Клуб SOUL

Будильник давно отключился, но Лино продолжал лежать в кровати, пытаясь высмотреть что-то на потолке. В пятницу у него не было первых уроков, поэтому можно было поспать подольше, но даже так он проснулся точно по будильнику, опять погружаясь в этот день, начавшийся в двенадцать ночи. Хозяйка за дверью шумела посудой, через время на всю громкость заработал телевизор. Отчасти это подействовало на то, чтобы Лино все же откинул одеяло и сел на кровати. На экране телефона были привычные сообщения в преподавательском чате, который по странной причине никогда не умолкал. Кроме этого чата, полусонный мозг осознал, что глаза увидели сообщение от Сонхвы. Хотелось взвыть, но Лино не настолько отчаялся, он ещё может держать себя в руках. На кухне он сварил себе пару сосисок и поел каши, которую разогрел в микроволновке. Пока Лино пил привычный горячий кофе, в телефоне велся подсчёт всех преподавателей. Перед работой нужно будет зайти в магазин и закупиться для них. Радует, что сегодня ему не нужно тащить ещё и проверенные тетради. Пока он нашёл за скрипучими дверями шкафа белую рубашку, брюки и темно-коричневый кардиган, в голове выстроился список того, что можно купить. Уже поправив волосы привычными небрежными взмахами ладони на выходе перед зеркалом, Лино замер с рукой у головы. Точно! Его родители до сих пор не позвонили, хотя в его день рождение они звонили, опережая будильник. Сегодня было тихо, и в душе даже сделало пару вдохов зародившееся чувство благодарности: неужели день может пройти спокойно? Для него это было бы лучшим подарком, однако почти сразу Лино встряхнулся и не позволил себе раньше времени обрадоваться. День ещё не закончен. С большими пакетами, в которых аккуратно были сложены торты и несколько упаковок соков, Лино зашёл в школу через пропускной ход, здороваясь со всеми, кого встречал в коридоре, а повезло ему прийти на работу прямо в разгар перемены. В учительской собрался не весь педагогический коллектив, поэтому Лино выложил все покупки на столы, несколько учительниц подскочили помогать ему с нарезкой. Лино написал в чат, что сегодня его день рождения и в учительской всех будет ждать угощение за его здоровье. Те учителя, которые присутствовали при его приходе, первые опробовали торты и поздравили Лино. Он тоже съел кусочек, но почти сразу ушёл в кабинет, в котором у него уже через пять минут начнется урок. Некоторые ученики сидели в классе, кто-то из знакомых лиц носился по коридору, и их мелькающие силуэты можно было видеть в открытую дверь класса. Лино разложился на столе, без дела листая блокнот с конспектами, но взгляд через каждые десять секунд слетал на экран телефона. Тот факт, что этот день начался не так, как последние несколько лет, волновал и раздражал одновременно. Звонок на урок отвлёк от невеселых мыслей. - Национальное Собрание было преобразовано в Учредительное 9 июля 1789 года, а попытки Людовика XVI разогнать Генеральные Штаты привели к всенародному восстанию. Джено, я тебе не мешаю? Может мне подождать, пока ты закончишь свои дела? Обычно Лино рассказывал ученикам материал, стоя рядом с учительским столом и опираясь на него, либо разгуливая перед первыми партами. С этих позиций было лучше всего видно, чем занимается каждый ученик, и конкретно в данную минуту один ученик за средней партой среднего ряда, не скрываясь, что-то печатал в своём телефоне, и даже не поднял голову, когда Лино к нему обратился. Остальные ученики, как по команде посмотрели на одноклассника, потом на учителя, который начинал терять терпение и теперь раздраженно водил карандаш на столе по кругу. Глаза с прищуром смотрели на наглеца, а в голове начали выстраиваться схемы способов пыток, которыми с недавних пор Сынмин начал делиться с Лино. Читал о преступниках Сынмин, а был готов использовать их методы Лино. - Я закончил, - мальчик отложил телефон и с озадаченным выражением лица поднял голову. - Вы можете продолжать, учитель Ли. - Спасибо, - улыбка у Лино вышла чересчур вежливой, а голос очень почтительным. - А теперь, Джено, встань, пожалуйста. Ученик удивлённо поднялся. Остальные в классе внимательно следили за настроением своего учителя. - Будешь стоять весь оставшийся урок, и, если я увижу, что ты хоть раз отвлечешься, ты будешь пересказывать весь параграф сегодняшнего урока письменно. - Вы не можете! - Нет, это ты не можешь соблюдать дисциплину. - Я не буду стоять! - ученик сел на стул и со злостью уставился на учителя. - Внимание, сегодня домашнее задание получает только Джено, у всех остальных его нет. Джено, для тебя письменный пересказ параграфа. Мальчик подскочил, оттолкнув стул, и тот противно заскрежетал, врезаясь в парту позади. Даже не умея читать мысли, Лино мог слышать проклятия, которые сыпались в его сторону из головы Джено. Он забрал со стола карандаш и начал путь от стола до двери, возвращаясь к теме урока. - Взятие королевской тюрьмы Бастилии 14 июля 1789 года ознаменовало падение абсолютистского режима во Франции. В классе стояла идеальная тишина, которая прерывалась гулом машин, доносящихся с проезжей части напротив школы, и шелестом тетрадных листов, когда ученики заканчивали страничку. Звонок на перемену показался долгожданным даже для Лино, которого стал подбешивать злой взгляд ученика, простоявшего возле своей парты пол-урока. Он вылетел из класса первым, толкнув дверь в стенку. Дети проходили мимо учительского стола, прощаясь с Лино, когда ему вдруг позвонил секретарь директора. - Директор просит вас зайти. Вот же! Глаза закатываются, надеясь найти смысл в сегодняшнем дне, но безуспешно. Лино забирает вещи и идёт на второй этаж в кабинет директора. Он не замечает детей, которые носятся, как и всегда не замечая никаких преград, живых или неживых. Учителя, которые встретились по пути, поздравили его, и Лино только кивал на это, не вдумываясь в то, что ему говорят. Думалось сейчас только о том, чтобы поскорее уйти в клуб. - То есть он прибежал сюда и нажаловался на меня? Неожиданное посещение кабинета директора стало и неприятным. Ему только что высказали за то, какие методики воспитания не стоит использовать и как неуважительно он относится к ученикам. Если Лино посчастливится встретить Джено сегодня ещё раз, он точно снимет ремень и отходит ему по заднице, чтобы понял своё отвратительное поведение на уроке и чтобы не бегал к директору, выворачивая ситуацию для своей выгоды. - Джено не жаловался, - директор прикрывает глаза и качает головой. - Вы просто могли бы вежливее обращаться с ним, и этой ситуации бы не случилось. Попросить его убрать телефон. - А если бы он изначально слушал урок, а не сидел в своём телефоне, я бы даже не начинал эту ситуацию. Он не знает, что на уроке нельзя пользоваться мобильниками? - Лино не сильно хлопает ладонью по столу и поджимает губы, когда взгляд директора раздраженно