Клуб SOUL

Окно на всю стену, которое любезно задвинули утром белой шторой, не будило Феликса яркими лучами солнца. Полдень наступал, но после ночи в SOUL Феликс всегда спал долго. Хенджин ушёл на работу, оставив на прикроватной тумбочке лекарство от головной боли и стакан воды. Феликс просыпался медленно, провёл рукой по пустой и холодной половине постели и с тихим хрипом повернулся на другой бок. Он досчитал до семи и отбросил одеяло, запуская по телу целые армии мурашек. Спать хотелось ужасно и, желательно, бесконечно, но парень потянулся и почти на ощупь нашёл стакан и таблетку. Выпив, Феликс отправился по маршруту, который выучил за совместное проживание лучше любого урока в прошлой школьной жизни. Кухня с цветами на одной стене и птицами на другой была самым тёплым местом в квартире. После кровати, конечно. На столе лежала книга об искусстве. Феликс убрал ее на полку, к трём остальным книгам - Хенджин любил завтракать и читать, а Феликс наблюдать, как его парень замирал с вилкой или чашкой у рта, зачитываясь. Таких фотографий Хенджина было множество по всей квартире. Феликс обхватил чашку с чаем, включил оркестр Поля Мориа и стал считать снежинки за окном. Совсем грустно - снег в ноябре. До декабря он не продержится, а если он выпал сейчас, то под новый год можно смотреть его только в телефоне. - Как мой чайный маньяк? Улыбка, которая прилетела на губы от музыки, теперь поплыла по всему телу. Хенджин звонил Феликсу с работы и ни разу за все время не разбудил, будто знал, когда его Феликс уже проснулся. - Очень хорошо. - Уже расправился с жертвой? - Нет, сегодня у него медленная смерть, - Феликс сделал ещё один глоток и закачался из стороны в сторону от удовольствия. В ухо позвенели, Хенджин чудесно это умел, смеяться как колокольчики. Феликс отставил чашку и стал расчёсывать волосы, те рассыпались сквозь пальцы, и он снова их выглаживал. - Если бы ты видел, какую красивую косичку я сплел из верёвочек чаинок, - пропел Феликс, любуясь своим творением. - Сколько ты положил в чашку? - Три. - Ну, это ещё нормально, - Хенджин вздохнул. С Феликсом так. Для него отыскали самую большую чашку, которая только водилась в их краях. Этот маньяк в своей любви к чаю мог всю пачку заварить. Хенджин один раз оставил на столе чаинку в гордом одиночестве, а пачку с ее соратниками унёс с собой. В тот день Феликс пел в SOUL только грустные песни, а поцеловать себя позволил только раз. - Я скоро приду, - Феликс засыпал под шёпот снега и дыхание Хенджина у его виска. - Я жду. Спать хотелось до того момента, пока Феликс не вышел на улицу. Снег заметал под капюшон, и очень скоро чёрные волосы превратились в сахарные. Идти по такой погоде мог только отчаянный или сумасшедший, Феликс был отчаявшимся сумасшедшим. Среди белого мира на глаза попалась ярка вывеска «самые вкусные блинчики», и Феликс доверился рекламщику этой пекарни. Волшебный мир еды ласкал глаза мягкими цветами на стенах с картинами милых животных, в рамы вплетались искусственные лозы с розовыми цветами или гирлянды-звёзды. На столиках - почти все были заняты - лежали салфетки-подставки ярких цветов, на которых стояли тарелки с пирожными и большие ароматные и дымящиеся кружки. Гости сидели на полосатых или в большие круги диванах. Чай и печенье постучались в желудок, напоминая, что их одних мало для полноценного существования в этом дне. - Добро пожаловать! Что хотите попробовать? - девушка-кассир с заколкой-бабочкой празднично улыбнулась. Феликс улыбнулся в ответ. Здесь было очень светло, даже глаза заболели. Но, возможно, это сон пытался вернуться обратно и тянул за ресницы в попытке соединить их. - Можно два яблочных штруделя и два какао с собой. - Вам упаковать в подарочную упаковку? - девушка начала вбивать заказ. - Да, - смешок вырвался сам. - У вас очень красиво. - Дизайнер постарался, чтобы здесь было уютно и тепло. - Да, такие цвета и правда создают тепло. Взгляд снова поплыл по помещению. Под потолком были подвешены флажки с разными эмодзи. На спинках диванчиков сидели зверята: тигрёнок, слонёнок, медведь, пингвин и ещё много