Брак по расчёту

Шан Цинхуа с улыбкой складывал вещи. Положив последнее сложенное ханьфу в стопку одежды, он развернулся к Сяо Лин, которая рассказывала новости. — Я до сих пор не могу поверить, что это правда, Господин! — Сяо Лин раскинула руки. — Как отец может так поступить со своим сыном? — Слушай меньше сплетен, — Шан Цинхуа принялся собирать по комнате разбросанные листки. — А то у тебя сложится неправильное восприятие вещей. — О чём вы? — Эх, не важно. — Он положил бумагу на стол и достал из ящика маленькую книжку. — Сяо Лин, эти вещи можно забирать. — Ой, да, конечно! Девушка подскочила и, прижав к груди высокую стопку одежды, выскочила за дверь. Настроение у Шан Цинхуа было наилучшее, а дело в том, что скоро, наконец-то, откроется его новая лавка. Этот проект он разрабатывал довольно долгое время, но из-за недостаточной осведомлённости не мог закончить. Но с появлением Мобэй-цзюня всё поменялось. Тот помог довести ему задумку до ума и начать разработку продукта. А продавать они теперь будут.. косметику! Знатные леди очень любят косметику, но зачастую она портит кожу и стоит дорого, а если и не обладает негативными свойствами, то быстро смывается или не держится на лице. Поэтому лучшим решением для торговца Шан было с помощью Мобэй-цзюня усовершенствовать косметику, чтобы она превосходила всех конкурентов. Спустя больше половины года опытов и попыток сделать что-то, что не вызывает на коже раздражения и покраснения, им это удалось. Ещё спустя какое-то время появились румяна, белила, помады, тени, тушь и несколько разных оттенков этих продуктов. Так как тестировать всё это добро было особо не на ком, Мобэй-цзюнь решил показать продукты девушкам в поместье Шан. Сяо Лин, конечно, тоже была среди них. Господин получил небывалые отзывы от служанок, но только Сяо Лин решилась сказать минусы их косметики. После этого они ещё экспериментировали с составом и упаковкой, и через месяц пришли к итоговому варианту. Шан Цинхуа поручил Мобэй-цзюню контролировать производство товара, который ответственно отчитывался ему почти на каждом этапе. Помимо мороки с производством, Шан Цинхуа нашёл хорошее местечко в центре столицы, где был бы хороший поток потенциальных покупателей. Как только они получили уведомление о конце стройки, Шан Цинхуа решил поехать и посмотреть. Если всё будет хорошо, то они отвезут товар в столицу. Но волнения Шан Цинхуа на этом не кончались. Ведь две недели назад он решился выпустить одну из своих книг в печать! Его на это подтолкнул Мобэй, всячески хваля и превознося книгу. Сам Шан Цинхуа не верил, что его творение такое уж хорошее, но после нескольких уговоров мужа показал рукопись издательству. Его руки безумно тряслись, когда он, слегка склонившись, двумя руками протягивал бумаги литературному агенту. Но пугался Шан Цинхуа зря, ведь после прочтения мужчина остался в полном восторге! Тот указал на не состыковки и опечатки, но в общем работа ему понравилась. В тот день Шан Цинхуа был так счастлив, что за один вечер переписал всё, на что указал агент. После он подал заявку в издательство, оно почти сразу же прислало приглашение Шан Цинхуа, предлагая приехать и обсудить некоторые вопросы. Ушёл ещё месяц на печать, и вот, ровно 14 дней назад книга под авторством Шан Цинхуа увидела свет. Ему прислали несколько экземпляров готовой книги, одну из которых он отдал не менее радостному Мобэй-цзюню, ещё одну подарил Сяо Лин и последнюю оставил себе, поставив на полку около кровати и смотря на неё с улыбкой каждый день. Вынырнув из своих мыслей, Шан Цинхуа свернул за угол. У главных дверей он увидел Мобэй-цзюня, который с хмурым выражением лица держал в руках письмо, не отрываясь смотря в него, будто прилипнув глазами к тексту. Шан Цинхуа остановился на полпути. «Что в этом письме? Это