Сумрак забытых душ

      Неожиданно дверь в палату открылась, и высокий волшебник с серебристой маской на лице учтиво поприветствовал девушку:       — Мисс Гермиона Грейнджер, здравствуйте! Я Том, ваш целитель. Как вы себя чувствуете? — спокойный тон вызывал умиротворение.       — Как обычно, — ответила она, впиваясь в глаза цвета свежескошенной травы.       Грейнджер решила, что будет молчать про ночные кошмары и панические атаки, а особенно про селфхарм. Как бы её не сочли за личность с суицидальными наклонностями, ведь она вряд ли сможет убедительно объяснить, зачем ей надо ощущать физическую боль в момент накрывшей паники.       — Как вы спите по ночам? Посещают ли вас мучающие сновидения или иные негативные проявления? — он опустился в мягкое кресло и жестом пригласил сесть напротив.       — Я в полном порядке, просто бывший парень-идиот запихнул меня сюда, чтобы усложнить мне жизнь, — прошипела Грейнджер, гневно цокая языком. — Где моя волшебная палочка?!       — У меня в сейфе, здесь она вам не понадобится, — спокойно ответил колдомедик, отметив, что девушка мигом покраснела от злости и с трудом держала себя в руках.       Гермиона тяжело вздохнула, решив, что выяснение отношений скажется не в её пользу, поэтому промолчала.       Том задумчиво листал историю болезни, записанную со слов её друзей: «Постоянные панические атаки. Немотивированная агрессия. Непрекращающиеся ночные кошмары. Совершила нападение на мистера Рона Уизли и применила Круциатус.       — Я рад, что вы приняли решение вернуться, — произнёс он самодовольным тоном.       — Осталась здесь исключительно для того, чтобы увидеть вас, — Грейнджер рассматривала его фигуру, отмечая дорогой костюм.       — Конечно же, домовик специально не закрыл дверь до конца, а ты повелась, словно наивная первокурсница, — засмеялся демон.       — Почему вам захотелось встретиться со мной? — он взирал заинтересованно. Этот вопрос поставил её в тупик, заставил на ходу придумывать ответ, который несомненно будет лживым.       Том ожидал от Гермионы агрессивных выпадов и отрицания, поэтому был готов проявить максимальные чуткость и дружелюбие.       — Не знаю, я просто импровизировала и, кажется, уже жалею о том, что осталась, — Гермиона храбрилась, но при этом сама до конца не понимала, зачем решила остаться.       Далее последовал сладкий сироп про то, что она в частной лечебнице, но это, естественно, не означало то, что здесь ущемляют пациентов в правах.       Если соблюдать правила внутреннего распорядка, можно встречаться с друзьями, заказывать доставку еды и одежды. Единственный жирный минус, который перечёркивал всё, — нельзя выходить за территорию, ездить в Лондон. Кажется, всё-таки это тюрьма, причём Грейнджер сразу попала в зону строгого режима.       — Я в психушке и нахожусь тут будучи абсолютно нормальной, — фыркнула Грейнджер и многозначительно перевела взгляд на большое панорамное окно, из которого виднелся личный маленький уютный сад. — Ненавижу мозгоправов.       — Я предпочитаю называть это место «Дом отдыха», — слегка улыбнувшись, возразил колдомедик. — К сожалению, вы здесь по личному расположению Главы Аврората за неоднократное применение запрещённого заклинания к Рону Уизли.       Гермиона была в шоке. Такое чувство, будто на неё рухнул потолок: Гарри, её лучший друг, отправил её сюда из-за рыжего уёбка? Так, позднее надо будет срочно написать ему гневное письмо.       — Мне не стыдно, он оплатил своё ругательство в мой адрес кровью. Обмен был равноценен, — ухмыльнулась она. — Мне нужна встреча с Гарри.       — Сейчас посещения запрещены, но вы можете отправлять письма с помощью совы, — невозмутимо ответил Том, стреляя в неё глазами. — Вы пока обустраиваетесь, если возникнут какие-то вопросы, то нажимайте на красную кнопку, и я незамедлительно приду.       — Надеюсь, вы всегда свободны для меня, — с вызовом произнесла Грейнджер, думая о том, что будет тыкать на эту кнопку бесконечно, с мстительным удовольствием наблюдая, как этот парень будет сбиваться с ног, выполняя её бессмысленные поручения и выслушивая поток ненужной информации.       