Закон выше пацанского

К сожалению, на следующий день Андрею действительно пришлось потратить остаток дня на просиживание штанов в музыкалке. Нет, он бы не жаловался, если бы не дурацкое сольфеджио. Он откровенно не понимал некоторые темы и вынужден был получать двойки, но желание разобраться в предмете от этого не возрастало. Хотя ему не хотелось по итогу получить бумажку вместо аттестата, поэтому с последним уроком, он опрометью вернулся домой и сел за учебник. Увлекательное путешествие по сольфеджио, возможно, продолжалось бы до поздней ночи, но Андрея отвлёк стук в окно, которое он незамедлительно пошёл открывать. Уж теперь он точно знал, что на другой стороне будет лишь один человек, который мигом запрыгнул на подоконник и обвинительно сказал: — Я тебя полдня там ждал. — Прости, мне нужно было пойти в музыкалку, — устало сказал он и поспешил закрыть за парнем окно. — Это оказалось сложнее, чем я думал. — Музыкалка? — улыбнулся Марат. — Я видел у тебя… как их там… ноты! Во! Это вообще похоже на какую-то азбуку Морзе. Как вы в этом разбираетесь? — Ты думаешь я азбуку Морзе знаю? — посмеялся Андрей. — Лучше расскажи как там ваш видеосалон. — Всё пучком! Правда, людей пока маловато приходит, поэтому пацаны решили, что нужно нарисовать что-то типа вывески, чтобы все проходили и видели. Ты, кстати, рисовать умеешь? — Ну, думаю с вывеской смогу помочь, — задумчиво ответил он. — Выручай, а то Зима с Турбо там что-то не поделили и теперь от них помощи никакой. — Не поделили? — не понял Андрей. — Да чёрт их знает! — с лёгким раздражением ответит Марат, махнув рукой. — Вон, сегодня вместе так и не появились в видеосалоне. Там был либо Турбо, либо Зима, но их нельзя было увидеть вместе. И молчат же. — А ты им допрос устраивал? — хихикнул он. — Судя по твоим рассказам, у них это бывает. Так что помирятся через пару дней. Что может случиться? — Да ничего, — вздохнул Суворов. — Просто добавили хлопот. А мне ещё завтра придётся торчать на семейном ужине. — Будут тебя четвертовать? — осклабился Андрей и для безопасности хотел отойти на шаг назад, но его быстрее утянули в объятия и слегка пощекотали. И ему удалось сдержать улыбку только потому что потом он обязательно кинет подушку в голову Суворова. А тот, не предчувствуя какой-либо угрозы, лбом упёрся в плечо, прежде чем ответил: — Да у отца день рождения. Так что придётся вместе с Вовой придумывать тосты. — Разве это плохо? — Не вовремя, — невнятно пробурчал он, а потом с неожиданным энтузиазмом поднял голову и горячо предложил: — Слушай, подождёшь меня в видеосалоне? Я могу успеть к тому новому боевику, который мы хотели посмотреть. — Если меня попрёт оттуда Турбо, то сам будешь виноват, — парировал Андрей. — Да кто тебя там тронет? — нахмурился Марат. — Даже если он что-то скажет, для других пацанов это будет не аргументом, — он сделал секундную паузу и ухмыльнулся. — Тем более, ты уже со всеми успел покурить возле мусорных баков. — Боже, не напоминай! — Андрей на секунду сморщился, вспоминая запах.

