Останусь

      Оттери-Сент-Кэчпоул был хорошо знаком и Гарри, и Гермионе, так как они бывали здесь, когда гостили в Норе. Небольшая маггловская деревушка, в которой встречались замаскированные чарами магические заведения, позволявшие волшебникам чувствовать себя вполне комфортно и находиться как бы в двух мирах одновременно.       Они перенеслись на окраину к старой ферме Адама Броуди. В полутора милях к востоку находилось несколько магазинчиков широкого профиля. Чтобы попасть в магическую аптеку, нужно было переместиться прямо в центр поселения, но Гермиона предпочла так не рисковать. Сначала они разживутся свежими продуктами, а потом уже можно разделиться и попробовать заскочить в аптеку, ну или, на крайний случай, в лавку травницы.       У Гарри ёкнуло сердце от знакомых пейзажей. Несмотря на то, что он бывал здесь только летом, когда миссис Уизли брала их с Роном за покупками, место вызывало явную ностальгию. Даже голые деревья и сугробы вдоль дорог не делали его каким-то другим. Гарри взглянул на Гермиону, гадая, чувствует ли она то же самое, что и он. Вспоминает ли Рона? Скучает ли по нему? Последняя мысль кольнула словно жалящее заклинание. У Рона, по всей видимости, всё прекрасно. Наслаждается рождественскими каникулами да вкусными ужинами миссис Уизли вместе с остальными членами семьи. Уизли хоть и были оппозиционерами Волан-де-Морта, но чистота крови обеспечивала им особое положение даже при нынешней власти.       Кормак с Лавандой о чём-то перешёптывались, и Гермиона шикнула на них, прислушиваясь к возникшей тишине. Все чувства обострились до предела. Любая из подобных вылазок могла стать последней, если пренебрегать элементарными правилами безопасности.       Гермиона наложила чары тишины и вскрыла замок на двери одного из амбаров. Ей было ужасно неловко грабить добродушного мистера Броуди, но она искренне надеялась, что оставленные на полках деньги, хотя бы немного поумерят его негодование. Яйца, немного полуфабрикатов, замороженные ягоды и овощи — вполне приличный улов (если так можно выразиться) мигом перекочевал в её бездонную сумочку.       Потом она достала карту и ещё раз ткнула в неё Кормака и Лаванду.       — Вы трансгрессируете прямо к магазину. Вот список необходимых вещей. Работайте аккуратно и не забудьте заплатить, — она сунула МакЛаггену маггловские фунты вместе со списком, в котором в основном были бакалейные товары. — Мы с Гарри попробуем раздобыть зелья и лекарства — это сложнее. Встречаемся через полчаса на этом же месте. Всё, что от вас требуется — не попасться егерям.       — Обижаешь, Грейнджер, — отмахнулся Кормак, запихивая в карман мантии список, — Пусть лучше егеря ссут попасться мне под руку, а то я так заебался торчать в лесу, что охота врезать кому-нибудь по роже.       Гарри лишь покачал головой, в очередной раз проклиная Дамблдора за такого помощничка. Удружил профессор, ничего не скажешь. Однако идея Гермионы с разделением ему сразу понравилась. Вылазки с подругой были привычными и казались ему более безопасными. Всё-таки после ухода Рона они уже неоднократно выбирались куда-то вдвоём, и у них было отработано каждое движение.       Стоило Кормаку с Лавандой растаять в воздухе, он притянул Гермиону к себе и набросил на них мантию. Сразу стало спокойнее. Чтобы избежать казусов вроде высунутых ног или рук — ведь они заметно выросли и уже с трудом помещались под мантией-невидимкой вдвоём — Гермиона прижалась к нему настолько тесно, что Гарри заметно напрягся, как только её ягодицы упёрлись в его пах. И это оказалось немного… волнительно. Гарри сглотнул застрявший в горле тяжёлый ком, постарался угомонить свои мысли и тут же ощутил нехватку воздуха. Тело сдавило со всех сторон, а перед глазами начали расплываться цветные круги. Сколько бы они ни перемещались подобным образом — ощущения от трансгрессии оставались не самыми приятными.       