутить его кудряшки на голове, петь колыбельную. и так, со включённым светом и колыбельной мамы под ухом голубоглазка спал до утра в полной спокойности, будто мама наложила на него защиту от воображаемой нечести. а сейчас два парня спят вместе, обнимаясь. ничего не страшит. ни ночь, ни любой шорох в другом конце квартиры. сейчас они вместе образовывают защитный барьер. никакие монстры их не тронут, пока они вместе. пока они счастливы. тепло делилось между двумя телами. выдыхаемый Валерой воздух незаметно щекотал оголенную грудь Вахита.

***

уже был день, проспали они совсем не долго. солнце не проходило через зашторенные окна панельных домов. оно скрылось за серыми тучами, из которых ливнем херачил дождь. однако, этим обоим было весело вдвоем. сон особо не тянулся. парни встали почти в одно время от скрипов кровати. повернувшись к друг другу они молча улыбнулись и затянулись в поцелуй. он уже не был таким страстным, будто любовь утихает с каждым моментом. искры в глазах уже давно нету, насмотря на то как они трахались пару часов назад и обоим было приятно. снова это чувство. сердце Вахита начало превращаться в холодный гранит, который никогда не разбить поцелуями или сексом с его «любимым». всё в один момент будто перевернулось с ног на голову. ревность поджимала грудь изнутри. хотелось убить всех, кто был рядом с ним. это уже скорее психо-неуравновешенная привязанность в отличие от здоровой любви. он будто хотел заковать его в наручниках и никуда не выпускать. чтобы он не видел социум и всегда был верен только ему. нет, это бред. это полнейший бред. как такие мысли вообще приходят в голову? — ещё раз доброе утро, заяц. - сухо и холодно отвечает Зима. быстро вскакивает с кровати и идет в ванну, где умыл лицо и прошел на кухню. где просто взял пачку дешевого табака и закурил, открыв перед этим форточку. холодный воздух совсем не волновал старшего. смотря вниз хотелось упасть с этого этажа чтобы больше ничего не чувствовать. слишком надоела эта любовь. между друг другом происходит немыслимое. надо все это обговорить, может все будет хорошо.. — и тебе доброе утро.. - шёпотом себе под нос проговорил Валера. он сразу чуствовал холод в поведении Вахита. настроение сразу ухудшилось. хотелось уйти из дома и не видетт его в таком состоянии. непонятно, что с нис случилось? буквуально несколько часов назад он кричал как сука от удовольствия. а сейчас он на что-то злиться и показывает свой холод. это явно возмутило младшего и тот пошел за кареглазым уебком. а он просто стоял в окне и курил, не обращая внимания на внешний мир. сигарета тлела, а Вахит рылся в своих мыслях, пытаяст что-то найти или понять, но ничего не выходило. — Зём, это че за хуйня, ты чего весь такой.. - Турбо стоял в нескольких шагах от Зимы и смотрел как тот почти докурил сигарету. старший повернул голову на слова. он выбросил бычок который полетел в лужу на мокрой дороге и закрыл форточку. после чего обернулся к младшему и сел на подоконник. — а что со мной не так? - он делал вид, что не понимал о чес говорит мальчишка. он лишь щенячьими глазками смотрел в коричневую бездну, от которой хотелось убежать. уйти. скрыться. — блять, ты почему такой холодный ко мне? что я опять тебе сделал? буквуально пару часиков тому назад как шлюха стонал от удовольствия. - Валера все высказал старшему. он отвел взгляд от него ожидая ответ. на лице Вахита образовалось недоумевание. как он мог такое о нем подумать? да ещё и шлюхой назвать. даже он себе такого не позволял. а этот, который сам не тише стонал в их первый раз, такое произносит. ещё и с такой сука уверенностью. хотелось разбить ему ебало за такие слова. хоть он и не говорит это всерьёз. разорвать его на клочи. гнев уже выходил за рамки предела. руки сжимались в кулаки, а сердце бешено колотилось, боялось ударить младшего. у него от прошлого раза лицо не отошло, а здесь ещё раз. удар. он прилетел Валере в печень, от чего тот двумя руками обхватил живот и изогнулся в спине. — как ты меня назвал? - полу шепотом стал говорить старший, нависая над младшим. — Зима, ты вообще ёбу дал? че с тобой? - Валера уже еле плача говорил от боли в животе. лишь бы по харе не прилетело, а то вообще в отключке лежать будет. а тот снова прощения просить. ну уж на этот раз кучерявый молча уйдет. зачем терпеть побои от того, кого любишь? это ведь не правильно. — это ты сука за словами то следи, вафлёр ты ебаный. - снова удар, уже по лицу. он прилетел младшему в челюсть. кровь из заживающих ран сразу открылась. — Зём, что ты творишь.. что с тобой произошло? - из глаз полились слезы. очень быстро они начали скатывая по красный щекам. одна из щек была в крови. слезы смешивались с алой жидкостью, капая напал, образовывая розоватую смесь. — что я тебе сука сделал? - уже выкрикивая говорит Валера от острой боли в лице. Вахит просто молча набросился на младшего. он стал бить его еще сильнее. гнев не думал уходить. разум был затуманен, старший не замечал того что делал. он просто холодным взглядом смотрел на раскровавленное лицо «своего парня». кудрявый уже ничего не чувствовал. может умер, а может и просто потерял сознание. уже было все равно, лишь бы не чувствовать боль. даже на лице не было так больно как на душе. что вдруг произошло с Вахитом? то есть, он его трахает, а другой избивает до потери сознания. это совсем не нормально. нужно бежать. как можно скорее. и чтобы он нигде его не нашел. вскоре старший встал с младшего. он просто холодным взглядом посмотрел на окровавленное лицо. он все ещё дышал, но был в отключке. Вахиту было все равно. он просто оделся и вышел их квартиры под сильный ливень. кареглазый просто шел по лужам. в кроссовках уже хлюпала вода. он весь насквозь промок.

