Тоже кореец?

      Первое впечатление Жени о Южной Корее - это контрасты. С одной стороны тут плотно застроенные города, технологично продвинутая страна, а с другой - огромная часть территории природные просторы. Пролетая над Кореей, Евгений то и дело восхищался горами, терроризируя Тэкчжу просьбами сводить его к какой-нибудь на пикник. Кореец согласился, только бы Богданов отстал от него и дал отдохнуть перед приземлением.       Но на деле Квону было даже приятно, что его парень был так возбужден полетом над Кореей. Что же их будет ждать, когда они будут уже на земле?       Цезарь и Ли Вон сидели перед ними и Ивон так же выслушивал много просьб от Царя. Но, не смотря на все эти разговоры, полет прошел комфортно и удачно.       Конечно же все четверо сидели в бизнес классе. Тэкчжу был шокирован первоначальной идеей Жени с бронированием всего самолёта. Ему пришлось даже прибегнуть к шантажу - либо они летят, как обычные люди (богачи, которым некуда тратить свои деньги, кроме как на места в бизнес-классе), либо Евгений летит один, а Квон сядет на другой рейс. Пришли к компромиссу только тогда, когда Ли Вон сообщил, что Царь уже выкупил им весь комфорт класс на борту. Женя победно улыбался, а Квон только и мог гадать, сколько денег пришлось потратить отцу его парня. Наверняка для его семьи это копейки.

***

      - 권택주! 아들! - слышится громкий крик женщины. Среди гула аэропорта его было сложно услышать, но Тэкчжу узнал бы его, даже если они находились на взлетной площадке ракеты.       - Мама! - кричит Тэкчжу, выпуская из рук чемодан и подбегая к женщине. Крепкие объятия не заставили себя ждать - но удивительно, с чей стороны они были! Женщина крепко обвила руками шею сына, из-за чего ему пришлось не очень удобно согнуться, и прижимала его к себе, будто он улетает, а не только что попал в родную страну.       - 아들! 너무 보고 싶어요! - всё ещё кричит в самое ухо женщина. Квон думает, что она вот-вот заплачет, но не тут то было. Сильный удар прилетает ему по затылку и мать отстраняется, хмуро смотря на сына.       - 그런데 당신은 그동안 무엇을 하고 있었나요, 젊은이? - женщина уперла руки в бока, осматривая Квона с ног до головы. Вот тут Тэкчжу-то и понял, что он натворил.       - 엄마, 나... - в голове корейца стаи прокручиваться события за прошедшие пару месяцев. Много чего успело произойти - новое дело про наркоторговцев, которое было успешно закрыто с помощью Ли Вона в качестве адвоката Тэкчжу, потом месть кого-то из той же банды Квону. Он сильно удивился, когда в их с Женей квартиру ворвался мужчина, в гордом одиночестве надевающий на пистолет глушитель. Это был самый глупый его поступок.       Тэкчжу быстро расправился с ним, а когда вернулся Женя и увидел, как кореец допрашивает бандита, то... Мысли не в то русло, Квон Тэкчжу, не в то! Думай-думай-думай, потом была подготовка к сборам в Корею. Дольше всего пришлось уговаривать Цезаря, у которого совершенно не было возможности отложить все свои дела. Благо Дмитрий - неизвестно за какие награды он согласился - взял на себя большую часть проблем Царя и с неспокойной душой отправил его в семейный отдых (как же трудно ему было принять тот факт, что в их семье появился ещё один кореец и Цезарь готов поехать на отдых в компании с ним, а не с замечательным-прекрасным-самым-лучшим братом Дмитрием!).       И за всё это время ни одного звонка матери. Тэкчжу крупно влип.              - 괜찮은! 왜 그렇게 바빠서 나에게 전화하지 않았는지 말해줄 수 있나요? - женщина выглядела страшнее любого из врагов Тэкчжу. Её громкий голос доходил и до Цезаря, Ли Вона и Жени, которые наблюдали за семейной идиллией. Но только Ивон понимал большее количество фраз из выкрикнутых и думал, как бы не попасть под горячую руку. Она наверняка видела, что Тэкчжу стоял вместе с ними.       - 죄송합니다. 오랫동안 연락하지 못한 것은 내 잘못이다. 부끄럽지만 할 일이 너무 많아요, - Тэкчжу немного поник, а женщина была совершенно не в силах вынести этот вид.       - 이것. 나는 화를 내지 않습니다. 동료들에게 저를 소개하면 좋을 것 같아요, - мать продолжила стоят с руками на боках, но уже не выглядела такой злой, как пару секунд назад.       - 틀림없이, - немного неуверенно сказал Тэкчжу, поворачиваясь назад. Трое знакомых стояли на том же месте, как до ухода корейца.       Медленной походкой он прошел обратно к компании и встал перед ними. Женщина всё время была рядом с ним и сейчас заинтересованно осматривала незнакомцев.       -이것 Zhenya. 내 남자 친구, - Тэкчжу подошел к возлюбленному и смущенно отвел взгляд. Про свои отношения с ним Квон не рассказывал матери, так что сейчас он говорил немного неуверенно и тихо, но это не улизнуло от ушей Ли Вона.       - Что он сказал? Что-то про меня? - Женя повернулся на Ли Вона, не прекращая улыбаться. По реакции своего парня он был уверен, что говорил он что-то приятное. Но что именно? Ему нужен был перевод.       - 저는 이원이고 이쪽은 제 남편입니다 Caesar. 저희는 Zhenya의 부모님입니다. 만나서 반가워요, - Ли Вон улыбнулся женщине и поклонился. Та в ответ же тихо посмеялась, приговаривая, что формальности не нужны.       - 오오오, 부모님! 그래서 내 아들을 잘 받아들였군요! - женщина протянула руку, - 우리 가족의 새로운 구성원을 만나서 반가워요! - когда Ли Вон ответил на рукопожатие, Квон широко улыбнулась и крепко сжала мужскую руку, тряся ей.       Цезрь улыбнулся на это действия и кивнул, когда женщина перевела взгляд на него.       - Евгений, нам с Ли Воном нужно ехать. Смотри, не натвори глупостей, - Цезарь с легкостью подхватил свой и Вона чемодан, а во второй руке он уже сжимал руку мужа.       - Конечно, отец. Я когда-нибудь подводил тебя? - Женя прищурился. Цезарь пропустил это мимо ушел и они с Ивоном отправились к выходу. Кореец ярко жестикулировал второй свободной рукой, то вырисовывая что-то в воздухе, то указывая куда-то вперед.