должно быть что-то важное, Мобэй расстраивается только из-за важных вещей. Это связано с его родителями? Или дядя что-то написал?» — Пока Шан Цинхуа путался в догадках, Мобэй-цзюнь убрал письмо за пазуху и обернулся. — Шан Цинхуа? Что-то случилось? Он подошёл ближе, смотря Шан Цинхуа в глаза. От такого зрительного контакта он смутился и отвёл взгляд. Но, решив, что потом он точно не сможет спросить, сказал: — Что было в письме? — Ничего такого, просто. Знакомый написал. — Мобэй-цзюнь ещё пристальней уставился на Шан Цинхуа сверху вниз и приулыбнулся. Это показалось Шан Цинхуа странным, он хотел отойти, но Мобэй положил руку ему на плечо и, по-дружески приобнимая, двинулся вперёд. — Пойдём, экипаж уже ждёт. Шан Цинхуа в этот момент забыл о загадочном письме, думая о том, как не свариться от охватившей его душноты. *** В повозке они обсуждали последние новости. Разговор лился легко и непринуждённо, но Шан Цинхуа не мог отделаться от мысли, что он сидит так близко к человеку, в которого влюблён. Если говорить кратко, то Шан Цинхуа стал в несколько раз более неловким рядом с Мобэй-цзюнем, чем до того, как осознал свои чувства. Не понятно что поменялось, но как раньше Шан Цинхуа уже не мог себя вести. Мобэй-цзюнь, казалось, ничего не замечал, что было облегчением. Шан Цинхуа не знал, что бы он делал, если бы Мобэй узнал. Как смотреть ему в глаза? Как в принципе общаться, если всё раскроется? Одновременно с этим волнением, Шан Цинхуа мучили мысли о невозможности этих отношений. Он для Мобэй-цзюня был лишь партнёром, может другом, но никак не возлюбленным. И пусть они были связаны узами брака, это никак не помогало, наоборот, делало положение Шан Цинхуа ещё хуже. Ведь при таком раскладе у него изначально не было шанса влюбить в себя Мобэя. Возможно, если бы они встретились где-то в другом месте. В академии, на каком-то собрании, да даже если бы просто на улице, то их отношения могли бы пересечь ту невидимую стену, что разделяет их сейчас. Если бы они по собственному желанию начали общаться друг с другом, если бы никто не заставил их столкнуться нос к носу. Тогда была бы маленькая возможность, что Шан Цинхуа стал бы Мобэй-цзюню кем-то кроме ненавистного супруга. Да, их отношения очень хорошие, даже дружеские, но влюблённому сердцу Шан Цинхуа этого было недостаточно. И это сердце разрывала на части мысль, что их любовь невозможна. Сейчас он не в том положении, чтобы мечтать о большем. Он рад, что Мобэй-цзюнь с ним общается и помогает с работой, но через месяц они разведутся и забудут друг о друге. А Шан Цинхуа был уверен, Мобэй-цзюнь оставаться не собирается. Ему всё ещё мерещится полный злобы и презрения взгляд, которым его одарили в день свадьбы. Да, нужно поскорее развестись. — Я уже нанял людей, осталось только поговорить с ними по поводу рабочего расписания и.. Шан Цинхуа, ты меня слушаешь? Когда приятный низкий тембр голоса замолчал, Шан Цинхуа вернулся в реальность. В последнее время он слишком задумчивый, нужно с этим что-то делать. — А? Я, я слушаю. — Ты волнуешься из-за нашей лавки? — Снова не так понял задумчивость мужа Мобэй-цзюнь. «Нашей?.» — Если хочешь, мы можем задержаться в столице и убедиться, что с продажами всё нормально. «Мы?.» — Слова Мобэй-цзюня необъяснимой болью отдавали в районе сердца. — Кстати, будет хорошо, если мы зайдём в книжный магазин и посмотрим на твою книгу воочию. — Холодные глаза Мобэй-цзюня прожигали в душе Шан Цинхуа шрамы. — Д-да. Зайдём. Мобэй-цзюнь продолжил отчёт по работе, пытаясь отвлечь Шан Цинхуа от «волнения перед открытием лавки», но тот снова начал уходить в себя, чему Мобэй-цзюнь на этот раз решил не препятствовать. *** По приезде они сразу направились на главную площадь. Они оставили экипаж и слуг на постоялом дворе и вдвоём медленно пошли по направлению