смотрит на его руку. - У него могло быть что-то важное. - Что? Его папочка не смог заключить сделку и обратился за советом к сыну? Мужчина откинул голову на спинку белого кожаного кресла и тяжело вздохнул. Лино сцепляет руки в замок и стучит указательным пальцем правой руки по костяшке левой. Раздражение расходится из груди по всем направлениям, в голове даже появляются первые ругательства. Он никак не может понять, почему в данной ситуации виноватым выставляют его. - Я указал ему на то, что он пользуется телефоном, когда должен слушать материал. Но вместо этого он продолжил в нем сидеть, так ещё и дал мне разрешение на то, чтобы я продолжал вести урок, - Лино делает ещё одну попытку донести до директора, как происходила ситуация. - Родители Джено непростые люди, тебе бы хотелось знакомиться с ними? - То есть для вас имеет значение только то, что он из богатой семьи. То, что парень растет эгоистом, который абсолютно не понимает правил общества и конкретно правил нашей школы, вам все равно? - Ли Минхо, давайте вы не будете рассуждать о деньгах. Думаете, я не знаю, из какой вы семьи. Захотелось экстрима в виде траты нервной системы на таких «эгоистов», как вы выразились? Надоест, и вы вернётесь в привычный мир? После слов директора тишина звенит напряжением. Лино молчит, собирая мысли, которые закрутила в смерч вмиг родившаяся ярость. Теперь хочется сделать одно из двух: прописать этому тупому мужику за его длинный язык или подать заявление на увольнение и потом прописать. Мудрее последовать второму варианту, но Лино лишь чеканит ледяным голосом: - Вас не касается, из какой я семьи и по какой причине «трачу нервную систему», как вы выразились. Директор смотрит на сжатые челюсти своего сотрудника, видит, как сильно он вцепился собственными руками друг в друга. - Идите работать, и впредь выбирайте методы воспитания аккуратнее. «То есть, блять, не трогать богатеньких идиотов, потому что у них в карманах деньги родителей,» - заканчивает за него мысль Лино, пока резко разворачивается и выходит из кабинета директора. Не хлопнуть дверью удаётся ему с большим трудом, но наверняка позже, вечером, когда Чанбин нальёт ему что-нибудь крепкое в честь его дня рождения, Лино похвалит себя за сдержанность. В учительской, в которую он зашёл на автопилоте, включающемся каждый раз, когда раздражение заволакивает сознание, учителя радостно наслаждаются бесплатным тортиком и попивают сок. При входе Лино снова посыпались поздравления, пожелания долгой работы в школе. На это парень усмехнулся, поморщившись, и, игнорируя коллег, забрал с подставки журнал следующего класса, и вышел из учительской. Сонхва пытался что-то ему сказать, мелькая перед глазами с двумя станками сока, но Лино похлопал его по плечу и выскользнул в коридор. - Учитель Ли, звонок прозвенел. Смущенный голос девушки с первой парты оторвал Лино от мыслей о том, что его день рождение просто не может пройти так, как он всегда мечтал. Ему не нужно, чтобы его заваливали подарками, взрывали из-за каждого угла фейерверки и окунали лицом в торт. Ему хотелось, чтобы этот день был как все его обычные дни и никто бы не не пытался вынести его мозги. Последние уроки в пятницу Лино провёл в раздражённом состоянии. Ученики вели себя острожно, и это было слишком очевидно. Они буквально боялись сказать не то, отвечали неуверенно, а, когда Лино вёл последний шестой урок у седьмого класса, мальчику, который был известен на всю школу своим хулиганским поведением, попало от его же одноклассников. Никому не хотелось из-за одного балбеса дополнительного задания для всех. Дежурные по классу закончили уборку и подхватили свои портфели с первой парты, попрощавшись с учителем. Лино продолжал сидеть на стуле, облокотившись и положив лоб на сцепленные ладони. Сейчас нужно было придумать, чем занять себя до второй работы. Пойти купить вишневый пирог что ли, а после можно сходить в танцевальный зал. Он там появляется изредка, репетировать свои номера для клуба он может и в самом клубе перед открытием. Зал он посещает для того, чтобы переключиться на более соревновательный режим, там невольно обращаешь внимание на движения других и стараешься отточить свои собственные. В дверь постучались. Лино удивлённо поднял голову и повернул ее на выход из класса. Бровь поползла на лоб, а глаза усиленно заморгали, пытаясь согнать мираж, который по какой-то причине решил появиться в простой, ни в чем неповинной школе. - Джисон? В дверях стоял официант клуба SOUL Хан Джисон. Большая серебристая куртка расстегнута, под ней просматривалась черно-красная полосатая кофта, на ногах чёрные джинсы с прорезями и чёрные ботинки с цепью на боку. Волосы он прямо здесь на пороге пытался пригладить, которые взвихрил морозный ветер на улице. - Привет. - Что ты здесь забыл? - вопрос выскочил, прежде чем обработать его форму и как-то смягчить тон голоса. Лино понял, что прозвучал грубо по тому, как Хан перешагнул с ноги на ногу и начал нервно кусать нижнюю губу. Парень сделал шаг в класс, пропуская по коридору толпу учениц. - Ну, ты же сам позвал меня? - Когда? Джисон выглядел потерянным и шевелил руками в карманах куртки, постоянно отводя взгляд с Лино, не выдерживая больше трех секунд. Лино поднялся со стула и подошёл к нему, откидывая полы кардигана и пряча руки в карманы брюк. В голове память усиленно перекидывала все их встречи, вычисляя, в какой из них Лино мог позвать Джисона к себе на работу, об адресе которой, блин, и так не очень много людей знает. На удивление, Лино не ощущал ненависть, просто изумление и неожиданность. Джисон не тот человек, который мог бы привнести что-то неприятное. - Когда я тебя звал? - В ту пятницу, ты сказал… - Можно? Женский голос спрашивает сразу за резким стуком в дверь. Лино переводит взгляд, и только чувство гордости не позволяет ему открыть рот в изумлении. Гордость и заикающаяся от истерики надежда на нормальный день рождение. Джисон обернулся и с вопросом в глазах снова посмотрел на Лино. Он не знал, кто эти мужчина и женщина, но по тому, как ожесточился взгляд Лино, догадался, что парень не очень был рад их видеть. - Я буду в коридоре, - Хан легко коснулся локтя Лино и вышел, пропуская вошедшую в класс пару, закрыв дверь. - Что вы здесь забыли? - резко спрашивает Лино. - Родители не могут навестить своего ребёнка? - спрашивает мужчина, черты которого позаимствовал Лино, к его великому сожалению. - Нет, если эти родители отказались от ребёнка. - Минхо, дорогой, от тебя никто не отказывался, - женщина протянула руки, надеясь, что сын рванет к ней в объятия. Этого не произошло, и она сама сделала ещё шаг и приобняла Лино, похлопывая по спине. Когда эта трогательная сцена окончилась, Лино посмотрел ей прямо в глаза и спросил: - Зачем вы здесь? - Минхо, ты побаловался и хватит. Возвращайся домой. Зачем тебе это все? - У