Smells Like Teen Spirit

      Группа как раз собирались на второй тур Битвы, когда у Гарри зазвонил телефон. Звонил Норман Озборн.       — Да? — сказал Гарри, взяв трубку.       — Я не смогу прийти. Слишком много работы, — сказал ему отец.       — Да... конечно... — а чего он вообще ожидал? Как будто его отец будет беспокоиться о нем и важном для него дне.       — Прости, сынок.       — Нет, все нормально. Ты занятой человек, я понимаю, — даже для Гарри это прозвучало неубедительно.       — Эй, ты в порядке? — спросил Джон, когда его приятель повесил трубку.       — Да, ничего такого, — отмахнулся от него Гарри. — Готов зажигать на сцене?       — Всегда.       Организовано все было так же, как и в первом раунде. У каждой группы была генеральная репетиция перед тем, как их проводили в комнату дожидаться своего звездного часа на сцене.       — Ты должен исполнить свои гитарные соло изо всех сил, словно иначе ты умрешь, хорошо? — сказал Эдди Гарри. — Они любят тебя.       Гарри кивнул:       — Я не подведу.       — Джон и Флэш, вам лучше пройтись по сцене, чтобы выглядело более непринужденно, понимаете? — Эдди продолжил.       — Эдди, мы знаем, что нам нужно делать. Не нужно напоминать об этом каждые несколько минут, — сказал Флэш.       — Извините, но мне нужно, чтобы все было идеально. Я хочу выиграть.       — Мы все хотим только победы, — заверил Гарри Эдди, чтобы успокоить того.       Их время настало. На сцену их вывел тот же парень, что и в прошлый раз. Сердце Гарри забилось быстрее, им овладело волнение. Когда его руки коснулись любимой гитары, все остальное потеряло значение. Исчезли все мысли, которые были у него до этого.       Осталось только желание дать величайшее шоу, которое когда-либо видел мир.       — И наконец, я представляю вам фаворитов первого раунда — Мстители! — объявил ведущий, и весь зал разразился криками.       Гарри ухмыльнулся, и его пальцы с готовностью коснулись металлических струн гитары.       Джон запел, а Гарри присоединился бэк вокалом к его голосу.       Carry on my wayward son,       There'll be peace when you are done.       Lay your weary head to rest,       Don't you cry no more.       Затем Эдди, Гарри и Флэш вступили со своими партиями.       Во время первого гитарного соло толпа пришла в неистовство, а Гарри вложил исполнение все свои сердце и душу. Он немного походил по сцене и встретился глазами с некоторыми из фанатов, демонстрируя им свою улыбку. Это было то, для чего он был рожден.       Он был рожден для музыки, тех радости и экстаза, которые она вызывала.       Затем Гарри заметил Питера в одном из первых рядов. Питер улыбнулся ему и поднял большие пальцы. "Ты молодец", — значило это. Гарри прижал гитару ближе к себе и приложил еще больше усилий к исполнению. Толпа аплодировала, показывая, что то, что они делали, было правильным.       Джон вступил с первым куплетом, ребята заиграли тише, так что голос Джона привлек все внимание. Когда начался припев, музыка вновь стала громче, а солисты вложили в выступление все свои силы.       Когда песня стала подходить к концу, инструменты замолкли, и Джон запел, обращаясь к зрителям.       — Carry on, — он протянул микрофон к толпе.       — My wayward son, —откликнулись оттуда. — There'll be peace when you are done.       — Lay your, — начал Джон.       — Weary head to rest, Don't you cry no more, — закончили слушатели.       Гарри и Эдди выпала честь закончить эту потрясающую песню соло на барабанах и гитаре. Эдди увлеченно стучал по установке, а Гарри склонился к своей гитаре, чтобы еще больше отдаться исполнению. Он опустился на колени и, сыграв последние аккорды, поднял глаза на толпу, в которой увидел восторженные лица, приветствующие его.       Когда Гарри отдышался, он схватил микрофон:       — Огромное спасибо, Нью-Йорк, вы, ребята, просто потрясающие!       — Для меня было честью спеть вместе с вами, — согласился Джон.       Им не нужно было уходить со сцены, потому что другие группы уже поднялись к ним.       — В следующем завершающем раунде мы увидим... "Вечных"! "Мстителей"! "Людей Икс"! И, конечно же... "Зловещую шестерку"!       Гарри, Эдди, Джон и Флэш обнялись.       — Мы на шаг ближе к победе, — воскликнул Эдди с широкой ухмылкой на лице.       — Давайте выиграем, — согласился Джон.       Ученики Мидтаунской школы отпраздновали свое выступление так же, как в прошлый раз. За каждым их шагом следили фанаты. Даже некоторые учителя поздравляли их.       Но мистер Уокер, конечно же, был таким же злым, как всегда, если не хуже.       — О, посмотрите, кто решил почтить нас своим присутствием, — съязвил он, когда Гарри вошел в аудиторию, заставив класс смеяться.       — Я пришел вовремя, так что на этот раз вам не к чему придраться, —огрызнулся Гарри.       — О, не к чему? Уверен? Тогда как насчет твоего списывания?       Сердце Гарри учащенно забилось, но он сохранил нейтральное выражение лица:       — Я не списывал.       — Да, а я — Бон Джови, — мистер Уокер закатил глаза.       — Не позорьте этим Бон Джови.       — Не позорь так своего отца, — возразил мистер Уокер. — Тебе конец, Озборн. Завтра с отцом в школу.       Гарри сглотнул. Норман узнал о списывании? Уокер устроил ему такую подставу.       Отец убьет его по возвращении домой.       К счастью, они уже договорились встретиться после школы у Эдди, так что Гарри не нужно было искать себе занятия или возвращаться домой. Эм-Джей и Гвен тоже пришли. Они поздравили их с выходом в финал.       — Есть предложения по песням? — спросил Флэш.       — Может, "I love Rock n Roll" или "Bad Reputation", — предложила Гвен.       — Нет, не думаю, что они подходят к нашему стилю.       — "Paradise City"? — предложил Джон.       — Или "Master of Puppets", — сказал Эдди.       — А как насчет "Livin on a Prayer"? — спросила Эм-Джей.       — Я предлагаю "Smells Like Teen Spirit", — сказал Гарри.       — Мои фавориты — "Paradise City" и "Smells Like Teen Spirit", — согласился Флэш.       — А в "Smells Like Teen Spirit" как раз есть все, что нужно, — добавил Джон.       — Это идеальная песня для финала, — сказал Эдди, подумав.       — Тогда сойдемся на Nirvana? — спросил Гарри, получив кивки от своих товарищей.       Они разошлись по импровизированной сцене, и Гарри начал с культового гитарного риффа, заставив всех ухмыльнуться.       — Да, чувак, это чертовски круто, — воскликнул Эдди.       — Никто не сможет нас победить, — согласился Флэш.       Они сыграли всю песню, и стало ясно, что нужно многое отрабатывать. Джон боролся с выкриками во время припева, иногда гитары не совпадали с ритмом, задаваемым Эдди, но это были проблемы, которые можно было устранить до финала.       Флэш, Джон и Эм-Джей уже ушли, а Гарри еще нет.       — Ты не против, если я останусь еще ненадолго? — спросил он.       — Извини, приятель, но у меня свидание с Гвен, — сказал Эдди.       — Ну да. Тогда я больше не буду вас беспокоить. Повеселитесь. Можно я оставлю свою гитару здесь? — Гарри боялся, что может сделать его отец, поэтому хотел, чтобы его самая важная вещь быть в безопасности.       — Конечно.       Когда Гарри вернулся домой, он попытался проскочить к себе в комнату, но отец уже заметил его.       — Гарри! — Тон Нормана Озборна был строгим — признак того, что должно произойти что-то плохое.       — Да? — Гарри постарался сохранить нейтральный тон.       — Иди сюда и сядь.       Гарри вошел в гостиную, где сидел его отец. Подросток сел на диван напротив него.       — Где ты был? — спросил отец.       — У Эдди. Мы репетировали.       — Тебе лучше заняться учебой, — мужчина пытался сохранить самообладание. По тому, как сузились его глаза и выступили вены на шее, Гарри понял, как тот злится. — Твой учитель позвонил мне и сказал, что ты списывал на контрольной. Списывание —для неудачников. Я не так тебя воспитывал.       Слово "неудачник" что-то задело в Гарри:       — Я не списывал! И ты совсем не занимался моим воспитанием! Все, что тебя волнует, это репутация твоей дурацкой компании, и то, что твой сын-неудачник может поставить под угрозу твой статус, не так ли? — закричал он.       — Ты должен быть благодарен за ту жизнь, которая у тебя есть! Твоя мать умерла не для того, чтобы ты списывал, — огрызнулся его отец.       Гарри почувствовал себя так, словно его сильно ударили. Ему стало трудно дышать.       — Ну, извини, что я недостаточно умен для твоих требований. Я тоже предпочел бы, чтобы мама была жива, — Гарри старался говорить как можно более уверенно. Отец не должен видеть, как сильно его ранят эти слова.       — Только не в таком тоне! Я даю тебе последний шанс. Если до лета ты не получишь средний балл 3+, я отправлю тебя в учебный лагерь.       Гарри вскочил:       — Ты не можешь этого сделать! — закричал он. В этих лагерях дети подвергались насилию и унижению. У них не было ни прав, ни свободы, ни безопасности. Они были заключенными, и обращались с ними как с преступниками.       — Могу и буду, — прорычал отец, и прежде чем Гарри успел заметить, как он встает, влепил сыну пощечину.       Жгучая боль пронзила щеку Гарри, но он быстро взял себя в руки.       — Ты не отец. Ты даже не человек. Ты монстр.       — И тебе повезло, что я позволил тебе жить здесь. Я должен был вышвырнуть тебя отсюда после того, как ты убил свою мать, — крикнул Норман Озборн, после чего последовала еще одна пощечина.       — Знаешь что? Я уйду сам. Для меня это никогда не было домом, — крикнул Гарри. — Я ненавижу тебя, чертов сукин сын! — Он оттолкнул отца, уронив его на маленький столик рядом с диваном.       Затем Гарри вбежал в свою комнату и захлопнул дверь. Ему пора было убираться подальше от этого адского места. Он собрал одежду в рюкзак.       К счастью, гитара осталась в подвале у Эдди. На какое-то время этого будет достаточно. Но он все равно никогда сюда не вернется, так зачем беспокоиться? Подросток не оставлял дома ничего важного, а самое дорогое для него поместилось в рюкзаке.       Гарри взял рюкзак и вышел из дома, не оглядываясь.