других «вечных» посетителей. Феликс, привыкший к громкой музыке, не сразу уловил приглушенную мелодию пианино. Она звучала будто тихий говор ручья. В SOUL чаще гремело и бушевало море. - Ваш заказ! - девушка громко объявила, протягивая упаковку со звёздочками и подставку с какао, и Феликс вздрогнул от неожиданности. - Спасибо, - он оплатил заказ и вышел на улицу. У входа уже ждала машина с водителем. Феликс мог бы дойти до офиса сам, но теперь хотелось привести какао для Хенджина горячим. После виски это его любимый напиток. Его он мог пить три раза в день с любыми блюдами, и Феликс вместе с ним. Самым запоминающимся днём, а точнее ночью, было их свидание на крыше клуба, с пледом, с большим количеством сладкого, конечно, какао и звёздами. Феликс не изучал созвездия, но скопления звёзд образовывали только ими придуманные фигуры и легенды. Такая ночь была одна, потому что пытаться повторить - только впустить горечь в те воспоминания. Феликс поднялся по лестнице и зашёл в кабинет Хенджина. Пока весь модный дом Хван Хенджина играл с оттенками чёрного и белого в интерьере и придерживался минимализма, кабинет был символом души. На стенах висели картины, на которых в героях можно было узнать Феликса и Хенджина. Самым любимым у Феликса был маленький рисунок на рабочем столе - красное солнце. Но самым лучшим оригиналом солнца был сам Хенджин, восседающий за столом и сразу поднявший голову на шум двери. Феликс любил такого Хенджина, задумчивого и медленно выплывающего из своего сознания, охваченного работой. Улыбка тут же впрыгнула на его губы, Феликс оставил куртку на вешалке, ювелирно удерживая еду и какао. - Ты долго, - Хенджин следовал глазами за Феликсом, который подошёл к шкафу, переставил там несколько оригами. - Ты вкусно пахнешь. - Я нашёл очень вкусное место. Это новый? - Феликс взял журавля с молнией на голове. - Да, Айен недавно сделал. Показывай, что ты принёс, я знаю, что ты голодный. - Ты. А во мне море чая. - Хорошо, что он в тебе, а не ты в нем. Хенджин подошёл к Феликсу, который продолжал расставлять фигурки. С ним бабочки будто окружили Феликса, усевшись на плечи и впиваясь в тело. Правое плечо резко потяжелело под множеством мыслей и идей, хранившихся в голове Хенджина. Феликс немного повернул голову, чтобы наткнутся на любопытный взгляд. Он улыбнулся и получил поцелуй в шею, под челюсть. - Ай, щекотно, - Феликс отстранился, и Хенджин слился с ним. - Я заслужил еду? - руки Хенджина поползли по талии и сплелись на животе Феликса. - А ты разве только что ее не попробовал? - Я выгляжу, как червяк по-твоему? - Нет. Но если очень красивый, который сильно похож на человека. - В таком случае… Феликс вздохнул, сильнее вцепляясь в пакет и переноску с кофе, как будто они могли поддержать его. Губы Хенджина медленно коснулись шеи, через долгие пару секунд ещё раз, но выше. Каждое мгновение Феликс лишался частички разума, уплывающих в губы Хенджина. Момент, когда Феликс развернулся и теперь получал поцелуи в щеки, нос, лоб, они оба попустили. - Хорошо, поделюсь с тобой, - Феликс приподнял какао, которое все же остыло. К вечеру погода стала холодней и беспощадно проникла в клуб. Феликс накинул капюшон толстовки и присел за стол. Он любил освещение в клубе, как оно резко или плавно переключалось и на миг освещало все, что было скрыто до. Девушка и парень прижимались друг к другу и, кажется, забыли, что они на танцполе, а не в постеле. Мужчина с блестящим чокером двигался в такт музыке. Парень со стаканом чего-то темного преградил путь Лино. Танцор покачал головой и обошёл его. Парень закатил глаза и ухватился за плечо Лино. Феликс усмехнулся и перекинул ногу на ногу, ожидая развязки. Лино не любил прикосновений чужих людей. Они несколько секунд стояли, и парень не убирал руку. Прошедший мимо Сынмин закрыл обзор на эту сцену, и Феликс уже видит, как парень тупо пялится на спину Лино, пока жидкость из его стакана стекает по его лицу. Феликс выставил кулачок, и Лино несильно ударил по нему своим. - Ты сегодня в ударе? - Нечего лезть ко мне со всякой бурдой, тем более в рабочий день, - Лино