Тень лука в стакане

Я проводил свои свободные дни с Сань Ланом в монастыре Водных Каштанов. Ему иногда приходилось отлучаться по делам Призрачного города, однако спустя пару часов он возвращался, и мы продолжали коротать время вдали от суеты. Но мои беззаботные дни прервались, когда сквозь толщу однообразных молитв прорвались особо громкие. Какой-то зажиточный человек явно постарался, чтобы боги его услышали. Он молил об упокоении душ его дочери и жены, а потом к нему присоединились еще несколько, плакавшие навзрыд. К чему такой наплыв? Скорее всего, без нечисти дело не обошлось. Я сразу же поделился этим с Сань Ланом, и мы решили, что он вместе со мной отправится разузнать, что там произошло. Деревня была недалеко от нашей, но мы все равно воспользовались игральными костями Сань Лана, чтобы быстрее расправиться с демоном, и, может, помочь чем-нибудь бедным жителям. Как оказалось, все жертвы убили себя сами. В какой-то момент их состояние ухудшалось, они закрывались в себе и под наплывом эмоций лишали себя жизни. Я старался держать себя в руках, когда местные рассказывали мне ужасные подробности, от которых у самого всплывали не самые приятные воспоминания из прошлого, но от Сань Лана все равно не скрылось мое напряжение, и по его взгляду было видно, как он хотел всех заткнуть. «Все в порядке» — повторял я ему, стараясь успокоить. Или я больше хотел успокоить себя? Забыть, смириться с тем, что кто-то когда-то пытался меня сломать, чего, к счастью, не получилось. Но тогда почему мои руки начинают дрожать, а сердце — колотиться быстрее, только от одного упоминания Безликого Бая, которого мы, в конце концов, победили? Они говорили не обо мне, однако от понимания, что такой исход возможен, у меня холодело внутри, а в сознании снова появлялась белая тень, следующая за мной по пятам. Я моргнул, избавляясь от нахлынувших образов. И, кажется, пропустил какую-то часть разговора. Надеюсь, Сань Лан слушал его внимательно, хотя, судя по его обеспокоенному виду, все это время он смотрел только на меня. Я в смущении отвел взгляд. Нас привели к дому, в котором находилась очередная жертва демона. Обстановка была удручающей: комната тонула в беспорядке, а тяжелая ци душила и давила на голову. На кровати лежал молодой человек, пустым взглядом уставившийся в стену. Я сразу же заметил источник негативной силы и поспешил от него избавиться, попросив Сань Лана подождать снаружи. Он сначала не хотел меня отпускать, вцепившись в рукав, но все же сдался, молча проводив взглядом. У меня в голове появился план. Мне не хотелось просто так уничтожать эту нечисть: не заслужила она такого легкого избавления, заставив страдать простых людей. Я посмотрю, насколько он силен, ведь, на моей памяти, я пережил двух таких, и все еще жив. Не знаю, что сделает с этим Сань Лан: он очень внимательный и сразу же заметит мое изменившееся поведение. А значит, он сможет меня остановить, если это зайдет слишком далеко. Возможно, во мне говорило чувство мести, и этого демона я захотел сделать козлом отпущения, ведь совсем не думал о возможном исходе, не веря в то, что смогу себе что-то сделать. Я приблизился к мужчине. Он не пошевелился, будто не заметил меня, но стоило мне протянуть руку, как схватил за ворот и повалил на пол. Демон сразу же переметнулся ко мне: я почувствовал движение незнакомой ци в теле. На грохот в комнату влетел Сань Лан, готовый испепелить каждого, кто тронул меня. Но работу за него сделала Жое, соскользнув с моего запястья и сковав человека. Он лишь недоуменно хлопал глазами, словно проснувшись ото сна и не понимая, что происходит. Сань Лан помог мне подняться, попутно осматривая. Чужой демонической ци было совсем немного, и я не ощущал