Жизнь - игра, созданная от скуки

Карты были разбросаны перед младшим братом — некоторые выпали из рук, пока он тасовал колоду. Тихо выругавшись, он поднял сбежавших и вернул их. — Так… что же карты говорят о моем дорогом брате? — высунув язык от усердия, младший разложил несколько карт, смотря на изображение на них. — Поменять что-то в жизни и изменения принесут успех! Старший задумчиво промычал на предсказание и заменил в руках спицы на крючок, продолжая свое дело, пока его брат внимательно ждал чего-то, что было понятно лишь ему одному. — Ну как? — потеряв терпение, спросил Детруо. — Определенно получилось, — незаинтересованно показал свое новое творение брату Криадо. — Изменение дало успех… карты не соврали получается. Хах, предсказание сработало! — кинув на пол пространства картишки, младший замолчал. Его брат сегодня был более уставшим. — Как ты, трудоголичек мой? — Мысли путаются все сильнее. Это невыносимо… — Криадо положил руку на лоб, опираясь на свою руку. Крючок выпал из руки. — Твой мятежный разум адаптирован для этого, но я… не могу терпеть этого долгое время. Детруо обеспокоено сел на пол пространства рядом с братом, мягко массируя его виски. Миры, будто почувствовали слабость своего создателя, завибрировали, словно кричали, что им становилось мало места. Они пытались поглотить друг друга, ведь время не сделало свой ход. Не дало в то же мгновение новый шаг, вариацию. — Голоса… шепоты миров… они бунтуют против равновесия… хотят себе больше места… — то ли в бреду, то ли просто делился своим состоянием старший. — Голоса, говоришь? — Детруо обернулся к сферам. Его острый взгляд пронесся по всем ним, словно звуковая волна. Миры замерли, дрожа, боясь уничтожения. Затихли, притаились. — Если кто-либо дернится — я разрушу все, что вы из себя представляете. После клятвенного заверения, Детруо начал разминать затылок брата, шепча ему, что голоса умолкли и он может взять себя в руки. — Давай же, Криадо… ты ума не приложишь, как страшно оставаться здесь одному. Конечно, мы так не делали, но меня вот это пугает. Старший сделал еще пару глубоких вздохов и поднял крючок, снова натягивая нити. Но перед этим он благодарно кивнул брату, с неким сочувствием смотря на него. — Не важно, Криадо. Главное, что все обошлось. Наверное. Это отразилось как-то на миры? — Пауза не была длинной. Думаю, никто даже не заметит это. — Если ты так говоришь…

***

Когда настал день Х, девушка уже понимала, что бежать некуда и просто смирилась. Плыть по течению — всегда было девизом Холли. Вот, стоя в сером, с элементами темно-синей ткани, ципао, ведь в ее шкафу пока даже ханьфу не было, она ждала гостей. Дань Фэн сегодня так же изменил свою повседневную одежду на более парадную и, казалось бы, лоскутов на нем стало еще больше, однако привычная цветовая палитра никуда не делась. Разве что пояс добавился золотистого цвета. Его выражение лица было практически без эмоций, лишь сухая вежливость проглядывалась. Холли решила взять это в пример и попыталась сделать похожее. Вышло не совсем точь-в-точь, ведь мужчина едва слышно фыркнул на ее потуги. Ну и ладно, она старалась. Холли держала в руках те самые папки, что изучала вчера, чувствуя, как ладошки немного покрылись холодным потом от волнения, но присутствие начальника немного успокаивало. Служанки сделали последнюю проверку, а после, поклонившись, покинули комнату, но в любой момент готовы были по приказу вернуться. Спустя десять минут мучительного ожидания, а для помощницы вообще вечность прошла, дверь открыла одна из служанок, пропуская в зал для приемов первого гостя. Он пришел совсем немного раньше назначенного времени, но Верховный Старейшина даже глазом не моргнул, когда приветствовал гостя. — Мистер Син Ла, добро пожаловать в мое имение. Ваша дорога сюда была благоприятной? — мужчины уважительно поклонились друг другу, пока Холли разумно решила не встревать в разговор, пока ее не представят. Не перебивать же, в самом деле. — Рад встрече, Верховный Старейшина. Да, я добрался сюда без проблем, — Син Ла немного отличался от фотографии на досье — немного побрился, но так, Холли без представления, поняла бы кто он. — Располагайтесь по удобнее, вы