Забудь мою фамилию

      Алэм стоял в метро, уступив свое место какой-то девушке, будучи в наушниках и пританцовывая в такт музыке. Это был рок, который раньше он не очень любил слушать, а теперь включал на повторе. Некоторые станции метро проходили не под землей, а над ней, так что Алэм всматривался в высотки, в окнах которых игрался закат. Он улыбнулся, поправляя свои подвески на шее. Теперь он вновь носил золото, только теперь лишний раз доказывая, что он больше не принадлежал к той самой семье верховных магов. Демоны тьмы и льда всегда носили только серебро, это устоявшиеся традиции, которым следовала семья Ахид.       А Алэм больше в нее не входил.       После той аварии он узнал, что отец завел на его имя новые дебетовую и кредитную карточки, причем на первой была круглая сумма. Также Алэму отдали его ноутбук и планшет, только всю информацию с них снесли. А еще новый телефон. С новой сим-картой. Он переехал в новую квартиру. Отец еще обязывался какой-то промежуток времени каждый месяц выплачивать алименты, пока его сын не найдет работу. Повреждения после аварии постепенно заживали, но Алэм поначалу ходил на костылях. При каждом шаге он морщился, но не от боли, а от отвращения к себе. На правой части лица осталось несколько длинных рваных шрамов, и, естественно, отколотый кончик рога. Его отшлифовали, чтобы не цеплялся ни за что, но Алэм с нескрываемой тошнотой смотрел на свое отражение в зеркале.       Про Калутера Алэм забыл. Пытался забыть. Он считал, что их привязанность была вызвана лишь хорошим сексом и тем фактом, что это были запретные отношения в тайне, а после такого Калутер точно бы не захотел видеть Алэма. Однако иногда он открывал его странички в социальных сетях, проверяя новые фотографии и просматривая заново старые. В груди щемило. В какой-то момент Алэм бросил Калутера в черный список, чтобы тот не попадался у него в ленте из-за постоянного просмотра контента.       Алэм зажмурился, прижимая к себе недавно купленную игрушку — большого кота в форме батона, которого можно было обнимать руками и ногами во сне, чтобы не было так одиноко. Он рыдал каждую ночь и спал только с приглушенным светом — его мучали кошмары, а также внезапные панические атаки.       Также Алэм ходил к психиатру, и ему поставили диагнозы, выписав таблетки, чтобы сгладить проблемы, и витамины для поддержки сил. После антидепрессанты. Теперь он должен был сидеть на таблетках всю оставшуюся жизнь. Иногда Алэм сидел за столом, втыкая в одну точку, крутя в руках капсулу. Было тяжело.       Панические атаки никуда не исчезли и подбирались со спины, когда что-то напоминало Алэму о его прошлой жизни. Он плакал, а после рыдал от своей беспомощности перед своим беззащитным мозгом. Теперь Алэм боялся общественных мест, переполненными прохожими — он задыхался. Ему везде мерещилась угроза. Ему мерещились старые знакомые.       Первые два года Алэм приходил в себя, пытаясь осознать свое новое положение в обществе, и он все еще сидел на шее отца. Прошло некоторое время, чтобы он вернулся в физическую норму. Прошло большее количество времени, чтобы он вновь стал чем-то интересоваться, не бояться окружающих, не видеть каждую ночь кошмары. Панические атаки случались, но во сне: иногда Алэму снилось, что ему угрожала опасность и срочно требовалось выбраться из квартиры. Один раз в таком состоянии он даже смог выбежать в коридор, так что его врач выписал ему очередное снотворное.       Под конец второго года Алэм стал интересоваться IT-технологиями, и он начал самостоятельно обучаться базовым навыкам, а потом тратить отцовские деньги на курсы. На третий год Алэм потихоньку уже работал в данной сфере, берясь за любые заказы, даже дешевые, чтобы просто «набить» руку. Он стал с большим уважением относиться к деньгам.       