чего-то инородного в потоке духовной энергии. Хватит ли демону всех моих сил, чтобы приобрести телесную форму, или ему все-таки придется довести меня, раз несколько человек привели его лишь к небольшому пятну на теле? Надеюсь, я не познаю снова то отчаяние, что и восемьсот лет назад. Сань Лан взял меня за запястья. Если я не чувствую присутствия другого демона, то как это может сделать Сань Лан? Я уверял его, что все в порядке и избавился от нечисти. Он еще некоторое время держал руки, вглядываясь в мое лицо, но я лишь успокаивающе улыбнулся. Нас поблагодарили. Теперь жизнь деревни снова текла без происшествий, и поколения могли сменяться естественным ходом. Я был рад, что удалось избавить жителей от такой участи. Это, конечно, не спасало от других несчастий, однако лишать себя жизни своими же руками явно не лучший выход. Обратно мы пошли пешком. В этом не было необходимости, но мне очень хотелось прогуляться с Сань Ланом. Поля в закатном солнце, мимо которых проходили, были невероятны. Впервые за этот день я смог расслабиться и позабыть о проблемах. С Сань Ланом всегда становилось легче, и я благодарил судьбу за то, что свела нас вместе. Когда мы подошли к монастырю, я резко осознал. Ты солгал ему. Мне стало мерзко до тошноты. Голос, совсем не похожий на мой, твердил одно и то же. Я сглотнул и с тревогой посмотрел на Сань Лана. Что он сделает, когда узнает? С демоном понятно, тот и рта раскрыть не успеет. А со мной? Накричит, уйдет, запрет? В голове всплывали все слухи, сплетни, разговоры о его жестокости и беспощадности, которые я когда-либо слышал от небесных чиновников. Я никогда в это не верил. Во все встречи Сань Лан вел себя совершенно иначе, наоборот, он всеми силами защищал меня и помогал, в какую передрягу я бы не попал. Сань Лан встревоженно посмотрел на меня. Я уже было хотел сдаться и все ему рассказать, но не смог выдавить и слова. Смирившись со своим положением, я ободряюще улыбнулся. Хотелось успокоить Сань Лана, дать понять, что все под контролем и ему не о чем переживать. Я рассеянно поправил его одежды, затем быстро чмокнул в щеку и поспешил в монастырь: приготовить что-нибудь поесть. К тому же, от открытого проявления чувств мое лицо пылало, и, чтобы не слушать поддразниваний Сань Лана, я решил занять себя чем-то внутри. Мне нравилось готовить для него, как, в принципе, и все, что предназначалось для него или было связано с ним. В одиночестве я пробыл недолго: Сань Лан сразу же присоединился ко мне, обняв со спины и пристроив голову на моем плече. Я машинально нарезал овощи, даже не помню, что в итоге положил в суп, ведь в это время руки Сань Лана блуждали по моему телу, так и норовя залезть под ткань ханьфу. Он, наверное, недоволен тем, что на мне так много слоев, но поделать с этим ничего не мог. Я почувствовал прикосновения холодных губ к шее. Он отвлекает тебя, чтобы потом сделать больно. От этого голоса похолодело в затылке. Несмотря на всю иррациональность этих слов, ведь Сань Лан никогда бы такого себе не позволил, я неосознанно поверил этому. Он все знает. Интересно узнать, насколько больно будет, если он укусит? Да что со мной не так? Почему я верю какой-то нечисти о том, что Сань Лан обязательно что-нибудь мне сделает? Я всеми силами пытался сопротивляться, но чем больше я отрицал, тем настойчивее становился противный голос, тем сильнее я чувствовал, как тяжелая ци текла по моему телу. Мне показалось, что Сань Лан сильнее сжал пальцы на моей талии, словно хотел оставить там пару синяков. А может, сломать ребра? Я покосился на него и слабо дернулся, заметив, как он обнажил свои клыки. Он резко остановился, удивленный моим движением и, похоже, хотел спросить, но тут суп закипел и мне