обиды

Строить романтические взаимоотношения на такой травмирующей почве было очень непросто. Они ещё не могли до конца принять факт того, что являются... парой. И что для них открыта своего рода такая новая «опция», как тактильность. Если у Фэн Синя некий опыт тактильных взаимодействий всё-таки был, то для Му Цина всё было обжигающе пугающим. Поначалу ему было трудно элементарно взять Фэн Синя за руку, даже когда они были наедине. Тот поцелуй, те объятия в первый раз были совершены на эмоциях, так что, можно сказать, что не в счёт. Му Цин был диким котом, который дёргался от каждого движения, хоть он и понимал, что в этом нет ничего страшного. Фэн Синь, к слову, своё обещание сдержал. С того разговора во дворце, он старался больше не грубить Му Цину без повода. А тот, в свою очередь, отвечал ему тем же. Первые месяцы было, конечно, тяжело. Они по привычке хотели завести спор, но на четвёртый месяц начали осознавать, что споры и агрессия в их общении, оказывается, были необязательны. Как оказалось, без них было даже приятнее. Небеса тоже почувствовали спокойствие. Больше не было неожиданных погромов средь бела дня, никого больше не отправляли под домашний арест, не было разборок. В общем говоря, налаживание отношений этих двоих было полезно не только им самим, но и окружающим. Потребовалось почти шесть месяцев, чтобы прийти в шаткую стабильность. Теперь Му Цин и Фэн Синь ввели обязательное правило в отношениях: говорить. Что-то не так? Говорить. Что-то хочется? Говорить. Ни в коем случае не молчать. Помимо этого, Фэн Синь взял на себя обязательную привычку всегда спрашивать разрешение перед тем, как что-то сделать. Он хотел, чтобы Му Цин чувствовал себя комфортно и безопасно. Хотя, казалось бы, что может страшить восемьсотлетнего бога войны? А оказывается, внезапные прикосновения. Фразы: «Можно тебя обнять?», «Дашь руку?», «Не против, если я положу тебе голову на плечо?» стали для них обыденностью. Несмотря на то, что Фэн Синь и знал, что ему всегда ответят согласием, всё равно каждый раз спрашивал. Му Цин поначалу инициативу практически не проявлял, только лишь с охотой отзывался на чужие тёплые руки. Ему нравились прикосновения Фэн Синя, нравился он сам, но Му Цин всё равно продолжал бояться прикасаться самостоятельно. Он мог неожиданно подойти к Фэн Синю со спины и обнять, иногда взять за руку, но делал это редко. Зато со временем такие действия становились чаще, что не могло не радовать Наньяна. Ему был важен этот прогресс, это значило, что Му Цин перед ним открывался и больше доверял. Поцеловались впервые они спустя четыре месяца. В один из дней, когда Сюаньчжень решил остаться у Фэн Синя с ночевкой, Фэн Синь уже сидел в кровати, как Му Цин внезапно подполз ближе и быстро поцеловал того в щёку. — Т-ты чего вдруг? — Фэн Синь, откровенно говоря, был удивлён. Его робкий в тактильности Му Цин внезапно взял и сделал для них сильный шаг вперёд. — Ну, — щеки Му Цина горели, а сердце как бешеное норовилось выскочить. — Ты ведь, если целуешь меня, то только в висок, да в макушку. Нужно же и мне как-то тоже учиться не бояться проявлять свои чувства, — за это время у Му Цина открылась новая сторона - он начал более открыто выражать свои мысли. — Иди ко мне, — Фэн Синь улыбнулся, откинул одеяло и рукой пригласил Му Цина сесть к нему вплотную. Мужчина с радостью, но всё ещё смущённо, отправился в объятия. — Спасибо, за то, что тогда меня не оттолкнул. — Да выбрось ты уже всё из головы, Фэн Синь, — Му Цин кинул на него взгляд. — Пускай это останется только не особо приятным воспоминанием. — Ты прав. — Конечно я прав, — Му Цин ехидно улыбнулся. — Ой всё, включил вредину. — Ну ты же меня — вредину, любишь. — Опять прав, — Фэн Синь тихонько посмеялся, крепче прижимая к себе Му Цина. — Можно тебя поцеловать? — Фэн Синь чувствовал, как учащается чужой пульс, а может быть это был его собственный, разобрать было трудно. — Больше можешь не спрашивать, — конечно он не перестанет этого делать. — Можно, — Му Цин кивнул. Фэн Синь тыльной стороной ладони провел по щеке Му Цина, не отрывая от него взгляда. Взяв того за подбородок, он аккуратно притянул лицо к себе, накрывая его губы своими. И сразу почувствовал, как ему отвечают с той же нежностью. В этот раз горько не было.

