Долго и счастливо?

Речь Артура была короткой, но от этого не менее чёткой и... подобающей человеку его статуса. Впервые в жизни, не считая его, Чарминга, дебюта, он произнёс речь так, как от него того и требовалось. Без единого лишнего слова, без запинаний, почти без страха. И поблагодарить за это он должен был двух людей: Женевьеву и, как бы странно это не звучало, самого Чарминга. Что сейчас, под гомон чужих разговоров и похождений по теперь уже не только первому, но и второму этажу, просочился в толпу гостей. И как нестранно, уследить за ним парень мог лишь с помощью находящихся поодаль от Чарминга стражников, что не мешали ему, но могли точно гарантировать, что сбежать или скрыться тому не удастся... — Ого, должна признать, ты похорошел, Арти. — раздавшийся за спиной голос заставил вздрогнуть, внутри что-то неприятно встрепенулось, не давая обернуться к говорившей. — Честно говоря, когда-то я думала, что дворцовая жизнь и вправду тебе не подходит, но сейчас... Понимаю, что ошиблась. — Благодарю Вас, Леди... Пендрагон. — казалось словно тело одеревенело, не желая слушаться в попытках повернуться к девушке. Но именно это и позволило юноше стоять перед ней так, как его учили Королева и Чарминг: прямо, гордо, стойко... Пусть за всем этим и скрывались тоска и даже нежелание смотреть в знакомое ему с детства лицо, что с годами, как нестранно, не померкло и вовсе. — Не знал, что ты в Тридевятом, Моргана. — чужое имя соскочило сталью: Артур заставил себя улыбнуться ей. — Рад видеть тебя, сестрица. — Взаимно, Арти. — тонкие губы точно так же растянулись в приветливой улыбке, в зелёных глазах заплясали искорки. Девушка с готовностью шагнула к нему, положив руки на чужие плечи: Артур вздрогнул, но не отпрянул и не оттолкнул её, когда та заключила его в объятия. Это было... приятно: ощутить знакомое тепло, увидеть того, по кому так искренне и сильно скучал... Но в то же время это было непомерно тяжко по некоторым причинам. Пендрагон было поднял руки ввысь, дабы точно так же прижать ту к себе, но Моргана не медля отпрянула, словно от огня. — Ох, прости меня, Арти... Точнее Ваше Высочество. Она склонила перед ним голову, чуть приподнял падол тёмного платья, понимая, что совершила непомерно своевольную для своего статуса и места вещь — прикоснулась к Принцу без его разрешения. Причём ещё и в таком жесте. Это было неподобающе — оба это знали. Вот только Моргана была тем самым исключением, на которое подобные правила не действовали: — Встаньте, Леди Моргана. Всё в порядке. — парень было хотел прикоснуться к ней, к её плечу, но вовремя одумался, помня слова Чарминга о том, что твои действия в полном зале гостей так же оказывают высокое влияние на их мнение. Королевский двор был своего рода полем битвы, если верить словам Чарминга: повсюду были как союзники, так и враги, в которых они могли обратиться или же наоборот. Всё зависит лишь от тебя и того, что ты делаешь. Как он там говорил? Змеиное гнездо? Да, вроде так. Довольно грубое сравнение, как считал сам Арти, в которое так же искренне не хотел верить. Он выпрямился, жестом приказа девушке подняться. После чего, когда та подчинилась, кивнул ей. — Очень рад, что Вы... нашли время и повод навестить меня. Вы прибыли сюда по делу? — Я умоляю Вас, Ваше Высочество. — развернув веер, та второй рукой потянулась к юноше, застыв возле его руки. Из-за чего Артур, поняв, что та тем самым просит разрешения, согнул ту в локте, давая ей взяться за него. — К чему весь этот фарс? Мы ведь с Вами не чужие люди. — Разумеется, но... — он чуть замялся. Они медленно шли по просторному залу. — Я предпочту перестраховаться, Леди Моргана, и на приёме называть Вас так, как того требует Ваше положение. И взглянув на неё: на то, как она мотнула головой, тем самым убирая с лица выбившиеся угольные пряди, на то, как та поджимает свои губы, как её пальцы сжимаю веер, юноша понимал, что тем самым... обижает её. Но тем не менее пока советы как Королевы, так и Чарминга сослужили ему весьма добрую службу, так что в столь людном месте он предпочтёт придерживаться их наставлений. Даже если это пошатнёт то немногое, что осталось у Артура и Морганы от их дружбы. Кем именно ему являлась девушка? Ответ довольно таки прост: она была приёмной дочерью его отца, Утера Пендрагона. Моргана