меня сегодня какая-то проверка на стойкость, - пробурчал Лино, чтобы его никто не услышал, затем сказал громче: - я хорошо живу и без вас. У меня есть жильё, работа, мне не нужно становиться бизнесменом, чтобы состояться в жизни. - Минхо, у тебя есть дом. А ты ютишься в одной комнате и работаешь… здесь! - мама Лино взмахнула руками. Парень усмехнулся. Это ещё не самая ужасная школа. Были другие варианты, которые он рассматривал, похуже и в более подозрительных районах, но директор этой школы принял на работу сразу на первом собеседовании. - Тот дом, из которого меня бабушка чуть ли не метлой гнала, а вслед проклятия кричала? - Ли Минхо! - голос отца прогремел на весь кабинет, от которого вздрогнули и жена, и сын. - Ты ругаешь бабушку, но почему-то не хочешь сказать, что сам танцуешь в клубе! - Эй, что это за интонация? У тебя такой голос, как будто я там под каждого гостя ложусь, - брови Лино хмурятся, а челюсть сжимается. - Может и ложишься. Как же тихо иногда может быть в классе. Да такой тишины не было, когда он сегодня сидел в кабинете директора! Лино может слышать, как его сердце замерло и раздумывает, а нужно ли ему биться дальше. Мало того, что его назвали «неблагодарной и бесполезной тварью» и ещё многими другими словами в день, когда он съезжал от родителей, так теперь люди, которые по документам числятся его родителями, думают, что он шлюха, причём у матери такой жалостливый взгляд, как будто дешёвая шлюха. - А вы были в клубе, в котором я работаю? - надо же, голос даже не дрожит. - Нет! - вскрикнула мать и с презрением отвернулась. - Мы там никогда не окажемся. Там были наши знакомые, и в субботу они уже звонили нам, спрашивая, почему наш сын пьяным танцевал перед ними. «А, да, точно. Я же тогда пил, чтобы меньше волноваться, что встречу кого-нибудь из своих или родительских знакомых». Вот родители сейчас стоят перед ним и пытаются от него добиться чего? Он не уволится, он просто танцует в клубе, и Лино не понимает, что в этом ужасного и преступного. Хенджин хорошо платит за смены, а деньги ни для кого не бывают лишними. Но, кажется, когда ты богат, ты этого не понимаешь. - Вы пришли отговорить меня танцевать в клубе? - тихо выдохнув, спрашивает Лино. - Да, и вернуть домой. Ты достаточно наигрался в самостоятельность, - отец говорил с жестокостью, не допускающей возражений и споров. Это было в Лино от него, поэтому он сейчас берет свои вещи со стола и говорит: - Можете говорить всем своим знакомым, которые вдруг придут в SOUL и увидят меня танцующим, что у вас нет сына. И поверьте вы уже в это сами. Дверь кабинета закрывается, отрезая родителей от Лино, кажется, в этот раз окончательно. Парень поворачивает голову и видит в конце коридора топчущуюся фигуру Джисона. Теперь надо разобраться, что ему от него понадобилось. По мере того, как Лино приближается к нему, лицо Хана обретает растерянное и даже виноватое выражение. Лино сильнее перехватывает свой рюкзак, пытаясь сдерживать ту бурю, которая поднялась ещё с разговора в кабинете директора и сейчас только усилилась. - Привет, - сказал Джисон, как только Лино притормозил, чуть не влетев в него. - Привет. Так что ты хотел? - Ты позвал меня к себе на работу, чтобы я показал тебе песню, под которую ты будешь танцевать. Щелк. Как будто все в голове поставили на паузу, и Лино моргает, пытаясь запустить мыслительные процессы и отгадать по лицу Джисона, шутит он или нет. Позади них слышится стук двери, и мимо них проходят родители Лино, даже не взглянув на парней. Хан настороженно смотрит в их сторону, но почти сразу переводит взгляд на Лино и слегка дергает подбородком, как бы спрашивая, что теперь делать. - Хорошо, идём. Мне надо в учительскую, забрать куртку. - Да, пошли. В учительской несколько столов занято, но в основном все коллеги Лино разошлись. В зоне кухни стоит Сонхва и, как только Лино с Джисоном заходят, сразу спрашивает: - Лино, ты уже смотрел мой подарок? - Подарок? Нет. - Я тебе несколько уроков назад сказал, что твой подарок на полке, где всякие наши прикольчики стоят. Лино кивает и правда смотрит на полку, только чтобы увидеть подарочный пакет с надписью «настоящему мужчине». Он отворачивается, чтобы Сонхва не видел его закатанных к верху глаз, но их увидел Джисон и хихикнул. Лино говорил, что не любит, когда ему делают подарки, но почему-то Сонхва решил, что к нему это не относится. - Посмотри, что там. Мне кажется тебе это понравится. Сонхва оставляет на столе чашку и подходит к полке. Он вытащил пакет и подсунул его Лино чуть ли не под нос, все же заставляя опустить взгляд и посмотреть на содержимое. Лино сначала не понимает, а потом забирает пакет и вытягивает оттуда нечто в коробке. - Ты боксируешь? - спрашивает Хан, подходя ближе. - Нет. Все втроём смотрят на мини-версию боксерской груши на подставке. Такого Лино точно не ожидал. Он поднимает взгляд на учителя биологии и просто смотрит. - В общем, это тебе, спускать пар, - наконец обьясняет Сонхва, святясь от оригинальности подарка. - Что, все уже знают, как я непедагогичен, и теперь мне это носить с собой на уроки, чтобы бить и успокаиваться? В учительской все, кто особо и не вслушивался в разговор, поднимают голову на жестокий тон Лино и переглядываются между собой. Радость Сонхвы резко выключилась, и парень выглядел потерянным. Лино прячет коробку обратно в пакет, забирает с вешалки пальто и почти выталкивает Джисона из учительской. Они оказываются на улице, и только здесь под порывами холодного ветра злость Лино притихает. Больше не хочется швырнуть этот подарок в своего коллегу, родителей ещё раз послать, только в более грубой форме, а директору запихнуть в рот заявление об увольнении. Джисон шагает рядом, застигнув молнию под самый подбородок, и пряча руки все глубже в карманы. - Ты мог бы поставить эту грушу в учительской и брать деньги с учителей, которым нужно выпустить пар, - вдруг заговаривает Джисон. Смешок все же вырывается, а Лино и не думал, что сейчас сможет что-то воспринимать. Хан продолжает идти молча, но в какой-то момент они, посматривая друг на друга, встречаются глазами. Парни останавливаются и отходят ближе к зданию, чтобы не мешать другим прохожим. - Ладно, давай теперь спокойно, - вздыхает Лино. - Я попросил тебя показать мне песню, которую ты написал, да? - Да. - Это было в пятницу. Когда именно? Вопрос заставляет Хана смутиться, что не ускользает от внимания Лино. Ту пятницу он помнит смутно, а перед ним человек, который, похоже, был свидетелем его поведения. - Когда мы сидели на втором этаже в коридоре, - отвечает Хан, смотря себе под ноги. Точно, у них же был вроде как личный разговор в коридоре на полу. Лино прищуривается, и какие-то картинки правда всплывают в голове. Сначала он сидел у бара, видел сцену с тем пьяным идиотом, который стал наезжать на Хана, потом Джисон ушёл, а