***

Он не согласился пропускать школу во второй раз, поэтому подошёл к видеосалону только после обеда. Надеялся, что ещё успеет застать Марата, но тот, как и Вова, уже направились помогать с организацией ужина. Благо, что среди старших в группировке сейчас не было Турбо, а Зима сидел за каким-то ватманом с красками. Андрей взглянул через его плечо на незаконченную работу и слегка улыбнулся. — Почему такой контраст тёплых и холодных оттенков? — поинтересовался он. — «Грустные цвета», — усмехнулся Зима. — Мнения разошлись. — У вас, похоже, всегда так. — Конфликты? Он сразу не ответил и отвёл взгляд, неуверенный в том, что вообще хотел бы продолжить, но после нескольких долгих секунд всё же сказал: — Беспричинная ненависть. Мне сложно понять как поводом агрессии может оказаться вторичный пол. Вахит коротко посмотрел на него и, вместе с тем как набрал новой краски на кисточку, поинтересовался: — Марат говорил, что ты не отсюда. И как там? Какое у вас процентное соотношение парней-омег и парней других полов? — Что? — нахмурился Андрей. — Соотношение? Я никогда не думал об этом. — А здесь цифры не в твою пользу, — пояснил юноша, всё также не отвлекаясь от красок. — В городе-миллионнике найдётся около тысячи парней-омег. Может меньше. И для приезжих объясняю, это означает лишь твою отличность. Не лучший вариант в СССР, — он вздохнул и бросил кисточку в стакан с водой. — Отец смотрел телевизор с «правильным» мнением, потом учил сына, а сын научит своего. Так что просто не лезь в это. — Во что? — горько усмехнулся Андрей. — Мне даже ничего не надо было говорить, чтобы стать предметом ненависти. С последним словом Зима резко встал и, наконец, посмотрел на собеседника. Васильев на секунду почувствовал как и в помещении резко стало душно, отчего слегка задрожали руки. Он уже и забыл как могло реагировать тело на нарочитое давление феромонами, но за пару часов до приёма новой таблетки это могло произойти. — Не делай вид, что никого не провоцируешь, — отчеканил Вахит. — Ты не можешь вести себя также, как и в родном городе. Быстрее сам обожжёшься, нежели отстоишь свои права. — Ты говоришь о Турбо? — догадался Андрей. — А ты думаешь, он не получит поддержки Универсама, когда правда раскроется? — устало вздохнул Зима и коротко посмотрел на наручные часы. — Раз пришёл, то доделай плакат. Лампа знает, что потом должен помочь его повесить. Я буду через пару часов. Андрей не успел сказать что-то ещё, как юноша уже вышел из комнаты, захлопнув дверь. От досады он чертыхнулся и ещё раз посмотрел на незаконченную вывеску, на которой осталось дорисовать всего несколько слов. И вместе с лёгким раздражением он сел на стул и уставился на оставшиеся грязные краски, словно каждая баночка служила палитрой. Андрей глубоко вздохнул от этой картины и на несколько секунд прикрыл глаза, откинувшись на спинку. Он и без намёков понимал, что игра с огнём не даст результатов. Однако его так легко заразил пофигизм Марата, который плевать хотел на чужое мнение, отчего вовсе забылось то, что громкие слова всё равно заставили его обратиться к блокаторам. И, возможно, Андрей слишком долго закрывал глаза на бандитскую жизнь, потому что дальше тяга Марата к Универсаму может отразиться не только травлей собственного организма химикатами. В другой ситуации он бы попросил у кого-нибудь совета, но здесь он даже не знал человека, которому мог бы всё рассказать. Конечно, была Айгуль. Только после начала приёма блокаторов она перестала с ним разговаривать, словно хотела наказать своим молчанием за идиотский поступок. И не было никого, кто сказал бы как облегчить жизнь скованной цепями омеге. Рядом не было мамы. Андрей как в первый раз осмотрел комнату и мысленно пообещал себе завтра разговорить Айгуль. А на сегодня с группировками было покончено. Он дорисует этот плакат и лучше пойдёт домой, нежели каждый раз будет бояться появления Турбо. Надоело. — Закончил? — неожиданно спросил Лампа, открыв дверь. — Почти, — кивнул он. — Хорошо. Турбо с минуты на минуту уже будет всех зазывать на первый фильм. Ты же останешься? — Нет. — С ума сошёл? — тут же воскликнул Лампа. — Предлагаешь мне самому контролировать толпу? — Какую толпу? — устало вздохнул Андрей и ещё раз осмотрел комнату. — Тут стульев не больше двадцати. — Да Зима вчера и на стоячие места приводил людей! А представляешь что будет с вывеской? — Ладно, ладно. Останусь, — согласился он, но тем не менее хмуро уточнил: — Разве тебе не должен помогать Сутулый? — Шулер ищет его, — пожал тот плечами.