***

Прошло больше шести месяцев, и Му Цин привык к тактильности окончательно. Теперь уже сам не боялся проявлять её открыто. Он даже мог взять Фэн Синя за руку в людном месте, хотя ни для кого уже не было секретом, что два генерала наконец-то сошлись друг с другом. Теперь в голову Му Цина приходили новые неловкие мысли. Особенно это происходило в те моменты, когда руки Фэн Синя внезапно опускались ему на талию. И хоть, это зачастую были случайности, Му Цин всё равно покрывался сотней мурашек. Желания, которые он подавлял больше восьмисот лет из-за выбранного пути, внезапно всплывали перед глазами, напоминая, что он тоже живой человек, и его тоже может влечь к другим. К Фэн Синю, если быть точным. Конечно, это следовало обсудить с ним, но, честно сказать, лучше было провалиться под землю. Если Му Цину взяться за чужую руку было страшно, чего уж говорить о том, чтобы разделить одно ложе. К тому же, всё ещё стоял вопрос о том, что делать с духовными силами. Распитие алкоголя и плотские утехи были основными запретами, нарушение которых сильно влияло на духовные силы. Му Цин не знал, к кому обратиться с этим вопросом, кроме как к Се Ляню. Наследный Принц следовал таким же путём совершенствования, а ещё был замужем за Князем Демонов, значит… этот вопрос они решили. Проведя в раздумьях около недели, Му Цин наконец решился поговорить с Се Лянем. Связавшись с ним по духовной сети, он попросил где-нибудь встретиться тет-а-тет. Сяньлэ конечно согласился, но изрядно заволновался, не случилось ли чего-то серьёзного. Встретились они в тот же день в храме водных каштанов. Та самая ветхая хижина уже не грозилась развалиться от одного порыва ветра. Се Лянь был искренне рад видеть своего друга. Налил две пиалы с жасминовым чаем и первым поднял вопрос того, что хотел обсудить Му Цин и почему это так секретно. — Так, что ты хотел обсудить, — Се Лянь отпил чай, наблюдая за Му Цином, тот явно испытывал волнение, и оставить это без внимания он тоже не мог. — Му Цин, мы знакомы буквально тысячу лет почти, бояться чего-то не стоит.. Ох, если бы только Его Высочество знал… — В общем… — Му Цин глубоко вздохнул. — Мне нужна помощь в весьма... деликатном вопросе… — Се Лянь терпеливо ждал, когда Му Цин закончит. — Ваше Высочество, ты как и я следуешь духовному пути, когда… нужно отказаться от употребления алкоголя и плотских утех… — Сяньлэ понял, что к чему и понял, почему для Му Цина это было такой секретностью. — Просто ты ведь в браке с Собирателем Цветов и… делили одно ложе… наверное… Простите за такую бестактность! Мне просто не у кого больше спросить, — Му Цин хотел провалиться на месте. — Всё в порядке, правда. Я понял, что ты хочешь сказать, — Се Лянь тепло улыбнулся. — Сильно это не вредит. Конечно, часть духовной энергии рассеивается, но, во-первых, её всегда можно восстановить. А, во-вторых, я не думаю, что Фэн Синь будет против ею с тобой потом поделиться. Му Цин был безумно благодарен Се Ляню за понимание и за то, что тот спокойно дал ему ответ без каких-либо излишних комментариев. — Большое спасибо, — честно сказать, голова Му Цина гудела. Это была слишком большая порция стресса и неловкости. — Раз ты всё равно тут, может тебя ещё что-то интересует? — ох уж этот Се Лянь со своим желание помогать всем и вся, но Му Цин был ему благодарен. — Вроде как нет… — на самом деле, да. Ему бы хотелось спросить про какие-то детали самого… процесса, спросить, что он