Неприкаянный клан

Из сна его вырвало лязганье железных ворот. Аддисон вздрогнул, и только сейчас ощутил на себе груз тела Рэйчел. Ее рука лежала на его груди, а коленом она касалась его пояса. Он аккуратно сдвинул ее конечности, встал на цыпочки и, не оборачиваясь, покинул комнату. Тихонько закрыл за собой дверь и прошел на кухню. Он предал сестру, и его переполняли новые знания. На его столе оказалось больше частей пазла, чем у остальных, чтобы собрать полную картину. Хотелось добраться до истины, но страх за Анджелину парализовал. Дворецкий их семьи принимал доставку молока. При воспоминании о прошлой ночи юношу передернуло. Он вышел на улицу и встретился с удивленным взглядом прислуги. Поначалу фермер не обратил внимания на его появление, продолжил отчитываться за количество продуктов, после чего, перевел взор на юношу, сразу выпрямился и поздоровался: — Добрый день, мистер Барнетт. — Мужчина поклонился, а когда поднял голову, Аддисон заметил его светло-голубые глаза. Тот в ответ с таким же любопытством всмотрелся в лицо юноши. Аддисону стало неловко, но не заметил и намека на враждебность. — Здравствуйте, мистер… — протянул он. Младший Барнетт никогда не обращался к молочнику лично. — Добрый день, леди Анджелина, — поприветствовал мужчина и вновь поклонился. Аддисон обернулся. Из дома робким шагом вышла его сестра. Он подошел к ней. Вздрогнул от резкого крика воронов, запрокинул голову, но не обнаружил ни единой птицы. Анджелина с опаской огляделась и прошипела фермеру: — Вам нужно поторопиться! Брови мистера Уильямса поднялись от изумления, Аддисон широко раскрыл глаза и сжал губы в надежде, что Анджелина увидит его выражение лица и замолчит. — Слышала… — протянула девушка. Она поняла брата и теперь пыталась выкрутиться. — Лорд Манлей не раз упоминал, что ему бы хотелось заключить договор с молочником из нашей деревни. Убирайтесь скорее, пока мы вас не потеряли, — мило и дружелюбно заключила, она улыбнулась под конец. При виде этого Аддисон чуть не проглотил язык. Такой взрослой и сообразительной он ее еще не видел. — Рад, что мой труд ценен, — улыбнулся мужчина. В нем Аддисон не заметил негатива и это вызывало только большую тревогу. Анджелина тоже казалась настороженной. Без лишних разговоров фермер продолжил разгружать телегу. Садовник и повар под внимательным взглядом дворецкого заносили молоко на кухню. Аддисон переглянулся с сестрой. Под шумок Анджелина отвернулась от него и пошла за угол особняка. Стараясь выглядеть беспечным, Аддисон неспешным прогулочным шагом Аддисон отошел и скрылся следом. От радости у него затрепетало сердце. Наконец-то они снова — заодно. — Я не доверяю ему, — призналась Анджелина. — Он — демон, и я уверена — придет за мной. Ему что-то нужно, и возможно, он меня узнал. — Очевидно, это так. Мог почувствовать, ведь твоя мама получается, была его… — Аддисон попробовал новое слово на вкус: — Предводительницей. Это тебе не льстит? — Только — пугает, — ответила Анджелина. — Он — очередная угроза, может разрушить мир, к которому я привыкла. А еще, — она закусила губу, задумалась, но все-же закончила: — Боюсь, что от страха быть раскрытым, Инграм попытается от тебя избавиться. — Инграм? — переспросил Аддисон. — Имя демона-фермера, — со скепсисом ответила Анджелина. Она знала имена всей прислуги — ей это было важно. Аддисон разделял это рвение, но не взял в привычку «сближаться с прислугой». Глядя на сестру, юноша догадывался сам и ответил на терзавший его вопрос: — Поэтому Астарот тебя и не тронул, да? Он что-то предлагал? Триумфальное возвращение в преисподнюю? — Да, — ответила Анджелина совершенно спокойно. — Но ты ошибаешься… — Она обвила собственные плечи руками. — Он меня тронул. — Как? Боже… — растерялся