пришли раньше всех, — Дань Фэн приглашающе показал на длинный стол в центре комнаты. Туда гость и поспешил. — Я бываю чересчур пунктуальным. Помощница решила, что таким способом он решил выставить себя в более благоприятном свете, ведь опоздавших не жалуют больше, чем тех, кто пришел заранее. — Благодарю за вашу отдачу, — но это явно не произвело впечатление на того, кто таких как Син Ла видел не одно столетие. Второй пришла Фэй Ци. Нарядное платье, с вышитыми изумрудного цвета узорами, отлично дополняли ее зеленые глаза. Среднего размера сумочка прятала в себе новую работу девушки, а серьги выделялись на длинных ушах. — Мое почтение Верховному Старейшине и спасибо за гостеприимство, Господин, — так же уважительно они поклонились друг другу, но девушка не стала говорить со своим правителем больше, чем того потребовалось. Удивительное поведение для журналистки… или она решила придерживаться тактики: «Слушаю больше, чем говорю»? Одна радость: на Холли пока не сильно обращали внимание, лишь иногда кидая задумчивые и изучающие взгляды, но пока она молчала — вывод какой-то сделать не представляло возможности. Два гостя тихо поздоровались друг с другом. — Вы не знаете, кто почтит нас своим присутствием еще? — шепотом спросила Фэй Ци у Син Ла, что недовольно сжал губы так, что стало видно напряжение его челюсти. — От чего же не знаю? Прекрасно ведаю. Простите за мое резкое высказывание, но «Тот, который не она» придет сюда, — с явным отвращением отозвался мужчина, пока Дань Фэн был занят тем, что просил слуг принести чай. — И выскажет явное непочтение. Посмотрите, никуда не торопится. Мы могли бы начать уже. «А сам-то? Хорошо тебе высказываться на официальном приеме за спиной?» — язвительно подумала Холли, прекрасно понимая почему в его досье было предупреждение. Подлизываться горазд, а как нет обсуждаемого рядом — так в грязь. Девушка ужас как не любила таких людей. Двуличные… и лживые. Ровно в тот момент, когда минутная стрелка достигла двенадцати, помощница почувствовала аромат спелой вишни. Дверь распахнулась четко в назначенное время приема, пропуская внутрь последнего гостя. Черное ханьфу в обтяжку вверху, а внизу развивающиеся, делало его более худым, чем на самом деле. Само одеяние было расшито темно-рыжими цветами вишни. Низкие каблуки тихо цокали при каждом шаге. Он двигался неспешно, плавно и мягко, но чувствовались уверенность и стойкость. Волосы, заплетенные в высокий хвост, имели просто колоссальную длину, даже чуть больше, чем у Дань Фэна, а сзади напоминал настоящей лисы хвост. В руке Иньри держал кисэру, из которой выходил бордового цвета дым и имел запах вишни. Сделав последнюю затяжку, фоксиан высыпал табак в урну, а саму трубку заправил в свой пояс. — Рад видеть вас всех в добром здравии, дамы и господа, — мягкий и немного хриплый от курения голос Иньри раздался по помещению. — Для меня радость присутствовать здесь сегодня. — Добро пожаловать, Господин Иньри, — поздоровался с прибывшим Старейшина, никак не реагируя на сие представление. Но так сделать смогли не все. Син Ла возмущенно фыркнул себе под нос, а Фэй Ци с любопытством смотрела на Иньри. Увидеть его лично ей еще не представала возможность, до сего дня. — Мое нескончаемое удовольствие, Господин Дань Фэн. Приветствую вас и вашу помощницу, — Иньри грациозно поклонился одновременно со Старейшиной, а после кивка Видьядхары, пошел на свободное место, легко касаясь стола кончиками пальцев во время своего пути, с неким удовлетворением в глазах наблюдая за отвращением своего соседа по столу. Холли уже выстроила свое мнение и догадки касательно лиса. Он слишком сильно все старался продумать, можно сказать запарился с этим, или являлось ли это чертой характера? Иньри пришел ровно в назначенное время, ни минутой раньше или позже. Не опоздал и не пришел заранее. Тютелька в тютельку. Когда зашел — курил кисэру, как бы показывая пренебрежение к гостям, которые ждали его прихода, чтобы начать обговаривать свои дела и добиваться своих целей со Старейшиной. Однако, он выбросил табак сразу же, показывая свою вежливость, ведь не продолжил курить и не высыпал на пол со словами: «Ох, промахнулся». Иньри спрятал трубку при