Алэм постепенно становился самостоятельным, возвращая себе веру в будущее и причины жить. Он даже начал ходить в спортзал, получив противопоказания от врача на руки, чтобы согласовать упражнения с тренером. Алэм хотел вернуться в прежнюю форму и даже стать лучше.       Он так и не смог начать встречаться с кем-то. Обычно для секса он сидел на сайте знакомств, но только для секса. Иногда он встречался с кем-то и не раз, но большего и не было. К каждому своему половому акту Алэм стал относиться с ответственностью и подготовкой, создавая приятную атмосферу в своей квартире или приезжая на чужую. Алэм занимался сексом не только с девушками, но и с парнями, однако все было одинаково — он просто удовлетворял свои потребности.       Гуляя с девушкой на набережной перед тем, как поехать к нему, Алэм в сотый раз слышал один и тот же вопрос.       — Откуда у тебя шрамы?       — И где я потерял рог?       — Да.       — С байка упал.       Девушка рассмеялась.       — Ладно, не хочешь — не говори.       Алэм пожал плечами. Она была не первой и явно не последней. На самом деле было и вправду странно, как он так легко лишился рога. Видимо, хорошо влетел. Иногда он врал, что поучаствовал в ожесточенной драке и выжил с трудом.       Стоя в метро, теперь Алэм улыбался, вспоминая свои прошлые трудности. Он общался с новым заказчиком, обговаривая детали. А сам был на пути в торговый центр, чтобы закупиться тенями для своего образа. Алэм шел по улице, не стесняясь петь песни, играющие в наушниках и танцевать под них. Он улыбался, не считая это глупым, не боясь показаться прохожим странным. Ему так даже становилось комфортнее и легче.       Расхаживая мимо полок, Алэм заметил… своего первого младшего брата. Пять лет прошло, мальчику теперь было одиннадцать. Возможно, его семья приехала сюда к кому-то в гости.       — Привет, — проворковал Алэм, встав рядом с демоненком. Тот глянул на него, прищурившись. — Выбираешь подарок маме? Она любит такой цвет.       Алэм достал упаковку, вложив ее в руки брата. Демоненок долго всматривался в помаду, пока не поднял голову, глядя на странного «дядю». Он явно задумался о чем-то. Алэм рассмеялся, собираясь уже отойти, но тут он заметил, как к брату подбежал Арос, заведя того за спину. Алэм поднял одну бровь.       — Ублюдок, ты не имел никакого права к нему подходить, тем более с ним разговаривать!       Алэм вздохнул, собираясь извиниться, но тут демоненок спросил неуверенно:       — Амэл?       Старший брат вздрогнул, скорее его передернуло, и он вдохнул больше воздуха от злости. Алэм улыбнулся, кивнув демоненку.       — В нашей семье запрещено о нем вспоминать, — прорычал Арос.       — Я нашел старые документы.       Алэм ахнул, сказав:       — Мои старые документы? На память оставили? Отец, поди, под подушку их к себе кладет.       — С тебя хватит, — процедил Арос, потащив за собой младшего, а тот все оборачивался, пытаясь ухватиться взглядом за брата, но тот уже скрылся меж стеллажей.       Алэм стоял у кассы самообслуживания, пробивая товары. А ведь он теперь даже не узнает своего младшего братика, которым была беременна его мама, и тот не будет знать, что на самом деле у него вовсе не трое старших братьев. Вспоминая свою семью, Алэм подумал о сестре, которая не стала учиться, и в итоге отец выдал ее замуж за богатого дядьку, чтобы с ней-то хотя бы не облажаться. Алэм печально улыбнулся. Его братьям и сестре придется до конца жизни отца мириться с его нравом.       