***

на улице уже темно. квартира не освещается никаким светом. лампы в фонарях давно перегорели и больше не освещали улицу. в мозгу все размыто. будто кололся всю ночь. ресницы начали отлипать от засохших слез. в горле сухо, жутко хотелось пить. слабость во всем теле не давала встать на ноги. весь пол был в крови. Валера начал вставать, опираясь на локти. он оглядел всю квартиру. мертвая тишина. она нагоняла страх и полное одиночество. в квартире, естественно, никого не было. Зима давно куда-то ушел. хотя в данный момент не хотелось его видеть. важно было только убежать от него. думал что хороший. любил его, а он. на деле оказался ревнивым тираном-собственником. нет, это абсолютно нездоровые отношения. в них стоит только выживать. пока есть момент, стоит бежать. бежать туда, где он его не найдёт. все равно, спустя какое-то время он забудет про его существование. ком в горле подступает. от жуткого предательства. такое нельзя было простить или переоценить как-либо. такое останется навсегда. отвращение и ненависть. видеть его - отправляться в 9 кругов ада после того что он сотворил. дверь в ванную со скрипом открылась. на полочках лежала вата и остатки перекиси водорода. тусклый свет не давал развидеть лицо полностью. однако, сейчас это было не важно. Валера оторвал кусок ваты и налил туда перекиси. после чего начал проводить ей по своим новым ранам. неприятное шипение, но боли уже не было. вся боль ушла в разбитое сердце. щенячьи, мокрые, беспомощные голубые глазки смотрели в зеркало. хотелось закрыть их навсегда и больше не открывать. одни мысли лишь о суициде. но в глубине души оба парня любят друг друга. искренно любят. так любят, что аж до рвоты и ненависти.

***

Вахит же весь промокший сидел в своем подъезде. страх заходить в свой же дом был превыше всего. страх и снова ебаный стыд. он снова отпиздил его, хотя сука поклялся что больше так не сделает. «не сделал». на душе был огромный камень. он тянул его на самое дно. мысли были заполнены только Валерой. хотелось извиниться перед ним и провалиться в пропасть. остаётся только ждать. ждать момента, когда выйдет он. сердце ничего не чуствовало. будто не почувствует никогда больше. а во всем виноват он сам. в голове всплыл план по самоубийству. он был достаточно прост. главное было - не останавливаться и не бояться.