может посоветовать. Потому что Му Цин, мягко говоря, осведомлён не очень хорошо. — Ну, как скажешь, но если что, ты всегда можешь у меня спросить, — Се Лянь снова отпил чай. Атмосфера уже не была такой скованной и Му Цин смог даже немного расслабиться и отпустить неловкость. — А знаешь, у меня есть свитки, которые. кхм. более детально введут тебя в курс дела, — Наследный Принц не стал дожидаться согласия, а просто удалился в сторону библиотеки, ибо знал, что Сюаньчжень сто процентов начнёт отнекиваться и говорить, что ему больше ничего не нужно. Се Лянь вернулся через несколько минут. — Держи, — он протянул бумаги. — Благодарю. — Не за что благодарить, — Се Лянь снова тепло улыбнулся. Му Цин принял врученные ему свитки и решил, что пора удаляться. — Я, пожалуй, уже пойду, не хочу более отнимать твоё время. — Как скажешь, — они прошли к выходу. — И, Му Цин, — тот обернулся в сторону Се Ляня. — Поговори с Фэн Синем обязательно на эту тему. — Конечно, — как хорошо, что за волосами не было видно его вспыхнувших красных ушей. — Ещё раз благодарю. — Приходите как-нибудь к нам. Мы с Сань… с Хуа Ченом будем рады вас видеть. Му Цин искренне слегка улыбнулся и отправился обратно в небесную столицу.

***

Он вернулся в свой дворец.Сел на кровать и разложил свитки по поверхности, из его кармана внезапно вывалился какой-то бутылёк с жидкостью. Му Цин скептически на это посмотрел и сразу понял, что скорее всего его незаметно подложил ему Се Лянь. Сняв крышку, до него донёсся сладкий цветочный аромат. Му Цин вылил чуть-чуть масла на руки и его вдруг осенило зачем Се Лянь её ему подсунул. Наследный Принц был гораздо предусмотрительней, чем Му Цин. Вытерев руки, он принялся внимательно читать данные ему свитки. Каждая новая страница сопровождалась мысленными фразами: боже, как неловко-то. Но раз Му Цин точно решился, значит нужно дочитать и довести дело до конца. К тому, он точно решил, что готов к такому шагу. Он провел за бумагами добрый час. В общем говоря, в теории все было понятно. Теперь дело оставалось за малым, поговорить об этом с Фэн Синем. И это было ещё более волнительно, чем завести разговор с Се Лянем. Фэн Синь уходил на недельный дозор, ибо поползли слухи о каком-то демоне в глухой деревне и как раз возвращался сегодня. У Му Цина было часов пять до его прихода. За это время нужно было сходить в купальню и отправиться во дворец Фэн Синя. Время пролетело незаметно, помимо планов, у Му Цина было ещё несколько дел, так что к Наньяну он пришел приблизительно за час до его прихода. И принялся нервно ждать. Му Цин услышал звук открывающейся входной двери и пошёл встречать своего Генерала. — Привет! — Му Цин улыбнулся и сразу обнял Фэн Синя. — Ого, ты тут неожиданно, — тот обнял его в ответ. — не прижимайся ко мне сильно, я весь грязный. — Захотелось тебя встретить просто, — Сюаньчжень смерил Наньяна взглядом и действительно, тот выглядел весьма пыльно. — Я рад. И очень соскучился, — Фэн Синь поцеловал Му Цина в щеку. — Но для начала схожу в купальню. — А я предусмотрительно набрал для тебя воды! и всяких твоих пахучих штук насыпал, — Му Цин вертелся вокруг Фэн Синя. — Всё в порядке? Ты просто какой-то взвинченный? — они направлялись в сторону купален. — Всё в порядке! — кажется Му Цин ответил слишком резко. Они уже почти дошли до места. Сюаньчжень хвостиком шел за Фэн Синем и тревожно молчал, покусывая губы. — Ты решил со мной пойти? — Фэн Синь по