какой-то черт дернул Лино пойти за ним. Джисон сидел на полу, уложив голову на колени и казался таким маленьким. Они ведь ничего не знают друг о друге, только то, где работают, и минимальные факты, что любят пить, есть, любимые животные. И тогда Лино почувствовал: было что-то, почему Джисон казался растерянным, даже когда уверенно отвечал на флирт очередных красоток за столиком, или выбирал, чем ему перекусить на перерыве, или когда говорил с ним. - Что ж, я готов послушать. Хан вскидывает голову и с сомнением осматривает лицо Лино, ожидая разглядеть… что? Лино кивает в подтверждение своих слов. - Сейчас. Джисон вытаскивает из кармана куртки наушники, а из кармана джинсов телефон. Он втыкает наушники в разъём и передаёт провода Лино, пока быстро вводит пароль и открывает нужное приложение. Лино наблюдает за тем, как его пальцы начинает потряхивать, и легонько подталкивает его плечом. Джисон прекращает прожигать взглядом кнопку плэй и включает песню. - Мне понравилось, - Лино снимает наушники и передаёт Хану. - Правда? Взгляд Джисона такой неуверенный, он вглядывается в Лино, пытаясь уловить лукавство, но видит только легкую полуулыбку и мягкость в глазах. - У тебя приятный голос. Приятно слушать. Лино и не думал озвучивать эту мысль, она вырвалась сама по себе, поселившись в голове, как только Джисон запел в наушниках. Однако то, как засветилось лицо Хана, его глаза зажмурились, а растянутые в улыбке губы напомнили форму сердечка, заставили Лино не пожалеть о вырвавшихся словах, а наоборот продолжить: - Мелодия оригинальная, как будто немного воздушная и летняя. И текст. Милый. - Спасибо. Да просто пришло в голову именно это, - Джисон пожал плечами, а порыв ветра скинул челку в бок, являя опущенные ресницы, отбрасывающие маленькие тени под глаза. В песне лирический герой признавался о том, как хочет познакомиться с девушкой, как испытывает волнение, переживает, что ведёт себя странно, но ему лишь хочется узнать о той, кого увидел ещё издалека. Джисон смотал наушники, спрятал обратно в карман и посмотрел на Лино. Его взгляд был каким-то чересчур искренним и доверчивым, Лино хмыкнул и отшагнул, уступая дорогу банке газировки, которая прикатилась к их ногам. - Ты же помнишь, что я спрашивал в ту пятницу? Ну, что лучше? - Джисон подкидывает носком ботинка банку и следит, как та, вертясь, выкатывается на проезжую часть. - Да. Я не настолько выпил. Я же ещё до утра потом как-то танцевал, - взгляд Лино тоже проследил за последними секундами этой банки, потому что она попадает под колёса джипа. - Значит, это ты помнишь, а то, как позвал меня к себе на работу, нет? - Джисон спрашивает с легким возмущением, которое к концу предложения устало и отключилось. - Да я не думал, что ты так прямо поймёшь меня. Кто тебе вообще дал адрес школы? Айен? - Нет, Феликс. - А Феликс откуда?.. А, Хенджин поделился со своим парнем, - глаза недовольно прикрываются, а губы поджимаются. Но от внезапной мелодии звонка Лино вздрагивает и смотрит, как Джисон с удивлением достаёт телефон и извиняюще улыбается ему, принимая звонок. - Привет, я сейчас не могу говорить. Что ты хотел? Джисон отвел взгляд, вслушиваясь в то, что ему вещали по телефону, что позволяет свободно рассматривать его, без риска быть замеченным. Лино отмечает, как его брови хмурятся с каждой секундой. У Джисона вообще хорошо отражались на лице все эмоции, которые он испытывает в данный момент. Как он всегда зависает, когда видит Лино в концертных нарядах. Губы Лино изгибаются от воспоминания, как вчера Джисон не удержался и выдал: - На тебе так шикарно выглядит шелковая одежда. - Уён, ну, у меня в общем не получится. Прости-прости, пожалуйста, но… Джисона прерывают на том конце телефона, и он поджимает губы, начиная покачиваться из стороны в сторону, немного приподнимая голову. Затянутое серыми облаками небо его не успокаивает, и он зажмуривает глаза, беззвучно выдыхая. Мимо проходит женщина с ребёнком, а рядом в дверь заходит парень, снимая на пути капюшон. - Нет, Уён, мне важно. Да, друзья! Но я… - Блять, кидалово ты! Джисон отодвинул телефон от уха, уменьшая травму слуха от крика, который раздался из динамика и даже донёсся до Лино. Заинтересованность поселяется мгновенно, потому что Джисон морщится и теперь пытается извиниться перед кем-то. - Меня не отпустили! Окей? Я правда бы пошёл с вами выпить и потусить, но, блин… Уён! Нахрен. Джисон взмахивает телефоном и обреченно роняет руку вместе с ним. Он на миг прикрывает глаза и тяжело выдыхает, затем открывает глаза, смотря на Лино виновато. - Прости, что тебе пришлось это слышать. - Да забей. Ты собирался с друзьями сходить куда-то? Джисон машет ладонью в стиле «50 на 50» и тут же взлохмачивает волосы резким движением руки. - У нас типа традиция, каждый месяц ходить в какой-нибудь клуб. Просто потусить, напиться, и на той неделе мои соседи договорились на эту пятницу. Я сказал, что если отпустят, то я тоже смогу. Лино усмехается и с подозрением смотрит на Хана. Кажется, Джисон темнит. - Хочешь сказать, что Хенджин тебя не отпустил? - Ну, вообще-то отпустил. Я буквально сегодня ему написал, он сказал, что я могу не приходить сегодня, потом выйду в другой день со всеми или вместо кого-то. - И в чем проблема? Ветер сильнее задувает под вороты их курток, пуская по коже мурашки. Холодно просто стоять и никак не двигаться. Лино и сам не знает, почему они до сих пор не идут дальше, остановившись возле здания, которое, как догадался Лино, пока невольно подслушивал чужой разговор и осматривался вокруг, было парикмахерской, и теперь смотрят друг другу в глаза. У Джисона глаза большие и сейчас в них немного сомнения. Иногда они широко расширяются от удивления, иногда наоборот превращаются в две щелки, когда он с чего-то умиляется или ему очень смешно. - Просто сегодня я хочу быть в клубе, - наконец заговаривает Джисон, прерывая тишину между ними. - Хоти, - Лино пожимает плечами, переводя взгляд на вход в салон. Хан тоже смотрит на дверь с налепленными силуэтами девушки и мужчины. Он внезапно поворачивает голову и спрашивает: - А как ты решил покраситься в такой цвет? - Да я проспорил, и вот такое было желание моих добрых одногруппников, - Лино проводит ладонью по волосам, помогая ветру их взвихрить. - А потом мне понравилось, и я продолжаю их подкрашивать. Джисон кивнул, и они ещё раз взглянули на дверь салона и сдвинулись с места. - А твой натуральный цвет? - Чёрный. Лино чувствует, как Джисон идёт, прожигая его взглядом, и поворачивает голову. Хан широко раскрытыми глазами смотрит на его голову, наверно, в воображении меняя ему цвет. - Это, наверно, было хорошо, - задумчиво бормочет Джисон. - Ну да, жалоб не было, только комплименты. Хан кивает и переводит взгляд на дорогу перед собой. Лино поднимает воротник, который успел опуститься, и случайно понимает, что больше