***

Уже через десять минут к видеосалону стала подходить молодёжь, чтобы успеть посмотреть мультфильмы, до того как начнутся зарубежные боевики и прочее. Андрей бегло просмотрел названия кассет и только благодаря тому же расписанию не запутался в них. Он редко смотрел фильмы, чаще попадая на какие-нибудь сериалы по телевизору. И как только Лампа справился с вывеской, Андрей поручил ему переключение кассет, а сам встал на входе в роли кондуктора. Он заметил как на улице курил Турбо, отчего пообещал себе тут же уйти, если начнётся очередная перепалка. К тому же, через полтора часа заканчивалось действие блокатора, а для завтрашнего разговора с Айгуль лучшим решением было пропустить очередной приём таблетки. Андрей невольно улыбнулся, представив, как мог погрузиться в родные феромоны, если Марат вновь постучится в окно. Эта мысль помогла забыть о мнимом присутствии Туркина, и он уже спокойнее собирал с каждого деньги, подчас разглядывая на них рисунки и эмблемы. Рубли всё ещё ощущались не родной валютой и какой-то фальшивкой, и если бы ему сегодня дали нарисованную копию, Андрей бы этого точно не заметил. Однако Сутулый сам не появился сегодня, поэтому пусть спихивают проблему на него. Где-то на середине мультфильма настало временное затишье и, как сказал Лампа, на следующий фильм повалит больше людей, поэтому сейчас можно было облокотиться на стену и самому немного залипнуть на происходящее в телевизоре. Однако без первых сцен Андрей мало что понимал, отчего редко зевал и через стекло в двери посматривал на часы в магазине. Поэтому он вовремя заметил, когда в видеосалон подошла молодёжь постарше, вероятно, ожидая следующий фильм. Хотя он увидел того же Турбо сзади лишь когда открылась дверь и он сказал дежурную фразу: — Рубль с человека. Юноша в норковой ушанке в ответ осмотрел помещение и задумчиво прокомментировал: — Ну, нормально. Нормально, — он взглянул в сторону стола и уточнил: — А что за магнитофон? Какой марки? — Шарп семьсот семьдесят девятый, — улыбнулся Турбо. — Нормально, — повторил тот. — Фирма. Б/у взяли? Туркин в ответ сказал что-то на грани шёпота, чего Андрей не разобрал, но лишь тогда он понял, что это был разговор с членами другой группировки. И он не знал чего стоит ждать, потому что после рассказов Марата трудно было поверить, что другая группировка просто пришла посмотреть фильм. — Ну, — энергичнее сказал юноша в норковой ушанке, — таких денег с собой не носим. Поэтому, — он посмотрел на пацана с красным клетчатым шарфом, — пойди стрельни на улице. Давай, Колик. Упомянутый Колик вышел из комнаты и это обсуждение денег почти успокоило Андрея, но не успел он отвернуться, как Турбо ударили по голове какой-то арматурой, а Лампа в ответ прыгнул на нападавшего. Взгляд юноши в ушанке подсказал чего стоило бояться, поэтому он бросился к столу, выдёргивая все провода из телевизора, после чего прижал видак к своему телу. Марат с таким обожанием рассказывал о видеосалоне, что сейчас он просто не мог сбежать, оставив всё на произвол судьбы. К тому же, он не мог оставить Лампу, который столь бесстрашно пошёл против Колика, уверенный в своих силах на сто процентов. Хотя, когда этот самый Колик направился к нему, Андрей покрепче перехватил видак и крикнул: — Помогите! Ведь магазин ещё работал, ведь видел проходящих на улице людей, ведь помнил, что скоро должен был появиться Зима. Он держал видак изо всех сил и, когда почувствовал что его всё равно вот-вот вырвут из рук, резко и со всей силы укусил чужую ладонь. И, конечно, ответный удар в лицо почти заставил его упасть, однако, техника была всё ещё в руках, что было победой. Андрей надеялся, что Турбо сзади в это время разобрался с другим пацаном, но, оглянувшись, он ахнул от того количества крови, и отчаянно попытался выбежать на улицу. Его тотчас схватил обладатель норковой ушанки с вопросом: — Чего возишься? — Да он не отдаёт! — ответил Колик. — Тогда тащи его в машину! — громче сказал тот. — У нас нет времени. Юноша кивнул и схватил Андрея поперёк живота, поднимая над землёй. Он в ответ стал махать ногами, пытаясь попасть в коленную чашечку, и посмотрел в сторону Лампы, но тот тоже лежал без сознания. Тогда он крикнул «помогите», надеясь, что какая-нибудь продавщица уже вызвала милицию, и снова попытался укусить кого-то за руки. И как только Колик отпустил его, он выбежал на улицу, но «ушанка» успел схватить его за волосы и словно котёнка бросить на заднее сиденье подъехавшей машины. Андрей попробовал открыть дверь и после безуспешной попытки крикнул «help me». Тогда Колик закрыл ему рот своей рукой, заставив затылком удариться о стекло, и с напором сказал: — Ещё одно слово и ты пожалеешь, понял? — он дождался кивка, и лишь после этого убрал свою руку, рассматривая полученные укусы. Юноша отчего-то долго их рассматривал, после чего со смешком сказал: — Что? Ещё не прорезались клыки, омега?