Любовь в аренду.

Жизнь Ольги резко изменилась. Она вернулась в квартиру, когда-то принадлежащую её отцу. После его смерти та пустовала, а женщина появлялась там крайне редко. Сделала ли она шаг назад? Вовсе нет. Сейчас ей казалось, что она именно на правильной точке отсчёта. Брак с мужем был лишь иллюзией любви и счастья. Много лет без профессии вовсе считала для себя предательством отца, который всегда мечтал, чтобы дочь пошла по его стопам. Сейчас она именно в начале своего жизненного пути. Чувство свободы дало её возможность облегчённо вздохнуть. Сейчас хотелось начать всё с нуля, жить по своим правилам. Пару дней она разбирала вещи в квартире, обустраивала её. Нельзя сказать, что она не думала о Павле. Многолетняя любовь вновь проснулась в ней, но разбилась на мелкие куски от предательства. Сейчас её болью был не муж, а тот, истинные чувства к которому она прятала долгие годы, пытаясь убедить себя, что именно так и нужно. Арефьев всё ещё пытался обивать порог её в квартиры в надежде как-либо объясниться и вернуть жену. А та в свою очередь лишь посылала его далеко и подальше... к его семье. Ей совершенно было непонятно, из каких побуждений Рома что-то пытается вернуть, если сам давно уже живёт своей жизнью. Подобные похождения её изрядно выматывали, но радовала мысль о том, что он уволился и, как минимум, на работе больше не мозолит ей глаза. Брюнетка же пыталась настроиться на поездку в Санкт-Петербург, что была совершенно неизбежна. Как находиться в командировке наедине с Павлом она не понимала. Хоть и на работе он дал ей возможность остыть, и не трогал по пустякам в попытках завести диалог. *** - Ольга Кирилловна, - раздался голос в трубке. - Самолёт в 10:15. Чтобы мы не потерялись в аэропорту, я за Вами заеду. - Пал Дмитрич, спасибо за беспокойство, это лишнее. Я доберусь на своей машине. - Сама ведь говорила, что машина барахлит. Не дури, утром заеду. Будь готова к 7. - Павел Дмитриевич... - пыталась возразить Арефьева. - Всё, меня на операцию зовут. Не могу больше говорить. Завтра в 7. До встречи. *** Рыков со стороны каждый день наблюдал за Ольгой. Та, изнуряя себя работой, пыталась спрятаться от навалившихся на неё проблем. Он понимал, что именно это ей и необходимо, но беспокойство за неё настигало с большей силой. Сначала пытался оправдаться, затем пытался просто общаться. Но видя, как ей больно от одного только взгляда на него, он постарался минимизировать своё нахождение рядом с ней. Но просил ординаторов приглядывать за брюнеткой, и в случае чего докладывать ему. Марина Леонидовна наблюдала, как сын мучается. Тот ходил абсолютно потерянный и разбитый. Походил больше на привидение, чем на врача. Она пыталась говорить с ним, но тот лишь отнекивался и избегал диалога. Её же единственной надеждой была их командировка, которую та спланировала для них. И только вот она беспокоилась, не поубивают ли они друг друга, живя в одном гостиничном номере... *** Раннее зимнее утро постучалось в окна Ольги. Чемодан был собран ещё с вечера, осталось лишь завершить сборы и покидать туда уходовые средства. Она умылась, приоделась. В квартире раздался дверной звонок. Она посмотрела на настенные часы, направилась ко входу, в надежде не увидеть там Романа. - Рыков, ты...? - вскинув бровью, спросила Арефьева. - Оль, ну ты чего трубки не берёшь. Я под окнами уже минут двадцать стою. - беспокойно говорил мужчина. - Да у меня телефон в спальне, ну и время ещё есть. Ты чего панику развёл? - Может ты проспала, откуда мне знать, а может передумала. - Была б моя воля, с удовольствием бы передумала. Кофе будешь? - Как Вы любезны с утра, Ольга Кирилловна. Кофе буду, - улыбаясь, иронично произнёс Павел. - Сон хороший приснился, Пал Дмитрич. Будто бы без Вас лечу. - Ну какой же это хороший. Это ж кошмар самый настоящий. *** По дороге до аэропорта они лишь перекидывались парой дежурных фраз. Ольга всеми силами пыталась скрыть свою неприязнь и разочарование, насильно выдавливая из себя какие-либо дружелюбные побуждения. Их общение состояло из колкостей и подшучиванием в перемешку с абсолютным холодом. Арефьева держала длинную дистанцию с Рыковым. Всю дорогу читала книгу, совершенно не слушая байки, что пытался травить мужчина. Так время полёта прошло незаметно. Рыков уже отчаялся заводить диалог с ней, а болтал то со стюардессами, то с пассажирами соседних кресел. И вот Ольга пыталась всё понять, что её раздражает: то, что он болтает со всеми подряд или же то, что не замолкает ни на минуту. Он даже умудрился обсудить с таксистом основы рыбалки, хотя сам никогда ранее не увлекался подобным. До гостиницы доехали быстро. Расположение не могло не радовать. Здание находилось в историческом районе на берегу Фонтанки. А зимний Питер особенно хорош. *** - Ваш номер 314. Вот ключ. Прямо по коридору и налево, там находится лифт. Вам на 3-й этаж. - вежливо рассказал портье. - Не поняла, номер у нас один? Это очередной твой план? - Ольга окинула возмущённым взглядом Рыкова. - Я ничего не знал. - он был удивлён и одновременно рад сложившимся обстоятельствам. - Это же мама всё бронировала, сама знаешь. Я не при чём. - Как Вас... - она обернулась к портье и уставилась на бейджик. - Иван, могли бы Вы поселить нас в разные номера, пожалуйста. - И-извините. Тут просто указан номер для молодожёнов, я сейчас...Да, есть ещё один свободный номер. На 5-м этаже. Вам подойдёт? - Да мне любой подойдёт, лишь бы не вместе с этим молодожёном, - с ухмылкой произнесла Арефьева. - Так, меня туда заселяйте, я всё оплачу. Оль, а ты в этот иди. Я разберусь, - он отодвинул брюнетку от стойки регистрации и жестом показал ей направление к лифту.