было не до объяснений. Я попросил его расставить посуду. Сань Лан неохотно отлип от меня и отошел к столу, кидая попутно на меня обеспокоенный взгляд. Я знал, в чем дело, однако сказать об этом никак не мог. Демон предусмотрел даже это, чтобы жертва точно не могла прибегнуть к чьей-то помощи. А все попытки, скорее всего, затравленный разум превратит в ничем не обоснованный страх. Я тяжело выдохнул. Похоже, он решил заставить меня поверить во все самое худшее, что говорили о Сань Лане. Что ж, какая смелость — проворачивать темные дела под носом у самого Князя демонов. Поставив котелок по центру стола, я сначала положил еду Сань Лану, а потом — себе. Наши стулья стояли совсем рядом, между ними было не больше цуня, так он еще и сел так, чтобы не мешать мне есть, пока сам внимательно рассматривал меня. Кажется, он пытался понять, изменилось ли что со мной после встречи с демоном, но как часто бы он ни брал меня за руки, отследить чужую ци ему не получалось: я и сам чувствовал, как она будто растворялась в моем теле, стоило только супругу прикоснуться ко мне. От его взгляда я весь покраснел. Сань Лан сказал, что сам все уберет, и я вышел на улицу посидеть на заднем крыльце. Меня охватила паника. Постоянно казалось, что Сань Лан стоит позади и сверлит меня взглядом. Но как бы часто я не оглядывался, как бы я не пытался успокоить себя, тревога не уходила. Я отчетливо слышал, как гремела посуда. Почему меня вообще посещают такие мысли? Сань Лан ничего мне не сделает. Ты уверен? Может, он сейчас стоит позади? Мне на плечи положили что-то мягкое. Я зажал себе рот рукой, чтобы не вскрикнуть. Одеяло. Сань Лан сел рядом с мной. А я его даже не услышал. По спине пробежал холодок. Сань Лан, наверное, подумал, что я замерз. Отгоняя от себя непрошеные мысли, я залез к нему на колени и укутал нас обоих, уткнувшись ему в плечо. Он прижал меня ближе к себе и успокаивающе погладил по спине. Сразу стало лучше. Будто сегодня ничего не было, и все остальное — лишь отголоски прошлого, ко мне не имеющие никакого отношения. Я приподнялся, устраиваясь поудобнее, и прильнул к губам Сань Лана. Он не дал мне долго наслаждаться его вкусом, спустившись ниже и проведя дорожку из поцелуев по моей шее к ключицам. Мое дыхание сбилось, а руки беспорядочно проводили по его волосам, лишь бы он не останавливался. Сгорая от нетерпения, я встал и увлек в дом за собой Сань Лана. Не успел я войти в спальню, как он прижал меня к стене. В комнате становилось жарче. Я хотел прикрыть свое пылающее лицо руками, но Сань Лан мне не дал этого сделать, опустив их. Он оставил короткий поцелуй на моих губах, а затем начал снимать одежду, оставляя засосы на оголенных участках. От одних только этих ласк я был на пике удовольствия и тихо постанывал. Я вздрогнул, когда его холодные пальцы коснулись внизу, и почти взвыл от нахлынувшего наслаждения, но он резко остановился, подхватил меня под бедра и повалил на кровать, прижимаясь своим оголенным телом. На миг я забыл, как дышать. Сань Лан все делал так хорошо, так правильно, что хотелось забыться, стать с ним одним целым, всегда чувствовать рядом с собой и никогда не отпускать. Его родная ци тепло разливалась по венам, смешиваясь с моей собственной. Кажется, Сань Лан что-то мне шептал, но я лишь мычал ему в ответ, повторяя его имя. По телу будто прошел разряд и я зажмурился до звездочек в глазах. Мои конечности налились свинцом, и я обессиленно откинулся на подушки. Дальше все прошло как в тумане. Сань Лан попросил меня не засыпать. Если он хотел продолжения, то у меня уже не было сил. Однако донесся плеск воды, и я глазом моргнуть не успел, как сидел в набранной ванне. Перед глазами плыли разные образы: Сань Лан то с острыми