их лавки. Пешком было совсем недалеко, поэтому они не успели даже толком поговорить и уже оказались прямо перед новенькими резными дверьми. Их поприветствовал ответственный за стройку, худощавый мужчина среднего возраста, и провёл внутрь. Помещение было просторным и светлым, столы и прилавки уже были поставлены, оставалось только загрузить товар. Шан Цинхуа довольно осматривал всё вокруг. — Господин Шан, вас всё устраивает? — Да, отличная работа. Скоро приедет товар. Они ещё немного обговорили рабочие моменты и после двинулись в сторону книжного магазина. Так как Мобэй толком не знал столицу, бывая тут раз в год, Шан Цинхуа воодушевлённо рассказывал ему о здешних местах. — Видишь вон то высокое здание впереди? Это театр, почти каждый раз, когда я приезжаю сюда, я хожу на представления. Актёры очень хорошие, и они не экономят на декорациях. Также я знаком с владельцем, он милый дедушка. Правда я уже не знаю, управляет ли он театром или его сын. Это в общем и неважно, если у нас будет свободное время, то мы могли бы сходить. Ну, если тебе такое интересно, конечно! Просто ты никогда театры не упоминал, и я не знаю, нравится тебе или.. Кх. — Шан Цинхуа замолчал, видя растерянное лицо Мобэя. Он повернул голову в ту же сторону, пытаясь определить, что так удивило его супруга. Но он увидел лишь кучу снующих туда-сюда людей и никого выделяющегося. Покосившись на Мобэя, он спросил: — Эм, на что ты смотришь? — Там мой знакомый. Я должен с ним поздороваться, он уже заметил меня. — Мобэй-цзюнь глазами показал на застывшую фигуру в темной одежде. Человек немного сливался со стеной, отчего Шан Цинхуа его не заметил. — Книжная лавка близко, верно? Иди один, я тебя догоню. Шан Цинхуа накрыло плохое предчувствие. Но как сказать об этом Мобэю? Нет никаких оснований, чтобы идти с ним. Он попытался промямлить что-то, но Мобэй-цзюнь прервал его, уже отходя в сторону: — Не волнуйся, я быстро. Шан Цинхуа не оставили шанса вмешаться, поэтому ему осталось только в одиночестве идти к лавке. Настроение вмиг упало на ноль. Почему-то столь резкое пренебрежение со стороны Мобэй-цзюня вызвало не раздражение или злость, а лёгкую боль в районе сердца. Она была вовсе не сильной, но тревожной и колкой, которую Шан Цинхуа никак не мог игнорировать. Отойдя на пару метров, он обернулся, чтобы разглядеть таинственного знакомого Мобэя поподробнее, но увидел лишь пустующее место, где ранее стояла тёмная тень человека. Затем он увидел, как Мобэй и человек заходят за угол. Окончательно растеряв весь свой позитивный настрой, он угрюмо пошёл к лавке. «Я ещё не встречался со знакомыми Мобэя. Если подумать, то он мне и не рассказывал ни о ком.» — Шан Цинхуа посчитал это очень странным. В мыслях он добрался до лавки. Настроение слегка ухудшилось, но в общем Шан Цинхуа пытался не терять позитивный настрой. В лавке он кивнул сидящему у входа продавцу и прошёл вглубь магазина. Там толпилась небольшая компания людей, на которую Шан Цинхуа не обратил внимание. Он хотел поискать именно свою книгу на полках, но его взгляд зацепился за красочную обложку, и он был не в силах не взять её. Он бегло проходился по строчкам глазами, когда услышал довольно громкий разговор группы людей рядом. Они немного сдвинулись ближе к нему, обсуждая новинки книг. — Мэймэй, что думаешь насчёт этой? Я прочитал её не так давно, интересно послушать твоё мнение. — Спросил молодой голос. — Ох, это полный. — Сердце Шан Цинхуа подпрыгнуло, после быстрого косого взгляда на свою книгу в руках у парня. — отстой! Шан Цинхуа удержал себя, чтобы не подпрыгнуть от этого резкого заявления. Он прирос ногами к полу и пристально слушал разговор. — Сначала мне вроде понравилось, описание книги интересное. Но дальше я поняла, что всё мастерство автора кончилось на этом. — Девушка