доброму слегка засмеялся — А? — за секунду Му Цин понял, что настолько задумался, что даже не заметил как зашёл в купальни шаг в шаг за Фэн Синем. Он ойкнул и неловко засмеялся. — Нет, что ты! Извини, я задумался и не заметил. — Му Цин сделал короткую паузу, после чего добавил: — Вообще, мне нужно обсудить с тобой кое что важное. Так что я могу просто посидеть рядом. И, может быть, сделать тебе массаж головы. — Ну заинтриговал. Массаж, так массаж. Конечно я не против, — Фэн Синь подтвердил свои догадки о том, что всё-таки Му Цин чем-то обеспокоен. Фэн Синь начал снимать с себя тяжелые одежды время от времени вздыхая и мысленно радуясь избавлением себя от кучи слоёв ткани. Му Цин старался сильно не пялиться. Он так, иногда бросал взгляд. Ну хорошо, может быть чуть чаще, чем иногда. Взгляд просто не мог оторваться от рельефных мышц и старых шрамов. — Скоро дыру во мне прожжёшь, — Фэн Синь посмеялся, идя в сторону воды. — Да иди ты, — Му Цин смущённо фыркнул, чем развеселил Фэн Синя ещё больше. — Чего это у тебя настроение повысилось? — А что, не должно? — он уже опустился в теплую воду, издав блаженный не то вздох, не то стон. — Какая же ты язва, а, — Му Цин сел на край купальни, опуская в воду ноги. — Кто бы говорил, — Фэн Синь с улыбкой повернулся к Му Цину и неожиданно брызнул на того водой. — Вот же балбес! — это рассмешило Наньяна ещё больше. — Ты о чем поговорить то хотел? — Фэн Синь потянулся за какой-то баночкой и протянул Му Цину, дескать, держи и массажируй голову как обещал. Вот тут вся смелость Му Цина и начала постепенно улетучиваться. Он чуть не уронил протянутую ему баночку. А как ему спросить? Просто сказать прямо? Но это как-то… чересчур неловко… Му Цин старался себя мысленно успокоить, что у них с Фэн Синем полное доверие. Наньян не будет над ним как-то насмехаться и так далее. Так что действительно, единственный правильный вариант как раз заключался в том, чтобы сказать прямо. — Му Цин? — Да, сейчас, секунду, — он нервно открыл банку и вылил содержимое сначала на руки. Затем пальцами зарылся в чужие волосы. Наньян прикрыл глаза. — В общем, — он начал со вздохом. — Я хотел бы обсудить кое что, касающееся наших отношений. — Ты решил меня бросить? — Фэн Синь хотел немного разрядить напряжённого Му Цина. — Я тебя сейчас утоплю, — Му Цин чуть надавил на голову, делая вид, что действительно сейчас опустит Фэн Синя. — Понял, молчу. — Фэн Синь, ты не думал над тем, чтобы… Ну зайти чуть дальше, — как же хорошо, что Наньян сейчас не видел его смущенного лица. Фэн Синь только коротко вопросительно промычал. Му Цин, кажется сейчас заплачет. Неужели Наньян действительно не понимал, к чему он клонит. — Ну… не ограничиваться только поцелуями и объятиями… — Му Цин сейчас взвоет, ей богу. А Наньян просто продолжает молча сидеть и наслаждаться тем, как кожу головы массируют пальцы. — Я сейчас правда тебя утоплю, Фэн Синь. — Да за что, — Фэн Синь показушной возмущённо протянул. — Сложи два плюс два, прошу, — ему хочется уже самому утонуть в этой дурацкой купальне. — Неа, ничего не понимаю, — да всё он, блять, понял. Му Цин читал это по его наглым глазам. — Скажи прямо, что ты имеешь в виду, — нагло злорадствовал. — Что сказать., — Му Цин это уже пробурчал, гладя куда-то в воду, ибо голый Фэн Синь, по телу которого стекали капли. Фэн Синь, который в таком положении умудрялся уверенно и совершенно невинно сверлить его взглядом. Вообще любой Фэн