как бритва зубами кусает меня в шею, то когтями впивается мне в кожу, так еще и приговаривая: «Как ты посмел солгать мне?» Последним было то, как Сань Лан прислонял меня к обжигающей печи, держа за горло… Я резко поднял голову, откашливая воду. Сань Лана рядом не было. Наверное, он ушел за одеждой. Я вылез из ванны и обтерся полотенцем. Сзади подошел Сань Лан и накинул мне на плечи халат. Поблагодарив за заботу, я поцеловал его в нос и направился в комнату. Удивлен ли Сань Лан? Я рухнул на кровать, с блаженством думая об отдыхе. Рядом лег Сань Лан, укрыв нас одеялом, и я с удовольствием поерзал в его объятиях. Он рассеянно водил рукой по моему телу. Казалось, что лучше условий для сна не придумать, но сколько бы я ни лежал, уснуть не получалось. Стоило мне прикрыть глаза, как снова мелькали образы различных издевательств Сань Лана надо мной, начиная тем, что он закрывал меня в комнате, и заканчивая избиением. Я стойко терпел, отгоняя назойливые мысли, такие далекие от правды, но от страха все равно вспотел, и ночная одежда неприятно липла к телу. Хоть буди Сань Лана ради того, чтобы снова принять ванну. Я кое-как пролежал до утра. Нужно хотя бы встать пораньше, чтобы привести себя в порядок, а то меня точно будут допрашивать. Вылезти мне не дали. Сань Лан прижал меня к себе, и я уткнулся ему в грудь, прикрывая лицо. На минуту прикрыв глаза, я вздрогнул, когда, почувствовав шевеление и открыв их, увидел перед собой сосредоточенное лицо Сань Лана. Он поинтересовался, как я спал. Мне не хотелось ему еще больше врать, я и так скрываю от него демона, а о своем состоянии — тем более. Я пожаловался на духоту в комнате. Это было правдой: в комнате после нашей с ним любви было жарко, а открыть окно я забыл. К тому же, так объяснялся и весь мой взмокший вид. Сань Лан нахмурился, но ничего не ответил. Вставать все равно было нужно. Что ж, хотя бы усталости нет. Переодевшись, я стоял на кухне и с ужасом смотрел на печь. Перед глазами мелькали языки пламени, а в голове эхом повторялся искаженный голос Сань Лана, который так и пихал меня ближе к огню. Я невинно улыбнулся и повернулся к Сань Лану, вышедшего из комнаты. Мы же можем поесть в доме Блаженства, о чем я поспешил попросить его. Он с радостью согласился, нежно взял меня за руку и повел к выходу, бросив по пути игральные кости. Я облегченно выдохнул. Только мы шагнули за порог, оказываясь в резиденции Сань Лана, я заключил его в объятия, зарываясь носом в его одежды. Сколько раз я за всю жизнь прочитал Дао де дзин, столько же раз я хотел сказать ему спасибо за то, что появился в моей жизни. Хотя нет, понадобится больше, чтобы выразить все мои чувства к нему. Еда не заставила себя долго ждать. Стоило мне пожелать, как любое блюдо оказывалось на столе. Я был уверен, что каждое из них подходит для меня, да и Сань Лан бы не допустил обратного. Но я в нерешительности не смел притронуться к еде. То она была обычной, то казалась кусочками человеческих пальцев вперемешку с кровью… Я постарался не обращать на это внимания, выгадал момент, когда блюда выглядели вполне аппетитно, и начал есть. Было ощущение, что и вправду ем человеческое мясо. Я сглотнул ком в горле. Сань Лан стоял рядом и наливал мне чай. Желудок свело судорогой. Кончики пальцев онемели, а в глазах потемнело. Тошнота подступала, и я отклонился в сторону. Меня вырвало. Я видел перед собой черные сапоги Сань Лана, пока трясущейся от страха рукой вытирал рот. Ужас охватил меня. Я только что испортил пол Сань Лана. А если попало на него? Что он сделает? Я не смел поднять взгляд. Сань Лан присел, и я увидел, как он встревожен. Голос в голове уже во всех подробностях расписывал мне возможные исходы событий. Сань Лан на