***

      После прилета в Корею прошло только пара часов, а Тэкчжу уже устал. Было приятно видеть знакомые места, дышать чистым воздухом, наконец-то полностью погрузить себя в корейскую речь... С последним он сильно поспешил. Женя и мадам Квон всю дорогу до её дома болтали. Но из-за языкового барьера не могли нормально общаться, и корейцу приходилось быть переводчиком.       Хоть это было и не сложно, от болтовни двух людей сильно пересыхало в горле. Но не смотря на это Тэкчжу всякий раз с энтузиазмом старался перевести все фразы с русского на корейский и обратно. Он даже и подумать не мог, что Жене удастся так быстро найти контакт с его мамой. Но это же Богданов - он на что только не способен.       Дорога до дома заняла около часа. И наконец, прибыв на место, Квон мог хоть немного, да отдохнуть. Мама строго настрого запретила ему помогать ей накрывать на стол, так что единственное, что оставалось, это лежать на кровати в своей старой комнате и смотреть в потолок.       - Твоя мама такая замечательная. Она просто протянула мне в руки это, - Женя зашёл в комнату и поднял какие-то книги, которые нёс в правой руке, - что-то сказала и ушла на кухню, - заметив, что Тэкчжу валяется, Евгений улыбнулся и сел на край кровати, ложась головой на живот корейца, - а когда я с переводчиком спросил, нужна ли ей помощь, она громко и грозно закричала. Я смог перевести только "не заходи на кухню".       - М-м, мне сказала тоже самое, - Квон запустил руку в волосы Богданова и начал медленно массировать его голову. Женя ещё сильнее заулыбался, подставляя макушку под пальцы корейца.       Пару книг блондин положил рядом с собой, а третью, самую толстую, оставил у себя. Она была немного пыльной и Жене пришлось протереть её, чтобы увидеть на обложке корейскую надпись.       - Что тут написано? - Женя поднял руку с книгой к лицу Тэкчжу. Тот потупил на надпись пару секунд, а потом устало выдохнул. Слишком в стиле его матери.       - Это мой детский альбом с фотографиями, - хоть Квон и не видел полностью лица Евгения, он мог себе его представить. Явно в его глазах уже искрились звезды любопытства, а рука опустилась к себе.       Больше ничего не спрашивая, русский открыл первую страницу книги и увидел небольшой черно-белый снимок - узи, по видимому, живота матери Тэкчжу, когда та была им беремена. Женя смог определить, где находится на снимке ребенок, где его ручки и торчащая ножка.       Перевернув страницу, Богданов увидел уже цветную фотографию. Молодая женщина держала на руках ребенка и нежно улыбалась, приоткрывая край пеленки, чтобы открыть личико младенца камере. Рядом с ней стоял мальчик, по предположению, учащийся начальной школы. Он с изумлением смотрел на ребенка, держась рукой за плечо женщины. Рядом с фотографией была длинная надпись на корейском, но Женя мог и без неё понять, кто был на фотографии. На следующей странице был уже мужчина в военной форме. Он смеялся, поднимая на руках крошечного ребенка в голубом комбинезончике. И так же красовалась длинная аккуратная надпись.       Перелистнув пару страниц, Женя увидел уже подросшего Тэкчжу. Он сидел на ковре, собирая с ещё двумя детьми большую пирамиду из кубиков. Другие ребята оторвались от своего действия для снимка, но Тэкчжу продолжал хмуриться, думая, куда лучше поставить кубик, чтобы сделать башенку выше, но при этом не разрушить её. Женя тихо хихикнул, осматривая эту фотографию.       Снова пропустив пару страниц, Евгений увидел семейную фотографию. Мужчина обнимал одной рукой за плечи женщину, а на его плечах сидел Тэкчжу. Между матерью и отцом стоял более старший мальчик.       - Ты был таким миленьким, - на эти слова Тэкчжу немного сильнее сжал волосы в своей руке.       Женя взял в руки второй альбом и открыл его. На первой же странице была айди фотография Квона из старшей школы. Женя покрылся легким румянцем, смотря на снимок. Большим пальцем он провел по лицу, скрытому под пленкой, а потом повернул голову на лицо настоящего Тэкчжу.       Тот тихо спал, чуть хмурясь сквозь дрему. Евгений хмыкнул и закрыл альбом, положив его к двум другим, а сам полностью залез на кровать. Он лежал на боку, смотря на профиль Квона. Повторяя свои недавние действия, Богданов поднял руку и невесомо прикоснулся к щеке корейца.