Синь это было выше его сил. — Что-то примерно: «Фэн Синь, я бы хотел с тобой переспать. Но меня беспокоит эта тема, поэтому сначала я хочу это обсудить.» Щеки Му Цин вспыхнули и он от отчаяния стукнул Фэн Синя по плечу. — Ну ты меня понял, — Сюаньчжень отвел взгляд. — Иди сюда, — внезапно сказал Фэн Синь. Му Цин не успел спросить, что Наньян имеет в виду, как его потянули за лодыжку и он рухнул в воду. Прям в одежде. И вымок насквозь, походя теперь на мокрую кошку. Хотя бы вода была приятной температуры. — Мать твою, Фэн Синь, — Му Цин выругался и быстро поднялся на ноги. — Стоять, — он снова потянул его на себя, но теперь усаживая к себе на колени. — Ну что ты делаешь, — Му Цин возмутился, глядя прямо в глаза. Фэн Синь опустил одну руку ему на талию, а второй убирал со лба мокрые пряди волос, которые лезли в глаза. Параллельно с этим нагло любовался возмущённым выражением лица. — С такого ракурса говорить будет удобно, — ему нравилось дразнить Му Цина. В то время, как для того вот так сидеть на голом Фэн Сине было слишком. Поэтому уши Сюаньчженя раскраснелись от смущения. — Я тебя слушаю, — Фэн Син откинулся на бортик купальни в абсолютно расслабленном состоянии. — Ну, — Му Цину хочется утопиться в этой купальне уже второй раз за последние десять минут. — Мне просто… страшно? — он сказал это будто задаёт вопрос сам себе. — Не в том смысле, что я не доверяю тебе, нет… — Просто тебе страшно перед чем-то новым, — Фэн Синь действительно слушал внимательно. — Верно, — он выдохнул с облегчением. Как оказалось заговорить об этом с Наньяном не так страшно, как ожидалось — Хорошо, — взгляд Фэн Синя был серьезным, но добрым. — Если ты хочешь, мы можем ещё подождать, пока ты точно не будешь уверен, что готов. — Я готов, — он выпалил и раскраснелся окончательно. — Уверен? Просто я хочу, чтобы ты полностью чувствовал себя комфорт… — его фразу прервали поцелуем. Му Цин не знал, как ещё ему доказать, что он уже точно все решил, а все эти вопросы только лишний раз вводят его в сомнения. Ладони Фэн Синя снова оказались на чужой талии, притягивая мужчину к себе. Наньяну пришлось ненадолго всё остановить, чтобы уточнить кое что ещё. — Ты в какой позиции хочешь быть? — он смотрел на сидящего на нём Му Цин. — В-в нижней, — ему было очень неловко. — Ты… Уверен? — ну что было поделать, если Фэн Синю нужно было уточнить бесконечное число раз. — Боже! — Му Цин закатил глаза, закидывая руки на чужие плечи. — Уважаемый Генерал Наньян, я — Генерал Сюаньчжень, хочу, чтобы ты меня, блять, трахнул. Так достаточно уверенно? Фэн Синь опешил от такого напора. — Ладно, убедил, — теперь уже Фэн Синь поймал его губы. Конечно, Наньяну хотелось перейти дальше и вообще, мысли о близости с Му Цином посещали его не раз и не два… Но уже так сильно привык думать лишь о том, чтобы Сюаньчженю было комфортно, что на свои желания ему было всё равно. К тому же, если эти желания не требовали какой-то срочности. Казалось, что Му Цин копил в себе смелость все восемьсот лет, иначе Фэн Синь не мог объяснить себе, как его робкий Му Цин сейчас так бесстыдно прижимался к нему. Но от такого генерала сносило голову основательно. — Нам следовало бы переместиться в спальню, — Фэн Синь от него нехотя оторвался. Раскрасневшийся от поцелуев Му Цин только и сделал, что ответил кивком. Они оба были мокрыми, так что следовало бы хотя бы высушить волосы, дабы с них не лилась вода. Сюаньчжень поднялся с чужих