была в их семье ещё, можно сказать, задолго до его, Арти, рождения: они росли вместе. Вместе попадали в переделки, вместе играли, она заботилась о нём, как то и подобало старшей сестре, учила его... защищала. Но увы не смогла убедить Короля Комелота не отсылать своего сына в эту... поганую школу. И самое обидное в этом было то, что с того самого дня Моргана про него даже... не вспомнила: Артур не получил от неё ни одного письма и уж тем более визита. Так что сейчас от данной встречи он испытывал весьма двоякое чувство: вроде он был и рад её видеть, но с другой стороны... С другой злился, что та можно сказать бросила его и отказалась, как то сделал и отец. И сейчас, когда та шла подле него, что-то говорила, улыбалась, даже смеялась, в голове вновь начинали всплывать образы прошлой жизни, что одновременно были так сладки, и так... нежеланны. — ...Но так да, я прибыла в Тридевятое Королевства по поручению нашего дорого Правителя. — продолжала она. — И решила заглянуть на столь роскошный приём, на котором, как ходили слухи, впервые будет участвовать юный Принц Артур Пендрагон. — Ясно. — это было единственное, что он мог сказать, ибо дальше продолжать этот разговор не было какого либо желания. Он хотел поскорее... избавиться от этого двоякого чувства. Из-за чего, высвободив руку из хватки девушки, поклонился, намереваясь что-то сказать — и откланяться, но... — Наш отец желает видеть тебя, Артур. — вдруг сказала девушка, из-за чего из лёгких, казалось бы, от неожиданности выбило весь воздух. — Отец приглашает тебя в Комелот... Чарминг старался особо не привлекать лишнего внимания. Пусть и прекрасно видел две неизменно шествующие за ним тени чужих амбалов. Ну да, ну да, конечно, Артур не мог оставить его без нянек. Кстати о нём: Мужчина оглянулся в поисках "Почти-Короля", ибо до этого видел его снующую низкорослую фигуру то тут, то там, перекидывающуюся с высокопоставленными гостями короткими фразами. И последний раз он видел подле неё женщину в чёрном... С которой тот так и продолжает беседовать? — искренне удивился Принц, лишь завидев эту парочку. Да уж, комичная картина: столь статная девушка держит низкорослого, едва достающего ей до плеча мальчика под локоть. В любой другой ситуации Чарминг мог бы предположить, что эта дева желает стать королевской пассией, но зная натуру Пендрагона, которую за эти дни мужчина изучил вдоль и поперёк, учитывая то, что мальчишка был фактически открытой книгой, он прекрасно понимал, что девушке этой ничего не светит. Почему? Да хотя бы потому что Артур был из той породы людей, что заводят дружбу, отношения и даже партнёрства лишь из искренних положительных чувств. И исключений было очень и очень мало: и относились те в основном к безвыходным или непомерно сложным ситуациям. Но к счастью Чарминг вписался в эти исключения. Взгляд его скользнул к низкорослой пышной фигурке Женевьевы: дружба и любовь из искренних чувств. — именно это было тем, что, Чарминг это знал, заставит Артура если что дать той красавице в чёрном от ворот поворот. Он был... увлечён Женевьевой. — по крайней мере мужчине так казалось. И это немного раздражало. Почему? Да хотя бы потому что той уже как пару дней и вовсе не должно быть в замке. Но зачем-то Пендрагон из раза в раз... мурлычет с ней и оставляет здесь. Аж слов нет, насколько эти ванильно-сахарные фразочки и взгляды этих двоих стоят поперёк его, Чарминга, горла. — пальцы сжали бокал в его руке сильнее, на скулах заплясали желваки. — Он должен избавиться от этой девчонки... Или в крайнем случае снова начать этот разговор с Пендрагоном. Взгляд его снова вернулся к юноше и той девушке: Да о чём вообще можно так долго болтать?! — пронеслось раздражённое в его голове. Не то что это его так уж заботило: то, с кем на приёме говорит Артур, но если же тот заведёт знакомых из высших кругов — на пользу Чармингу то не пойдёт точно. Но из размышлений того вывел раздавшийся совсем рядом скрипучий голос: — Принц Чарминг. — мужчина аж вскрикнул от неожиданности, вздрогнул, отпрянул. — О, прошу прощения, не хотел Вас напугать... — Тогда не нужно было подкрадываться! — зло процедил тот, глядя на довольно высокую, но худощавую, словно бы и вовсе иссохшую фигуру в тёмном бардовом одеянии: старом и потрёпанном, что из-за этого выглядело