Аддисон. — Он… Вошел… — начала объясняться сестра, но Аддисон ее остановил. — Нет-нет! Прости! Я ужасен… Даже не подумал, что это может оказаться правдой. Юноша почувствовал, как его уши пылают. — Он вошел в мое сознание и кажется, прочел все, что произошло со мной от самого начала до нынешних дней, — закончила Анджелина. Аддисон почувствовал, как зарделись щеки. Он громко выдохнул и опустил глаза: — Это больно? — Он меня пытал. Несильно, но эффективно, — ответила Анджелина. — Мое сознание боролось: он поначалу говорил о какой-то защите, которая его не пускала. На улице стояла прекрасная погода. Мелкие, облака проплывали по яркому небу. Листва сочно шумела. Девушка потянула руки вверху и вытянулась, как струна. На ее лицо была безмятежность, хоть и выглядела она уставшей. — Хантер уехал? — спросил Аддисон. — Не видела. — И зачем приехал? — процедил юноша и сменил тему: — Хочешь попробовать поесть? Может, дашь ей еще один шанс? — Я давала… — протянула девушка. — Я видел! Славно, что Рэйчел прибралась перед визитом графа. Так, что? — Молоко, — согласилась Анджелина. — С медом. Молочник управился быстро, а прислуга семьи Барнетт еще быстрее. Как только кухня опустела, а шум поутих, Аддисон с Анджелиной пробрались в нее. Девушка села за стол, за которым ела прислуга. Юноша поставил кастрюльку на плиту и принялся помешивать в ней молоко, чтобы на поверхности не образовалась пленка. Было бы обидно упустить шанс накормить сестру из-за такого пустяка. Подушечкой пальца он проверял молоко, как это делала матушка. Когда оно стало теплым, перелил в фарфоровую чашку и добавил мед. Поставил порцию перед сестрой. Она, без улыбки поблагодарила и приняла напиток. Осторожно прикоснулась губами к краю, высунула язык, кончиком попробовала — брови приподнялись. Жадными глотками она опустошила чашку. Звонким ударом о дно оповестила, что пора бы подлить еще. Аддисон поднялся со скамьи, налил остатки из кастрюли, добавил мед и протянул вторую порцию. В этот раз девушка решила смаковать каждый глоток. У Аддисона перехватывало дыхание от удовольствия, его улыбка растянулась до ушей. Все было по-прежнему: Анджелина оставалась человеком. Он присел к ней на скамью, девушка прилегла на него и прикрыла глаза, в руке держа чашку с молоком. Аддисон знал, что она горячая, но решил не омрачать день. Ему так не хватало спокойствия и тишины. — Мне кажется, я пришлась по душе Ирису, — призналась она, когда чашка вновь опустела. Девушка стыдливо посмотрела на Аддисона, в ее глазах мелькнул азарт. — Поэтому он и не рассказал Хантеру и остальным охотникам, обо мне и моем прошлом. — Возможно, — согласился Аддисон и улыбнулся. — Он чувствует с тобой родство? Его брат тебе, почти… Ты будешь взрослеть, как положено человеку? — перевел разговор Аддисон. — Наверное, — ответила девушка. — Не знаю точно. — Клянусь, я убью его, если распустит руки! — сжал кулак Аддисон. Анджелина посмотрела на него, как на наивного ребенка. С улицы раздались голоса и звуки удаляющегося дилижанса. Открылись парадные ворота: граф Манлей покинул дом Барнетт; Аддисон и Анджелина с облегчением выдохнули, синхронно ухмыльнулись, и юноша вновь ощутил единение душ. Вечером он зашел к отцу в кабинет. Мужчина выглядел сломленным: что-то сверял, перепроверял, менял бумаги местами и морщился будто от боли. — Граф рассказал о вашем договоре о помолвке, — сообщил Аддисон. Мистер Уильямс учтиво поклонился и покинул кабинет. Отец сглотнул, опустил руки с бумагами на стол. Выпрямился, прочистил горло и твердо произнес: — Я найду решение этой проблемы. В случае чего, мы обязательно расторгнем помолвку. Время не торопит: свадьбу можем сыграть весной, летом, да хоть следующей осенью! Георгий — не заинтересован!