***

      Выйдя на улицу, в лицо Тэкчжу ударил прохладный ветерок. Не хотелось смотреть на идущую сзади маму. Она только что успокоилась и если Квон увидит её заплаканное лицо, он не сможет сдержать эмоции.       Женя вышел последним. Всё время, которое они провели у мемориала, он был молчалив и серьёзен. Слушал корейскую речь мадам Квон и Тэкчжу, понимая только единицы слов, но выглядело так, будто он прекрасно знал, о чем был их разговор.       - Тэкчжу, мадам Квон, я обещаю, что буду оберегать вас, чего бы мне это не стоило, - серьёзно и громко начал говорить Женя. Мадам Квон и Тэкчжу обернулись на него, - вы всегда можете быть спокойны за моей крепкой и мужественной спиной. Вот, посмотрите какие у меня широкие плечи и сильные мускулы! - громко говорит Женя и даже непонятно, в шутку или нет, поворачивается спиной и поднимает руки, дабы все узрели его прекрасное спортивное тело.       - Ну ты и идиот, - шипит Квон и закрывает глаза. Ну что не так с этим русским? Он надеялся, что хотя бы сейчас он будет серьёзнее, а тот всё шутки свои шутить продолжает. Тем более перед мамой, которая была так огорчена.       - 그는 무엇을 하고 있나요? - женщина немного обеспокоенно смотрела на Женю. Не смотря на недавние слёзы, сейчас она выглядела хорошо и бодро. Лишь покрасневшие глаза и щёки остались недолгим воспоминанием об этом.       - 그는 이제 당신이... 우리는 두려워할 것이 없다고 말했습니다. Zhenya는 어떤 피해로부터도 우리를 보호할 것입니다, - Квон смущенно улыбается, смотря себе под ноги. Услышав в фразе Тэкчжу своё имя, Евгений быстро закивал и широко улыбнулся женщине.       - Да-да! Вы же теперь часть моей семьи. Не знаю, как у вас тут в Корее, но у нас в России в семье друг за друга горой! И вообще, я что, не мужчина, чтобы оберегать свою семью? - Богданов взял ладонь мамы Тэкчжу в свою и сжал её. Хоть женщина и не понимала ни единого слова, она чувствовала, что это всё хорошие слова. Смотря на счастливого блондина и сына, на её лице непроизвольно появилась улыбка.       - А я тогда кто? - чуть возмущенно спросил Тэкчжу. Он тоже способен защитить свою семью от любой беды, даже если потребуется пожертвовать своей жизнью.       - Тебе больше роль хранительницы очага подходит, - Тэкчжу хочет принять свои слова назад. В глубине разума он понимал, что это глупая провокация со стороны русского. Но его слишком серьёзное лицо во время фразы не давало Тэкчжу даже и мысли о том, что это штука.       - Богданов-Сергеев Евгений Цезаревич, ты ходишь по тонкому льду, - Тэкчжу спокойно смотрел прямо в голубые глаза и Женя нервно сглотнул. Оплошать перед мамой своего парня хотелось в последнюю очередь.       - Шутка, мой добытчик! - не дожидаясь ответной реакции со стороны Квона, блондин притягивает и его, и женщину, крепко обнимая и прижимая к себе. Ответ от двух корейцев на объятия последовал моментально.