кого-то кричал, а я лепетал под нос извинения и обещал, что все уберу. Он резко замолчал, помог мне встать и отвел в спальню, уложив на кровать. Еще он сказал, что позовет лекаря. При упоминании, что сюда придет кто-то еще, — сообщник Князя демонов? — я в панике схватил Сань Лана за одежду, смяв постель, и все извинялся и молил, чтобы он никого не звал. Я даже разрыдался. Все эмоции, которые я так пытался от него скрыть, хлынули одним тяжелым потоком. Мне было противно от самого себя, и если бы Сань Лан не держал меня, я бы уже спрятался где-нибудь на другом конце мира. Я слышал, как Сань Лан просил прощения. Почему он извиняется? Это я должен стоять на коленях перед ним и радоваться, что он терпит меня. Чем я это все заслужил? Я выдохся и уткнулся в плечо Сань Лана. В комнате повисла тишина. Сознание подсказывало мне, что я должен все рассказать, и это давило на меня, но вместо слов я лишь сильнее сжимал пальцы на спине Сань Лана. Я глубоко вздохнул и встал, оставив Сань Лана в полнейшем недоумении. Я проверил, закрыта ли дверь, хотя таким образом только оттягивал момент серьезного разговора. Подойдя к Сань Лану, я поднял руку и сжал в ее кулак, собирая всю чужую ци. Я словно сбросил тяжелую ношу. Сань Лан… не удивлен? Я непонимающе смотрел на него. Он знал и ничего мне не сказал? «Я догадывался, что ты провернул что-то подобное с того момента, когда стал нервно оглядываться на меня. Ты действительно хочешь сделать это? — я кивнул. Он уткнулся носом мне в живот, — пообещай, что ничего с собой не сделаешь». Конечно, Сань Лан. Этого никогда не случится. Больше никогда. Я разжал руку. Снова вернулось гнетущее чувство страха и тревоги. Мне должно было стать легче, раз я рассказал все Сань Лану. Но теперь казалось, что он с легкостью мог бы воспользоваться моим ослабшим состоянием. Я сглотнул. Сань Лан все еще прижимался ко мне и терся щекой словно кот, ждущий ласки. Я гладил его мягкие волосы, перебирал пряди, и не знаю, кого больше хотел успокоить: его или себя. Раз поесть в доме Блаженств мне не удалось, то мы с Сань Ланом отправились в Призрачный город. Наткнуться на нелицеприятную еду здесь было гораздо легче, однако и сносную найти вполне возможно. Я прогуливался мимо неприметных лавочек, и меня завлекла одна из них, продававшая различные пилюли. В это время Сань Лан позвал меня, и разузнать побольше мне не удалось. Он нашел место, где можно было поесть без блюд с человеческими конечностями, но я все же знал, что тогда это не играло большой роли. Сань Лан тщательно проверил, какие ингредиенты были, сначала попробовал сам и только потом придвинул тарелку ко мне. Она была полна дождевых червей. Я скривился. Сань Лан, кажется, только хотел посмотреть на меня, но его лицо тут же охватило гневное выражение. Он поднес два пальца к виску. Его кулак на столе сжимался тем сильнее, чем дольше он говорил с кем-то по духовной сети. Наверное, Инь Юй передавал о беспорядках в городе. Сань Лан медленно встал и попросил меня его подождать. Особо храбрая группа демонов разнесла половину Игорного дома и нужно было вмешаться. Когда Сань Лан ушел, я косо посмотрел на тарелку. В ней ползали черви различной длины в кусочках земли. Я отодвинул ее подальше. Беги от него, пока он не запер тебя у себя. Я неуверенно поднялся из-за стола и судорожно задышал. На трясущихся ногах я вышел из заведения и, посмотрев по сторонам, сорвался с места. Я бежал так быстро, как мог. Попадавшиеся мне навстречу демоны удивленно восклицали и предлагали помощь, но я упорно игнорировал каждого. Мне хотелось как можно скорее покинуть город. Даже выбежав за пределы я не сбавлял скорость и остановился, когда голос Сань Лана прозвучал в голове и я впал в ступор. Руки