присел и облокотился на стол. - Ты же ничего не видел, да? - Конечно, тот мудак должен быть аккуратней и тогда наши напитки будут в нем, а не на нем. Айен возник из ниоткуда, обмахиваясь блокнотом. Он загадочно смотрел то но Феликса, то на Лино. Пальцы Лино стали отбивать мелодию, любимую у Чана, а Феликс не выдержал первым. Очень уж вдохновенно Айен стоял и водил глазами с одного на другого. - Рассказывай! - Я сейчас в туалете увидел, как вон тот мужик прихорашивался и смотрел на коробочку, с которой предложение делают. Феликс и Лино проводили мужчину и его неуверенную походку до бара. Мужик сел на стул, и к его бедру прислонилась блондинка. Мужчина обнял ее за талию, и начал что-то вещать на ухо. Чанбин обнаружился неподалёку. Он помахал Феликсу, Айену и Лино. - Бинни ставит пятьсот, что блондинка откажет. Хан сотку, что согласится. Ваши ставки? - Она не согласится, сотка, - обьявил Лино. - Принято. Феликс? Айен сделал пометку в блокноте, и посмотрел на Феликса. Такую традицию ввёл сам Феликс, и теперь они часто делали на что-то ставки. И вот же подвох, почти всегда выигрывал Чанбин. У него было сумасшедшее везение в этом, особенно, если он ставил крупно. - Поддерживаю Джисона, пятьсот, - Феликс хлопнул в ладоши. - Айен, принеси мне пасту. - Окей. Лино? - Ничего, спасибо. Официант ушёл на кухню. Фотоаппарат, который Феликс сегодня взял с собой и сейчас висел позади на стуле, уже сохранил в себе Джисона, который остановился возле бара, чтобы оставить заказ, и Лино, подсвеченного фиолетовым с одной стороны. В который раз Феликс подумал, что он мог бы украсить много модных журналов, но сидел здесь и не обращал внимание на завистливые и восторженные взгляды. Феликс уверенно чувствует себя по ту сторону камеры, и ничто не заставит его сменить роль. Он фотографировал для себя, для альбома, иногда для Хенджина, чтобы тот мог рисовать со снимка. Для него Феликс только позирует, но, на самом деле, уверен, что Хенджин рисует его в самые неожиданные моменты. Например, на отчете, а потом просит распечатать его ещё раз. И Феликс говорит, как ему это приятно, словами или через песню. - Ты вчера был таким радостным. Что-то случилось? - Феликс запрятал волосы за уши и поправил капюшон. - Седьмой класс написал проверочную работу хорошо. Даже двоечники. Лино вновь улыбнулся, как вчера. Он частенько жаловался на своих учеников или хвалил их, и Феликс заметил, что от этого истекало его настроение. У Феликса было по-другому, его настроение на день определялось утром. Если утром он проснулся в хорошем настроении, это настроение длилось целый день, если же он вставал не с той ноги, даже Хенджин был настороже. - Ты понимаешь, что двоечники могли списать? Лино ухмыльнулся и прищурился. - Конечно, именно поэтому я перед уроком собрал у них телефоны. - Они могли взять два телефона. Лино нахмурился. Феликс даже расстроился, что развеял хорошее мнение Лино о честности своих учеников, но реальность бывает жестока. - Я не говорил, в какой именно день пишем работу. Думаешь, они таскали с собой два телефона всю неделю? - Я бы так и сделал. Если б в школе у меня было два телефона. - Я бы не сделал, хоть у меня и было их два. Феликс в замедленной съёмке наклонился и уставился на Лино с заметным любопытством. В клубе знают только то, что Лино работает в школе и снимает комнату. Он ни разу не обмолвился о том, есть ли у него родители или нет, местный он или приехал сюда учиться и остался работать. А сейчас Феликс вывел на тему, которая могла приоткрыть завесу тайны. - У тебя было два телефона? - Да, - Лино недовольно согласился. - Значит, ты из обеспеченной семьи? - Значит, да. Однако я не общаюсь с ней. И не нужно больше говорить обо мне. Феликс достаточно познакомился с Лино, чтобы знать, что чуть склоненное лицо, взгляд исподлобья и натянутая улыбка с одной стороны губ, означали опасную территорию и лучше было отступить, не выводить Лино в то состояние, которое каждый в клубе SOUL допускал, но не хотел видеть. - Хорошо, прости. Мне опять свет в голову через глаза ударил. Сразу стало легче, когда Лино ухмыльнулся