не злится. Он снова смотрит на Хана. Ему удалось, хотя может он и не ставил себе такую задачу, усмирить его негатив, который поднимался с глубин его души с каждым неприятным событием. Но теперь ему спокойно, мысли перескакивают с песни, которую ему дали послушать, на то, как Джисон кинул своих друзей на работу. Даже вспомнился тот вечер, когда он зашёл в первую попавшуюся комнату девочек в общаге с коробкой краски и попросил покрасить. - Скинь мне песню, - просит он и протягивает Джисону телефон с открытым набором цифр в контактах. - Да, конечно, - Джисон забирает телефон, вводит свой номер и отправляет улыбающийся смайлик. - Значит у тебя сегодня день рождения? Как будешь праздновать? - Никак, я его не праздную. - Но… То есть да, я понял. Телефон прячется обратно в карман пальто, а на губах Лино проскакивает благодарная улыбка. Ему наверняка интересно, и по этому озадаченному выражению ясно, что Хан свои дни рождения празднует только так, и не понимает, как Лино этого не делает. Но спасибо ему, что не развивает неприятную для Лино тему. А может сделал какие-то догадки, пока был в коридоре. Точно, он же был в коридоре, пока Лино выслушивал своих родителей, может он слышал и… - Лино, твои родители к тебе обратились по-другому. Ли Минхо - твоё настоящее имя? - Да. От Джисона его имя не кажется Лино таким бесполезным. Не так, как произносят его родители или директор, или кто-то из коллег в школе. Только несколько учителей согласились называть его Лино, как он их попросил, другим это казалось высокомерной прихотью, до которой они не снизойдут. - В клубе не знают о нем? Потому что с Айеном быстро спалились. - Не знают, я изначально представился там всем Лино, поэтому выходит только ты знаешь, как меня зовут официально. Ну и Хенджин тоже, - Лино усмехается, но не смотрит на Джисона, досконально изучая трещины на асфальте. Ему ничего не отвечают, и Лино уже думает, что сейчас обернётся, а Джисон уже куда-то исчез и рядом никого, но его разубеждают. - Я буду обращаться к тебе так, как ты мне представился. Не имеет значение, что я знаю, как твоё настоящее имя, потому что если тебе некомфортно, считай, что я его уже забыл. Ты - Лино. Когда Джисон смотрит, заглядывая прямо в глаза ещё и с какой-то искрой убеждения, а может это просто солнце, которое не понятно откуда взялось, сверкает в его глазах, и звучит неожиданно серьезно, хочется поверить ему. И, на самом деле, Лино не чувствует сильное недовольство по этому поводу. Джисон не виноват, что отец Лино любит громко называть сына по имени, когда они ругаются. Поэтому он просто кивает Джисону, отводя взгляд. Рука нащупывает в кармане телефон и хочется посмотреть на время, но останавливает себя. - Я иногда видел, как моя бабушка красила волосы. Так интересно было. Я спрашивал, могу ли я также, а мне говорили «иди проспись и садись за уроки», - Джисон усмехается и качает головой. - А сейчас бабушка уже не красится? - Не знаю. На том свете красятся? И нужно ли это там? Голос у Джисона звучит беззаботно, но Лино все равно поворачивает голову и заглядывает в глаза. Джисон ловит взгляд и подмигивает. - Все хорошо. Бабушки и дедушки давно не стало, я привык. - К такому привыкаешь? У Лино не умирали родственники, он не знает, как это терять тех, с кем у тебя целый состав и маленькая тележка воспоминаний, чувств, приятных и не очень, как это в один момент понять, что остальные значимые моменты ты проживешь без них. - Скорее со временем приходит осознание, что их нет, и просто вспоминаешь. Когда тяжело, например, думаешь, что бы они сказали или как поругали, - Джисон смягчается слишком очевидно, глаза становятся печально-далекими. - Или что-то их напоминает. - Ну, я думаю, они счастливы, что ты продолжаешь жить и помнишь их. И наверно поддерживают тебя даже оттуда, - осторожно говорит Лино. Не хотелось сейчас расстроить Джисона не тем словом, а Лино и не предполагает, как поддерживать человека, у которого умерли родственники. Джисон казался сейчас уязвимым, даже если и говорил об этом легко и утверждал, что привык. Не значит, что у него не тянет в душе от пустоты, которая остаётся на месте человека, которого больше нет рядом. - Спасибо. Лино дергает уголком губ и кивает. Парни остановились на перекрёстке. Мимо прошла девочка в кислотном пуховике и с собачкой на поводке. Они проводили взглядом собачку, которая в своём комбинезоне с капюшоном выглядела игрушечной версией леопарда. - Никогда не понимал, зачем наряжать животных, - задумчиво бормочет Джисон. - Делать милашку ещё большей милашкой? - Ты же вроде кошатник. Это сейчас была измена?! - Джисон в ужасе хватается за сердце. - Нет, - Лино хихикает, - я имел в виду котиков, которых наряжают. Я купил как-то раз своим из приюта смешные комбинезоны, так их продолжают в них наряжать. - Да? Ну если только твои котики и в твоих подарках. Тогда я готов это принять. - Могу скинуть тебе фотки, как приду домой. - Давай, буду ждать. Они продолжают друг на друга смотреть, пока Лино всё-таки не вытаскивает телефон посмотреть время. Часы утверждают, что он освободился час назад, но от школы ушёл не дальше трёх кварталов. Джисон в это время копошится рядом и тоже смотрит свой телефон. Он недовольно цокает и убирает мобильник. - Ну, пойду я. До вечера. - Да. Точно не хочешь пойти отдохнуть с друзьями? - вопрос вырывается неожиданно, даже в голове не до конца оформившись. - Да я и так сегодня отдохну с друзьями, - Джисон улыбается напоследок и сворачивает на другую улицу, а Лино было прямо. Оказавшись дома, Лино в первую очередь переодевается и находит в галерее фотографии котиков в одежде, которые ему присылали работницы приюта. Джисон на удивление отвечает сразу и пишет много сообщений с бессвязным набором букв, но Лино догадывается, что это выражение восторга. Фото пробудили желание поскорее забрать их и стать полноправным «отцом», но желание спотыкается об отсутствие собственного жилья. С грустными мыслями об этом Лино разогревает готовый обед, который нашёл в холодильнике, а так как он не зашёл в кафе, как планировал до прихода Джисона и родителей, довольствоваться ему только этим и кофе. Когда он пообедал на кухне и помыл посуду, вернулся в комнату, чтобы увидеть на телефоне два новых сообщения: файл с песней и «надеюсь тебе правда понравилось». - Дурак, - тихо вырывается, и Лино забирается на кровать с книгой, которую начал читать ещё в среду в SOUL и принёс домой. Через несколько часов Лино собирается и уходит в танцевальный зал. По старой дружбе ему выделяют зал, пока он свободен от уроков, и Лино, включив песню Хана на колонках, пробует под нею двигаться. Из-за того, что песня была более размеренная и спокойная, она отличалась от того, под что Лино привык ставить танцы. Но с каждым повторным проигрышем песни в голове всплывали идеи. - Ну, вот ты и на год ближе к