Они приземлились за углом книжного магазина прямо в центре деревушки. Удача пока благоволила им: из-за мороза на улицах было совсем безлюдно. Проникнуть в маггловскую аптеку, расположенную на соседней улице, не составило никакого труда. Ни сам Волан-де-Морт, ни его шестёрки не придавали важности подобным объектам и вряд ли стали бы тратить силы на слежку за ними. Чистокровные волшебники ни в грош не ставили достижения простецов, считая себя вершиной эволюции.       Гермиона задумчиво закусила губу, пока оставляла в кассе деньги. Наведаться сейчас в Гринготтс не представлялось возможным, а её финансы, взятые в поход, стремительно таяли. Но зато она разжилась предметами женской гигиены, пластырями, бинтами, кучей каких-то таблеток, мазей и даже захватила упаковку шприцев. Никогда не знаешь, что может пригодиться. С лавкой травницы тоже проблем не возникло. Часть ингредиентов для зелий там, конечно, имелась, но далеко не полный список.       К магической аптеке они двинулись под мантией, заметая за собой следы. Они перешли через дорогу и уже почти приблизились к нужному зданию, когда услышали чьи-то негромкие голоса. Гарри резко утянул Гермиону обратно за угол. Голоса приближались. По спине пробежал холодок. Пришлось замереть и практически задержать дыхание.       По узкой, припорошенной свежим снегом дорожке, вышагивал высокий статный мужчина. Чёрная развевающаяся мантия явно выдавала в нём волшебника. Он двигался прямиком к аптеке, и Гарри мысленно чертыхнулся. Похоже, их везение кончилось. Трансгрессировать в данный момент было опасно — шум обнаружил бы их присутствие, и, возможно, сюда бы прибыли дополнительные силы. Нельзя было привлекать внимание, тем более, ещё неизвестно, как там дела у Браун и МакЛаггена.       — Ну что, появлялся тут кто-нибудь? — спросил человек в чёрном, замедляя шаг.       — Не-а, — ответил второй грубым голосом. — Я не думаю, что мальчишка сунется сюда. За домом предателей крови круглые сутки идёт слежка. Нам бы дали знать, ежели что… Так что зря тратим время…       — Может, в бар заскочим, пропустим по стопочке Огденского? — предложил первый, и второй расплылся в уродливой улыбке.       — Серьёзно? Предлагаешь оставить пункт без присмотра?       — Да мы мигом. Никто и не узнает. Идём, я угощаю.       Гарри с Гермионой с трудом верилось в подобное везение, но мужчины действительно свернули за угол, а затем исчезли с характерными хлопками. Так! Времени оставалось в обрез, необходимо было действовать немедленно. Второго шанса может не представиться.       Гермиона сходу взломала магическую защиту, а Гарри отворил дверь. К счастью, за это время они хорошо научились справляться с охранными чарами, пожалуй, на уровне среднего аврора. Так что, пока всё шло достаточно гладко. Гермиона быстро нашла шкафчик с нужными ингредиентами: пиявки, рог двурога, шкура бумсланга, яйца оккамия. Бадьян отправился в бисерную сумочку практически весь. Гермиона понимала, что придётся оставить здесь почти все оставшиеся деньги, но второго шанса проникнуть в аптеку может не быть. Пропитание они могут попытаться найти в лесу. А вот с лекарствами и зельями дело обстояло куда сложнее.       В конце концов, она закончила возиться. Бросила на прилавок мешочек с галлеонами и мигом перенесла их с Гарри в условленное место к уже знакомой ферме. Кормака и Лаванды по-прежнему не было, из-за чего к спинам друзей стремительно подступила паника.