своей естественной улыбкой и кивнул. - Смотри, там, кажется, развязка, - он указал в сторону бара. Там же появился Айен. Сынмин и Хан в этом время приносили тарелки на небольшую компанию, но блюд будто на целый голодный класс, как сравнил Лино. У бара мужчина выпил залпом бокал и встал на одно колено. Феликс удивлённо посмотрел на Лино, который прыснул от представленной картины. Девушка отступила и врезалась в барную стойку. Чанбин мелькал на ее фоне и подпрыгивал, чтобы точно все понять. У него первый ряд и ставка, которую не хочется терять. - Кажется, все, - вынес вердикт Лино. Феликс печально кивнул. Девушка дала мужчине пощёчину и убежала из клуба. Айен радостно дал Чанбину пять, и побежал к столику Феликса и Лино. - Феликс, как-то ты сегодня мимо, - заметил Лино. Айен смахнул невидимую слезу и в ободряющем порыве положил руку на плечо Феликса. - Очень печально, но сегодня ты потерял свои деньги. - А ты, блять, совесть потерял, - Сынмин появился неожиданно и слегка хлопнул Айена по затылку. - Мы там с Джисоном пашем, а ты здесь в кино на драму пришёл смотреть? - Ты просто злишься, что просрал свои три сотни, - Айен поплёлся за Сынмином. - Официант, где моя паста?! - крикнул им вслед Феликс под смех Лино и заработал несколько удивленных лиц за соседними столиками. Каждую ночь в клубе SOUL Феликс считал особенной. Кто-то просыпался и считал: вот, новый день, я проживу его по-другому. Феликс же так думал про ночь. День он проживал только потому, чтобы ночью начать жить. Чанбин называл его совой, и Феликс был с ним согласен. В темное время суток ему было легче сосредоточиться на работе, и он успел заметить, что каждый из работников SOUL также справлялся с таким режимом. Однако Джисон, который только что врезался в стул и немного покачнулся, заставил засомневаться в верности своего наблюдения. - Джисон? Хан вздрогнул от громкого оклика Феликса. Тот усмехнулся, потому что напуганный он выглядел забавно. Джисон направился к Феликсу, протирая глаза и очень заметно сдерживая зевок. - Ты сегодня с Морфеем ходишь? - Кто это? - Ну, такой чувак, который заставляет тебя спать, - Феликс сложил ладошки и подставил их под щеку. - Я не сплю! - В этом и проблема, - Чанбин поставил на стойку чашку с кофе и пододвинул Джисону. - Не ты ли мне сегодня жаловался, что у тебя в понедельник семинар, и ты уже второй день без сна, потому что сначала пары, потом подготовка к семинару, а ночью клуб? Феликс с открытым ртом повернулся к Джисону, который спрятался за чашкой кофе. Совсем не спать Феликс никак не мог, он просто поменял себе режим дня, но сон для него святое. Сон и еда. - Ты так можешь однажды упасть. А нам потом тебя спасать из-под ног танцпола. - Феликс, ты как всегда точен в обрисовке ситуации, - Чанбин показал класс. - Я до сих пор помню, как ты сказал Сынмину: «дед инсайды в сравнении с тобой лучистые лучики». Джисон поперхнулся кофе, и было непонятно, кашляет он или смеётся, но Феликс все равно похлопал его по спине, смущенно закрывшись другой рукой. Тогда Сынмин только пришёл в клуб и создавал именно такое впечатление. Уже познакомившись ближе, выяснили, что поведение Сынмина никак не связано с его ощущениями в душе. Феликс понял это, потому что сам чувствовал, что попал в похожее положение. Он не стремился показаться чересчур жизнерадостным, но его таким считали: по тому, как он улыбался, подбадривал и всегда мечтательно фотографировал всех и все. - Не волнуйся, я не упаду. Завтра воскресенье, и я высплюсь, - Джисон откашлялся и, поправив фартук, закинул руку на плечо Феликса. - Я и сам понимаю, что загнусь так, не проработав и месяц. - Да ладно, ты уже три года отмучился в универе. Теперь просто совмещай умственный и физический труд, - Чанбин махнул рукой и пошёл принимать заказ. Хан кивнул Феликсу и пошёл к Айену, который махал ему от столика, за который после танца сел Лино. Чан тянул коктейль из трубочки, когда Феликс подошёл к нему. Верность пиву была нарушена, и Феликс заинтересовался причиной. - Суббота, а народу мало, - поделился диджей. - Как будто в нашем городе большая часть