бёдер, с трудом сдерживая равновесие, ибо ноги так предательски подкашивались. Он был в предвкушении. Ему одновременно было и страшно, но желание коснуться неизвестного только лишь возросло. Му Цин вытащил из волос шпильки, так что теперь длинные влажные волосы падали на плечи. Фэн Синь в свою очередь только быстро смыл масло со своих волос и вышел из воды, чтобы убрать с волос лишнюю влагу. И накинул на себя шёлковый халат. — А-Цин, боюсь тебе снять одежду придётся здесь, — Фэн Синь закончил со своими волосами и теперь подошёл ближе к Му Цину, оставляя между ними меньше шага. От такого обращения Му Цин вздрогнул и растерянно уставился на Наньяна. Честное слово, Сюаньчженя так метало от стадии: «Я беру себя в руки, всё будет в порядке», до «Он назвал меня А-Цином и теперь я не могу даже пошевелиться под его взглядом», что самому становилось дурно. — Она просто вся мокрая, — Наньян легонько улыбнулся, глядя на всю его растерянность. — Т-точно, да, ты прав, нужно снять, — Му Цин забегал глазами по купальне и нервно затеребил рукава. Фэн Синя немного забавляло видеть такую смущённую растерянность на лице своего возлюбленного, но он всё-таки решил тому немного помочь. Он сделал небольшое движение и оказался у того за спиной. Руки аккуратно коснулись краёв халата и потянули мокрую ткань вниз. Му Цин стоял так, будто забыл, что ему нужно дышать. — Немного тебе помогу, — Фэн Синь прошептал над самым ухом, от чего тело Му Цина пробила лёгкая дрожь. Верхняя часть одеяния была убрана в сторону, теперь Му Цин оставался только в нижних одеждах. Руки Фэн Синя обвили его за талию, прижимая ближе к себе. Носом Наньян провёл от шеи и по оголённому плечу, оставляя при этом совсем невесомые поцелуи. В глазах Сюаньчженя всё плыло, он не знал, куда себя деть, куда деть руки, куда деть такое сильное волнение. Он и сам не заметил, как пояс на его нижних одеждах был развязан и тоже брошен на пол. Теперь Фэн Синь стягивал с его плеч последний элемент одежды, оставляя Му Цина перед ним абсолютно открытым. Му Цин неуверенно развернулся к нему, пряча глаза. Ему казалось, встреться он с Фэн Синем взглядом, то сгорит мгновенно. Наньян провёл тыльной стороной ладони по лицу Сюаньчженя и легонько потянул его за подбородок. Он вновь поцеловал Му Цина. И, видят все божества, он целовал бы его еще сотни, тысячи раз. Внезапно Фэн Синь под колени подхватил мужчину и направился в спальню. Му Цин никакого сопротивления не оказывал, а только лишь ойкнул от внезапности. Скажи ему кто лет десять назад, что Генерал Наньян на руках будет нести его в их общую спальню, то не поверил бы никогда. Фэн Синь аккуратно опустил Му Цина на постель, нависая сверху. — Ты такой красивый, А-Цин, — Фэн Синь заворожённо смотрел на Му Цина, словно в первый раз видя вблизи его лицо. — Скажешь тоже, — щёки Сюаньчженя сгорали от румянца, а сердце заходило в бешенном ритме. — Скажу хоть тысячу раз, — Наньян наклонился ближе и оставил лёгкий поцелуй у уголка губ. Потом ещё раз. Ещё и ещё. Поцелуями он обвёл линию подбородка, спустился к шее, стараясь оставить ощущение себя на каждом сантиметре чужого тела. Му Цин под ним тяжело дышал, растворяясь от каждого касания. Ему всё больше хотелось Фэн Синя. Фэн Синя — такого нежного, который доступен только для Му Цина. Когда Фэн Синь опустился до уровня ключиц, то не смог сдержаться и слегка прикусил нежную молочную кожу. Сюаньчжень сдержанно простонал, тут