Холст нашей любви

Кевин, Жан и Джереми живут вместе уже почти два года, их жизнь — привычная и размеренная, — когда однажды Джереми приходит домой, прижимая к груди какой-то скомканный плед. Скомканным он оказывается потому, что в него бережно и заботливо завернут котёнок. Белый, с серыми пятнышками на лапках, пронзительно голубыми глазами, в которых — страх и непонимание. Он тоненько мяукает, когда видит Кевина, и Джереми осторожно накрывает его пледом сверху, а после — с ещё большей осторожностью — скидывает с ног кроссовки. Кевин смотрит на Джереми пристально, с некоторым удивлением. Потом наконец решается задать вопрос. — Может, ты посвятишь во всё происходящее остальных жильцов этой квартиры? — в голосе сквозит сарказм. Джереми поднимает на него взгляд, широко улыбается и молча идёт в гостиную, чтобы сесть на диван и наконец выпустить котенка из пледа. Тот выпускает коготки в кофту Джереми и жмется к нему, жалобно мяукая. Джереми, умилившись, осторожно чешет его за ушком, а Кевин, вздохнув, понимает, что не может оторваться от этой картины. — Я уже был в раздевалке, собирался домой, — начинает объяснять Джереми, будто оправдывается, — услышал, как Николь кому-то рассказывает про котят, которых собираются усыпить. Причем двоих уже забрали, остались ещё двое. Ты думаешь, я мог оставить это вот так? — Джереми поднимает на Кевина жалобный взгляд. — Второго, кстати, тоже забрали, прямо передо мной. Это девочка. Будет жить с нами, что скажешь? — Она… милая, — неуверенно говорит Кевин. Не то чтобы он не любит кошек — скорее, не знает, как к ним относиться, потому что никогда с ними не жил. А ещё он считает это огромной ответственностью и немного её боится: в конце концов, кошка — тоже живое существо. Жан возвращается домой через пару часов, и котенок от страха и новых запахов карабкается вверх по штанам Джереми, снова находя спасение в его руках. Она и правда уже к нему привязалась: словно почувствовала, что он спас её от неминуемой смерти, и мгновенно прониклась любовью. Джереми со смехом прижимает её к себе и выходит встречать Жана. Жан замирает у дверей и удивленно моргает, глядя на комок белой шерсти в руках Джереми. — Это что? — выдает наконец, наклоняясь, чтобы развязать шнурки на кроссовках. — Не что, а кто, — обиженно отвечает Нокс. — И это теперь наша кошка. Имя мы ей пока не придумали, ждём тебя. Жан быстро целует Джереми, косясь на котенка в его руках, который смотрит на Жана с недоверием. Потом тянет к ней палец, позволяя себя обнюхать, и — внезапно — она трется о его палец щекой. Жан удивлен больше всех, но послушно гладит её, прежде чем наконец отойти от двери. Они называют кошку Ангел, но чаще всего это заботливое «Ангелочек», которое мягким голосом Джереми звучит особенно нежно по утрам, когда кошка лежит с ними в кровати и тоже наслаждается солнцем. Как ни странно, несмотря на всю её первоначальную любовь к Джереми, гораздо чаще она все-таки выбирает Жана: спит под его боком, забирается на его колени, ложится к нему на плечи, когда они все втроем сидят на диване. Жан обычно ворчит, что вся одежда уже в её белой шерсти, но потом Кевин смотрит боковым зрением и видит, как Жан, пока Ангел лежит на его плече и мурлычет, осторожно прижимается к ней щекой и смотрит так тепло-тепло, поглаживая за ушком. Кевин ни за что не станет комментировать вслух, ведь это разрушит момент, но это — одна из самых прекрасных картин, которые ему доводилось наблюдать в своей жизни. Однако Джереми — в шутку, конечно, — обижается. Он обожает обниматься — а Ангел не из таких кошек, которые тоже любят объятия. И по ночам она всегда ложится рядом с Жаном, который не трогает её лишний раз, позволяя просто спать, а вот Джереми всегда хочется всех затискать. И в конце концов он начинает скулить о том, что им нужна вторая кошка. — Давайте тогда сразу третью возьмем, чего уж, нас ведь тоже трое, — фыркает Кевин, но Джереми — непреклонен. И он смотрит на своих парней большими умоляющими глазами, и те сдаются. Следующая кошка появляется у них дома вместе с Жаном — и это самая большая неожиданность. Он забирает её из ветеринарной клиники, где она находилась пару дней после того, как её подобрали на улице. Ветеринары проверяют ее и говорят, что она полностью здорова, а ещё — добавляют, чтобы Жан точно не ушел оттуда один, — говорят, что рыжие кошки — большая редкость. И Жана это подкупает, хотя он насмешливо фыркает, заглядывая в её большие каре-зеленые глазки. Джереми — счастлив, как никогда. Кевин и не думал, что ему нужно так мало, чтобы стать настолько счастливым — всего лишь две кошки и два парня в доме. Прелесть. Поначалу Ангел не сильно радуется новой соседке, и они шипят друг на друга — так долго, что вся радость Джереми улетучивается, и он начинает искренне переживать. Но — проходит ещё время, и вот они уже лежат вместе на кровати вечером и вылизывают друг другу лапки. Рыжую кошку хочется назвать Чертенком, потому что с самого первого дня она носится по всему дому, как ужаленная, и играет со всем, что попадется в лапы. Ангел и Чёрт — идеальный дуэт, и все трое со смехом соглашаются. Потому что все равно они редко называют их по именам — чаще всего это что-то нежное и уменьшительно-ласкательное, простое «малыш» или «котик», — и все равно кошки знают, что речь именно о них. Как ни странно, рыжая тоже выбирает Жана. Джереми возмущенно дуется, говорит «не очень-то и хотелось» и пытается смириться с поражением, пока Жан сидит, окруженный двумя пушистыми созданиями, и довольно вскидывает подбородок. Тем не менее, по ночам всё становится более-менее стабильным. Кошки укладываются между всеми тремя, перемещаются во время сна, Кевин может проснуться от тяжести на груди и увидеть перед лицом белоснежную лапку Ангела. Обычно он осторожно перекладывает её с себя на кровать рядом, и она устраивается у него под боком, мурлыча и согревая теплом. Кошки очень помогают Жану и Кевину во время панических атак. Они всегда трутся об их ноги, вибрация от мурлыканья помогает успокоиться и прийти в себя, и иногда Кевин, восстанавливая дыхание, просто прижимает одну из них к себе, носом зарываясь в шерстку и прикрывая глаза. В такие моменты даже Ангел, не склонная к объятиям, никуда не уходит, а терпеливо ждёт, пока Кевину станет лучше. Порой Кевин вспоминает тот день, когда Джереми принёс домой их первую кошку, и в груди разливается тепло, потому что он уже не представляет, как они жили без этих двух созданий раньше.