наших посетителей вдруг обрела нравственность. - Ты о той нравственности, которая заставила двух парней зажиматься в кабинке туалета? Феликс спрятал руки в карманы и с вопросом посмотрел на Чана. Тот пожал плечами и стянул наушники на плечи. Рукав рубашки задрался, и на запястье показался браслет из бисера. Чёрные бусины больших и маленьких размеров образовывали волны. - Красивый, - Феликс перехватил руку и погладил украшение. - Да, мы с Ханной сделали, - Чан улыбнулся, явно переносясь в тот день. - Ты скучаешь? - Очень сильно. Феликс, конечно, не сестра Чана, но все равно обнял. Когда утром обнимал Хенджин, мысли прятались, выпуская на волю чувства. Каждое прикосновение било током, и хотелось большего. Обнимая Чана, Феликс почувствовал, что его спрятали, объятия были тёплыми и спокойными, будто одеяло в холодную зиму. Он отстранился, Чан подмигнул и снова надел наушники. - И вот, я, как дурак, жду ее звонка. Мне показалось, что я ей понравился, и она номер так охотно взяла. Я просто не понимаю. Феликс поднимал стулья вместе с официантами и слушал жалобы Айена на его тяжелую и несостоявшуюся судьбу героя-любовника. Та девушка, которой он, как джентельмен, вручил своей номер, никак о себе не напоминает и мучает Айена. - Мне она понравилась. Если б я вёл себя по-другому, она бы уже написала, да? Но почему я должен вести как-то иначе, это ведь будет для неё сюрприз, если она будет думать, что я один, а потом, когда я буду вести себя как всегда, она поймёт, что я другой на самом деле. Это ведь нечестно? - С другой стороны, тебе не нужно пугаться, и нам не нужно отговаривать тебя менять номер, когда ты позвонил по номеру, который тебе дала та каланча, а тебе ответил какой-то мужик, - сказал Лино, подходя к ним и надевая свой рюкзак. Феликс засмеялся, потому что та история была действительно смешной. Айен тогда всю ночь боялся, что тот мужик выследит его по номеру и приедет разбираться. Он решил, что это отец девушки, и его с трудом убедили, что девушка просто дала рандомные цифры, и они оказались чьим-то реальным номером. Джисон на секунду замер со стулом, а потом захихикал: - Мы один раз так разводили левых людей, набирали какие-то цифры и кому-то дозванивались. - Кто мы? - Сынмин поднял последний стул и снял фартук. - Я и друзья со школы. Сейчас уже не солидно. Айен снова похвастался своей молодостью и, увернувшись от мстительных пальцев Джисона, побежал к выходу и у самой двери запрыгнут Чанбину на спину. Чан, который придерживал двери, громко засмеялся, наклоняясь назад. Видимо ему выпала удача увидеть лицо Чанбина, который без предупреждения заполучил веселящийся груз, попытавшийся его задушить в попытках удобнее устроиться на нем. Феликс, напевая мелодию одной из песен, которые он исполняет в клубе, замыкал шествие из Хана, Сынмина и Лино. Танцор попрощался со всеми в коридоре и ушёл. В гардеробной Айен лежал на диване, схватившись за сердце и не натурально умирал. Чанбин скинул его не очень нежно. Сынмин и Джисон переоделись и вышли из комнаты, попрощавшись. Хан пообещал Феликсу, что будет спать днём, и пожаловался, что Уён - его сосед и одногруппник - требует с него точно такие же обещания. Чан и Чанбин ушли вместе, обсуждая фильм, который Чан недавно посмотрел. Феликс присел на диван и положил руку на коленку Айена. Он покачал ей из стороны в сторону и тихо сказал: - Хенджин просил передать, чтобы ты зашёл домой. - А он сам почему не сказал? - Айен подтянулся на диване, и хмуро посмотрел на Феликса. - Он замотался с будущим показом. К тому же его все чаще начали спрашивать насчёт какого-нибудь приема здесь. Айен замычал и лёг обратно. Феликс поджал губы, он точно не хотел обидеть Айена, но с ним не поймёшь, когда он обижается, а когда претворяется. - Покажешь, как сделать журавля? - Если у тебя не получится, я заплетаю тебе косички, - Айен кровожадно выставил палец в сторону волос Феликса. - Я думал, я облысею, когда ты меня заплетал в прошлый раз! - Вот именно, это будет второй раз. Я уже опытный. Феликс с искренней улыбкой покивал головой и подал руку, помогая Айену подняться.