смерти, - как только Лино вошёл в гардеробную, мрачным голосом огласил Сынмин. - Не сомневался, что именно ты меня так поздравишь, - Лино скидывает рюкзак и куртку на стул. И очень вовремя оборачивается, чтобы успеть поймать летящее неутомимое счастье в облике Феликса. - Поздравляю. Желаю никогда не покинуть наш клуб, - к ним подходит Хенджин и легонько похлопывает Лино по плечу, даже не пытаясь прекратить удушение Лино Феликсом. - Я-то сам нет, но вот руками санитаров, если ты, Феликс, меня сейчас не отпустишь… Руки, оплетающие его шею исчезают, но Феликс только перекладывает их на плечи Лино и заглядывает в глаза. Смотрит с опаской, но очень искренне. Одним взглядом или поворотом головы он мог передать то, что хотел, и, удивительно, человек его понимал. - Не обижаюсь я, - усмехается Лино и тихо отвечает. Феликс загорается и ещё раз обнимает, но уже не так убийственно. - Ты сегодня какой-то другой. Как будто в тебе новое течение образовалось, и ты теперь по двум руслам плывёшь, - озорно поглядывает на него Феликс, возвращаясь на диван. - Это только сегодня. Такой день. - Как ты можешь работать в свой день рождения? - задается вопросом Айен, занимая место Феликса, и тоже обнимает. - Я вот не работал. - Потому что в это время ещё в клубе не работал, мелкий. Склероз подкрался к тебе раньше, чем к Чану? - хохочет Чанбин. - Поздравляю, бро, твой второй день рождения в этих стенах, - перебивает его Чан, хлопая несильно по колену. Он и Чанбин поднимаются почти одновременно и вместе протягивают руки. Лино усмехается на такую синхронность и обменивается рукопожатиями сразу с двумя. Айен с подленькой улыбкой и не обещающим ничего хорошего хитрым взглядом приобнял Лино со спины, и, не дожидаясь уточнений, выскочил из гардеробной. - Чего это он? - Кто ж его знает, - Сынмин пожимает плечами, закрывая книгу, которую он читал. - Ты не успел к началу, мы тут все вместе читали о девушке, которая убила свою сестру, потому что любила ее мужа. - говорит Хенджин, растекаясь по спинке дивана. - Феликс успел пару раз выйти в коридор на животрепещущих моментах, - неябедничал Чанбин. - Там действительно все так отвратительно написано! Как обнаружили труп, сколько ран, как жертве руку отрезали. И ведь это сделала родная сестра! - Это вообще-то художественный текст, тут все смягчённо. Ты же не заключение медэкспертов читал, вот там будет все подробно описано, - Чанбин со знанием дела качает головой. Феликс морщится ещё сильнее, а Хенджин перехватывает его руку. Лино стоял посреди комнаты и смотрел на компанию, но не видел того, кто пообещал прийти несмотря на договоренности на этот вечер. Он снимает толстовку и вешает на спинку стула рядом с курткой. - Хан не пришёл? - Ты уже по нему соскучился? - Хенджин прищуривается и со вздохом угрожает ему пальцем свободной руки. Лино почти успевает схватить его, но Феликс опережает и спасает палец от расплаты. Чан и Чанбин переглядываются, а отвечает в итоге Сынмин: - Он на кухне, сказал, у него там дела. Ушёл буквально за минуту до твоего прихода. Кто ему сказал, что у тебя сегодня unhappy birthday, если никто из нас не говорил? Мы это уже выяснили. - Выясняйте лучше. Из вас хреновые детективы. Лино подходит к шкафу и открывает дверцы с желанием найти какой-нибудь наряд на сегодняшнюю ночь. Стук двери не обращает на себя внимание, пока перед глазами не появляется нечто. Лино отступает и смотрит в сторону руки, которая и держит это нечто, отдаленно похожее на лейку. Айен улыбается и потряхивает ей, требуя чтобы ее забрали. - Это типо мой подарок? Лейка? - Вау, ты сообразительный. - Хотел сказать тебе спасибо, но лучше отблагодарю этой лейкой в понедельник, когда ты будешь спать, - Лино забирает подарок и осматривает. Лейка напоминает динозавра, носик - его голова, ручка - спина. - Это дополнение к тому кактусу, который ты мне притащил? Айен сконфуженно кивает, немного подумав. Парни с диванчика посматривают в их сторону, не забывая иногда смотреть в другую, чтобы особо не палиться. Лино зыркает в них, и Чанбин, на которого попал сам взгляд, начинает ёрзать и получает сразу с двух сторон, потому что на диване и так было тесно. Хозяин SOUL уже по негласному правилу расположился на подлокотнике, уступая своим работникам мягкое место. Айен неловко пожимает плечами. - Ну, дома просто ухаживать было некому, а я цветы не люблю, даже такие неприхотливые, - все же поясняет он, хоть и прошло уже несколько месяцев с того внезапного стука в дверь комнаты Лино и появление на пороге зелёного существа. - Йеджи, конечно, святая! На это эмоциональное признание Джисона, который распахивает дверь и влетает в гардеробную, оборачиваются все. Лино смотрит, что он в той же одежде, в которой был днём, нелепо замирает, встречаясь с ним взглядом. Айен переводит взгляд с одного на другого и отходит в сторону. С дивана раздаётся покашливание. - Мы все знаем, что Йеджи святая. Ты нам сейчас Америку не открыл, - смеётся Чан. - Лучше присядь, ты какой-то загнанный. - Не, я в норме. Скоро же восемь? Лино отвечает кивком на этот вопрос, хоть задан он был чисто риторически и вряд ли именно ему. У Хана в руках телефон, и так ясно, что он знает время. Нижняя губа снова страдает от нападения, пока Джисон подходит к Лино и заглядывает в шкаф, чтобы забрать свою форму. Лино усмехается, когда Хан вскрикивает от легкого хлопка в плечо от Айена. - Ты чего? - Прекрати, а то я начну тебя бояться, - ворчит Айен. - Ещё на других начнёшь кидаться, чтобы их покусать. - На тебя точно нет, - Джисон взмахивает вешалкой с одеждой в его сторону, но Айен вовремя отскакивает. - Ладно, народ, кому надо, переодевайтесь, мы уже пойдём вниз. С этими словами Чан поднимается и, подхватив Чанбина под руку, выплывает с ним из гардеробной. Хенджин сползает, чтобы наконец-то удобно сесть и подносит к губам ладонь Феликса, которую продолжал держать. Лино забирает первую попавшуюся вешалку и отходит к столу. Сынмин убирает книгу на стол и потягивается. Зевок, который вырывается у него и оканчивается звонким щелчком челюсти, заставляет всех остальных в комнате тоже зевнуть. Лино одновременно с этим чувствует, как все мышцы молят об отдыхе после занятий в зале, но сейчас он закажет у Чанбина капуччино, и жить станет легче. - Лино, как думаешь, сколько бутылок сегодня будет на твоём столике? - спрашивает Феликс. Вопрос пробуждает интерес у тех обитателей клуба, которые поселились здесь недавно. Айен с любопытством присаживается на корточки у диванного столика и переводит взгляд с Феликса на Лино, ожидая разъяснений к этому вопросу. Сынмин и Джисон уже переоделись и ждали возле двери, обсуждая свои институтские ужасы, но замолчали, тоже заинтересовавшись. - Не знаю, - подумав, Лино всё-таки добавляет: - Ставлю три. - Это как минимум, - оживает Хенджин. - В прошлый день рождение Лино с ним хотели