***

      МакЛагген быстро покончил со списком Грейнджер и решил зарулить в алкогольный отдел. Он хоть и был спортсменом и выпивал крайне редко, но, сидя безвылазно в лесу, захотелось расслабиться. Поэтому он заодно прихватил парочку бутылок виски и ящик пива впридачу. Поскольку магазин был маггловский, то приходилось довольствоваться тем, что оказалось в наличии. Мизерный бюджет, выданный Грейнджер, его нисколько не смущал. Кормак в принципе не мог взять в толк, какого лешего она так беспокоится о деньгах.       Лаванда привычным, до автоматизма отработанным движением сцапала корзину на входе и принялась скидывать туда всё, что попадётся под руку: какие-то сувениры, статуэтки, ароматические палочки, целый ворох женских журналов… Она не собиралась следовать инструкциям занудной идиотки, которая возомнила себя главной и раздавала указания направо и налево.       — Кач-кач, милый, — она дёрнула Кормака за рукав мантии, — здесь же есть магазинчик магической одежды и косметики. Давай заскочим на минуточку? Ну пожа-а-алуйста… — её ресницы театрально взмыли вверх.       Если у МакЛаггена и были слабости, то они сводились к двум вещам: красивая богатая жизнь и красивые девушки. А Лаванда и вправду была прехорошенькой, и ей совершенно не к лицу была потрёпанная мантия Люпина. Даже Филч не стал бы носить такое говно, — думал Кормак.       — Ладно, — согласился он, запихивая в рюкзак, который он умыкнул с одного из стеллажей и защитил заклинанием, ещё парочку бутылок шампанского. Надо же будет как-нибудь отметить победу над змеемордым, а заодно и его собственное провозглашение героем магической Британии. Кормак не сомневался, что это светлое событие уже не за горами, потому надо быть к нему готовым.       Они вышли из супермаркета, даже не потрудившись замести за собой следы и побрели дальше по улице. Нужный Лаванде магазинчик примостился между небольшой кофейней и антикварной лавкой.       МакЛагген применил заклинание, которому его наспех научила Гермиона, чтобы проникнуть в маггловский магазин, однако защита на смежном магическом заведении оказалась гораздо сложнее, и сигнальные чары завопили на всю округу.       — Ебать! — ошалел Кормак, понимая, какой шухер они тут навели. — Так! Быстро хватай всё, что нужно и дерём когти! Грейнджер с нас три шкуры спустит.       Лаванда уставилась на ряд манекенов, обряженных в парадные мантии, как зачарованная. Бархатные, из парчи, утеплённые, всевозможных цветов и фасонов… Глаза разбегались от такого разнообразия. Она уже представила, как очаровательно будет выглядеть в любой из них.       — Ой, Кач-Кач, мне бы надо примерить… — залепетала она в растерянности.       — Ты что, рехнулась?! — МакЛагген стащил с первого попавшегося манекена золотистую мантию, отделанную рыжим лисьим мехом, и сунул её Лаванде в руки. — Всё, пора на съёбки!       Та уже хотела повиноваться, но её взгляд скользнул по полке с различными баночками и пузырьками. Духи, косметика, средства для волос… Да ни одна нормальная девушка не устояла бы против такого! Лаванда принялась хватать всё без разбора, пока Кормак опасливо озирался по сторонам. Заметив витрину с женским бельишком, правда, заинтересовался даже он. В кучерявую голову тут же полезли пошлые фантазии, и он решил прихватить пару-тройку комплектов. Можно будет Лаванде потом подогнать, да и Поттеру для Грейнджер удружить. Глядишь, та над ним смилостивится, а то этот очкарик поди ни разу не трахался ещё. Пока МакЛагген распихивал по карманам своей мантии женские трусы и лифчики, даже не заметил, как в дверном проёме выросла тёмная фигура.       — Стоять, — рявкнул незнакомец, и в гриффиндорца полетел синий луч заклинания.       Кормак отскочил буквально в последний момент, свалившись на манекены с женским тряпьём. Лаванда упала на пол и завизжала.       Прибывший на место волшебник был явно настроен недружелюбно, так как принялся швыряться заклинаниями почти без остановки. Гриффиндорцам пришлось прятаться за прилавками, чтобы хоть как-то спастись. Вот влипли так влипли!       — Кто вы такие? — грубо спросил мужчина, загнав их в угол магазинчика.       — Эй-эй, спокойно, — Кормак осторожно поднялся на ноги и примирительно поднял руки. Палочка была в кармане брюк, достать её быстро не представлялось возможным. Лаванда шмыгала носом, сжавшись в комочек за его спиной. — Моё имя слишком известно, чтобы я называл его всякому встречному-поперечному.       