Она с облегчением вздохнула, когда этот мозгоправ ушёл: пусть он и был статным высоким брюнетом с кудрявыми волосами, но колдомедиков девушка сильно ненавидела, поэтому приказала себе вообще не думать о загадочном парне.       Гермиона незамедлительно отправила письма Луне, Пэнси и Гарри. Жаль, что посетителей к ней временно не пускают, но всё же лучше так, чем сходить с ума в одиночестве без общения и иных развлечений.       «Пэнси, привет! Как дела? У меня проблемы: кажется, Гарри спятил, поэтому подсыпал мне снотворное и сдал в психушку против моей воли. Нужна помощь».       Отправка.       «Гермиона, рада тебя слышать! Ситуация не из приятных, но советую тебе расслабиться и получать удовольствие. В этой клинике была моя мама, и она рассказала о том, что там очень симпатичный главный врач. Дерзай! Постараюсь тебе помочь».       «Высокий кудрявый брюнет с серебряной маской на лице?» — быстро отправила ответ.       «Да, мы скоро увидимся. Главное, не нарушай правил, и ты сможешь встречаться с нами, совершать покупки в магикнете. С любовью, Пэнси».       Гермиона задумчиво кусала губы и раздумывала над тем, как же ей теперь уходить на ночную охоту: внутренний демон просил крови, ведь вырос из тьмы и постепенно набирал силу.       «Гермиона, в нашем книжном магазине всё отлично, очень много покупателей. Я буду тебе отправлять свежий номер «Придиры» и новые книги три раза в неделю, чтобы ты не скучала, пока нам не разрешат тебя посещать. Целую, Луна».       Последнее письмо:       «Гарри, привет! Ты свихнулся?! Зачем ты меня сюда засунул? Это очень подло, я не ожидала такого предательства. Твоя лучшая подруга, Гермиона».       Она с нетерпением ждала ответ, и едва прилетело письмо, мгновенно вскрыла, разрывая конверт:       «Гермиона, я всё уладил и стёр память Рону. Он ничего не помнит. Это единственный выход, мне страшно за тебя. Я не хочу, чтобы правда вышла наружу и тебя отправили в Азкабан или Министерскую тюрьму. За полгода ты нарушила очень много магических законов, но применение запрещённого заклинания сделало ситуацию очень опасной. Это для твоего же блага. P.S.: Я навещу тебя в ближайшее время. Не злись!.. Гарри».

***

      Грейнджер легла на кровать и сосредоточенно считала солнечных зайчиков, бегающих по потолку, а когда надоело, решила вызвать колдомедика, чтобы хоть как-то скрасить ожидание до обеда.       Том довольно быстро явился к ней и сел рядом, закинул ногу на ногу и откинулся в мягком кресле.       — Вызывали, мисс Грейнджер? — доброжелательно спросил, размышляя над тем, зачем же его вызвали: либо ей скучно, либо она хочет излить негодование.       — Называй меня «Гермиона», ко мне лучше на «ты». Я подумала и решила принять правила игры в твоей психбольнице, буду относиться к сложившейся ситуации как к вынужденному отпуску, — мило разъяснила Грейнджер.       Пока лучше сделать вид, что она смирилась со своим положением, а потом улучшить момент и внезапно сбежать, ведь план побега опять стал заманчивой идеей.       Интересно, на что способен молодой волшебник, который уже успел стать главным врачом.       Том внимательно смотрел на Гермиону и мгновенно понял, что та лжёт: данная ситуация сильно её задела, и она никак не может смириться с существующим положением вещей.       Успела ли она отправить злые письма Гарри? Ручка на столе и скомканные исписанные листы в корзине, — пожалуй, да.       За два дня она успела неоднократно порезать руку, учинить погром, попытаться сбежать. Активности и энтузиазма в ней присутствовали с лихвой. Ярко выраженное девиантное поведение с элементами повышенной эмоциональности.       — Я хочу узнать тебя поближе, — Гермиона улыбнулась и переместила кресло поближе к загадочному Тому, сократив между ними расстояние до интимного. — Почему решил стать мозгоправом? — она нагло коснулась пальцами его руки.       — Я сильный легилимент, поэтому выбор был очевиден: помогать волшебниками и волшебницами, которые попали в трудную ситуацию, — Том заметил, что Грейнджер немного расслабилась, уже робко флиртует с ним.       — Я довольна своей жизнью. Я совладелица книжного магазина, одного из лучших, в престижном районе Ислингтон, — с жаром возразила она, заметив, как на столе появились еда и напитки. — У меня нет никаких проблем, я не псих.       — Отрицание проблем не означает, что их нет, — спокойно заметил Том, приглашая к сервированному столу. — Тебе лучше пообедать, приятно было с тобой пообщаться! Отдыхай, — он резко встал, собираясь уйти, уже даже схватился за дверную ручку.       — Может быть, ты составишь мне компанию? — попросила Грейнджер, неожиданно для самой себя. Каким-то непостижимым образом её тянуло к нему, ведь от него ощущался какой-то демонический магнетизм.       Он сел напротив, скрещивая руки на груди, и его кофейные глаза внимательно изучали её. Морок, присутствующий в этих глазах, окутывал и подчинял рассудок, и было ясно, что никаких правил в этой игре не будет. Оставалось только молиться о том, чтобы эти глаза не уронили во тьму окончательно. Она привыкла падать, но до сих пор наивно верила в то, что кто-то её поймает.       Власть, уверенность и тёмная магия исходила от Тома в виде флюидов, проникая молекулами под её кожу. Сердце восприняло эти инородные компоненты, почему-то, как родные.       Она украдкой рассматривала его и пришла к выводу, что он наверняка кружил головы и разбивал сердца многим девушкам.       — У тебя есть девушка? — выпалила она, не успев прикусить язык и делая вид, что сосредоточенно разрезает ножом бифштекс.       — Я не приветствую вопросы о личной жизни, но тебе отвечу. Нет, я не женат, с девушкой я недавно расстался, — Том с трудом сдерживал улыбку от её выходки.       Грейнджер, как истинная Гриффиндорка, не стала ходить вокруг да около, а пошла напролом.       — Повезло, надеюсь, ты не сдал свою бывшую к мозгоправу, — Грейнджер слегка воткнула шпильку в их непринуждённый разговор.       — Всё возможно, — загадочно вздохнул он.       Да уж, придётся постараться, чтобы Гермиона доверилась ему и перестала отказываться от помощи.       — А тут есть кто-то со Слизерина? — Грейнджер подумала о том, что Тео упоминал о том, что едет в командировку, но в это верилось с трудом: что он забыл в захолустном пригороде Лондона?       Может быть, стал таким же невольником, как она? Всё-таки всего полгода прошло после битвы с Тёмным Лордом, многие волшебники никак не могли привыкнуть к гражданской жизни.       — Это конфиденциальная информация, Гермиона! — с расстановкой произнёс он, наклоняясь к ней через стол.       В мельчайших деталях изучал пушистые длинные ресницы, бездонные шоколадные глаза с нотками грусти и уставшее лицо. Даже сейчас она была прекрасной.       — Значит, есть, — с ухмылкой проговорила Грейнджер, спешно вставая и беря пачку сигарет.       Она вставила сигарету между зубов, заметив, что колдомедик услужливо открыл окно, и подожгла кончик. Девушка затянулась и встала на пороге, отделяющем сад и кухню-столовую.       — Добавить сигареты в список необходимых вещей? — вопросительно поинтересовался он.       — Да, было бы неплохо, я люблю «Pall Mall Menthol», — протянула Гермиона.       Без сигарет точно поедет крыша и вновь вернутся жёсткие тревожные состояния.       Том утвердительно кивнул.       — И огневиски, — нагло выпалила Гермиона, делая затяжку. — В этом дурдоме мне без него никак.       Этот напиток поможет скрасить унылое времяпрепровождение и вынужденное затворничество.       — Алкоголь и наркотические вещества запрещены на территории Дома отдыха, — он ровным тоном парировал вышесказанные слова, наблюдая, как Грейнджер пытается прощупать границы дозволенности.       Том дал ей подписать правила внутреннего распорядка, однако Гермиона пренебрежительно решила их не читать, поэтому просто сделала вид, что ознакомилась с текстом, а потом быстро поставила подпись на всех страницах.       — Что ты нового узнала сегодня? — он хотел, чтобы она подвела итоги их сегодняшнего общения.       — Тебя зовут Том и у тебя нет девушки, пожалуй, это единственное полезное, что я запомнила, — с сарказмом кинула она, неприкрыто ухмыляясь.       На этом они распрощались: Том извинился и сообщил, что у него возникли неотложные дела, Гермиона понимающе кивнула, а как только он ушёл, то мигом отрубилась после насыщенного дня, надеясь проснуться только следующим утром.