***

Переминаясь с ноги на ногу, Ирис наблюдал за открытым пространством перед особняком. Каждую ночь с леди Анджелиной Хантер дежурил возле дома Барнетт. Ирис от скуки шел с ним, а Кириан делал вид, что его патрульный маршрут просто совпадает, и он уж точно не следит за командиром. Конечно, кроме него самого, в это никто не верил. Хантер был не молод, но не настолько стар, чтобы забывать собственные указания. С момента знакомства Хантера и Кириана норовил его превзойти. Ириса это забавляло. Мужчина буквально ходил за ним по пятам. На заднем, скрытом от посторонних взглядов дворе появился знакомый силуэт. Он двигался осторожно и действовал бесшумно, как кошка. Когда фигура проскользнула между железными прутьями забора, Ирис узнал Анджелину. Оглядевшись и убедившись, что за ней не следят, он двинулся к ней навстречу. Чтобы предупредить о своем появлении, позволил глазам засветиться в темноте и стукнул по ближайшему стволу дерева. Анджелина замерла, как испуганный олененок на дороге, но ненадолго, видимо почувствовав ауру приближающегося, успокоилась и продолжила идти навстречу. — Госпожа, куда путь держите? — спросил он. Необъяснимое счастье заставляло его улыбаться. — Я не могу справиться, — выдохнула Анджелина. — Это как животный инстинкт, который влечет меня преследовать любого, у кого бьется сердце. Не понимаю себя… — Она опасливо оглянулась; ее зрачки были неестественно расширены и блестели в лунном свете. — Пойдем в лес. Быстрым шагом они скрылись в чаще. Ирис повел ее в сторону деревни, где точно не было Хантера, а значит, и Кириана. Охотники находились на противоположной стороне, у реки. Именно там, по их словам, они поймали Анджелину, Аддисона и демона в прошлую вылазку. — Я попробовала молоко с медом, — похвасталась Анджелина. Ее волосы были убраны в высокий хвост, и Ирис мысленно отметил: ей очень идет, как и одежда для верховой езды. — И вам?.. — поинтересовался он, догадываясь о положительном ответе. Ее улыбка говорила сама за себя. — Мне понравилось! Я почувствовала сладость меда и жирность молока, как раньше! — воскликнула Анджелина. Она была перевозбуждена; глаза ее то становились совершенно черными, зрачок поглощал белок, то возвращались к человеческому виду. Внутри нее разразилась настоящая битва. Ирис не стал это комментировать, но бдительно следил за окружением. Отслеживая, как далеко находится Хантер. — Я рад за вас, безумно! — ответил Ирис. Молоко с медом было первым напитком который он попробовал, и влюбился в него. Ее внимание было бесценно. Он испытывал к ней тягу, желание прикасаться и иметь на это разрешение в любое время. — Извини, — пролепетала она, — Но я тебя совсем не помню. Когда мой отец был с вами, ты тоже?.. — Был, — ответил Ирис. — Я видел ваше рождение, — признался демон. — И Ваше исчезновение. Пусть не из рядов охотников, но я был рядом. Это Хантер впервые угостил меня молоком с медом, а мне понравилось. — Если ты за Хантера, почему не рассказал ему? — спросила госпожа и остановилась. Ирис замер. Они были почти одного роста и посмотрели друг другу прямо в глаза. — Когда я прочел ваши воспоминания, то понял, что всегда буду — за вас, — ответил демон без утайки. «Потому что Хантер приказал бы убить вас». — Астарот — мой отец, но он никогда не признавал меня сыном. Я почувствовал… — он запнулся, не зная, как тактично закончить. — Что мы схожи, — заключила за него Анджелина. Она опустила голову и побрела вперед с меньшим энтузиазмом, Ирис заметил перемену ее настроения. Теперь ей было грустно. — Мне жаль, — ответил Ирис. Ему хотелось утешить