Лекарство от самоубийства

***

      Фестиваль…       Пора на фестиваль…       Фестиваль-фестиваль-фестиваль!       Последние пару дней мне все уши прожжужали этим вашим фестивалем!       Не будь я членом Литературного Клуба, мне бы удосужилось бродить по школе в поисках интересного для меня клуба. Но к счастью, мне удалось найти себе место в уютном клубе с очаровательными девушками, посвященном такому великолепному виду искусства, как литература. Конечно, для нас всех стало большой новостью, что мы теперь выступаем на школьном фестивале, однако с точки зрения пополнения клуба это хорошая возможность привлечь к себе сторонников. Ну, по крайней мере, если новых членов не прибавится, то мы хотя бы самоутвердимся как клуб. Хотя о чем вообще тут говорить? Вряд ли кого-то будет интересовать литература. Тем не менее, это хороший способ пробудить в себе талант и смелость.       Закрыв дверь, я спрятал ключ за почтовым ящиком и еле сдерживая поднос с накрытыми кексами, которые мы вчера вместе с Нацуки пекли, я вприпрыжку спустился на дорожку, ведущую на улицу. Сейчас надо идти в школу, однако для начала надо зайти к Сайори. Вряд ли мне удастся простить себя, если я не зайду за ней. Да и в последнее время ей бы не помешала поддержка, не говоря уже о том признании, которое на днях от нее услышал. Конечно, после этого мы весело провели время, знатно повеселились, но мне кажется, что она все еще подвергает себя твердым угнетениям. Ладно, Сай, прорвемся.       На улице было слегка прохладно, солнце заволокло черными тучами — будет дождь. Подумав над этим фактом, я быстренько забежал домой, захватил с собой зонт, и вновь отправился в путь, выйдя за калитку родного двора. Как хорошо, что моя подруга живет по соседству со мной. Хоть в любой момент возьми да зайди в гости. Думаю, на этих выходных так и сделаю. На улице не было ни единого прохожего, довольно жуткое зрелище. Однако мое движение вдоль улицы, укрытой темным оттенком дождевого дня, не было столь продолжительным, ноги остановили меня возле соседского дома.       Пройдя во двор, за относительно короткое время я добрался до входной двери. Стараясь не уронить все свое обмундирование, я еле как нажал указательным пальцем на непримечательный звонок, и за дверью послышалось надоедливое «Динь-дон». Ожидаемая реакция — никто не открыл дверь, и даже после минуты ожидания я все еще стоял на улице. Впрочем, она была открыта, чем я непременно воспользовался.       Дом Сайори. Стоило мне лишь переступить порог, как в нос тут же ударил давно знакомый запах корицы. Дома было темно, хотя жалюзи были открыты. Серый свет просачивался сквозь пластиковые окна на кухне, и косым дождем падал в коридор. Изучив первый этаж, я пришел к выводу, что внизу Сайори нет. А значит, надо двигаться наверх, что я и предпринял в следующую минуту. Ступенька за ступенькой, и я уже наверху.       Второй этаж представлял из себя тоталитарное государство с правителем в лице Сайори. Она полностью им владела, и потому, явиться сюда молги лишь те, кому дозволено по разрешению Сай, ну, или же те, кому она как раз понадобилась. На втором этаже, коридор которого устлан мягким пушистым ковром, тоже не было света. Меня уже не на шутку стала пугать идея того, что она решила проспать столь важное событие, как этот ваш фестиваль. Запах на втором этаже был слегка другой — слегка солоноватый, на пару со странными ощущениями, которые появляются, когда кипятишь воду. Второй этаж содержит в себе комнату Сайори, гостевую комнату и уборную/ванную комнату. Я без замедлений направился к первой.       — Сайори! — вскрикнул я, постучав по двери — Сайори, нам нужно идти! Только не говори мне, что ты решила забить на фестиваль, потому как у меня есть большое желание сделать тоже самое.       