Sadron

С вершины Барад-дура были видны горы, пустоши и извилистая лента Андуина. Саурон провёл много часов в неподвижности, впитывая эту картину и насыщаясь ею. Бегство подточило его силы, без кольца удерживать форму было сложно. Его тень то и дело расплывалась, теряя человеческие черты. Чёрный туман окутывал рогатую башню, не предвещая Средиземью ничего хорошего. Ородруин почувствовал возвращение хозяина раньше, чем Саурон успел соскрести с Горгорота свою прежнюю форму. Ожившее внутри горы пламя запустило по коже Мордора нетерпеливую дрожь. Именно оно напомнило Саурону, кто он и где находится. Призрачный мир стирал такие подробности очень быстро. Стоило ослабить бдительность, и многослойное тело мироздания поглощало сознание и силу Саурона, тщетно пытаясь его упокоить. После поражения в Битве Последнего Союза ему понадобилось очень много времени, чтобы снова обрести себя, но в этот раз он не успел провалиться так глубоко — детали быстро возвращались на свои места. Он вспомнил сражение с Олорином и эльфами, вспомнил о кольце и орлах… — Да мы закончили на самом интересном. Он остался без рук. Чтобы вернуть себе прежний, почти материальный вид, назгулам тоже требовалось время, и до этого момента у Саурона не было никакой возможности повлиять на реальный мир. Он мог лишь наблюдать, но пока и этого было достаточно. Орлам не пересечь Андуин незамеченными, значит кольцо ещё в безопасности. Знать, что оно в руках врагов и они с каждым днём приближают его гибель, было странно. Иногда Саурону казалось, что он слишком спокойно предоставляет судьбе право голоса в вопросе своей смерти. Не лучше ли было убить Олорина? Обезглавить Лотлориэн и отдать его на растерзание оркам, вырвать кольцо из рук хоббита и не рисковать зря. Пролилось бы много крови и мир пошатнулся бы ещё до его возвращения, но зато не пришлось бы ждать. Не пришлось бы размышлять о том, что ждёт его, если кольцо всё же ускользнёт в последний момент. Он предстанет перед Эру? Растает без следа? Или останется скитаться по Средиземью бессильным, безголосым призраком? Мысли об этом беспокоили Саурона, но в глубине души ему хотелось рискнуть. Казалось, что если он даст плану Олорина шанс, то его возвращение будет… законным. Значит то, что он сам собирается сделать после, будет правильно. Солнце поднималось и садилось, Ородруин разгорался всё ярче, Саурону казалось, что каждый день это вдох, а каждый вечер — выдох. — Знал, что ты очнёшься раньше других, потому ты и первый из девяти. Король-чародей склонил голову. Если гнев господина ещё мог как-то повлиять на него, то к похвале назгул был глух абсолютно. Никакие добрые слова не достигали его мёртвого сердца. «Adan напомнил мне как выглядят живые и теперь видеть мёртвых невыносимо». — Со дня на день к нам пожалуют гости, — сухо проговорил он, не глядя на назгула. — Я знаю, что в Мордоре ещё есть кому их встретить. Спустись в подземелья и разбуди их, пусть вспомнят небо и разомнутся после долгого сна. Назгул промолчал, но Саурон и не нуждался в ответе. Он знал, что никто из девяти не ослушается и не предаст его. Это было гораздо хуже трясущихся от страха и злости орков. Саурон мог презирать творения Моргота, но не свои собственные. Он сам сделал назгулов тем, чем они являлись, и со временем видеть напоминание об этом становилось всё мучительнее. — Встретьте орлов у стен Мордора, не подпускайте их к горе. «Олорин рассчитывает на проворство и простодушие полурослика, потому и поручил ему кольцо. Сам он не решится уничтожить его. Под силу ли это хоббиту? Может быть… Что если он всё-таки проберётся к горе? Упрямый человек может задержать кольцо, если только ему удалось добраться до Мордора живым. Потомок нуменорцев не сможет устоять перед соблазном обладать кольцом всевластия. Он не уничтожит его, даже если захочет, а большего мне и не надо». Саурон сосредоточил внимание на замершем неподвижно назгуле и отчётливо проговорил: — Забери кольцо у любого, у кого оно окажется.

