Драконьи сны и то, как они Создают и Разрушают династии

***

      Висару уже раздражало количество заикающихся мальчишек, с которыми она сталкивалась: неужели они хоть на мгновение думали, что у них есть шанс? Визара знала, что мать не выдаст ее замуж, и была вольна выбирать себе мужа, а она не собиралась выбирать, она хотела лететь в бой на спине Каннибала и защищать родительские земли. Она ненавидела взгляды, устремленные на нее, и ненавидела, что никто не уважает ее, даже ее младшие братья заслужили больше уважения, чем она!       Не помогало и то, что ее дед казался не столько человеком, сколько трупом: он был так болен, на одной стороне лица виднелись пятна гнилой кожи, и она была уверена, что сможет разглядеть даже зуб сквозь одно. Это было тревожно, но она все же поговорила с ним. Она знала, что он болеет и страдает, а именно тогда человек больше всего нуждается в семье, но ей было больно видеть его в таком состоянии. С состоянием деда она уединилась со своим драконом, оседлала его и взлетела высоко над городом и наконец-то почувствовала себя свободной от взглядов. Когда она вернулась с прогулки, глаза вернулись, или, скорее, глаз, так как он принадлежал ее дяде. Он постоянно наблюдал за ней с самого ее приезда, и она ненавидела его. Когда их взгляды встречались, она видела в них жадность и желание и с ненавистью смотрела на него в ответ. Конечно, он жаждал, это было все, что он когда-либо делал.

~~~~~~~~

      Эймонд наблюдал, как она идет по двору, кожаный костюм обнимает ее тело, демонстрируя изгибы ее фигуры. Она выглядела как возрожденная Висенья. Она, казалось, заметила, что он наблюдает за ней, и уставилась на него с ненавистью в глазах. Она быстро подошла к нему и нахмурилась:       — Может, хватит пялиться?! — зашипела она на него.       Эймонд нахмурился:       — Я не пялился, — сказал он, сузив глаза. Он больше не боялся ее. Он знал, что она воин, но и он тоже.       Висара закатила глаза:       — Нет, смотрел, не разыгрывай меня, дядя, я знаю, когда люди наблюдают за мной, этому меня хорошо научил отец. А теперь перестань, — сказала она, глядя на него с надменным выражением лица. Он ненавидел это выражение ее лица, если бы не ее валирийская красота, он бы и не взглянул на нее, ее личность была ужасной.       Он просмотрел на нее:       — Не волнуйся, племянница, мне будет нетрудно отвести от тебя взгляд. На тебя и смотреть-то особо не на что, — сказал он, надеясь уязвить ее, но она лишь рассмеялась и закатила глаза.       — Я задела ваше эго мой принц? — насмешливо произнесла она, отворачиваясь, и пошла дальше, оставив его в ярости. За его спиной послышалось хихиканье и он посмотрел на оруженосца, и мальчик убежал, поджав хвост. По крайней мере, у его жалкой племянницы хватило смелости посмотреть ему в глаза и оскорбить его, другие же просто делали это из тени.       После возвращения деда ситуация улучшилась, но Эймонд не то чтобы наслаждался его присутствием. Его дед был огромным источником давления для него и его матери. Хотя он, по крайней мере, держал Эйгона в узде. Его брат был несчастен с момента женитьбы, единственное время, которое он проводил с женой, — это когда его насильно затаскивал в ее покои дед, и так продолжалось до тех пор, пока девушка не забеременела. К несчастью, у Джоанны несколько раз случались выкидыши, но она находила поддержку в лице женщин, которые, казалось, не давали девушке замкнуться в себе. Она снова забеременела, причем эта беременность длилась дольше всех, и мейстеры верили, что она будет успешной. С тех пор как она забеременела, Эйгон сделал все возможное, чтобы избегать замка и их деда. Но это не помогло. Поскольку дед был десницей короля, он легко выследил Эйгона и заставил его учиться.       Эймонд закончил уроки и теперь собирался стать рыцарем, причем не иначе как по приказу своего деда. Отто Хайтауэр, похоже, никогда не был доволен. Эймонд делал все, чтобы угодить ему и матери, но этого было недостаточно. Конечно, его не били и не изводили, как брата, но он выполнял приказы своего деда. Он никогда не отклонялся от намеченного пути, а в ответ получал все новые приказы, все большее давление, бесконечное давление. Он видел, как из-за этого давления прогнулась его мать, и теперь чувствовал, как оно же делает то же самое с ним, но он не позволит этому случиться. Он будет великим, он выйдет из тени ожиданий своего деда и будет строить свою собственную жизнь, даже если это убьет его.

***

      Отто шел по коридорам с гордо поднятой головой, на его груди красовалась брошь десницы. Долгие годы он был без нее, но теперь она вернулась на свое место, как и он сам. Все благодаря его дочери и, конечно же, калеке Стронгу. Он позаботился о том, чтобы должным образом вознаградить его за преданность, он разоблачил не одного шпиона в замке, не то чтобы они сказали, кому присягнули на верность, даже под пытками.       Но это неважно, у Отто были дела поважнее. Например, его идиот-внук, который даже сейчас находился в Блошином Дне. Да свадьба сестры Эйгона все еще не давала ему покоя, но самым большим разочарованием для него был этот мальчишка. По крайней мере, его туповатая дочь подарила ему двух полезных внуков, даже если первенец был скорее пустой тратой воздуха и сил, чем чем-либо еще. Эймонд рос настоящим Хайтауэром, а его внучка, несмотря ни на что, нашла себе хорошего мужа. Отто был доволен предстоящим браком: так его семья сможет получить доступ к драконьим яйцам.       В связи с этим он еще раз попытался застать внучку одну, но безуспешно: она постоянно находилась то с кем-то из дома Рейниры, то со своим будущим мужем. Когда дочь впервые сообщила ему о своих попытках остановить помолвку, он хотел было отшлепать ее, но быстро написал ей письмо, в котором просил не бороться с помолвкой и оставить договор в силе. Это было прекрасно: его внучка выйдет замуж за члена семьи и будет работать над тем, чтобы вернуть их в лоно общества, и будь проклят этот контракт. Он все еще не мог поверить, что король подписал его: принцесса не имела права ничего требовать, и все же она получила все из-за слабости Визериса. В прошлом Отто нашел множество применений этой слабости, и было ошибкой думать, что он единственный, кто пытался ее использовать.       Принцесса удивила всех своей быстротой и мастерством, получив земли, содержание и чертовых драконов. Это было просто смешно, он не мог поверить, что король вообще его подписал, но нет, не король, а слабовольный отец. Визерис так и не смог оправиться после отъезда дочери из столицы, он растерялся, и сначала Отто видел в этом преимущество, но потом ему приказали уйти в отставку. Он понятия не имел, почему, объясняя это тем, что он превысил свои полномочия, что, по правде говоря, так и было, но это все равно не имело смысла. Когда Визерис перестал ему доверять? Почему он не видел этого? Так много вопросов, над которыми он размышлял годами, находясь в изгнании. За время отсутствия в столице он многое обдумал, и теперь, когда у него появилась возможность, он не собирался ее упускать. Так или иначе он добьется от внучки выполнения ее обязательств.