весьма... странно, придавая своему хозяину неприятный вид. Или же дело было в длинном крючковатом носе?.. Возможно. Как же Чарминг рад, что его подобная "красота" обошла стороной. — Ты кто такой? — Ох, прошу простить мои манеры. — он завёл руку за спину. — Разрешите представиться, Ротбарт. Он протянул Чармингу в приветствии вторую руку, что лишь заслышав чужое имя — натянул на лицо добродушную маску: — Магистр Ротбарт! Очень рад нашей встрече. — он с готовностью принял его рукопожатие, кое как подавив в себе желание отпустить эти тонкие холодные пальцы с длинными тёмными когтями. Именно когтями, не ногтями: словно те принадлежали... птице или другому зверю. Да уж, интригующая, но малоприятная личность. — Взаимно, Принц Чарминг. — ответил он на его слова, усмехнувшись. И от его холодной усмешки становилось как-то не по себе. Что же до самого Чарминга: он невольно даже оглянулся, боясь, что его имя услышат. — Какого же было моё удивление, когда до меня дошли вести, что на нашего будущего Короля напали наёмные убийцы. Как, собственно, до меня дошли и слухи о том, что Принца Пендрагона спас не кто иной, как рыцарь на белом коне. Весьма поэтично, не находите? — Звучит как концовка одной из сказок. — кивнул мужчина. — Весьма. Вы довольно своевременны, Принц. Наверно Пендрагон пылинки с Вас сдувает. — он обошёл того по кругу, из-за чего Чарминг всё это время поворачивался к нему лицом, не давая тому оказаться за спиной: слишком уж сильно чувство самосохранения кричало о чужой силе. Может то были крупицы магии, что достались ему по наследству от матери, а может банальное чувство не попасть в переплёт, что отнюдь не один раз спасало ему жизнь: — Увы, но нет. А стоило бы. — горделиво ответил на его слова Чарминг. — Наш дорогой Король Артур слишком гордый, чтобы сказать "Спасибо, я твой должник до гробовой доски". — "Король Артур"? — повторил за ним Ротбарт, язвительно усмехнувшись. И по тому, как с его, Чарминга, лица в миг исчезла эта гордость, надменность, по тому, как на лице его заплясали желваки, он и сам понял, что нечто подобное само соскочило с его уст. Но как же отвратительно было это признавать. — Удивительно, что законный Король называет таковым другого. — Оговорился. — Чарминг скрестил руки на груди: ему не нравилась эта беседа, её тема, как, собственно, и сам его собеседник. Старый, длинноносый, надменный урод. — так и хотелось сказать ему, но тот промолчал. — Сначала Вы его спасаете, затем идут оговорки, а что потом? Преклоните перед ним колено? — лишь представив эту картину, Чарминг зло прыснул, вновь взглянув в зал, в сторону Пендрагона. Он понимал, к чему клонит Ротбарт: это было очевидно. К тому же уверенность в правоте его мыслей так же давало то, что разговор этот старик затеял в более-менее безлюдном месте. — Дайте угадаю: это по Вашей вине я чуть не лишился своего лица и именно Вы натолкнули "наших новых знакомых" на след Артура? — к тому же учитывая то, что в тот день они ехали на приём как раз таки к Ротбарту, всё становилось ещё более очевидным. И ходить вокруг да около конкретно сейчас Чарминг не собирался: вести эти светские беседы, улыбаться, кланяться. Нет, не с этим человеком. И прежде, чем тот успел что бы то ни было ответить, Чарминг продолжил. — Скажу Вам так, положение нашего дорогого Принца меня не вполне устраивает, как и его предполагаемое будущее. — Принц направился вдоль колонн, слыша, как старик шествует за ним. — Ближе к делу, Магистр Ротбарт: Вы не единственный, кого мне нужно одарить своим очарованием. — Сразу к делу? — хмыкнул он. — Вы весь в мать. — Что поделать? — развёл тот руками. — Яблоко от яблони, всё такое. — Ну что же, раз уж Вы настаиваете... — мужчина облокотился о колонну подле него, настукивая когтем по бокалу. — Не хотели бы Вы заключить союз, Принц. — Смотря о каком союзе идёт речь. — разумеется в его, Чарминга, положении воротить нос было невыгодно, но и соглашаться сразу было нельзя — уж этому его мать обучила точно: ведь когда ты соглашаешься сразу, быстро, без торга и каких либо условий — ты автоматически падаешь в глазах того, кто тебе что-то предлагает. Становишься для него продажным, мелочным, дешёвым. Ну а ещё торг вполне себе помогает оценить исход какой либо сделки: взвесить все за и против, и лишь после этого