Он направился к ближайшей станции метро, чтобы доехать до его любимого бара, где можно было спокойно провести время даже без алкоголя, без всяких сюрпризов и ненормальных поблизости. Алэм шел по улице, закуривая сигарету, наблюдая за облаками. Сейчас он старался не унывать, думал поменять обстановку, чтобы двигаться дальше, а не зацикливаться на стагнации. Докуривая и выбрасывая бычок в мусорное ведро, Алэм вошел в метро, ориентируясь по навигатору.       Пока он ехал в последнем вагоне, сев на дальнее место, он вспомнил свою недавнюю встречу под гнетом мыслей о своей семье. Он стал все чаще встречать тех, от кого точно также отказалась семья. Оказалось, подобных демонов много. Многие не отошли от старых нравов. Это его эгоистично успокаивало: он не один. Но в то же время от этого сильнее щемило сердце.       Возвратился Алэм в реальность на своей станции. В баре заказал безалкогольные напитки, соблюдая показания врача. Вздыхая, он наблюдал за парами в центре танцпола и за барной стойкой. Алэм закрыл глаза, повернув голову в сторону. Он задумчиво чесал затылок, надеясь, что когда-нибудь он еще встретит свою любовь.       Тут на плечо Алэма мягко легла чья-то рука. Он вмиг улыбнулся, повернувшись к только что подсевшему демону, собираясь сказать, что сейчас он не в настроении знакомиться, может, просто дал бы номер, узнав имя, но, открыв глаза, замер. Алэм увидел знакомое лицо, знакомые сапфировые глаза.       Калутер сидел достаточно близко к тому из-за того, как приобнял его за плечо. Алэм застыл, потеряв дар речи. Калутер смотрел на него изучающее, выжидающе. А Алэм смог лишь глянуть на его правую руку — кольца на безымянном не было, значит, не женат. Тогда для пущей уверенности тот дрожащей рукой провел по пальцам левой руки Калутера, чтобы убедиться, что тот не вдовец в придачу. Нет. Все так же холост, даже спустя пять лет.       Алэм судорожно выдохнул от внезапного облегчения.       Когда он вновь поднял глаза на Калутера, то заметил, как тот удивился, но смягчился в лице. Калутер поднял руку, чтобы дотронуться до щеки Алэма, но, когда оставался буквально сантиметр и Алэм уже ощутил фантомное касание, Калутер отдернул руку, закусив губу. Глядя на него, Алэм задавал себе вопрос, почему он первым делом проверил наличие обручального кольца. Он отвел взгляд, задерживая дыхание.       — Амэл… — прошептал Калутер.       Тот вздрогнул, отвыкнув от первоначального произношения своего имени. Он будто вновь лежал на траве летним вечером, целуя любимые губы.       — Алэм, — произнес он, прикрыв глаза. — Отец также поменял буквы местами в моем имени. Как бы глупо это ни звучало. Но меня это полностью устраивает.       Калутер улыбнулся, а Алэм расслабился настолько, что не заметил приближение демоницы. Он окинул ее беглым взглядом, замечая, что та была одета в дорогой костюм. Сердца ухнуло, но Алэм промолчал, ожидая реакции Калутера. Конечно, за пять лет он начал встречаться, это слишком очевидно: Алэм со своими тараканами в голове не мог ни на что претендовать.       Девушка остановилась перед ними, разглядывая Алэма. Вдруг она улыбнулась.       — Твой знакомый?       — Хороший знакомый. Мы давно не виделись, — кивнул Калутер. Алэм сидел, казалось, не двигаясь и не дыша.       — Ох, — она сжала губы, но не от злости, а от удивления. Демоница явно уловила напряжение между ними. — Я оставлю вас двоих? Встретимся еще раз после работы как-нибудь.       Они коллеги? Алэм сделал маленький вдох. Калутер запаниковал, достав свой телефон, однако девушка мягко положила пальцы на его руки.       — Ты джентльмен, но я могу и сама вызвать такси, — она лучезарно улыбнулась. — Было приятно поболтать о чем-то кроме работы, спасибо. До встречи!       