• • •

Бильбо старался не смотреть вниз, хотя страх уже не мучил его так, как в начале полёта. С высоты мир казался неправильным — слишком тесным и маленьким. Чем дольше хоббит разглядывал плывущие внизу поля и пустоши, тем сильнее они сжимались, теряя свою суть. Разве может дерево оставаться деревом, когда превращается в точку? Как может быть полноводной и могучей река, похожая на блестящую ленточку? — Мир не кажется тебе ненастоящим? — стараясь перекричать ветер, спрашивал Бильбо у орла. — Ты не боишься, что не сможешь вернуться, когда он такой? — Вернуться? Я всегда вижу его таким. И он настоящий. Бильбо смотрел на проплывающие мимо облака, прижавшись щекой к спине орла и крепко сжимая в пальцах его золотистые перья. Так и есть. Хоббиту нужно очень постараться, чтобы увидеть мир глазами орла. Если так, то и люди, должно быть, видят мир иначе. И Эльфы, и гномы… Может потому они и не могут договориться? Сияющие вершины облаков ослепляли Бильбо, от их белизны у него слезились глаза. Они были неприкосновенны и прекрасны, но тени орлов вспарывали их, крылья разрывали белую плоть и то, что казалось недостижимым, становилось близким. Лоскуты облаков срывались с остроконечной шляпы Гэндальфа и таяли у него на плечах. — Смотри вперёд, Бильбо! Скоро мы будем над Мордором. Кто-то залил маленький мир впереди чёрным. Он ощетинился крохотными колючими горами и укутался туманом. Бильбо смотрел и не мог поверить, что в Средиземье может существовать что-то настолько бесцветное и безжизненное. Интересно, как видят мир жители Мордора? Земля приближалась и вырастала на глазах, орлы сбились теснее и зорко оглядывались, будто ждали, что тучи вдруг обернутся чудовищами. — Чего вы боитесь? — спросил Бильбо, чувствуя, что беспокойство передаётся и ему. — Мордор — не наша земля, мы не должны пересекать его границы. Только по просьбе Гэндальфа… Только потому, что это действительно важно. — Нас там не ждут, — вмешался волшебник. — Мордор бессилен, пока его армии рассеянны по Средиземью. Ему нужно время. — Ты так в этом уверен, Гэндальф? — прошептал Бильбо, глядя вперёд. Тучи и впрямь стали чудовищами. Их крылья вспыхивали в небе чёрными кляксами и стремительно приближались. Они повторяли строй и движения орлов, становясь похожими на их тёмные отражения. — Кто это?! — крикнул Бильбо Гэндальфу. — Назгулы обзавелись крыльями, — глухо отозвался волшебник. — Измельчавшие потомки драконов. Не знал, что они ещё не перевелись… Гэндальф воинственно поднял посох над головой. — Постарайтесь улизнуть, мы отвлечём их, — бросил он. Бильбо ничего не успел ответить, слова предназначались не ему. Посох в руках волшебника вспыхнул и Бильбо почувствовал, что падает. Орёл спикировал вниз, увлекая его за собой, острые вершины мордорских хребтов закружились перед глазами. Несколько назгулов кинулись было за ними, но были перехвачены другими орлами. Бильбо обернулся, чтобы увидеть Гэндальфа, но в гуще беспорядочно сталкивающихся когтей и крыльев не смог его разглядеть. Пронзительные крики орлов переплелись с хриплым визгов драконов, так что Бильбо уже не мог разобрать, где чьи голоса. Ему казалось, что небо падает вместе с ними, всё ближе к неприветливой чёрной земле, всё быстрее… Он зажмурился, дыхание замерло в груди и всё тело сжалось в ожидании удара, но в этот момент орёл расправил крылья и падение прекратилось. Жерло горы вспыхнуло оранжевым огнём совсем рядом, Бильбо обдало жаром. Ему вдруг пришло в голову, что бросить кольцо в огонь можно прямо из воздуха, нужно только подлететь поближе. «Нет, не выйдет, — тут же возразил он сам себе. — Оно может не попасть в огонь, а потеряться где-то по пути… Нельзя так рисковать, я должен убедиться, что оно уничтожено». Сверху послышался нарастающий свист — одному из назгулов всё же удалось их догнать. Орёл успел увернуться и снова нырнул вниз. Дракон задел его крыло, и Бильбо почувствовал, что они теряют равновесие. Цепляясь за скалистые уступы, орёл кое-как смягчил