***

Валера обработал все свои раны. шипение уже давно прекратилось. боль ломила грудную клетку. сердце обливалост кровью. мозг быо затуманен, а руки тряслись и потели. «я отправляюсь в дальний путь и забуду сигареты на балконе я вернусь и посмотрю в зеркало на пороге чтобы демоны, демоны, демоны меня не одолели демоны, демоны, демоны не одолели вдруг твой друг. » «твои ладони влажные - словила ПА и транки не спасут ты снова ищешь меня а я всем телом и душой застрял в границах на час преисполняюсь алкоголем будто в последний раз» все тело было будто в астрале. переносились моменты из жизни: мама, папа, Вахит, группировка.. всё это он больше не увидит. ведь смысла жизни для него теперь нет. отец - пьяница, мать - ушла, Вахит - предал, а в группировке уже наверное пошли слухи о пидорстве. сигареты лежали где-то на подоконнике в спальне. идти за ними было тяжело. ноги почти не держали собственное тело. встав с края ванны он направился к спальной. дверь с оглушающим скрипом открылась. звон в ушах быстро возобновился. однако, ему было похуй на него. сейчас руки тянулись до пачки дешевого табака. на квартиру похуй. он резко достал из пачки одну сигарету и в моменте подпалил ее. тревога стала уходить, а мозг рассеивать туман. руки уже перестались трястись и ровно подносили сигарету ко рту.

***

уже была ночь, но кудряшка так и не вышел их квартиры. может он вообще убил его, а труп лежит там? Вахит быстро поднялся по холодным ступенькам. он увидел дверь родного дома. страх охватил тело. стыдно было смотреть в глаза любимому после совершенного. но этот груз на сердце никогда не исчезнет если он не извиниться, хоть и возможно, погибнет через пару часов. рука медленно поднялась к двери и пронесла несколько стуков. грудь разрывалась от ударов. хотелось провалиться в пол от всего.

***

несколько стуков в дверь. по телу Валеры пронеслась дрожь. он понял кто это был. медленно он затушил бычок об подоконник и где-то там же его выкинул. за дверью не было слышно никаких движений. тихо передвигая ногами младший приблизился к двери. страх был, но не настолько. может он убьет его здесь? всё возможно, однако ему было совершенно похуй. руки лежали на ключе, вставленного в замочную скважину. первый поворот. второй поворот. и вот дверь уже открыта. рука легла на ручку и медленно открыла ее. за ней стоит кареглазый. этот лысый придурок. у обоих были пустые взгляды, но они поймали зрительный контакт. смотрели они так на друг друга около 2-х минут. Вахит молча прошел в квартиру закрыв за собой дверь. он встал рядом с младшим, смотря на него сверху. между ними было расстояние около нескольких сантиметров. от старшего пахло свежестью после дождя, он был насквозь промокшим. руки медленно поднялись на кудряшки, пропахшие табаком. у Валеры был ступор. он не хотел рыпаться, вырываться, ссориться, бежать. он просто стоял и смотрел на Вахита. будто все так как и должно быть. некоторые пряди были склеены застывшей кровью. кареглазый заправлял их за ухо, убирая с лица и разглядывая голубые глаза. в голубых глазках начали лится маленькие хрустальные слёзки. очи стали похожи на щенячьи. большим пальцем Вахит вытирал подступающие слёзки. он сцепил руки Валеры в замочек и прижал его к стене. лоб обоих соприкоснулся. — прости меня, любимый мой мальчик. я очень виноват знаю. прощать меня не надо. просто прости меня. надеюсь, конечно, ты сможешь это сделать. - губы старшего уже прибегали к другим. снова эти поцелуи, от которых хотелось простить его за все. Валера отпустился со хватки в руках и взял Вахита за щеки. он нежно поскуливал от протяжного засоса. оцепившись кудрявый начал рыдать навзрыд. — да, я прощаю тебя, мальчик мой. - и тут же он скатился по стене, упирая голову в колени. ревел, как последняя тварь. — а теперь, прощай, любимый мой.. - старший присел на корты и поцеловал его в макушку. после чего встал и ввшел из квартиры. а Валера на секунду успокоился и пытался трезво оценить ситуацию. он понял, что все не просто так. что он ушел не просто так. а вдруг он с собой что-то сделает? нет, надо бежать за ним, чтобы не случилось ничего.