Она глянула на Алэма, озарив его той же улыбкой. Он встрепенулся. Калутер стушевался, но кивнул, и девушка вышла из бара: и они остались предоставлены сами себе. Никто не решался заговорить первым. Вдруг Калутер наконец проговорил:       — Работаем вместе. Вообще, ей сегодня попался отвратный клиент, я обещал ей помочь развеяться…       — Похоже, она не в обиде, — Алэм все еще смотрел на коридор, ведущий к выходу.       Он нервно вытащил сигарету, закуривая. Калутер с сомнением глянул на него, но после долгой паузы они наконец заговорили о самом важном:       — Тебя не было пять лет, — прошептал тот, закусывая губу.       — Ссора с отцом, смена документов, реабилитация после аварии, смена места жительства, поиск работы, — стал перечислять Алэм, загибая пальцы и наконец выходя из оцепенения. — Ничего особенного.       — Познакомимся еще раз? — улыбнулся Калутер, беря Алэма за руку. Тот чуть не выронил сигарету изо рта.       — Алэм, снимаю квартиру, работаю в сфере айти, выполняю заказы, из хобби спортзал, чтение научной литературы… — задумался Алэм, отводя взгляд. — Ну, любовь к дурацким фильмам и комиксам не прошла.       Повернувшись вновь к Калутеру, Алэм смутился: сейчас тот смотрел мягко, с искрой задорности, но слишком глубокой, берущей за душу. Калутер рассмеялся, заметив заминку собеседника.       — И такой приятный самостоятельный молодой демон без партнера?       Алэм моргнул, держа глаза закрытыми пару секунд. Кончик его хвоста подрагивал, выдавая волнение.       — Мне так никто и не смог понравится.       — Спустя пять лет ты готов дать мне ответ?       Он замер, не совсем понимая, о чем пошла речь. Калутер с интересом смотрел на него, подперев рукой подбородок. Наконец вспомнив, из-за чего взъелся отец, Алэм залился еще сильнее краской, открыв и закрыв рот. Но он видел, что теперь взгляд Калутера стал мягким, показывающим расположение, а не сомнение.       — Ах, ты такой милый, когда смущаешься, — слегка мечтательным тоном протянул Калутер, все еще улыбаясь. Алэм вздрогнул, положив руку на его плечо, и тот глянул на нее, будто там было что-то интересное.       Алэм курил, судорожно выдыхая. Сердце забилось чаще, все звуки вокруг слились в единый шум. Он дрожал как ребенок, глядя на свою первую любовь. Теперь-то он не боялся признать, что он влюбился. Влюбился как дурак. У Калутера была такая нежная и теплая улыбка, что Алэм просто не сдержался, чувствуя, как глаза становились влажными, а звуки застревали в горле. Алэм одновременно вспоминал события, развернувшиеся пять лет назад, так поломавшие его привычные устои, и на его душе также становилось так легко, когда он вглядывался в сапфиры напротив. Калутер прижал к себе Алэма, крепко обнимая и утыкаясь носом в его волосы.       Алэм вжался в того, лицом уткнувшись в его плечо. Он вдохнул глубже, слыша тот самый привычный запах сирени, который он любил вдыхать каждый раз, когда касался Калутера. Алэм наконец сорвался, заплакал, всхлипывая, а Калутер гладил его по спине, иногда целуя в висок. Теперь Алэм сомневался. Он сильно изменился за пять лет и не знал, будет ли также тянуться к Калутеру, да и тот теперь тоже не стоял на месте. Вдруг, уже в полноценной взрослой жизни их пути разойдутся? Или, наоборот, их отношения станут только крепче?       — Алэм… — прошептал Калутер, смакуя «новое» имя и приподнимая аккуратно голову парня за подбородок, целуя с чувством в щеку. — Было так тяжело, милый?       Алэм закрыл глаза, стиснув зубы. Нежное обращение разбило его внешний панцирь вдребезги.       — Я боюсь лишиться всего во второй раз, — он открыл глаза. — А может, мы не сойдемся.       Калутер внимательно его осмотрел.       — Я не совсем признавался тебе в любви. Я признался в симпатии. Я предлагал начать встречаться, чтобы определиться, — проговорил он, погладив того по щеке, стирая слезы.       