Но за дверью всё ещё царила гнетущая тишина.       — Сай! Ну что ты там? Хотя бы скажи мне, что ты уже встаёшь!       Однако комната до сих пор оставалось закрытой. Меня уже не на шутку стало волновать то, что никто мне не отвечает. Есть шанс того, что она ушла без меня, но тогда остаётся вопрос того, почему она не закрыла дверь. Забыла? Впрочем, это тоже вероятно.       — Надеюсь, ты не прибьёшь меня, если я зайду! А я ведь зайду!       И вновь никто не стал мне отвечать, так что, оставалось только лично убедиться в том, что она либо спит, либо покинула дом, либо ещё чего. Но перед тем, как открыть дверь, я подставил ухо к двери в надежде услышать что-нибудь. На удивление, кроме тишины я ничего не услышал. Видимо, остаётся только открыть дверь и зайти внутрь. Дверная ручка поддалась моей руке, дверь щелкнула, и распахнулась настежь… а я остался стоять у порога, с тихим ужасом глядя в дверной проём… Однако тишина не царила слишком долго, и на порог упал поднос с кексами-котиками, и сами кексы, подобно салюту, разлетелись по полу, некоторые из них помялись.       — С-сай? — с опаской выдавил я из себя, не переставая глядеть на устрашающее зрелище.       — Райан? — впрочем, ответ не заставил себя долго ждать, и почти что сразу, Сайори ответила мне, но её голос звучал хрипло и измученно, оттого он казался неживым — Тебя не должно быть здесь.       …       «Тебя не должно быть здесь» — сказала она, обеими руками ухватившись за петлю, что страстно прицепилась к её шее. Её силуэт вливался во всю эту тёмную и мерзкую атмосферу дождливого дня, будто бы отдавал мрачной аурой. Девочка была одета в одежду для сна: старую поношенную рубашку и красные спортивные шорты, которые уже давно не использовались по назначению. Но одежда была мятая, сразу видно, что в ней спали. Но что-то выделялось в этой одежде, и это что-то — капли крови на её рубашке, появившиеся там по неизвестной мне причине. На левой руке болтался неумело завязанный окровавленный бинт, который в принципе может объяснить наличие пятен крови на рубашке. Её голые, слегка босые ступни стояли на древней табуретке, и в любой момент они были готовы её опрокинуть. Её лицо, слегка прикрытое короткими волосами, не выражает каких-либо эмоций, и лишь с непониманием глядит в мою сторону. Под глазами были большие и отчётливые синяки, а блеклые зрачки выражали полную апатию к происходящему. Корнем всего события была верёвка, завязанная в прочную петлю, которая крепко засела на шее девушки. Вдруг за окном вспыхнула молния, и силуэт Сайори ненадолго обрёл синеватую ауру, но в тот же миг пропал, когда через несколько секунд после молнии пронёсся гром.       — Сай… — я в растерянности стал медленно подходить к ней, однако почти что сразу мне дали понять, что делать этого не стоит:       — Стой! Стой там, где стоишь!       Я замер, в ожидании глядя на её лицо, слегка перекосившееся на злобу.       — Зачем? Сайори, зачем ты… черт бы тебя побрал! — понемногу я стал отходить от увиденного, и голос стал более менее проявляться.       — Так надо, и ты не должен был это видеть…       — Сайори, ну-ка быстро слезай! — и вновь осмелев, я двинулся в её сторону, однако она тут же вскрикнула мне:       — Если ты подойдешь ко мне, то я спрыгну с табуретки, слышишь?!       …       — Сай… Почему ты не пришла на фестиваль?       — Райан… Мне нет места в этом мире… У меня нет смысла жить дальше.       Я тут же замер, не переставая глядеть на неё. Она же в свою очередь никак не хотела слезать, и, запыхавшись, продолжила:       — Что ты от меня хочешь?       — Я хочу, чтобы ты слезла блять, чего мне ещё от тебя хотеть?! Ради Бога, пожалуйста, сними петлю и слезы со стула!       — Райан — она примолкла, готовясь сказать что-то, и немного погодя продолжила — Ты… и вправду хочешь, чтобы я осталась в живых?       — Сайори… Ну конечно! Я сделаю все, родненькая, только пожалуйста, я тебя умоляю, слезь с петли! — уже чуть ли не падая на колени просил я, а на глазах стали наворачиваться слезы страха.       — Если ты… и вправду хочешь… Райан, я слезу, слезу… Но только при одном условии.       — Боже, проси всё что угодно, пожалуйста, только не надо!       — Райан… Я хочу тебя.       …       …       …       А вот такого я не ожидал услышать.       — Но… я же и так тебе говорил, что… люблю тебя.       — Нет, ты не понял. Я хочу поддаться своим низменным желаниям…       -…       -…       — Сай. Слушай… Если тебе оно надо было, тогда зачем ты устроила всю эту клоунаду с повешением?       — Какая клоунада?! — но тут мне внезапно пришлось осознать, что я явно сболтнул лишнего — Я!.. Я!.. С ч-чувствами к тебе!.. Я готова х-хоть сейчас повеситься, и ты это клоунадой называешь?! — попутно крича на меня, она явно решила пригрозить мне, и слегка расшатала табуретку, отчего у меня сердце в пятки ушло.       — Всё, всё, я понял-понял, хватит! Не надо ради Бога!       — Не надо говоришь, да?! Тогда… Тогда ты сейчас подойдешь ко мне и… начнёшь.       Слово «начнёшь» особенно выделялось своей неоднозначностью, что и пугало меня. Тем не менее, получив её разрешение, я стал медленно к ней приближаться, переступив упавшие кексы. С каждым шагом я всё ближе и ближе приближался к её хрупкому телу, готовому в любой момент лишить себя жизни. И пока я продолжал всё глубже внедряться в комнату, влажный солоноватый запах окутал меня с большей силой, что мне даже на момент показалось, что рано или поздно меня вырвет.       — Не пытайся что-то учудить, понял?       Я стоял перед ней на расстоянии 5-8 сантиметров, нервно глядя на красноватые шорты, боясь поднять глаза. Девушка нервно взялась край измятой рубашки, было отчётливо видно, как её руки тряслись от волнения… или возбуждения. Если прислушаться, то может было бы услышать её неровное дыхание, которое изредка прерывалось ей же, всхлипывая и продолжая что-то время от времени неразборчиво мычать. При каждом моём выдохе в сторону её таза она слегка подрагивала, и даже не глядя на её лицо, я бы мог положить, что она уже заливалась краской.       «О чем ты блять думаешь, Сайори?»       — Снимай — грубым голосом приказала она, слегка приподняв рубашку, и моему взору предстала ровная рельефная талия и слегка спущенная резинка шорт.              — А ты, как я не посмотрю, серьёзно настроена.       — Делай.       В этот момент у меня перехватило дыхание. То-есть, я и в самом деле этим занимаюсь? Я без понятия, что сейчас твориться в её голове, но лично у меня сейчас сущий кавардак. С одной стороны, мне и страшно за свою подругу, и неудобно, и стыдно, что это вообще происходит. Но с другой стороны… раз она сама этого хочет, почему бы и нет? Во всяком случае я прекрасно понимаю, что она просто шантажирует меня, однако в этом я вижу выгоду для нас обоих. И, уж тем более, я вижу в этом спасение моей подруги.       Смирившись с происходящим, я всё же решился, и аккуратно сжал нижний край шва. Руки стали медленно опускаться, а следом за ними медленно сползли шорты. Но я всё равно испытываю большой стресс, постоянно держа в своей голове, что она, блять, в петле! Попытаюсь что-то сделать, и в тот же момент она повиснет. До кухни за ножом добежать вряд ли успею, а прочей канцелярии на столе Сайори я не замечал. Лучше лишний раз не рисковать, и просто поддаться ей. Шорты медленно опустились ниже колен, и в это в момент Сайори окончательно их сняла, а потом ногой скинула их на пол, и теперь стояла в комнате в рубашке и нежно персиковых трусиках с маленьким красным бантиком, что, видимо, были ей слегка малы. Это подтверждает небольшая рельефность между ног, которую она, практически на подсознательном уровне, прикрыла рукой, но потом почти сразу убрала, продолжая колебаться, дергая рукой то к промежности, то к бедру. Обдумав свою идею 10 раз, я всё-таки рискнул и поднял свой взгляд вверх. Её лицо было таким же сердитым, надменным и отчаянным, но она прикрыла рот рукой и тяжело дышала в ладошку, пытаясь это скрыть. Что делать дальше, понятно было без слов.       — Может слезешь все-таки? Стоя… неудобно ведь…       Однако она продолжала хранить молчание. Похоже, иного выхода просто не может быть. Приблизился к ней. Теперь я чувствовал очень… необычный запах ее тела. Слегка пряный, немного сладкий, но по большей части именно соленый. От моего взволнованного дыхания она сжала ноги, сомкнув колени. Может быть ее намерения и впрямь серьезные, однако столкнувшись с их реализацией Сайори почувствовала сильное смущение. Недолго думая, мой нос уткнулся в мягкую и приятную кожу, прикрытую тканью, из-за чего Сай немного ссутулилась, вздрогнув, и прижав рукой мою голову еще сильнее. От такого интенсивного дыхания, практически вплотную к щелке, плюс в дополнение тепло губ, подруга начала слегка постанывать, еще сильнее впившись пальцами в мои волосы. Подобные махинации не могли не отразиться на мне, и со временем я стал замечать, как к моему паху начинает приливать кровь… В принципе на теле Сайори это не отразилось ни чуть ни меньше, и со временем низ трусиков слегка намок.       — Сними их — напряженным голосом произнесла девушка, продолжая прикрывать рот рукой. Впрочем, я мог бы предположить, что сейчас у нее обильное слюновыделение, другой причины я бы не нашел.       Перечить ей не было смысла, и в следующий момент трясущиеся руки аккуратно схватили края трусиков и стали медленно опускать их к коленям. «Железный занавес» упал, а я и вовсе потерял дар речи. Теперь взгляд был прикован к небольшим губкам, что пытались усердно скрыться среди ног стеснительной Сайори. Ровные, гладкие губки, и ни единого волоска. Она точно к такому готовилась. И только приняв этот факт, я внезапно предположил: «А может все это было постановкой? Возможно она не хочет повеситься, а лишь делает вид, что готова. И для чего? Если она думает, что я не захочу этого, то она глубоко ошибается, да и очевидных причин, по которым я бы отказался тоже нет. Тогда… Она и вправду хочет… повесится?»       — Райан! — тревожно вскрикнула девушка, обозленными глазами глядя на меня — Не стой как истукан! Только не говори мне, что ты не знаешь о том, что сейчас нужно сделать!       — Я знаю, знаю… Просто задумался.       Призадумался, ага… Недолго поглядев на прелесть Сайори, в скором времени я вытянул язык и впился в промежность. Язык прошёлся вдоль губ и прошёл внутрь, отчего Сайори вскрикнула. От страха я поднял взгляд на ее лицо, которое расплылось в удовольствии, а глаза закатились наверх, выражая весь тот экстаз, который она испытала. Я мог только догадываться, что она чувствует, но по ней видно, что сейчас она находится чуть ли не на седьмых небесах. После проанализированного я полностью убедился в своих действиях и продолжил работать языком, а Сайори с каждым движением все сильнее и сильнее выпучивала глаза, и с каждым разом все громче и громче стонала. Уже после минуты усердной работы, она стала сгинаться, пытаясь отдалиться от меня, но даже когда она чуть ли не висела на петле, а ее тело изогнулось в букве «Зю», я не переставал ласкать ее, время от времени глядя на нее с глазами, которые так и говорили: «Сама напросилась».       — Стой, стой-стой-стой-стой! Боже! Да я же… Да я сейчас, стой же ты! — однако я не слушал ее и буквально присосался к ней — Кому сказала стой?! Прекрати! Я не хочу, чтобы… Ах, чтобы~…       Кажись, уровень удовольствия поднялся до максимума, а ее разум и вовсе затуманился. Ее лицо застыло в ожидании чего-то крупного, дыхание изливалось в громкие и резкие выкрики, а тело Сайори стало обильно вырабатывать влагу. И когда она уже была готова к оргазму, ей еле как удалось оторвать меня, и после этого я увидел, как ее щель чуть ли не взрывается от такого количества влаги, и все это сопровождалось громкими стонами.       — Придурок! — вскрикнула она — Я что тебе говорила?!       — Ой, да ладно тебе. Признайся, ты хотела это сделать прямо в меня.       — Изврат…       — Это я то изврат?!       Немного отдышавшись, она наконец успокоилась, и взглянула на меня невинным взглядом… а потом взяла нож. Э… Секунду… Нож блять?! Сайори протянула руку к спавшим шортам, и достала из-под них кухонный нож, острый, и охереть какой острый! Сердце сразу упало в пятки, а на голове появилось еще несколько седых волос. Я уже готовился остановить ее, однако она просто взяла и перерезала им часть веревки, которая находилась ближе к потолку, а потом скинула его на пол, и нож глухо стукнулся о дерево. Слегка шатаясь, она медленно слезла со стула, взяла меня за воротник, и плюхнулась вместе со мной на кровать.       Теперь мы вдвоем валялись на незаправленной кровати Сайори, с краю висело одеяло, часть которого уже была на полу. Мы только успели прилечь, а она уже вовсю пихала выпирающий из штанов член себе в щель.       — Слушай… Я конечно не против, но… Блять, а защита?       — Ты думаешь я забыла? — с хитрой улыбкой сказала она, просунув руку под кровать. Когда она ее подняла, то в кисти уже оказалась пачка неизвестных ме таблеток, и вынув кассету, Сайори выдавила одну таблетку и тот же сглотнула. Ну конечно, противозачаточное…       — Ты точно к этому готовилась.       — Готовилась, но я думала, что все произойдет именно так…       — Что же, ну теперь уже ничего не изменить. Раздвигай ноги.       — А ты, как я не погляжу, времени зря не теряешь? ~       — Да что тут его терять, на фестиваль точно опоздаем.       — Может… хер с ним?       — …а впрочем… Может это и не уважительно, но все-таки, ты для меня важнее.       — И ты для меня.       В тот же момент она резко схватила мою голову и страстно поцеловала меня. От неожиданности я чуть не упал на нее, однако сохранив самообладание, я поддался ей, и после минуты поцелуя, спустил все то ниже пояса. Щель встретила меня горячо, она была настолько теплой, что, казалось, моя кожа могла оплавиться от такого.       — Тоже твой первый раз? — спросила Сайори.       — Ой, да с кем мне?       — Не говори так! Да и вообще, если ты не знал, в клубе ты пользуешься особой популярностью.       — Да не Сайори, было бы оно так, я бы не признался тебе в любви.       — Вот как! — громко сказала она и рассмеялась, а потом ее лицо резко изменилось на удивленное, когда головка резко вошла внутрь. Сжав зубы, она со страхом поглядела на место проникновения, где увидела немного крови, просочившейся рядом с членом, а потом болезненно сказала — Твою то… за ногу… АААААаай!       Но в тот же момент снова вскрикнула, когда я полностью вогнал член внутрь. Дыхание внезапно участилось, а глаза нервно замельтешили по мне. Она явно такого не ожидала. А после я стал медленно выходить из нее, а затем снова медленно входить. Она хотела что-то сказать, но я почти что сразу схватил ее горло, зажав веревку, которую она так и не сняла. Глаза чуть ле не вылетели из орбит после такого, Сайори стала что-то невнятно хрипеть, но потом быстро успокоилась, когда я стал двигаться чуть быстрее. Она нежно обхватила мои руки, которые слабо сжимали ее тонкое горло, не хватало мне ее самим задушить. Спустя минуту от того неудобства. которое она испытывала в начале, не осталось и следа, и теперь она лежала в кровати, закатив глаза наверх, а из ее горла доносились странные звуки, которые волной разносились по комнате, когда я стал двигаться еще быстрее. Однако я понимал, что все не может быть так просто.       