и ноги не желали слушаться. Меня колотила дрожь как в лихорадке, и я присел у дерева, еле заставив себя ответить Сань Лану. Я сказал, что меня срочно вызвали в Небесную столицу. И добавил, что вернусь нескоро, за что тут же прикусил язык. Я представил лицо Сань Лана. Вместо обеспокоенного вида передо мной мелькало то выражение, когда он со злостью отвечал по сети духовного общения. А если это предназначалось мне? Я поспешил в столицу. Раз уж сказал, то нужно хотя бы сделать вид, что так и есть. Как я и думал, никто не ожидал меня увидеть, так еще и посреди дня. Если я и приходил, то обычно утром, чтобы побыстрее разобраться с делами и вернуться обратно, в объятия Сань Лана. При мысли о нем я поежился. Чем дальше от него я был, тем сильнее испытывал к нему страх. Все чиновники, мимо которых я шел, обеспокоенно спрашивали, все ли со мной в порядке. Я без раздумий отвечал, что да. Перед тем, как спрятаться в своем дворце, я заглянул к Линвэнь. Она выглядела не такой уставшей, что уже радовало. Линвэнь сказала, что у меня скопилось много свитков и лучше ими заняться в ближайшее время. Я поблагодарил ее и поспешил запереться у себя. Сань Лан мог с легкостью проникнуть в Небесную столицу, да его и двери бы его не остановили, но для своего спокойствия я несколько раз проверил замки и уселся за рабочий стол. На нем высились свитки, требующие моего внимания. Что ж, это подходило, чтобы на время не видеться с Сань Ланом. С каждым днем становилось все хуже. Я практически не спал: кошмары мучили, стоило прикрыть глаза; в первые дни слышал и голос Сань Лана, но я боялся ему отвечать, и это превращалось в страшный сон наяву. Иногда до меня доносилась молитва, выделявшаяся среди других: кто-то отчаянно просил, чтобы я присматривал за его любимым человеком. От того, как он это говорил, с чистым благоговением, мое сердце наполнялось теплом и таким желанным покоем. Я даже думал спуститься, посмотреть, но так и не решился покинуть Небесные чертоги. Пару раз заходила Линвэнь. Сначала она была одна и приносила еще стопки свитков, но потом, когда я уже почти не реагировал, она пришла вместе Фэн Синем и Му Цином. Они спросили, случилось ли что-то между мной и Собирателем Цветов. Собиратель цветов под кровавым дождем. Оставшуюся часть дня я просидел под столом. Мне повсюду мерещились серебряные бабочки с блестящими острыми крыльями… Таким образом прошло две недели. Горы свитков вроде уменьшались, но я настолько сильно пытался отвлечься, что не обращал внимания на это. В конце второй недели пришли Фэн Синь и Му Цин. Их ругань я услышал издалека. Они спорили о моем состоянии. Я усмехнулся. Разговор снова был о том, что мне стоило бы поговорить с Хуа Чэном. Они отправляют тебя к нему, чтобы избавиться. Я устал их слушать. Наверное, демон даже прав. Так будет лучше: я избавлюсь от себя раньше, чем это сделает Собиратель Цветов. Я сказал генералам, что иду в Призрачный город. Они немного приободрились и предложили меня сопроводить, от чего я вежливо отказался. Я вновь оказался у ворот в Призрачный город. Хуа Чэн узнает, если я заявлюсь в своем обычном облике. Я воспользовался темной ци демона: она окутала меня толстым слоем, чтобы Градоначальник не сразу распознал меня; и направился в нужном направлении. Меня интересовала та лавка, которую я заприметил еще про прогулке с Хуа Чэном. Там было то, что мне нужно: пилюля, которая с легкостью может убить как демона, так и небожителя. Билет в один конец. Я попросил торговца, чтобы он, если его спросят, не говорил обо мне. Я ушел довольно далеко в поисках безлюдного места, где бы ни одна живая и неживая душа не помешала мне. Среди гор я нашел пустую пещеру и отправил бабочку обратно к Сань Лану.