Алэм прикрыл рот рукой, стыдясь своей реакции. Он все еще вдыхал глубоко, пытаясь расслышать аромат сирени.       — Дай мне руку.       Он глянул на вставшего Калутера, протянувшего руку. Алэм отвел взгляд, но все-таки взялся, давая помочь себе подняться со стула, будто для него сейчас это было непосильной задачей. Но он сразу покачнулся, падая на Калутера.       — Уже вечер, хочешь переночевать у меня? — спросил Калутер, придерживая того.       Алэм сглотнул, прищурившись.       — Утром я уеду, мне нужен ноутбук, чтобы приступить к заказу.       — Ты на машине?       — Нет.       Калутер улыбнулся, прикрыв глаза, а Алэм закусил губу, дернув хвостом. Он сейчас спал? Но Алэм коснулся щеки Калутера, понимая, что тот реален. Реален и запах сирени. Это не фантом посреди ночи, разрушающий кошмар, а вполне реальный, осязаемый запах, который можно было вдохнуть полной грудью. Тот с вопросом глянул на Алэма, а он потянулся к нему, завлекая в поцелуй.       Алэм ни к кому больше и никогда не испытывал такой сильной симпатии. Он был взбудоражен, возбужден, вскружен — влюблен. Калутер ответил на поцелуй, закрывая глаза. В отличие от их первого раза, этот поцелуй был нежным, полным горькой страсти, желания, что долго ждало своего счастья. Алэм чувствовал себя любимым и желанным как близкий демон, и эти чувства были несравнимы с простыми эмоциями, пять лет твердящими только о сексе. Калутер разорвал поцелуй, но только чтобы прижаться носом к щеке Алэма.       — Ты изменился, я чувствую это, ощущая, как ты был сломлен, но в конечном итоге нашел в себе силы начать заново. Мне нравится твоя настоящая версия, — шептал быстро Калутер на одном дыхании, пытаясь правильно подобрать слова, чтобы они могли передать все переживания, поселившиеся у него в груди.       — Скажи, пожалуйста, что твоя мама не похожа на моего отца, заверь, пожалуйста, что у тебя не будет проблем с семьей из-за меня, пожалуйста, пообещай мне, что ничто внешне больше не помешает нашим отношениям, только мы сами, — полушепотом заговорил Алэм, жмурясь. Он боялся, что с госпожой Тэйхос все окажется куда хуже. Ссора с отцом все еще снилась в кошмарах. Алэм не хотел, чтобы у Калутера начались разногласия в семье: он готов был отступить, лишь бы не портить тому жизнь.       Но он врал себе, будто никогда не вспоминал Калутера, будто не был влюблен, а лишь желал острых ощущений и секса. Но посреди ночи, вспоминая ту аварию, Алэм понимал, что будь оно так, он просто заверил отца в своей шалости, не боясь, что кто-то из семьи узнает о его секрете, что хранил в сердце. Тогда Алэм вновь срывался, употребляя, и он не рассказывал об этом своему врачу, а тот все пытался узнать корень проблемы. Однако, в один прекрасный миг, Алэм сам пошел на реабилитацию, проходя курс лечения от наркозависимости. И в этот раз он и правда больше не употреблял. Смирился. Смирился со своей судьбой. Хотел действительно начать заново, хоть и с тремором, и с паническими атаками.       А теперь его личным наркотиком стал запах сирени, засевший в мозгу, как настоящий запах Калутера. Алэм еще сомневался в том, получится ли у них все, может, Калутер считал его придурком после той ситуации. Но теперь он знал, что был готов сражаться за свое счастье, не сбегая от проблем.       — Ты же больше не входишь в семью Ахид, так в чем проблема?       — Ты собираешься врать ей?       — Я собираюсь пообещать тебе, что все будет хорошо.       Демоны вышли на улицу в обнимку, смеясь, а потом обсуждая:       — Я на байке пытался увернуться от урода, что поворачивал без поворотников, в результате завернуло в кювет, и я расцарапал лицо и сломал рог.       — Серьезно? Какой ужас.       — Ну, конечно, отец после такого выкинул меня из семьи, — проговорил Алэм, беря новую сигарету и закуривая.       — Ты все еще употребляешь?       Алэм резко остановился с сигаретой в зубах, смотря на Калутера.       — Я два года с хвостиком чист, стараюсь не пить. Уже успешно, только вот курю часто… от нервов, — заговорил заторможено он.       — А я бросил курить. Пью только по праздникам и немного. Может, в действительности и мне стоит полностью отказаться от алкоголя.       Алэм выбросил сигарету в ближайшее мусорное ведро, пока Калутер отвлекся.       Калутер открыл дверь Алэму, и тот без претензий сел в машину. Он осмотрелся, на этот раз чувствуя смешанные эмоции: когда-то он впервые сел к Калутеру, чтобы провести время в баре, а теперь собирался к нему на дом с ночевкой. А еще у отца была точно такая же тачка, только салон слегка другой. Калутер сел, заводя машину, а Алэм вцепился в кресло, закусывая губу от переживания. Реальность не казалась ему таковой, будто он просто спал.       — Ты нервничаешь, — заметил Калутер, выезжая на дорогу.       — Это мое обычное состояние, — ответил Алэм, приоткрывая окно.       — Ты без тачки или просто решил пройтись?       — Без машины конечно, мне противопоказано водить, — Алэму пришлось объяснить, когда Калутер глянул на него с вопросом. — Я на сильных препаратах, плюсом надо проходить курсы по улучшению концентрации на дороге, иначе мне просто не выдадут права, даже когда разрешит врач.       — Ну и ладно, ничего страшного, — улыбнулся Калутер.       Алэм наблюдал за его мимикой: он ожидал, что у Калутера возникнет еще больше вопросов и он поменяет свое мнение после такой информации, но нет. Тот наоборот сейчас выглядел куда свободнее и радостнее, чем пять лет назад.       — А ты сильно счастлив.       Калутер рассмеялся:       — Я просто рад, что нам выдался шанс. Тогда мы бы и начать нормальных отношений не смогли. Меня все мучила совесть.       Алэм согласился. Он перевел взгляд на панель, где высвечивалось название композиции, что сейчас играла.       — Тебе, наверное, не нравится рок, — проговорил Калутер, потянувшись, чтобы переключить трек, но Алэм мягко оттолкнул его руку.       — Не стоит, я знаю эту группу.       Во время пути демоны еще обсуждали произошедшее за последние пять лет. В основном Алэм рассказывал о себе, как он искал работу и пытался восстановиться после аварии. Также он подробнее рассказал о своих хобби, сказав, в какой конкретно спортзал он ходил, а Калутер заинтересовался, захотев также купить абонемент. Постепенно Алэм начал улыбаться, чувствуя, что он смог расслабиться.       Однако он застыл, когда понял, что Калутер не сменил и место жительства.       — Та же квартира, — заметил Калутер, открывая дверь со стороны Алэма. Тот заторможено вышел из машины, заламывая пальцы с хрустом. Хвост дергался из стороны в сторону. Калутер зацепился за него взглядом.       — У тебя это вызывает тревожность?       — Все в порядке, — ответил Алэм, наигранно улыбнувшись и обняв Калутера, чтобы пойти вместе до подъезда. Алэм чувствовал, что один бы он упал в обморок.       Осторожно заходя в квартиру, чтобы не запачкать пол, Алэм поставил кроссовки в сторону, проходя внутрь и касаясь рукой стены. Та же самая трешка. Он нахмурился, вспоминая, как они проводили здесь время. Трахались на этой же кровати. В груди что-то заворочалось, и Алэм сжал губы, ощущая, как у него закружилась голова.       — Пойдем на кухню, — прошептал Калутер, придерживая Алэма. Тот вздрогнул, резко обернувшись.       — Калутер, я, — начал он, сглатывая. — Прости, я такой проблемный.       — Какой же дурашкой ты иногда бываешь, — улыбнулся Калутер, беря его за руку. Алэму впервые за прошедшие пару лет не захотелось отдернуть руку от чужого касания. — Сейчас ты осознаешь свои ошибки и исправляешь их, полностью сепарировался от родителей, и это лучше, чем твоя прошлая версия, когда ты снаружи казался сильным, а на деле ничего из себя не представлял.       Алэм смутился от столь нескрытой правды, а Калутер мягко поцеловал его, после касаясь лбом его лба. Они так стояли некоторое время, прислушиваясь к своему дыханию, не замечая как сплелись в клубок их хвосты. Алэм потерся носом о шею Калутера, где запах духов был самый стойкий.       На кухне им пришлось расцепить хвосты, и Алэм сел на стул, ставя на него ногу и обнимая коленку одной рукой, а второй доставая телефон, чтобы убрать свою анкету из общего доступа на сайте знакомств. Калутер собирал ужин, спросив:       — Тебе же нельзя алкоголь?       — Нет, нельзя, а есть сок?       Получив положительный кивок, Алэм стал в телефоне записывал порядок выполнения заказа, расписывая детали, чтобы потом не забыть какую-нибудь мелочь.       — Ничего страшного, если ты пропустишь прием таблеток? — заторможено спросил Калутер, закусывая губу.       Алэм вывалил из своего рюкзака, украшенного брелоками и значками, органайзер с лекарственными препаратами.       — Я не всегда ночевал дома, поэтому вот.       Калутер облегченно выдохнул, ставя тарелки на стол, а вместе с ними и стаканы. Алэм выпрямился, убирая телефон. Они сначала ели молча, а потом Калутер заметил:       — Если надо — кури.       Алэм удивленно замер, будто он ни при делах.       — Ты же знаешь, что я сообразительный мальчик, — посмеялся Калутер наматывая на вилку фунчозу. — Вот ты курил, а потом, после моих слов о том, что я бросил, ты резко без сигареты.       Алэм смутился.       — Это как-то неправильно.       — Кури тогда на балконе, если это тебе помогает при тревожности.       Поначалу они не особо разговаривали, но после ужина демоны еще долго сидели на кухне, говоря о всякой ерунде.       — А у меня кстати наша переписка осталась, — невзначай упомянул Калутер, доливая сок в стакан Алэма.       — Да ну нет, — простонал тот, закрыв лицо руками. — Еще скажи, ты на ночь ее перечитывал.       — Бывало, — улыбнулся Калутер.       Алэм взял телефон в руки, заходя в мессенджер и по памяти находя того по юзернейму, с легким трепетом вычеркивая из черного списка и отправляя стикер. Оба демона закрепили чат.       — Во сколько спать ложишься?       — Наверное, уже собираюсь, — Алэм допил сок, вставая из-за стола. Он теперь предпочитал ложиться пораньше.       — Я принесу сменную одежду.       Алэм кивнул, направившись в ванную, понимая, что и там ничего не изменилось. Все также хрустя пальцами, он встал напротив зеркала, рассматривая свои шрамы. Такие трагедии среди демонов — редкость. Алэм зажмурился, глубоко вдыхая. Магические энергетики ослабили его магическое поле, и вот результат. Он винил себя за это.       Алэм услышал, как Калутер положил вещи на стиральную машинку, а потом почувствовал его касание на своем плече.       — Останься, пожалуйста, — прошептал вдруг Алэм, обернувшись к нему.       Они смотрели друг на друга, понимая без слов. Алэм снял с себя рубашку, наблюдая, как Калутер наклонился, целуя продолговатый шрам, тянущийся через ключицу. Алэм не стеснялся шрамов, у демонов вообще не принято было обращать на них внимание, но было в этом поцелуе что-то интимное.       Калутер вслед снял с себя майку. Он огладил руки Алэма, рассматривая теперь полностью забитые рукава. Алэм вздрагивал от касаний, чувствуя исходящее от них тепло. Демоны не собирались заниматься сексом. Теперь нагота означала для них нечто большое.       