Внезапно из штанов, валявшихся рядом со мной, стал доноситься знакомый рингтон.       — Твою мать!              Я в тот же момент достал телефон из брюк, и когда поглядел на дисплей, то на экране звонка большими буквами было написано «Моника». Не переставая двигаться, я поднял трубку.       — Э-э-э… А-а-а-але?       — Где вас черти носят?! — внезапно закричала Моника. Судя по ее разозленной интонации, сейчас в клубе твориться сущий пиздец, а кричащая на фоне Нацуки только это подтверждала.       — Да у нас тут проблемы возникли… — хотел было оправдываться я, как вдруг Сайори внезапно…              — Аа-а-аа-а-ааАААХ! ~       — Что у вас там происходит?       — Блять, Моника, давай я потом тебе расскажу. Сейчас вообще не то время и не то место. Считай, что мы уже в пути — и в тот же момент я скинул трубку, бросив телефон рядом с собой — Сайори, это что сейчас было?       — Да ладно, пускай завидуют ~       — У меня скоро волосы до конца поседеют от твоих выкрутасов…       После неловкого момента мы оба сошлись во мнении поменять позу, и чуть погодя Сайори уже стояла на четвереньках, сгибая шею в довольно пугающем виде. Причиной тому был я, схвативший край веревки и потянувший на себя. Твердый канатик мало того чертовки душил ее, так еще и заставлял ее почувствовать себя… кхем, по ее словам, «непослушной собакой». С каждым шлепком она все громче хрипела, булькала, да какие только звуки не доносились из ее горла, что и порой вызывало у меня мысль «А не перестарался ли я?». Тем не менее, и мне, и ей эта поза была по душе, отчего она сильнее сжимала меня внутри, а я все быстрее двигался.       — Кто здесь хотел повеситься?       — Кхя… Крхя кхот…       — Тебе не стыдно, нет?       — Скхрррш, кх…       — Сайори, ты очень плохая девочка.       — Кхйа! Кхйа! Кхря охррххх КХА КХА!       — Я ведь правило думаю? Тебя надо наказать!       — Кха! Окхракго!       Так продолжалось до того момента, пока она не взяла и не прижала меня к постели. А вот теперь она была сверху, и вот теперь она меня душила! Она расположилась на мне, не переставая напористо скакать, и в это де время обеими руками сжимать мое горло. Я блять в душе не ебу, как ей такое вообще может нравиться, ведь лично я чувствую, как умираю, когда ее тонкие холодные пальцы смыкаются на моей шее и давят с огромной силой. В ответ на такую нежность я попросил ее быть немного помедленнее, а попутно немного ослабить хватку, однако Сайори услышала от меня всего лишь напряженный хрип, что и заставило ее двигаться ее еще быстрее. Судя по всему, мои страдания в перемешку с удовольствием возбудили ее еще сильнее, а завороженное лицо, что застыло в безумной гримасе, только подтверждало это. И вот…       — А-а-а-а-а-а-а-а-а-ахххх, Господи! Как же много, Боже!       — Сайори, твою дивизию, зачем так орать?! Я щас оконтузился от твоих криков!       Горячее семя фонтаном проникло в ее маточную трубу, что и побудило ее так сильно закричать и изогнуться, подобно кошке. Его было настолько много, что через некоторое время оно стало струями вытекать из ее щелки с довольно странными звуками.После небольшой отдышки, она попыталась слезть с меня, однако головка, плотно засевшая внутри нее, думала несколько иначе. Она дернулась раз, однако член продолжал торчать внутри нее, она дернулась два, и тоже без результатов. И только после третьего рывка она смогла вытащить его, громко вскрикнув. Из щели тонкой струей стало вытекать семя куда-то на покрывало. Что ж, это было довольно долго, хоть и показалось, будто всего пять минут. Блаженно вздохнув, Сайори нежно легла на меня, тихонько обняв по бокам.       — Я люблю тебя, Райан…       — И я тебя, Сайори…       — Давай потом еще раз?       — Да… Только давай без удуший, ладно?       — А мне понравилось…       — Да это же ужасно.       Казалось бы, все должно было закончится на этой прекрасной ноте, однако нет. Наш безмятежный перерыв внезапно прервал громкий и рассерженный крик, доносящийся из коридора:       — Райан! Сайори! Вы совсем о нас забыть решили?! В какие ебеня вас унесло?!              По голосу можно было понять, что ворвавшееся в дом девушка была Нацуки. В момент мне захотелось сорваться с кровати и одеться, однако что-то… подсказало мне «А нахер оно тебе нужно?», и я остался валяться с истекающей Сайори на себе. Да даже если бы я подорвался одеваться, то вряд ли бы мы успели, потому как голос доносился с лестницы. Несколько ног решительно направлялись в нашу сторону, и это было отчетливо слышно.       — Н-н-нн-нацуки! — нервно вскрикнула, судя по всему, Юри — Я п-понимаю тебя, но это слишком г-грубо! Так вот врываться в чужой д-дом!       — А что еще делать?! Мне кажется, они вообще решили забить на… А-а-ах! — Нацуки возмущенно вздохнула, видимо, заметила кексы, которые до сих пор валялись на полу — Это… Это что блять такое?! Это как еще…       Но в тот же момент она заткнулась, когда зашла в комнату и увидела нас полуголыми, лежащими на кровати, что была залита семенем и вагинальными выделениями. Мы с Сайори вопросительно поглядели на нее. Лицо девочки внезапно изменилось на удивленно-злобно-смущенное, сама она была как помидор, а руки нервно дергались, сжимая края юбки.       — Что ты… О Боже мой, извините-извините-извините! — следом за Нацуки в комнату заглянула Юри, и как только она увидела все это действо, так сразу же развернулась на 90 градусов влево и поспешно удаляясь от комнаты, стала извиняться дрожащим голосом. Тем не менее, комнату больше никто не посетил. Третьего видимо не дано.       — Вы… Вы… — стала медленно говорить Нацуки, как будто по нарастающей. Нам стало ясно, что сейчас будет вершиться Божий суд — ДА ВЫ СОВСЕМ ОХУЕЛИ?! МАЛО ТОГО, ВЫ ЗАБИЛИ НА ФЕСТИВАЛЬ, ТАК ЕЩЕ И НЕ УДОСУЖИЛИСЬ ОДЕТЬСЯ БЛЯТЬ!       — Ну… Вы сами виноваты, что зашли без спроса.       — ВИНОВАТЫ МЫ БЛЯТЬ, А МОЖЕТ ЭТО ВЫ НЕ СЛЫШАЛИ, КАК МЫ ДОЛБИЛИ ЭТУ СРАНУЮ КНОПКУ ЗВОНКА НА ПРОТЯЖЕНИИ ПОЛУЧАСА?! Я… Я блять даже не знаю, что теперь делать!       — Ой да не злись, Нацуки, пошли лучше к нам, ха-ха-ха!       Похоже, она не оценила мою язвительную шутку, и залившись краской пуще прежнего, вскрикнула что-то на подобии «ДА ИДИТЕ ВЫ НАХЕР!» и поспешила удалиться из комнаты. Я с третьей попытки нащупал свой телефон и кинул взгляд на дисплей. Хм, с момента звонка прошло больше 20 минут. И не отходя далеко от темы звонков, в уведомлениях у меня висело порядка 3 пропущенных от Моники и 5 от Нацуки.       — Нехорошо как-то вышло…       — Ой да ладно тебе, Сайори, сами виноваты. Нехер было без спроса входить.       — Ну ведь это мы их не слушали. А случись вдруг и вправду что-то серьезное…       — Боже, вот только не надо мне напоминать про то, что ты собиралась сделать полчаса назад! Я только почувствовал себя самым счастливым человеком на планете, а ты вновь за свое.       — Извини…       — Ой, да ладно тебе. Я ж ведь тебя не разлюблю из-за этого.       — Хи-хи, не сомневаюсь. Ладно, надо поспешить на фестиваль, а то и Моника разозлиться. А еще надо извиниться перед девочками.       — Ну эт да.       — Вы где там, а?! Думаете, мы просто так сюда пришли?! — очередной крик разъяренной Нацуки стал для нас сигналом, и мы поспешили наконец одеться.