ее, но он еще не заслужил достаточно доверия. Стало больно, но и тепло… ведь у него появился шанс стать ей ближе, чем кто-либо другой. Он — ее тайный союзник, и эта мысль его грела, как костер ранним туманным утром. Внезапно одновременно он ощутил приближение двух энергий. Со стороны особняка их настигал Хантер, а со стороны деревни чувствовалось приближение клана Амаферос. Он остановился. — Госпожа, идти вперед. Там вас встретит знакомый и проводит домой. Я отвлеку охотников. Ирис не мог быть уверен, что демон клана Амаферос действительно проводит ее, но решил разобраться позже. Благодаря необычайной скорости он мгновенно преодолел расстояние и встал прямо перед Хантером. Брови охотника взметнулись вверх от изумления, и он отступил. Хантер не спал несколько ночей подряд. Его взгляд стал пустым, а руки время от времени подрагивали. — Как прошел патруль? — спросил Ирис. Он знал ответ, но не спросить было бы невежливо и подозрительно. — Она не вышла, — ответил Хантер и тут же нахмурился, словно самому резануло слух от признания. — Если в следующий раз не явится — больше не приду! — бросил он, пытаясь обойти Ириса. Демон вновь преградил ему дорогу: — Если явится? — Свожу ее к Деллору, — остановился Хантер. — Если собирается и дальше шастать по лесу, ей нужно соответствующее оружие. — Раздразните Дакоту, — не сдержав лукавой улыбке, спросил Ирис. При воспоминаниях у демона кровь стыла в жилах, но признаваться в этом Хантеру он, конечно, не собирался. — Миссис Барнетт, — исправил Хантер и его густые брови сошлись на переносице. Маска скрывала нос и рот, но демон знал, что под ней были спрятаны скривившиеся губы. Ирис знал наизусть выражения его лица на любой случай жизни, ведь с самого детства охотника находился рядом. — Только лорд Манлей сможет защитить Анджелину, и Сара в этом уверена. — Он поправил маску на лице, как делал всегда, когда неистово хотел ее снять. — Демонов девица не приманила, а вы уж испугались… — с усмешкой напомнил Ирис. Хантер не улыбнулся в ответ. — Значит, она и правда, всего лишь девушка, что требует защиты. Самец Амаферос был видать, просто — благодарен. Мужчина устало кивнул, прикрыв глаза; казалось, он сейчас уснет. В его темных глазах демон уловил горечь. Ирис слышал его бешено бьющееся сердце и уже понял, что оно изнывает от тех же чувств, что испытывал он. И она обоим не принадлежала по-настоящему. Ворон спустился к ним, но Хантер тут же спугнул птицу. Он считал их предвестниками смерти и почти не ошибался; Ирис чувствовал от них энергию своего отца. Мужчина вновь обошел Ириса и направился в сторону деревни. Демон прислушался к своим ощущениям: Амаферос начали огибать особняк Барнетт. Надеясь, что они успели встретиться с Анджелиной и не навредить ей по глупости, Ирис последовал за командиром. Если для госпожи он хотел быть лишь верным псом, то Хантеру он принадлежал по праву контракта. Анджелина послушалась Ириса. Темный лес окружал ее со всех сторон, но она шла по поляне и ей было спокойно. К ней навстречу вышел Инграм. Он опустился на одно колено, приложил правую руку к груди, поклонился и произнес: — Ваша печать переданная матерью тянет к клану. Постарайтесь усмирить этот зов и привыкнуть к нему. Впоследствии он не должен подставлять. Следом за ним, к Анджелине вышел еще один демон, но куда моложе. На следующий день Аддисон вышел из комнаты, прошагал вдоль пустого коридора к лестнице. Его шаги отдавались эхом. Спускаясь, он потянул руки к потолку, сцепил пальцы в замок и закинул их за голову. Погода располагала к тренировке, было свежо, но