вынести вердикт — и дать ответ. Всё таки слишком уж часто бывают такие сделки, что принесут тебе не выгоду, а закопают ещё глубже. — Условия союза будут таковы: в случае, когда Вы наконец будете близки к Трону — я предоставляю Вам свою поддержку и даже требуемые Вам ресурсы. Со мной Вы будете более значимой фигурой, нежели без меня. Всё таки магия это чудо, и оно способно дать то, что обычный человек дать вам или получить иными способами просто не в силах. И думаю Вы меня понимаете в этом вопросе как никто другой. — ухмыльнулся тот, глядя в задумчивое лицо. — Что же до Вашей роли: мне бы хотелось... получить доступ к королевской библиотеке: в конце концов, все знают, что за её дверьми хранятся знания, скрытые от простых людей. — И всего-то? — Чарминг хохотнул. — Какие-то книжки? Смешно. Честно говоря, я ожидал большего. — О, мой Принц, это ещё не всё: — так же хмыкнул Ротбарт. — Как бы то ни было, но в день, когда те... бандиты напали на Вас и Пендрагона, моя дочь и вправду праздновала свой День Рождения. Семнадцатый День Рождения. — он многозначительно сделал акцент на её возрасте. — Ещё какое-то время — и подойдёт время моей девочке искать партию. И желательно выгодную. И я был бы очень признателен Вам как Королю, если бы Вы мне с этим помогли. Чарминг пожал плечами: — Что же, раз так, думаю мы договоримся. — наконец ответил он. — Получить поддержку великого чародея за столь небольшую цену? Просто подарок. — В таком случае очень рад был переговорить с Вами, мой Принц. — они пожали руки. Чарминг было разжал пальцы своей руки... Но этого не сделал сам Ротбарт, неожиданно для него произнеся. — И раз уж мы теперь союзники, я бы предпочёл немного ускорить процесс... поиска новых лиц для свержения юного узурпатора. Прошу простить за подобные методы. С этими словами тот с силой толкнул мужчину в зал, в самую гущу гостей: всё это время Чарминг находился в тени. Отстраненный и даже... напуганный — это было видно сразу. И честно говоря Ротбарт понимал его страх, ведь тот был обаснован: за то время, что он побывал на Троне, Чарминг стал врагом народа, так что факт того, что многие желали ему смерти — был очевиден как ни что иное. И сейчас тот пытался скрыться в тени колонн, с завистью глядя на мальчишку, в котором чуть ли не дыру прожигал. А жаль, что он не обладает такими способностями. И для того, чтобы в его распоряжении было больше людей — ему нужно себя показать, заявить о себе. А каким образом то можно сделать быстрее всего? Верно, небольшая потасовка. И сейчас, глядя на то, как дамы со вскриком поотскакивали, на то, как Чарминг кое как удержался на ногах, влетев в чью-то широкую спину, Ротбарт усмехнулся знакомому голосу вспыльчивого Принца. Не Чарминга, другого: — Какого чёрта?! — вытирая одеяние на своей груди от пролитого на него напитка, процедил, мужчина, оборачиваясь к Чармингу. — Смотри куда!.. — но лишь завидев чужое лицо: эти знакомые черты, светлые пряди, напуганные голубые глаза, что в страхе окидывали взглядом то его широкоплечую фигуру, то начавших перешёптыватьчся гостей, Принц осёкся. — Ты! — Принц Чарминг... — послышался тихий шёпот. — Это Чарминг... — донеслось откуда-то слева. — Сын Феи-Крёстной... — раздалось поблизости. — Разве его не?.. — Да-да, я тоже видел... — Что он тут делает?.. — дама прикрыла губы веером, словно то могло заставить её голос звучать тише. — Он пытался убить юного Принца и его друзей... — Зачем он здесь?.. Голоса доносились со всех сторон: казалось, будто те сливались в унисон, с каждым новым мигом становясь всё громче и громче, почти оглушая. Чарминг сглотнул образовавшийся в горле ком, за всем этим даже и не заметив, как тот, на кого он и наткнулся, приблизился к нему. Но когда же понял это и увидел нависшую над ним тень, было уже поздно: мужчина схватил того за грудки, из-за чего Чарминг вскрикнул, даже можно сказать пискнул. — Я-я, прошу прощения за свою оплошность... — быстро затараторил он, нервно усмехнувшись. — Я и не знаю, как это... — А тебе и не надо, — вдруг процедил, почти прорычал тот. — Я помню, что ты сделал с несогласными с тобой. В том числе с представителями высоких статусов. Как ты заточил всех их в подземелье. Включая и мою Белль. Девушки в страхе вскрикнули, когда мужчина сжал пальцы в кулаки, занеся над тем руку...