познакомиться посредством бутылок. Знаете, заказывают и просят официанта отнести на нужный столик. И заметьте, такое было только в тот день. Поэтому мы подозреваем, что сегодня это повторится. - Ага, в тот раз было семь, да? - Феликс улыбается и выпрямляется. - Ого, как скучно я живу, - Айен подскакивает. - А может мне тоже так попробовать? Ну, покупать выпивку, приносить и говорить, что от меня. - Ты такой богатый, чтобы споить весь клуб? - Сынмин удивлённо смотрит на парня. - Конечно, я же работаю здесь. Мой босс хорошо мне платит. Все усмехаются, как Хенджин подозрительно прожигает Айена взглядом. Благодаря опыту Айен пригибается, пропуская летящую подушку над собой, и быстро прячется за Джисона и уже из-за его спины кричит: - Не может быть, что ты не любишь лесть. Я найду нужную формулу. - Лучше учи уже выведенные формулы, - Сынмин подталкивает его к выходу. Официанты уходят, и в комнате остаются только трое. Лино присаживается за стол и смотрит на отражение. Уставшие глаза, которые хотелось бы видеть оживленными хоть иногда, мешки под глазами, которые легко скрываются косметикой, да и в целом отстраненное выражение. Лино тянется к ящичку и вытаскивает косметичку. - Тебе сегодня подпортили настроение? Голос Хенджина тихий, будто он спрашивает, но уже знает ответ. Лино продолжает орудовать кисточкой, переводя взгляд с себя на него на диване. - Кто-то подпортил, кто-то восстановил. Если ещё сегодня ночью меня не будут доставать вопросами всякие представители разумных существ планеты, то я буду просто счастлив. - На то они и разумные, чтобы задаваться вопросами, - важно поясняет Феликс. - А понять, когда задавать вопросы не нужно, вообще показатель высшего интеллекта. В зеркале Феликс и Хенджин переглядываются, и Лино думает, что именно в клубе ему комфортней всего. Такие разговоры, хоть и могут выглядеть странно, понимаются ими. Даже Айен, который поначалу показался глупым ребёнком, вздумавшим стать взрослым, на самом деле являлся взрослым, который просто хотел быть ребёнком. И Джисон. Может Лино и не хотел, чтобы в клубе появлялся кто-то еще, но теперь с Джисоном ночи казались полностью заполненными. Недостающий пазл нашёлся и идеально завершил картину. А их дневной разговор и то, как Джисон позволил Лино узнать о нем что-то печальное и очень личное, уменьшило расстояние между ними ещё сильнее. - Тебе ещё одна бутылка! - Джисон крикнул, пробираясь через компанию, которая освобождала стол, и наконец достиг Лино. - Текила. Этой уже интересней. - Куда ты их деваешь? Я же видел, как к тебе уже подходили Айен и Сынмин. - Возвращаю на родину. Отнеси Чанбину, скажи, что от меня. Выражение лица Хана заставляет Лино усмехнуться. Тот явно недоволен, что придётся идти обратно после того, с каким трудом он сюда попал. Лино отламывает ещё один кусочек от десерта и в наслаждении прикрывает глаза, пока жует. Ночь проходит, к великому счастью, как нельзя спокойно. Чан ставит ему Happy birthday, и по клубу прокатывается волна криков с поздравлениями, хоть никто из гостей и не знает, кого поздравляют. Чанбин поставляет ему кофе, даже не дожидаясь, когда Лино закажет следующую чашку. В начале за столиком сидели он, Хенджин и Феликс. После первого танца Хенджин куда-то исчез, и Феликс развлекал ему рассказам, как недавно смотрел видео про таинственные места на земле, а Хенджин потом отпаивал его чаем, потому как фантазия Феликса нарисовала Бермудский треугольник в их ванной. Айен в какой-то момент появился и подсунул на стол шоколадку. Лино и Хенджин, который вернулся и заменил Феликса, поднявшегося на сцену, вместе открыли подношение, но Хенджин горький шоколад не уважал. В отличие от Хана и Сынмина, которые как будто учуяли его запах и одновременно подошли к столу. Лино, хоть ему нравился такой вкус и понимал, что это ещё один подарок от Айена, поделился с ними и попросил Джисона отнести шоколадку Чанбину и Чану с Феликсом. К утру Лино замечает, что из официантов остались только Сынмин и Айен. Джисон как-то незаметно исчез, а Чанбин, когда Лино подошёл к нему и сказал об этом, только ухмыльнулся, ничего не объясняя. Хенджин и Феликс ненавязчиво задерживали его в клубе, не давая подняться наверх. И все это нервировало, Лино чувствовал, что его друзья-коллеги что-то задумали. - Ну вот, теперь можно и отдохнуть, - Хенджин повёл Лино из клуба, а следом за ними пошли и все остальные. - У тебя никаких планов на сегодняшнее утро? - Вообще нет, почему ты спрашиваешь? Они выходят в коридор и поворачивают к соседней двери, но тут она открывается, и перед Лино с Хенджином возникает Джисон. Он уже переоделся в свою одежду. - О, я как раз за вами! - Джисон оживлённо хлопает в ладоши и отходит в сторону, придерживая для всех двери. - Мне это уже не нравится. Почему вы все такие загадочные? Лино ступает на лестницу и закатывает глаза, слыша смешки за своей спиной вместо какие-то ответов. На втором этаже Айен внезапно обгоняет его и заходит в свою комнату. Лино замедляется и непонимающе оглядывается на всех, но Чан машет рукой и проводит его в гардеробную. Сердце отчего-то начинает биться сильнее. В комнате нет ничего странного, все так, как они оставили, когда вышли вечером с Феликсом и Хенджином. И, снимая с шеи украшение, Лино внезапно понимает, что расстроен. Что-то он ожидал от клуба, кроме словесных поздравлений и традиционной песни от Чана. У него была надежда, что здесь он почувствует, что у него день рождение, но в итоге ничего нет. - Внимание. Лино слышит за спиной голос Чанбина и оборачивается, как вдруг кто-то из ребят, которые почему-то столпились на входе и не двигаются, выключает свет. - Что за хрень? Лино делает к ним шаг, как вдруг застывает. Парни расступаются, чтобы пропустить в гардеробную большой торт с горящими свечками, который несёт Джисон. Рот раскрывается вопреки любой этике и культурному поведению, а в памяти сохраняется лицо Джисона с широкой счастливой улыбкой и глазами-щелками, подсвеченными тёплым дрожащим светом. Неуверенный смешок все же вырывается у Лино, но он заглушается восторженными криками ребят, которые в разнобой поют happy birthday, только к последней строчке сочетаясь голосами. - С днём рождения! - Джисон подходит впритык к Лино и приподнимает торт. - Загадывай и задувай. - Впервые вижу у Лино такую моську, - надо сфоткать, - ухмыляется Сынмин и тянется за телефоном, но Хенджин шлепает его по руке. Лино и не замечает этого. Парни обступают его и Джисона, тоже счастливо смотря на торт. Дыхание перехватывает, и Лино не придумывает ничего лучше, как вцепиться в тарелку, чтобы почувствовать реальность происходящего. И тепло пальцев Джисона вполне этому способствует. Глаза закрываются и, помедлив, Лино вытягивает губы, задувая свечи. Вокруг звучат поздравления и аплодисменты. Айен подбегает, чтобы включить свет и замечает, как на этаж