***

Вахит быстрым шагом передвигался к дому, где был открыт вход на крышу. ливень до сих пор не прекращался. старший зашел в подъезд. поднялся на последний этаж. он увидел знакомую ржавую лестницу. поднявшись по ней он оказался на крыше дома. вода на крыше уже было по щиколотки. сейчас это было не важно. он встал на край дома, смотря вниз. а ведь скоро он будет лежать там, когда соберется с мыслями и силами.

***

Валера бежал сломя ноги, он сам уже промок насквозь. он знал где находится его любимый. легкие отказывали, но ноги продолжали бежать по лужам от ливня. в голове крутились самые разные и плохие мысли. и вот он уже около этого дома. ливень начал стихать и превращаться в обычный дождь. сквозь капли он увидел знакомый силуэт, стоящий на крыше дома. — Вахит, сука, только попробуй!!! - крик был слышел по всей улице. на лице снова выступали слезы. нет, он не хотел чтобы он умирал. мнение сразу поменялось, хотелось остаться рядом с ним на всю жизнь, а не рядом с его могилой. Туркин быстро поднялся на крышу. Зималетдинов же, не подавал признаков жизни. не двигался и будто не дышал. капли капали с широких плеч. громкая одышка заставила старшего повернуться в сторону младшего. кареглазый просто смотрел как он задыхается от собственных слёз. Валера привёл дыхание в норму. он встал на своем месте, ожидая пока Вахит что-нибудь скажет. но этого не последовало. дождь полностью прекратился и он уже отчетливо видел фигуру любимого. — пожалуйста, пойдем домой, только не делай этого, прошу тебя... - но чувства Вахита уже никак не растопит большой ледник на душе. это был последний выход из ситуации. другого он не видел. — прости, но нам не суждено быт вместе. Вахит сделал один шаг назад. перед этим он набрал воздуха в легкие и громко выдохнул его. тело юноши полтелело вниз, после чего ударилось об асфальт с лужами. он уже был без сознания. кто-то из. жителей дома увидел летящего вниз человека и вызвал скорую. а Валера.. он просто стоял в ступоре. слезы снова текли рекой. он не мог поверить во все происходящее. сирены медицинской помощи, проверка пульса, живой, правда с травмами. это такое счастье что он выжил. несмотря на все его недостатки и то что он поднимал руку, не оставляли его без. любви. искренной любви, которой он не чувствовал ни от одной девчонки. только от Валерки и ни от кого больше. он был его самым любимым и самым ненавистливым человеком жизни. хотелось, вроде любить, а вроде и забить до смерти. чувства были вперемешку. однако сейчас он был в отключке, а в мозге проносились лучшие моменты из жизни.

***

больничная палата. тело, лежащее в отключке и парень с полностью разбитым лицом. слезыьне могли не литься из глаз при виде бесчуственного тела. луна немного светила в окошке серой палаты. аппараты пикали, измеряя пульс пациента. Валера сидел на корточках и плакал, уперевшись в колени любимого. плакать уже было нечего, глаза были высушены. он поднял голову и прислонился к этим нежным, обгрызанным губам и поцеловал их. уголки рта Вахита стали подниматься, как и у Валерки. сквозь хрип, младший услышал последние сказанные слова в своей жизни. —прости меня, котёнок, умираю. знай, что с того света я всегда буду любить тебя. - протяжный писк аппарата. пульс на нуле. полная опустошенность внутри и застывшие на теле глаза. это было последней каплей терпения. в кармане ветровки Валера нашел маленький складной нож. он был достаточно острым. оголив запястье, он нащупал вену. лезвие проткнулось глубоко в плоть. он провел им от начала запятье до локтевого сгиба. кровь хлыснула фонтаном. через пару минут он тоже перестанет чувствовать какую-либо боль, главное что он будет вместе с Вахитом, где-то в раю.