Когда они стояли голые друг напротив друга, держась за руки, Алэм изучающе смотрел на тело Калутера, про себя не веря, с кем именно он спал, и кто теперь ему принадлежал. Все еще испытывая колющий трепет, Алэм начал опускаться на колени, проводя руками по бокам Калутера, касаясь щекой его живота, а после языком проведя до паха. Так Алэм пробовал красоту на вкус. Он поцеловал пупок Калутера, а потом тот сам присел перед ним на корточки, улыбаясь и после целуя в шею.       Это не были сексуальные ласки, это было проявлением чего-то большего.       Уже в душе Алэм рассмотрел все возможные кнопки и рычажки, после чего ткнул Калутера в грудь.       — Сам давай.       Тот чмокнул его в щеку, включая воду сверху, не регулируя изначальную температуру, отчего Алэм стал следить за таблом с возрастающими градусами, понимая, что останавливаться они и не собирались. Он резко поставил холодную воду.       — Демоны тьмы вообще-то на постоянке горячую воду не используют, — бурчал Алэм, все понимая. Калутер стыдливо улыбнулся, а тот машинально коснулся своих шрамы на запястьях.       Под струями воды демоны целовались, закусывая губы и смеясь, брызгаясь водой. Алэм обнимал Калутера, прижимаясь к его груди, чувствуя себя при этом намного лучше. А когда он вылез и стал вытираться, Калутер в полотенце направился в спальню, чтобы найти уже свои вещи. Оставшись один на один, Алэм взял предложенную ему майку и принюхался, отмечая запах, характерный квартире Калутера. Он улыбнулся как дурак, одеваясь.       В постели и в кромешной тьме, в одной кровати и под одним одеялом, Алэм взял того неуверенно за руку, вздыхая.       — Так ты хотел бы, чтобы я к тебе переехал?       — Было бы неплохо, если ты не против.       Алэм подумал некоторое время.       — Конечно не против, меня тут вкусно кормят, — Алэму все-таки пришлось отодвинуться, так как он вспомнил, что ему нужно было выпить таблетку. Он взял приготовленный стакан с водой, добавляя. — Помоги перевезти некоторые вещи.       Калутер пытался сдержать смех, но получалось плохо.       — В твоем стиле было бы не запивать таблетку.       — Да, — кивнул Алэм, хмурясь. — Только потом пришлось вызывать скорую.       Калутер окончательно рассмеялся.       Когда они оба слегка успокоились, Алэм положил голову на плечо Калутера, сказав:       — Я способен себя обеспечивать.       — Квартира моя — плачу я. И так далее по списку.       Алэм заглянул в задорные блестящие сапфировые глаза, ощущая себя в безопасности и просто желая хороших снов.              Он проспал на этот раз долго, едва-едва открывая сонные глаза. Окно было зашторено, не пропуская свет. Алэм зевнул, повернувшись на другой бок, вспоминая вчерашний день. Он даже и подумать не мог, что когда-нибудь вернет отношения с Калутером. И по звукам тот был уже на кухне.       Вся эта теплая атмосфера, домашний уют так благоприятно влияли, что Алэм улыбался каждый раз, думая об этом. Раньше ему нужны были отношения на раз, он изменял и заводил знакомства ради секса, а теперь он был готов принадлежать всецело лишь одному демону.       Лениво вставая и ероша волосы, Алэм сначала и отправился на кухню, видя как Калутер заваривал натуральный кофе.       — Мне чай. Желательно какой-нибудь ягодно-фруктовый, — бросил Алэм. — А лучше давай черный с молоком.       — И тебе доброе утро, — улыбнулся Калутер, обернувшись.       Алэм уже хотел свернуть в ванную, но тут он заметил букетик, стоявший в вазе на столе. Он подошел ближе, облокотившись на стул и рассматривая сирень: сейчас как раз сезон ее цветения. Внутри зажегся огонек, согревая, и Алэм улыбнулся, нюхая цветки: сладкие.       Понимая, что хотел сказать Калутер сиренью, он задорно произнес:       — Я забыл свою фамилию, можно взять твою?