не слишком. Угроза вспотеть была минимальной. Регулярные тренировки были его рутиной и «якорем нормальности». Внизу юноша встретил Анджелину. Девушка вышла из столовой и выглядела очень сонной. — Анджелина! — позвал он. Девушка подняла на него свои глаза. Аддисон стремительно спустился, прошел под лестницей, распахнул дверь и оказался на крыльце, выходившем во внутренний двор особняка. Здесь он провел детство в играх, отрочество — в тренировках. Он вырос, и мать занялась его подготовкой к чему-то неопределенному. Анджелина вышла следом: — Ты что-то хотел? — спросила она. Ее оживленный вид обрадовал Аддисона. Сердце забилось от мысли: «Я ей все еще интересен». Несмотря на все события, юноша по-прежнему чувствовал, что они родные. — Давай потренируемся, — предложил Аддисон. — Хочешь меня унизить?.. — бросила Анджелина, ускорила шаг, но тот ее поймал за рукав. — Нет! — спохватился он. — Я все миссис Барнетт расскажу, — сказала она. — И Тейлору! — Я поговорю с ним, он поймет, что тебе необходима физическая подготовка. — Наступило молчание. — Хочу в случае чего, быть уверенным в твоей выносливости, — добавил Аддисон. Он и правда, очень беспокоился о ней, ведь девушка была неспособна даже увернуться от удара. Ее никто никогда не трогал. — Ты плотно поела? — спросил он. Матушка никогда не интересовалась этим у него перед тренировками, но бывали случаи, когда юноша мечтал услышать этот вопрос. — Я читала, — ответила Анджелина и помахала книгой перед лицом Аддисона. — Хорошо, — кивнул он. — Поедим после тренировки? — Ладно, — насупилась она. — Иди, переоденься. — Ладно, — повторила Анджелина. Со скучающим видом, она скрылась за дверью. Их отношения налаживались. Довольный Аддисон с ощущением победы гордо расправил плечи, спустился во двор, снял пояс с ножнами, прислонил меч к стене и вышел на почти ровную поляну. Здесь он чувствовал простор. Никаких клумб, скамеек и прочего бесполезного убранства, которое обожал его отец. Чистое пространство успокаивало разум. Вскоре к нему вышла Анджелина. Спортивная одежда была ей к лицу, но меч, взятый из оружейной (естественно, совершенно неподходящий), трясся в ее руке под его тяжестью. Она выглядела неловко, а ведь он хотел позаботиться. — Отложи, сначала разомнемся, — сказал Аддисон. Анджелина послушно поставила меч рядом с его клинком. — Хорошо, — согласилась она и отряхнула руки. Этот жест красноречиво говорил о ее отношении к фехтованию. Она не любила войны, драки и все, что с ними связано. Аддисон занял место, с которого обычно начинал пробежку. — Начнем? — спросил он. — Да, — ответила Анджелина. — Давно не бегала. Она встала рядом, и они молча двинулись с места. Аддисону происходящее льстило. Несмотря на хорошую физическую подготовку, он начал сдавать темп раньше нее. С каждым новым тяжелым шагом, ему становилось стыднее. Легкая и тонкая, как тростинка, девушка скакала по поляне, будто резвый олененок. Она двигалась инстинктивно, он — технично. Дальше пошли приседания. Здесь Анджелина выдохлась уже на десятом и присела на корточки. Аддисон лишь усмехнулся. Давить не стал, боясь спугнуть и без того слабый энтузиазм. Когда дело коснулось мечей, Анджелина оживилась, что удивило. Она храбро взяла меч и несмотря на легкую тряску кисти, встала в боевую позу. «Прекрасна!» — у Аддисона аж дух захватило при виде ее грации. Не успел он опомниться, как Анджелина бросилась на него. Юноша чисто инстинктивно отбил удар. Ее глаза на мгновение стали совершенно черными. Меч девушки чуть не задел плечо Аддисона, тот едва успел уклониться. Глаза девушки