же прикусив себе руку от смущения. — Пожалуйста, не сдерживай себя, А-Цин, — он оставил свой след на второй ключице, получая ещё один взволнованный вздох. — Я хочу слышать твой голос, хорошо? — Му Цин кивнул. Ласковый тон Фэн Синя успокаивал и одновременно заставлял возбуждаться ещё сильнее. Хотелось, чтобы он продолжал что-то говорить, шептать ему на ухо. Каждое сказанное Фэн Синем слово заставляло Сюаньчженя вздрагивать. Наньян опустился к чужому соску и провел по нему кончиком языка. Затем повторил свои движения, постоянно бросая взгляд на Сюаньчженя, чтобы видеть его реакцию. На такое внезапное действие Му Цин вздрогнул и снова, не ожидая того от себя, простонал, не закрывая на этот раз себе рот рукой. Фэн Синь отпрянул от возбуждённого тела, опустился к уху Му Цина и сказал низким шёпотом: — Ум-ни-ца, — Фэн Синь убрал со лба Му Цина влажные волосы. — Я готов слушать твои стоны бесконечно, А-Цин, — Фэн Синь коснулся его губ. Руки Сюаньчженя вновь, как тогда, в купальне, устроились на чужих плечах. — С-смазка на тумбе, справа, — Му Цин затуманено посмотрел на Фэн Синя. Голос его слегка подрагивал от волнения. — Так ты всё заранее спланировал, да? — Наньян по-доброму ухмыльнулся чужой хитрости. Му Цин издал сдавленное «угу» и отвел взгляд. Фэн Синю не хотелось сейчас куда-то вставать и отходить от Му Цина, который сейчас так открыто лежал перед ним, готовый без остатка доверять. Он невероятно ценил тот факт, что Му Цин был готов рискнуть своим восьмисотлетним совершенствованием. И если Наньян был уверен, что любить Сюаньчженя ещё сильнее нельзя, то глубоко ошибался. Он встал с кровати и под ожидающий взгляд мужчины быстро подошёл к тумбе, беря в руки небольшую бутылочку, так удачно переданную Се Лянем. Фэн Синь снова заглянул Му Цину в глаза, ища в них немое согласие. Они научились понимать друг друга без слов, так что единственного взгляда Му Цина хватало, чтобы дать Фэн Синю очередное согласие за сегодня. Тело Му Цина покрылось мурашками. Его душа трепетала от того, что Фэн Синь для него первый во всём. Что его первая и единственная влюблённость, хоть и через восемьсот лет ответила ему взаимностью. Хотя, думается ему, всё это стоило того, чтобы ждать столько лет. Сюаньчжень мог быть перед Наньяном настоящим, каким его не видит больше никто. Смущающийся, неловкий, влюблённый, мягкий. — Немного… страшно, — Му Цин издал еле слышный нервный смешок. — Мне тоже, — Фэн Синь тепло улыбнулся. И эта улыбка была настолько успокаивающей, что Му Цин отпустил практически все страхи и переживания. Вдвоём бояться не так страшно. Фэн Синь поцеловал Му Цина около колена, затем начал спускаться ниже по внутренней стороне бедра. Тем самым раздвигая ноги Сюаньчженя чуть шире. Му Цин откликался на каждое прикосновение, слегка прогибаясь в спине. Наньян уселся между его ног и открыл бутылёк с жидкостью, вылив себе на руку довольно обильное количество. По комнате разнёсся запах каких-то цветов. Му Цин вздрогнул, когда почувствовал чужой палец. — Всё будет в порядке, А-Цин, — Сюаньчжень на это сделал глубокий вдох, чтобы хоть как-то успокоить разбушевавшееся сердце и кивнул в знак того, что можно продолжать. Фэн Синь протолкнул палец, стараясь делать максимально аккуратные поступательные движения. Ему очень не хотелось сделать Му Цину неприятно. Хотелось только, чтобы сегодняшняя ночь у обоих сохранилась приятным смущающим воспоминанием. Фэн Синь понял, что к