деловито потирала подбородок, как будто она книжный критик. — Главный герой, Минг, или как там его зовут, абсолютно не прописано, мне было скучно читать про его путешествие. Хотя всякая нечисть в этой книге это что-то, помнишь сцену с болотным монстром? — О да, когда их затянуло в свои кошмары. — А главная героиня? Лили? Она ни с того ни с сего влюбилась в Минга и в конце истории осталась с ним, хотя могла стать главой своего города. «Она влюбилась в него после того, как он спас её от нападения и не поверил в слухи. Чем они читали книгу?» — Думал про себя Шан Цинхуа. — А мне наоборот кажется, что она не смогла бы всю жизнь жить в этом городе, она хотела вырваться из семьи и путешествовать. — Даже если так, мне всё равно не нравится! — Девушка вскинула руки и указала на тихо стоящего в стороне парня. — Диди, а ты что думаешь? — Я тоже думаю, что эта книга не заслужила такие большие продажи. Автор похоже своровал у кого-то историю, вы вообще слышали когда-нибудь об этом «Шан Цинхуа»? Я вижу его книгу на полках впервые. Скорее всего это какой-нибудь бесхребетный недо-писака. Дальше слушать разговор Шан Цинхуа не видел смысла. Градус настроения понижался с завидной скоростью, хоть в голове он и понимал, что брань этих людей незаслуженная, но факт есть факт, его книга народу не понравилась. «Когда я перечитывал её, не думал, что людям не понравится любовная линия. Всё-таки мне кажется это очень милым.» Обсасывая эту ситуацию у себя в голове, Шан Цинхуа чуть не попал под колёса быстро проезжающей кареты. Извозчик крикнул что-то оскорбительное ему и ускакал. «Ах, если бы они знали, кто я. То так бы не относились. Даже если я не ношу дорогущие одежды, неужели, я не выгляжу как знатный человек?» *** Мобэй-цзюнь тем временем стоял лицом к лицу со своим личным кошмаром. Лицо под капюшоном было белоснежным, красные губы выглядывали из-под ткани. Человек откинул капюшон своими тонкими руками с золотистыми кольцами на длинных пальцах. Лицо девушки хитро улыбалось, казалось, она действительно рада видеть его. Она хотела дотронуться до лица Мобэя, но тот отошёл на шаг и грубо спросил: — Что ты здесь делаешь? Что тебе нужно? — Мобэй-цзюнь сложил руки на груди для более зловещего эффекта, но девушка ни капельки не смутилась, а лишь шире улыбнулась. Длинные ресницы трепыхнулись пару раз, прежде чем смущённо остановиться на Мобэе. — А ты несильно изменился. Сколько времени уже прошло? Два года? — Какая разница? Ты не ответила на вопрос. — Мобэй-цзюнь угрожающе прищурился. — Мобэй, скажу так, у меня тут небольшое дело. Работа, так сказать. — Девушка нежно и коротко посмеялась. Она старалась сгладить остроту Мобэя, но ему было всё равно. — А во всём чёрном ты тоже из-за работы? — Я в розыске, Мобэй. Меня подставили. — Девушка посуровела. — Понятно. Я уж подумал, ты снова пришла портить мне жизнь. — Мобэй, ты что. Это давно в прошлом. Я изменилась. — Ясно. Мобэй-цзюнь развернулся и сделал пару шагов от девушки, но та схватила его за предплечье, из-за тряски золотые браслеты издали неприятный металлический звон. — Мобэй! Пожалуйста! Выслушай меня. — Девушка смотрела на него умоляющим взглядом. Ещё чуть-чуть и она бы разрыдалась. — У тебя есть минута. Мой спутник ждёт меня. — Мобэй, этот человек подложил ко мне очень важные документы одного начальника, и тот сильно разозлился на меня. Если стража найдёт меня, то они поведут на казнь. Понимаешь, я. Мне. У меня больше нет знакомых, к кому я могла бы обратиться за помощью. — А мне какое дело до этого? Я думал, мы договорились забыть о существовании друг друга. — Если ты думаешь, что у меня злые помыслы, то поверь, пожалуйста, что это не так. Я правда изменилась с того времени. Помнишь моего младшего брата? Его убили на границе. После этого я многое переосмыслила. Мобэй-цзюнь