сверкнули хищным азартом. На этот миг она стала не хрупкой сестрой, а равным противником. Не подумав головой, он оттолкнул Анджелину от себя ногой, как нечто пугающее и непознанное. Та согнулась, упала на колени. Аддисон покраснел от стыда и бросился к ней, чтобы помочь подняться. Ему стало противно за свой страх. В следующий раз он напал первым. Теперь его меч чуть не коснулся плеча Анджелины. Она не растерялась, увернулась и нырнула под оружие юноши. От неожиданности, Аддисон потерял равновесие и Анджелина прижала его к земле. Девушка оказалась, очень ловкой. Сильной и опасной. — Раз, — она приложила холодную сталь к его горлу, — И ты убит. Как тебе? — Неплохо, — прошептал Аддисон. Дышать с лезвием у шеи было неудобно. — Вот и отстань тогда со своими тренировками. — Анджелина отбросила меч и легла рядом с Аддисоном на землю. Юноша мерз и был бы рад встать, но раз она легла рядом, то остался лежать. — Наш молочник не может питаться человеческой едой. Не чувствует ни насыщения ни вкуса. Аддисон не понял, откуда у нее такие сведения, и обернулся к сестре. Та посмотрела на него в ответ и продолжила: — Он один из тех, кто смирился. Занялся фермой, чтобы приспособиться — и у него получилось! Никто в деревне не догадывается, что он и его сын — демоны. Ради Лакрима, Инграм добывает еду. Без нее демон, рожденный в нашем мире, растет так же быстро, как мы. Аддисон не нашел сути и нахмурился. Анджелина пояснила: — Для демонов это слишком быстро. Как я поняла, в том возрасте, в котором находится его сын, демоны в Преисподней еще дети — время там течет медленнее. С наступлением зрелости они перестают стареть, но начинают испытывать голод, отчего и приходят к нам за душами. Души насыщают их лучше плоти. Клан Амаферос, оказавшийся здесь, стареет с нашей скоростью, поэтому плодится и пожирает людей в бешеной жажде! Желающих заключить сделку не хватает, чтобы прокормить целый клан, а разбредаться по миру они боятся, надеются на возвращение предводительницы. — Сколько лет ребенку? — спросил Аддисон. — Лет двенадцать — протянула Анджелина. — Я вчера его видела. Ходила прогуляться по лесу и встретила их. Они… интересные. — Безрассудно, — отметил Аддисон. — В последнее время, все мои поступки — такие, — ответила она, ответила пожала плечами и устремила взгляд в небо. Сменив тон на мечтательный, продолжила: — Знаешь, а ведь он очень начитанный. Ходит с сумкой через плечо, где лежат книги и журнал. Меня это так поразило. Мой папа… злился, когда я читала… хочу поделиться с ним книгами из нашей библиотеки. Может, подружимся! Инграм вроде, не против, а только «за». Она уже будто жила в другом, недоступном для него мире, и он предчувствовал их прощание. Юноша переживал за нее, но тайно ликовал, что сестра доверяет ему. Анджелина была как его смыслом, так уязвимостью. — Что читаешь? — поинтересовался Аддисон, страшась задеть тему ее отца. — «Роуз Эйр», — ответила Анджелина. — Нашла книгу в нашей библиотеке. Лакрим сказал, что прочел ее сразу после «Истории Гулливера». Мы разболтались вчера. Он провожал меня до дома, вместе со своим отцом. — Она ухмыльнулась собственным мыслям и добавила: — Кажется, он уже видит меня предводительницей, а себя — моей правой рукой. Такой милый… Даже не знает, что я не собираюсь становиться демонессой. Аддисон перевел взгляд на появившиеся тучи, медленно затягивающие небо. Задумчиво закусил щеку. Услышанное порадовало его. Пока Анджелина была рядом, каждый день казался праздником. Только с ней ему было о чем помолчать. Только рядом с ней он участвовал, что обретает смысл.