разговоре с Дань Фэном, как бы показывая, что не собирается продолжать этот фарс. Да и промелькнуло нечто сродни уважения к самому Видьядхаре. Представление было не для него, а для тех, кто пришел. Он четко показал это в тот момент, когда прошелся пальцами по столу — с противоположной стороны, где они сидели. — Все собрались. Полагаю, пора начинать, — после своих слов Дань Фэн так же присел, но не с гостями, а за отдельное место, на небольшой возвышенности. Чем-то это напомнило Холли царя на троне, однако, трона, как такового не было, но место для сидения не менее громко кричало о статусе. Холли, встала рядом со своим местом, оно было немного ниже и по правую руку от Старейшины. — Позвольте представить мою помощницу. Холли. Холли поклонилась в знак приветствия, все еще держа многострадальные папки в руках, сжимая их слегка запотевшими от нервов руками. На нее тут же обратили внимание. Заинтересованные и оценивающие взгляды просто буравили в девушке дыру. Первым голос взял Иньри, позволяя помощнице по крайней мере начать дышать, ведь он перетянул все внимание на себя. За что Холли была очень благодарна. — Госпожа Холли, мы рады знакомству. Для своей первой встречи вы весьма уверенно держитесь, — лис лукавил, но делал это так мастерски и уверенно, что даже начальник кинул едва заметный взгляд в ее сторону, так как еще десять минут назад она была готова от волнения грызть губу. Ответить стоило, иначе это будет прямым отрицанием его слов. — Благодарю за ваши слова, Господин Иньри. Я буду записывать важную информацию, а так же вести список всех запросов на этой встречи, — дождавшись одобрительного кивка, Холли села. Фэй Ци быстренько что-то записала в свой маленький блокнотик. Кажется… не одна Холли будет делать записи происходящего. Внезапная мысль о том, что по их расположению Дань Фэн был похож на судью, а сами они в зале суда — немного сгладила напряжение и Холли взяла в руку кисть. Первая вышла Фэй Ци — мужчины пропустили ее вперед. Син Ла серьезно слушал писательницу, тихо стуча пальцем по столу и внимательно следя за каждой реакцией Старейшины, если она была. Иньри выглядел же наоборот — довольно расслаблено, но взгляд был острый. К ужасу Холли, янтарные глаза следили за ней. А причина не ясна. Заставляло сильно понервничать, ведь помощница и так переживала о том, как же справится. Это начинало напрягать. Когда Фэй Ци дошла до темы рецензии и правок, лис продолжал следить за каждым движением голубоглазой, но делал это настолько естественно, что стоило Син Ла или Дань Фэну обратить внимание на Иньри, как тот даже не поворачивал голову, лишь плавно менял объект наблюдения, в данном случае на Фэй Ци, словно вовсе не отвлекался от темы. У Холли прошлись мурашки по спине. Вот, что имел в виду шатен, говоря быть осторожнее с лисом? Он, казалось, изучает пшеничноволосую. — Таким образом, Господин, надеюсь, на ваше одобрение, — закончила зеленоглазая, оставляя книгу на столе Старейшины, чтобы он изучил подробнее содержание. — Так же, в конце встречи, могу ли я рассчитывать на ваше одобрение касательно маленького интервью с вами и вашей помощницей? — Конечно, мы утолим ваше любопытство. Фэй Ци благодарно поклонилась и вернулась на свое место. Холли поставила точку на бумаге и посмотрела на часы. Время для чая. Служанки выполнили приказ своего Старейшины и принесли поднос с чашечками и чайничком. Они сами выполнили чайную церемонию, более сложную, чем учила девушка. Слуги поклонились и вышли, а Видьядхара налил всем чая и раздал гостям их пиалы. Был объявлен перерыв от официальных дел, ведь презентовать свои товары ни Иньри ни Син Ла не могли, пока пили. И вновь различие между гостями. Фэй Ци попивала чай элегантно, но держала кружечку в руке. Син Ла не сильно обращал внимание на чай, редко испивая горячую жидкость ради приличия. Иньри держал напиток у себя на коленях, изредка приподнимая и делая глоток. Холли так же попила чисто для вида, а после тихо отпросилась у своего начальника. Ей нужно было немного свежего воздуха, чтобы сбросить напряжение, а раз перерыв, то ее уход не будет восприниматься чем-то из ряда вон. Мужчина дал добро и девушка вышла, наконец-то вдыхая полной грудью.