приземление и стряхнул Бильбо на землю. — Дело за тобой, полурослик, поспеши! Бильбо оглянулся и понял, что они не случайно упали именно сюда. Чуть выше на склоне виднелся проём, изнутри освещённый огненным дыханием Ородруина. Звуки ожесточённого сражения повисли у Бильбо прямо над головой. Он торопливо поднялся, стараясь не обращать внимания на содранные ладони, и бегом бросился ко входу в пещеру. Пусть в конце концов он оказался один — это не важно, он справится и без Гэндальфа. У него просто нет другого выхода, он должен справиться. Внутри горы было удушливо жарко и почти совсем темно. Бильбо в нерешительности замер на секунду и осторожно шагнул вперёд. Огонь тихо рокотал где-то впереди, в его голосе Бильбо слышались угроза и предостережение. Ему были здесь не рады. Кольцо оттягивало карман и жгло кожу сквозь несколько слоёв ткани. Бильбо казалось, что оно злится. Или в панике. Внезапно какое-то предчувствие заставило его остановиться. Огонь вспыхнул ярче и Бильбо увидел впереди фигуру человека, преградившую путь. Страх упругой волной прокатился по телу. Меньше всего Бильбо ожидал увидеть здесь человека. Что ему делать? — Я… могу пройти? — неуверенно подал голос хоббит. Ответа не было. Человек не двигался, Бильбо с трудом различал его в темноте, но был уверен, что перед ним именно человек. Силуэта было вполне достаточно, чтобы отличить его от орка и убедиться, что это не призрак и не игра воображения. «Почему он молчит?» Бильбо собрался с духом и сделал медленный шаг вперёд. Человек повторил его движение, придвинувшись на шаг. Качнулись полы плаща, Бильбо невольно задержал дыхание, рука сама собой легла на рукоять меча, но в глубине души он знал, что оружие ему не поможет. — Простите, я не знаю кто вы, но ради блага всего Средиземья вам лучше меня пропустить… — снова попытался Бильбо, беспокойно переминаясь с ноги на ногу. — Я должен уничтожить кольцо, разве вы не понимаете? Напряжение заставляло его голос дрожать, а молчание пугало. — Не понимаю, — тихо раздалось в ответ. Бильбо вздрогнул от неожиданности. — Не понимаю какое право ты имеешь уничтожать это кольцо, — продолжил человек, придвигаясь ещё на шаг. — Оно тебе не принадлежит. Несмотря на жар горы, у Бильбо по коже пробежал озноб. Что-то ужасно неправильное послышалось ему в словах незнакомца. Будто он произносил их задом наперёд или вверх ногами. Значит так видят мир жители Мордора? — Кольцо принадлежит господину Саурону, и ты должен отдать его ему. — Нет! Бильбо отшатнулся, сунул руку в карман и сжал кольцо в кулаке. Ни за что он не позволит этому безумцу забрать его! Человек сделал несколько стремительных шагов, Бильбо испуганно попятился и исчез. Мир преобразился. Тяжёлый гул обрушился на хоббита, пронизывая его тело дрожью. Кольцо чувствовало присутствие своего истинного хозяина, близость гибели будила в нём ярость. Оно заставляло Бильбо морщиться и сжимать зубы от боли, но не спрятать его оно не могло. Человек замер на месте, потеряв из виду свою цель. Теперь Бильбо видел его отчётливо, будто тьма больше не сковывала его зрение. Человек был страшно бледен, его одежда и лицо были покрыты тёмной, спекшейся кровью, чёрные волосы спутались. Слово «безумец» отлично подходило ему, казалось он провёл в пустошах Мордора целую жизнь. Бильбо затаил дыхание, разглядывая лицо незнакомца. Было видно, что он прислушивается: взгляд замер в одной точке, брови нахмурились, а губы напряжённо сжались. Сквозь слой крови было сложно разглядеть, но Бильбо показалось, что человек совсем молод. Огонь блестел в его неподвижных глазах, внушая хоббиту страх. Судьба столкнула их на узком пути, даже в кольце Бильбо не мог его обойти. Оставалось лишь обнажить меч. Только вот Бильбо всё понял об этом ещё в пещерах гоблинов, когда под острием его клинка беззащитно морщилось лицо Голлума. Он не сможет убить человека, каким бы пугающим и безумным тот ни был. Потому что существовала грань, за которой оставались орки, гоблины и