долго молчал. Она выглядела правда тоскующей по брату. Если это правда, а Мобэй откажет в помощи, то будет полным кретином. Но он знал, натуру этого человека. Какие сладкие речи она может лить. А если она правда изменилась? *** Встретились Мобэй-цзюнь и Шан Цинхуа уже у постоялого двора. Шан Цинхуа выглядел чем-то встревоженным, но Мобэй решил разузнать это позже, не при чужих глазах. — Шан Цинхуа! Где ты был? Я зашёл в лавку, но тебя там не было. — Шан Цинхуа приковал взгляд к девушке позади Мобэя. Его глаза странно расширились, а сам он немного отошёл от неизвестного человека. — Я быстро ушёл оттуда и решил прогуляться. — Ах, вот как. А как продажи? — Мобэй, это кто? Не дожидаясь разрешения Мобэй-цзюня, девушка вышла вперёд и слегка поклонилась. После последовал её мелодичный голос, предложивший познакомиться в помещении. Шан Цинхуа приподнял одну бровь, удивившись женскому голосу, но всё же проводил их до гостиной. Постоялый двор представлял из себя скопление кучи больших домов, для каждого гостя был свой собственный с пристройками по типу купален. Этакое временное жилище для богачей. Девушка восхищённо оглядывала всё вокруг. Когда они присели на кушетки, Шан Цинхуа ожидал, что девушка сядет на третью, свободную, но она решила расположиться рядом с Мобэй-цзюнем, что ему, мягко говоря, не понравилось. — Так, вы?.. — Начал было Шан Цинхуа, но в этот момент девушка сняла свой плащ. Шан Цинхуа уставился на её лицо, рассматривая растекающиеся по плечам мягкие каштановые волосы. Они были на несколько тонов светлее, чем у самого Цинхуа, и нельзя было понять, они такие у неё от природы, или она каким-то образом их высветлила. — Рада познакомиться, меня зовут Мянь Нин. Я подруга Мобэя. — Эм, хорошо. Мобэй, а?. — Ей на какое-то время нужен дом. Она может немного погостить у нас? — Шан Цинхуа всё ещё настороженно поглядывал на Мянь Нин. Хоть Мобэй-цзюню и не нравилось, как она представилась, но она не пересекла черту, что радовало. Мобэй решил объяснить всё Цинхуа позже. Шан Цинхуа же, что-то решив для себя, чуть расслабился и даже улыбнулся. — Да, конечно. Раз она твой друг, то пусть остаётся столько, сколько понадобится. Я так понимаю, у вас какие-то проблемы? — Шан Цинхуа указал взглядом на чёрную накидку в руках у девушки. — Это долгая история. Не стоит вашего внимания. — Раз так, то не буду больше допытывать нашу гостью. Приятного вечера. Шан Цинхуа ушёл, оставив Мянь Нин и Мобэя наедине. Увидев такого красивого компаньона рядом со своим мужем, его сердце оплелось кислотой, неприятно вибрирующей в груди. Ему стоило немалых трудом сохранить лицо и не показать всю степень своего недовольства. Что-то неправильное было в том, как эта девушка поглядывает на Мобэя. А возможно, у них раньше были отношения?. Цинхуа бы этому не удивился, всё-таки Мянь Нин была очень красивой и статной девушкой, Мобэй-цзюнь тоже по его меркам был Аполлоном. Красивые люди притягиваются друг к другу, а Шан Цинхуа на фоне этой милой парочки смотрелся глупо и не в тему. Он никогда не умел выглядеть так же богато и величественно, хоть и рос в аристократичной семье. *** Мобэй-цзюнь смотрел вслед вышедшему Шан Цинхуа, чувствуя, что сделал что-то не так. Да, он не должен был приводить незнакомую девушку в дом. Но она была его старой знакомой, разве мог он отказать в беде? "Шан Цинхуа же не подумал, что наши отношения с Нин.." — На Мобэй-цзюня снизошло озарение. "Зная Цинхуа, он накрутил у себя в голове всякого. Лучше прийти и всё ему объяснить." — Твёрдо решил он. Но встать с кушетки ему не дала Мянь Нин. Она положила руку ему на плечо, ненавязчиво поглаживая. Мобэй-цзюнь сурово посмотрел на неё, но она лишь улыбнулась в ответ его холодному взгляду. — Мобэй, подожди, давай обсудим ещё кое-что. — Мне нечего с тобой обсуждать. Ты