Такой наглости мужчина не вытерпел и уже решил наложить на оборзевшего юнца Круцио, но МакЛагген неожиданно рванул вперёд, схватил незнакомца за длинные светлые волосы и со всего размаху приложил его лицом о ближайшую стену. Послышался хруст сломанного носа. Незнакомец завизжал и выронил палочку, обеими руками хватаясь за свой окровавленный нос.       Лаванда пришла в себя и кинулась к двери, по пути всё же прихватив и мантию с лисьим воротником, и свою сумку со всякими безделушками. Но ей преградил путь ещё один громила, который, в отличие от предыдущего, уже не задавал вопросов и оказался гораздо опытнее в бою. В Кормака тут же врезалась вспышка парализующего заклятия, и гриффиндорец рухнул на пол, словно сражённый великан. Лаванда снова завизжала. Громила наступал. Она пятилась назад, пока не упёрлась спиной в прилавок. На неприятном лице незнакомца появилась кривая ухмылка. Он приближался к девушке вальяжно, словно хищник, который намеревался поиграть со своей жертвой.       — Какая милая куколка. Похоже, это твоё личико украшало сводки «Пророка». Не ты ли сбежала из школы со своим дружком, негодница? Ай-я-яй… Какая плохая девочка! Перед тем, как я передам тебя в лапы Кэрроу, мы немного развлечёмся, ты же не против?       — Пожалуйста… не надо, — слёзы полились по лицу Лаванды, она судорожно шарила рукой в сумке, пытаясь нащупать палочку, но та оказалась погребена под кучей украденной косметики.       Верзила с разбитым носом, тем временем, поднялся на ноги, пнул обездвиженного МакЛаггена и тоже обернулся в сторону девушки.       — Мы можем повеселиться и втроём, — желчно усмехнулся он, буравя Лаванду взглядом исподлобья. — Ты явно заслужила наказание…       — Экспеллиармус! — красный луч озарил помещение, и один из волшебников вылетел в окно. Разбитое стекло осыпалось осколками на крашеный дощатый пол.       Голос Гарри? Лаванда не стразу осознала происходящее — всё произошло слишком стремительно. Её тело, парализованное страхом, отказывалось двигаться. Тем временем, второй мужчина резко схватил её за руку и резко дёрнул на себя, по всей видимости, намереваясь использовать в качестве заложницы. Но Гермиона среагировала на этот выпад молниеносно. Её Ступпефай попал точно в цель, и незнакомец тут же грохнулся на пол лицом вниз. Его многострадальный нос снова влажно хрустнул.       — Мерлин! Что вы натворили?! Я же предупреждала!       Гарри, тем временем, привёл МакЛаггена в чувство и помог ему подняться на ноги. Кормака пошатывало: в момент падения он сильно приложился головой о витрину.       Только сейчас Лаванда поняла, что сигнальные чары затихли. Похоже, Гарри с Гермионой удалось их как-то нейтрализовать.       — Уходим! — Гермиона быстро схватила её за руку, а другую протянула Гарри. Тот, в свою очередь, придерживал всё ещё дезориентированного Кормака. — Времени нет!       В глазах тут же потемнело, Лаванда принялась хватать ртом воздух. Когда она смогла, наконец, вдохнуть полной грудью, то обнаружила себя на берегу заледеневшего озера. Насыпавшийся под одежду снег больно покалывал кожу, но эта мелочь её нисколько не беспокоила. Облегчение накрыло Лаванду словно приливной волной, и она просто завалилась на спину и истерично рассмеялась, глотая бегущие по щекам слёзы.       — У неё, похоже, истерика, — озадачилась Гермиона, кидая Гарри палатку. — Я займусь охранными чарами.       Кормак задумчиво чесал затылок, сидя в сугробе. Голова его нещадно гудела. Он плохо соображал, что сейчас произошло.

***

      Спустя полчаса новое место стоянки было полностью оборудовано, и все смогли зайти в палатку. Гермиона быстро распихивала по шкафам добытые продукты. Лаванда, кутаясь в новую тёплую мантию, пила ромашковый чай, пытаясь унять дрожь в конечностях. А Кормак захрапел прямо на кресле, так и не добравшись до кровати.       — Мерлин, а это ещё что? — удивлению Гермионы не было предела, когда она вытряхнула из авоськи Лаванды её магазинный улов. Скопление такого количества вопиющей ерундистики в одном месте приводило её в бешенство. Сувениры, какие-то баночки с блёстками, крема, кисти для макияжа, фен, утюжок и плойка для волос, три колоды карт, брошюра по хиромантии, пилочки для ногтей… — Зачем…       — Я подежурю, — Гарри резко встал из-за стола, предчувствуя новую перепалку девушек. Он, конечно, был полностью на стороне Гермионы, но становиться свидетелем или, уж тем более, принимать участие в этой грызне явно не собирался. Лаванда и Кормак своей беспечностью поставили под угрозы жизни их всех. Но одного взгляда на этих двоих было достаточно, чтобы смириться с тем, что их крошечный мозг — очевидно, один на двоих — просто не способен внимать никаким разумным доводам.       Гермиона с тяжёлым вздохом проводила друга взглядом. Видно, тоже поняла, что даже хагридов Клык быстрее поймёт какие-то вещи, чем до Браун и МакЛаггена дойдёт вся серьёзность и опасность положения, в котором все они находятся.       Девушка молча отбросила сумку Лаванды в сторону, налила себе большую чашку чая и без сил опустилась на стул. Тело просто одеревенело от длительного напряжения и стресса, и плохо слушалось. Они вновь чудом спаслись. Железные тиски сковывающего страха ослабевали медленно, нехотя.       — Прости… — неожиданно нарушила тишину Лаванда. Её лицо всё ещё было красным от слёз, макияж размазался, а волосы буквально торчали дыбом. Впервые за всё время, сколько Гермиона помнила свою сокурсницу, та не была озадачена своим внешним видом. — Я… я… я просто дура! Да! Ты полностью права, Гермиона!       Гермиона продолжала молчать, глядя на собеседницу с некоторой долей скепсиса и удивления.       — Спасибо, что спасли нас… я… я даже не представляю, что было бы, если бы не вы, — она всхлипнула и принялась растирать слёзы по лицу одной рукой. В другой всё ещё держала чашку с горячим напитком.       Злость Гермионы моментально испарилась. Ей даже стало жаль Лаванду.       — Вы тоже выручили нас в Годриковой Впадине, так что мы квиты. Да и вообще, в одной лодке. Просто нужно быть осторожными и не пренебрегать правилами безопасности. Тот, Кого Нельзя Называть силён, у него целая армия, под ним министерство. Наши силы, к сожалению, не равны.       Лаванда кивнула.       — Я знаю, что вела себя как… как идиотка! И прости за Рона… но тогда я была действительно влюблена в него и ревновала к тебе.       — Забудь, — отмахнулась Гермиона. Уж о ком, а об этом дезертире ей вспоминать совершенно не хотелось. А обсуждать его былой роман с Лавандой — и подавно. Здесь, на войне, всё это теперь казалось таким далёким и не стоящим ни толики внимания.       — Правда… я сожалею. Но тогда он казался мне таким… таким… интересным…       — А сейчас нет? — Гермиона продолжала разговор больше из вежливости. На самом деле, она давно переросла свою глупую ревность. Рон своим побегом продемонстрировал свою ненадежную натуру. На него нельзя было положиться, а это для Гермионы было принципиально важным условием, чтобы испытывать чувства к человеку.       Браун отрицательно качнула головой.       — Можешь смеяться, но мне действительно нравится Кормак. Он такой сильный. И… красивый. А ещё… Ой, он такое вытворяет в постели…       Гермиона поперхнулась чаем и закашлялась, но Лаванда будто и не замечала её смущения.       — На самом деле, я соврала тебе. У нас с Бон-Боном так и не дошло до этого самого. Ну, разве что, чуточку… Я тогда ещё не… Ну, в общем, ты поняла, — она смущённо опустила глаза на собственные колени. — Теперь-то я даже рада. Просто он такой неловкий, что ли… Вечно всё делал невпопад. Торопился, хватал меня за все места так, будто я не девушка, а мешок с картошкой! Обижался на любое замечание. Наверное, ты понимаешь. Раз его здесь нет, то у вас тоже не вышло. Знаешь, я бы на твоём месте о нём не горевала. И вообще, Гермиона, почему бы тебе не обратить внимание на Гарри? Он же такой хорошенький! Конечно, не такой красивый, как Кач-Кач, но как глянет своими грустными глазищами, аж зацеловать охота. Сама бы влюбилась, если бы не была занята…       Рука Гермионы дрогнула, горячий чай обжёг кожу сквозь ткань джинсов, а чашка разлетелась вдребезги, ударившись о пол. Она взвизгнула и вскочила на ноги.       — Ой… с тобой всё в порядке? — обеспокоилась Лаванда. — Сильно обожглась?       — Ничего, — буркнула Гермиона и быстро высушила одежду чарами. — Пожалуй, мне понадобится душ.       — Хорошо, иди, а я пока уберу тут всё, — Лаванда проводила её взглядом и принялась собирать осколки посуды. Гермиона настолько торопилась покинуть кухню, что даже не починила разбитую чашку.