варги. Человек, служащий Мордору, был на этой стороне. Он стоял перед Бильбо и незряче смотрел перед собой, кривя губы в болезненной улыбке. Кольцо наполняло руку жаром и рождало в груди беспокойное нетерпение, Бильбо не мог тратить драгоценное время. Он очень аккуратно шагнул в сторону, стараясь не издать ни звука. Может ему всё же удастся пройти незамеченным? Ещё несколько бесшумных шагов и он уже мог дотронуться до плаща незнакомца. Бильбо почти касался спиной каменных стен и старался не дышать. Человек не шевелился и хоббиту начало казаться, что у него получится. Тишина ощутимо густела в спёртом воздухе. Человек медленно повернул голову и Бильбо показалось, что он его видит. Замершее было время разбилось вдребезги. Хоббит дёрнулся в сторону, надеясь одним рывком миновать преграду и вырваться вперед, но сильный удар сбил его с ног. Страх заставил Бильбо выдать себя и теперь человек без труда нашёл его по звуку. Хоббит ещё пытался вырваться из цепкой хватки и отползти, но преимущество было не на его стороне. Человек прижал его к полу и перехватил руку с кольцом. — Снимай, — прошипел он, склоняясь к шумной пустоте перед собой. Бильбо замер на секунду, стараясь оценить положение. Похоже, ничего другого ему действительно не оставалось. Он стащил кольцо с пальца и чёрные глаза незнакомца тут же впились в его лицо. — Спрячь его. — Что? — не понял хоббит. — Положи обратно в карман, — раздражённо приказал человек. — Сейчас же. По-прежнему не понимая, чего от него хотят, Бильбо спрятал кольцо. Человек рывком поднял его на ноги и парой ловких движений связал ему руки за спиной. — Решишь сбежать или выкинуть другую глупость — неба больше не увидишь, — хмуро бросил он. — Шагай. — Куда? — растерянно оглянулся на него Бильбо. Человек грубо подтолкнул его в сторону. Ровный пол под ногами оборвался и крутыми перекатами ушёл вниз. Бильбо понял, что огня Ородруина он тоже больше не увидит — человек вёл его вглубь земли, навстречу удушливой темноте. — Отдашь кольцо тому, кому оно принадлежит.

• • •

Факел в руках человека горел тускло, воздуха в тоннеле было мало. Сбежать в таком месте, да ещё со связанными руками Бильбо не мог, а потому послушно тащился за человеком всё дальше и дальше. Иногда тоннель становился чуть просторнее, откуда-то сверху сочились струйки свежего воздуха, тогда человек останавливался и жадно ловил их ртом. Бильбо видел, что ему тяжело дышать и он с трудом держится на ногах. — Что с тобой? — спросил он, когда они в очередной раз остановились. — Ты умираешь? Человек смерил его удивлённым взглядом. — Все люди умирают, — холодно бросил он. — Просто некоторые чуть быстрее. — Как тебя зовут? — помолчав снова подал голос хоббит. Раз уж сбежать он не мог, стоило хотя бы попытаться проложить себе другой путь на волю. Может ему удастся уговорить человека его отпустить? — Какое это имеет значение? — устало отозвался тот, бросив на хоббита короткий взгляд. — Похоже, идти нам долго, — пожал плечами Бильбо. — Почему бы не познакомиться? Человек снисходительно скривился. — Меня зовут Бильбо Бэггинс. Я хоббит из… — Шира, я знаю, — перебил его человек. — Какое мне до этого дело? — Вы знаете о Шире? — удивился Бильбо. — Откуда? — Я там бывал. Человек аккуратно пристроил факел между камнями, прислонился спиной к стене и вытащил из мешка железную флягу. Сделав несколько небольших глотков, он покосился на Бильбо и вопросительно приподнял флягу в руках. — Пить хочешь? — тихо пробормотал он себе под нос, будто надеясь, что Бильбо его не услышит. — Был бы очень благодарен, — неуверенно отозвался хоббит. Пить из чужих рук было неудобно, но Бильбо был рад и этому. Во-первых, вода придала ему сил и ослабила усталость, а во-вторых, проявление милосердия было хорошим знаком. — Спасибо… не знаю как к вам обратиться… Человек опять смерил его усталым непонимающим взглядом. «Он мне скоро рот завяжет», — подумал Бильбо, стараясь изобразить на лице что-то вроде невинного любопытства. — Нума. Но меня