знаешь, я не люблю повторять, но всё же скажу снова. Если ты задумала что-то, то тебе лучше немедленно сознаться и уйти. Потом не жди от меня прощения. — Эй, ты всё не так понял! Мобэй сбросил руку девушки с плеча и встал, сразу шагая к двери. У самого выхода он развернулся, и ледяные глаза сверкнули в свете тёплых ламп. — Не смей портить мои отношения с мужем. Он выскочил из комнаты и быстрым шагом пошёл в сторону покоев Шан Цинхуа. "Хоть бы он не накрутил себя." Войдя в комнату, первым делом Мобэй-цзюнь увидел, как Шан Цинхуа достаёт из сумки толстенькую стопку бумаги и подносит к уже горящей свечи. Не сразу поняв, что произошло, он среагировал только спустя пару секунд, когда край листа уже загорелся. — Ты что делаешь? — Мобэй-цзюнь подбежал и выхватил из тонких рук бумаги, потушив огонь. Шан Цинхуа удивлённо посмотрел на Мобэя. Тот же опустил глаза на титульный лист, на котором крупными буквами было написано поэтичное название одной из книг Шан Цинхуа. — Это же книга, которую ты хотел отнести в редакцию. — Да, но я решил, что лучше будет от неё избавиться. — Зачем? — Шан Цинхуа как-то растерянно потирал руки, стыдливо отводя взгляд. — Ну.. Эм.. — Помолчав пару секунд, он забрал стопку и громко сказал. — Да какая разница? Хочу и сжигаю! — Цинхуа, что-то случилось? — Нет, всё нор— Но не успел он договорить, как Мобэй-цзюнь подошёл ближе и быстрым движением руки притянул к себе Цинхуа, тут же кладя руки ему на спину. Объятие длилось по крайней мере минуты две, пока Шан Цинхуа не стал чуть сопротивляться, прося освободиться. Когда Мобэй-цзюнь убедился, что Цинхуа больше не собирается ничего делать, они сели за стол, где уже стоял только что заваренный чай. Шан Цинхуа было явно неловко от объятия, он отвернул голову, пытаясь скрыть покрасневшие уши. Мобэй-цзюнь смотрел на это с лёгкой усмешкой. Хотя ему тоже было непривычно так интимно касаться чужих людей, но последние пару месяцев он стал ловить себя на мысли, что ему не только не неприятно касаться Цинхуа, но и хочется этого до безумия. Видя тонкую фигуру своего мужа, его так и хотелось прижать к груди. А когда обстановка накалялась, и тот полностью погружался в работу, волнуясь и иногда не спя по несколько дней, Мобэй-цзюнь представлял, как спрячет этого наивного, но очень стойкого человека где-то далеко, чтобы больше никто и ничего не заставляло его волноваться. Трепет в груди нарастал с каждым днём, норовя вот-вот вырваться на свободу. И пока что Мобэй-цзюнь только и мог ненавязчиво касаться, делая вид, что для него это ничего не значит. — Ну в общем.. В магазине.. Я услышал довольно сильную критику моей книги. И решил, что не стоит издавать вторую.. — Шан Цинхуа явно заставлял себя говорить эти слова. Мобэй-цзюнь понял, что для того это точно важная тема, и что нужно его переубедить. — И что они говорили про твою книгу? — Например то, что главная героиня просто так влюбилась в героя. И в принципе, что сюжет скучный и неинтересный. — Шан Цинхуа хлебнул чая, не замечая пристального взгляда, направленного на него. — Ты же сам знаешь, что это не так. — Да, но раз людям не понравилось.. — Ты решил, что не понравилось всем, послушав только одну группу людей? — Шан Цинхуа не нашёл что на это ответить. А ведь и правда, он слышал мнение только этих людей. — Я уже кучу раз тебе говорил, твои книги это шедевр, и нужно, чтобы этим шедевром насладились и другие люди. Разве ты не видишь, как они нравятся мне? — Вижу, но просто.. Может ты притворяешься или.. — Цинхуа! Даже не думай о таком. Я никогда не вру тебе. И не совру. Понял? — Понял.. Шан Цинхуа наконец-то расслабил плечи, а его лицо перестало выглядеть таким подавленным. Посидев за чаепитием какое-то время, Мобэй-цзюнь поднял тему, ради которой и пришёл сюда. — Цинхуа, кстати говоря о Мянь Нин..