***

      Гарри несколько раз обошёл территорию, после чего плюхнулся на подобие скамьи, которую соорудил из валявшихся толстых веток. По всей видимости, не так давно в данной местности свирепствовали ураганы: они и поломали часть деревьев. Он не стал надевать на себя крестраж, а спрятал его в мешочек Хагрида, однако даже через него эта мерзкая штука влияла на него, высасывая, словно дементор, всю радость и тепло, которых и так не было в избытке. Они с трудом избежали гибели. В очередной, мать его, раз. И хотя его непосредственной вины в так называемом провале операции не было — Кормак с Лавандой знатно удружили — Гарри всё равно понимал, что все они, по большому счёту, находятся под ударом из-за него. Волан-де-Морту нужен был он и только он. Не Гермиона, не МакЛагген и не Лаванда. В этот раз они спаслись, но удача — штука переменчивая… Гарри слышал, как те мерзавцы угрожали Лаванде, и ему сделалось по-настоящему страшно и жутко. Что, если завтра егеря или другие приспешники Волан-де-Морта схватят Гермиону? Конечно, он и раньше понимал всю опасность ситуации, но когда реальная угроза мелькнула столь близко, внутри всё сжалось в ледяной комок. Отправляясь в это путешествие, он не питал особых надежд на то, что выживет. Именно поэтому и принял решение расстаться с Джинни, чтобы не заставлять её мучиться бессмысленным ожиданием, вывести из-под удара. Но Гермиона… Чёрт! Взяв её с собой, он обрёк её на участь пострашнее любой смерти! Да любой нормальный человек бежал бы от него со всех ног, а она осталась. Не ушла, даже когда Рон звал. Почему? Этот вопрос с каждым днём всё больше занимал Гарри.

***

      МакЛагген, продрыхший всю ночь в кресле в скрюченной позе, с утра ощущал непреодолимую ломоту во всём теле. Голова раскалывалась. Неужели он всё-таки получил сотрясение мозга? Он проснулся ни свет ни заря. Девчонки спали, Гарри в палатке не было. Вероятно, олень упёрся на ночное дежурство. Гриффиндорец протопал на кухню и заметно повеселел, когда узрел в углу свой рюкзак. Конечно, даже с больной башкой он не оставил свои трофеи в том сраном магазинчике. Хорошо хоть заклинание успел наложить, что сохранило награбленное в целости и сохранности. Вынув из запасов бутылочку пива, Кормак открутил крышку и сделал смачный глоток. Причмокнул. Кайф… Именно этого ему сейчас не хватало! Спорт-спортом, но иногда и прибухнуть охота. Эх… маггловское пойло — это, конечно, не бар дяди Тиберия с коллекцией редких магических напитков разной степени крепости, но за неимением лучшего сойдёт и оно. Ещё несколько глотков — и пустая бутылка полетела в мусорное ведро. На плите томился вчерашний ужин, видно, приготовленный кем-то из девушек поздно вечером. Кормак взмахом палочки подогрел жратву и принялся уплетать прямо из кастрюли. Он знатно проголодался. Жизнь налаживалась.       Примерно через час в палатку вернулся Гарри. Его шапка и воротник были усыпаны снегом, а под глазами залегли глубокие тени.       — Поттер, ну и видок у тебя, как у покойника, блядь, — констатировал Кормак, который к этому времени уже распечатал бутылку виски и наслаждался букетом. — Прибухнуть не желаешь?       — Не думаю, что это хорошая идея, — Гарри устало опустился на скамью, снял с шеи мешочек и достал оттуда медальон Слизерина. Как же ему хотелось навсегда избавиться от этой проклятой вещи!       — О, давай-ка эту дрянь сюда, — МакЛагген потянул за цепочку и, прежде, чем Гарри успел среагировать, опустил медальон в свой бокал.       — Ты что делаешь?       — Да не ори ты, башка и так трещит… Вискарь микробов убивает. Может, и эта херня сгинет, а?! Почему бы не провести эксперимент?       — Ага! Конечно! Ты бы ещё нассать на него предложил! — не выдержал Гарри, которого приводили в шок методы МакЛаггена. У этого дуболома, похоже, и впрямь было не больше одной извилины, да и та торчала в жопе.       Удивительно, но предложение Кормаку понравилось. Он даже не уловил сарказма, а лишь восхищённо присвистнул и хлопнул Поттера по плечу.       — А что? Отличная идея, между прочим! Так, иди-ка поспи, а то ты на зомби похож. Так от тебя все бабы скоро шарахаться будут, даже твоя Грейнджер. А я подежурю и немного развлекусь с душонкой нашего змеемордого…       — Эй, я же не всерьёз это сказал! — возмутился было Гарри, но Кормак лишь махнул ручищей, сжал медальон в кулаке и направился к выходу из палатки.       — Придурок, — бросил Гарри и рухнул на кресло.