так никто не зовёт. Бильбо внутренне порадовался маленькой победе. Интересно сколько у него осталось времени, чтобы расколдовать этого человека? — А как тогда зовут? — Никак, — огрызнулся Нума. — Не помню, чтобы за последние несколько лет кому-то понадобилось моё имя. Бильбо не успел на это ничего ответить, человек оттолкнулся от стены, подхватил факел и зашагал дальше. Бильбо последовал за ним, обдумывая что бы ещё сказать, чтобы не нарваться на грубость. — Куда ведёт этот тоннель? — В Барад-дур. «Плохо, — подумал Бильбо. — Значит на поверхность мы больше не выйдем и на зоркость орлов рассчитывать не приходится. Гэндальф не сможет помочь мне. Он меня просто не найдёт». — Нума, — неуверенно окликнул он, замедляя шаг. Человек резко остановился, видимо звук собственного имени застал его врасплох. — Зачем ты это делаешь? — тихо спросил Бильбо. — Ещё не поздно всё исправить… Отпусти меня, прошу. Что бы не привело тебя на сторону Саурона, ты можешь всё изменить… Бильбо старательно подбирал слова, чувствуя, как ускоряется сердце. Он хотел, чтобы Нума услышал его, чтобы он ему поверил. — Помоги мне уничтожить кольцо и всё закончится! Саурон не доберётся до тебя. А Гэндальф поможет, что бы ты не сделал в прошлом… Помоги мне! Это искупит любую вину! — Искупит вину? — тихо прошипел Нума, медленно оборачиваясь. Его губы дрожали от гнева, а в глазах плескалось безумие, так напугавшее Бильбо в пещере. — Я делаю это как раз для того, чтобы всё изменить, и мне не нужно прощение лицемеров из Белого Совета! Мне не нужно заступничество твоего серого проходимца! И я не знаю за собой вины большей чем та, которую ты мне предлагаешь. Злой шёпот замер в тесноте тоннеля, запечатав поражённому хоббиту рот. — Я не предам господина Саурона и никому не позволю его уничтожить.

• • •

Время превратилось для Бильбо в череду бесконечных, одинаковых шагов. Он брёл в темноте и духоте вслед за Нумой, больше не чувствуя в себе сил ни для слов, ни для мыслей. Кольцо всё ещё лежало в его кармане, но война на вершине мира больше от него не зависела. Теперь она была в руках полуживого человека. Нума держался свободной рукой за стену, чтобы не упасть, Бильбо смотрел на него и ждал, когда силы окончательно его покинут. Быть может, тогда он сможет вернуться в пещеру и закончить начатое. Только сперва избавится от верёвок и сделает ещё несколько глотков из той фляги. Скорей бы уже. Бильбо сверлил человека взглядом. «Падай. Падай…» Нума привалился плечом к стене и шумно втянул воздух, факел плясал в его трясущейся руке. Бильбо смотрел на это и молчал, он так устал, что не мог испытывать даже жалость. Нума содрогнулся в разрывающем грудь кашле, прижал ладонь к губам. Бильбо увидел свежую кровь, ее запах расползался по тоннелю с подходящей ситуации неотвратимостью. Судорожное дыхание лезло Бильбо в уши. Все люди умирают, но некоторые быстрее. Кровь стекала у Нумы по подбородку и капала за шиворот. Бильбо сам не заметил, как оказался так близко. Он не сводил с человека глаз, но тот всё цеплялся за стену, не желая падать. Когда Бильбо уже задумался о милосердном и необходимом ударе чем-нибудь тяжёлым, Нума поднял на него взгляд и прочитал на лице хоббита все его мысли. Он выпустил из пальцев факел и ухватил Бильбо за шиворот. — Не дождёшься! Бильбо едва разобрал слова за хрипом и свистом. Нума впечатал его в стену и затылок тут же отозвался болью, а в ушах зашумело. На этом силы, похоже, иссякли. Нума согнулся в попытке вдохнуть поглубже, Бильбо решил, что пора бежать. Он обойдется без воды, а Нума всё равно не сможет догнать его. — Не вынуждай меня… выкалывать тебе глаза… Холодное лезвие внезапно прижалось к щеке Бильбо. Он даже не успел заметить, когда оно появилось у Нумы в руке. Хоббит испуганно замер, чувствуя, что по его собственному лицу теперь тоже катится капля крови. Сомневаться в решительности человека ему не приходилось. Похоже, это исчадие Мордора было намерено цепляться за жизнь до последнего вздоха.