одному пальцу можно добавить второй. Му Цин тут же застонал. — Всё хорошо? — Наньян обеспокоенно на него посмотрел. — Д-да, просто непривычно немного. Поняв, что Му Цину вроде как больно не сильно, Фэн Синь продолжил его растягивать. Каждое его движение было наполнено нежностью. Он не упускал момента, чтобы посмотреть на Му Цина, щеки которого раскраснелись, волосы которого прилипли ко лбу. Смотреть на Му Цина, который стонал только от пальцев и Фэн не переставал думать, каким тот будет громким, когда они зайдут дальше. — Фэн Синь, — Му Цин практически простонал. — Я думаю, что готов, — от своих же слов Му Цин в очередной раз за сегодня покраснел от смущения, хотя, куда уж сильнее. На эти слова Наньян наклонился к Му Цину утаскивая того в долгий поцелуй, одновременно медленно толкаясь в него. Сюаньчжень, безумно волнующийся, но желающий так же безумно, чтобы Фэн Синь продолжил, простонал прямо в чужие губы. Наньян почти сразу остановился, чтобы дать Му Цину привыкнуть и немного прийти в себя. — Порядок? — Фэн Синь спросил, не отрывая взгляда от чужих глаза. Му Цин промычал тихое «угу», сильнее хватаясь руками за крепкую спину. Фэн Синь подождал пару секунд, пока дыхание парня под ним слегка успокоится. Не то, чтобы Сюаньчжень не испытывал никаких болезненных ощущений. Да, было непривычно и не сильно приятно, но от ощущения рядом с собой Фэн Синя любые болезненные ощущения сходили на «нет». Видя, что парень немного успокоился, Фэн Синь медленно продолжил двигаться, одновременно целуя Му Цина везде, куда только мог дотянуться. Ощущая на себе поцелуи Наньяна, он полностью расслабился, отдавая себя полностью. Сам того не ожидая, Му Цин громко простонал, тут же закусывая губу. Сюаньчжень и не думал, что может издать такой громкий звук… На это Фэн Синь по-доброму ухмыльнулся, слегка увеличивая напор. На каждое движение, на каждый толчок, тело Му Цина отвечало сладкой дрожью, а стены отражали стоны. Фэн Синь начался двигаться глубоко, получая от Сюаньчженя ответную реакцию. Му Цин прогнулся в пояснице. — А-синь, — Му Цин произнёс простонал, царапая чужую спину своим короткими ногтями. Фэн Синь снова поцеловал его и сильно толкнулся в него, попадая прямо по простате. Тело Му Цина прошибло словно электрическим разрядом. Фэн Синь. Фэн Синь. Фэн Синь. Наньян продолжил двигаться под нужным углом, попадая по нужному месту каждый раз. В уголках глаз Му Цина собрались слёзы, которые Фэн Синь тут же сцеловывал. Сюаньчженю всего было слишком много. Много ощущений, много Наньяна рядом с собой, всего было так слишком, что от этого разум плыл абсолютно. Му Цин снова простонал имя Наньяна, на этот раз изливаясь ему на живот и содрогаясь в сладкой истоме. Обессиленный стон слетел с губ Му Цина. Фэн Синь сделал еще пару движений и вышел из него, заканчивая следом. Фэн Синь лёг рядом с Му Цином, утягивая того в объятья. — Я тебя люблю, — Наньян прошептал куда-то в макушку Сюаньчженя. — И я, — Му Цин, совсем смущенный произошедшим, уткнулся носом в шею Фэн Синя. Нехотя, но им обоим пришлось вернуться в купальню и смыть с себя следы проведённого времени. Он подхватывал Му Цина на руки по дороге туда и обратно в покои, каждый раз целуя его, то в нос, то в щеки, то в лоб, словно кота. Засыпали тоже в обнимку, не отрываясь друг от друга. Больше между ними не было секретов, недовольств и недопониманий. Восемьсот лет — это долгий срок на пути к счастью, но оно того стоило.