поднимается Йеджи. - Малой, иди сюда! Йеджи и ещё один повар несли в гардеробную три пиццы, и Айен помог, отпуская повара домой. Йеджи зашла в комнату и присоединила круглую тарелку к торту на столе. Радость от десерта усилилась вкусными ароматами чего-то более существенного. Йеджи обняла Лино, похлопав по плечам. - Не болей и всегда танцуй. Ты в этом хорош. - Как ты узнала? - после всех событий и перемены настроения все же удаётся анализировать. - Джисон вчера до открытия прискакал, объяснил и заказал эту вкуснятину, - Йеджи подтягивает к себе парня, чтобы взъерошить ему волосы. - Ещё и заплатить хотел, дурак. А это мой подарок тебе, Лино. Джисон с ворчанием откидывает руку девушки и выходит за Айеном, который пошёл за креслами, чтобы все уместились за столом и не пришлось сидеть на полу. Лино покачивает головой, не веря в то, что его день рождения проходит именно так, и это благодаря одному конкретному человеку, который подбирается к Лино все ближе. Чанбин сходил за бутылками, которые сегодня собрал Лино - прошлогодний рекорд был побит десятью, - и заодно взял всем посуду, о которой Хан все же забыл. Феликс находит в телефоне плейлист и негромко включает его. Желание спать после ночной работы никуда не девается, но на время уступает место голоду, который проснулся от всех ароматных запахов. Разделавшись с пиццами, парни с возбуждением наблюдают, как именинник разрезает торт. Большой белый кремовый торт, украшенный по окружности шоколадной крошкой. В разрезе видно равное содержание шоколадного теста и крема. - На свой день рождения я хочу такой же торт, - с набитым ртом оповещает всех Айен. Лино, покачиваясь от того наслаждения, которое разливается внутри от вкусноты и внимания, которые подарили, кивает, но тут же добавляет: - Джисон обязан рассказать нам, где готовят такие торты. И ты можешь захотеть уже другой. - Вот именно, согласен со всем сказанным, - подтверждает Хенджин. - Джисон, адрес. Все обращают внимание на Хана, который начал есть свой кусок слишком быстро и теперь с каждым разом отламывал все меньше, чтобы растянуть удовольствие. Он начинает улыбаться, но, встречаясь взглядом с Лино, вдруг ойкает и вскакивает с кресла. Лино и все смотрят, как парень сдергивает со стула у зеркала куртку и вынимает из кармана какую-то бумагу. - Вот, это тебе, - Хан протягивает Лино конвертик. - Мы месяц знакомы, ты мне уже деньги даришь? Руки забирают подарок, но с опаской держат перед собой. Джисон пока падает обратно в кресло и доливает себе джин, соглашаясь на предложение Чанбина попробовать как-то сделать какой-нибудь коктейль. Лино никак не ожидал, что можно отпраздновать свой день рождение пиццей и тортом и стать очень счастливым, но Хан решил пойти до конца. Теперь ещё и подарок. Раньше в клубе он предупредил всех, что если ему устроят вечеринку-сюрприз в его честь, он лично принесёт кого-нибудь в жертву по этому поводу. Но, кажется, это зависит от компании, которая устраивает тебе вечеринку. Да и весь день с самого утра пошёл не так, как проходил уже несколько лет. Сначала появление родителей, потом разговор с Джисоном, теперь конверт от него. Лино смотрит на него, ярко улыбающегося и смеющегося с чьей-то шутки, и, покачав головой, смотрит внутрь бумаги. - Что это? - Лино удивлённо поднимает голову на Хана. Чан и Феликс, которые сидели на диване по бокам от Лино с интересом заглядывают в конверт, и к ним присоединяется Хенджин, перегибаясь через Феликса. Остальные на креслах поворачиваются к Джисону, который, прожевав последний кусочек торта, взмахивает рукой в сторону конверта. - Купоны на кофе. Мне нравится одно кафе, очень уютное и атмосферное, а самое главное, вкусно кормят. Я там беру латте, но в последние дни пробую капуччино, и мне уже не так противно. Поэтому я подумал… - Ты его сейчас на свиданку зовёшь? - Айен указывает бокалом на Лино. - Нет! Лино вздрагивает от быстрого ответа Джисона и усмехается, но в голове вдруг зажигается вопрос: «он так сильно не хочет со мной на свидание?» Внезапно это его задело, но он сосредотачивается на пояснении Джисона, только Феликс слегка толкает его колено своим. - Там просто тебе может понравится капуччино, а так как ты говорил, что у тебя кошмарная арендодатель, ты мог бы там отдыхать. В кафе прикольная обстановка, и это недалеко от твоей работы. Это я сегодня понял, когда мы разошлись на перекрёстке. Я через квартал уже вышел прямо к кафе. - Вы виделись днём? - Чанбин, провалившийся в кресле, приподнимает голову. - Да, - кивает Лино. - Спасибо за подарок. Джисон переводит дыхание, расслабляясь. Внезапно Сынмин, который был ближе к Джисону, толкает его в ногу и осуждающе смотрит на Лино. - Я же сказал, что никто из нас не говорил, что у тебя день рождения. Значит это ты был. - А я отрицал что ли? - Ты назвал нас «хреновыми детективами», - поддакивает Чанбин. - Правильно, где мой допрос с пристрастием? - Лино с вызовом смотрит на всех, кроме Джисона. - Хотели, чтобы я сразу вам во всем признался? Если б мы не увиделись днём, Джисон, наверно и не узнал бы, что двадцать три года назад я родился вчера. - Узнал бы, - возражает Хенджин снисходительным голосом. От мстительных рук Лино, в которых угрожающе покачивалась тарелка с остатками торта, хозяина SOUL спасает его парень. - Хан, так торт откуда? Ты нам обещал адрес. - С того же кафе. Я сегодня в клуб сразу после подработки там, помог помыть-убрать, чтобы тамошний кондитер вообще согласился приготовить торт к шести утра. Джисон отвечает, смотря себе на ноги. Он не видит, как парни переглядываются между собой, и Лино хочет сказать что-нибудь, поблагодарить, но слова не находятся. - В конце работы мотался за ним, только зашёл и спрятал его, а тут вы уже в коридоре, - усмехается Хан. - Вот был бы «сюрприз», если б не успел. Ты бы тогда в коридоре желание загадывал. Лино на автомате кивает, когда Джисон поднимает на него взгляд. Тут ради торта для него работают перед ночной сменой, потом куда-то едут за этим тортом, и вообще делают этот праздник праздником, а Лино даже не собирался говорить Хану о своём дне рождения. Лино добивался, чтобы этот день проходил, как обычно, просто ради собственного успокоения, но, похоже, в понимании Джисона этот день должен быть другим. И сейчас Лино рад, что он показал ему, как можно насладиться днём рождения. - Вообще-то дни рождения наших работников мы здесь не празднуем, - вдруг говорит Хенджин. - Просто поздравляем, дарим подарки, если никто не говорит нам этого не делать. Многозначительный взгляд на себя Лино пропускает мимо и привстает на диване, чтобы ещё разрезать торт и каждому подложить по кусочку. Уже заполненные желудки пытаются возмутиться, но быстро затихают, стоит только вновь ощутить вкусный десерт. - Тебе вообще как такая форма празднования? - спрашивает Чан. Лино пожимает плечами. Сказать, что так он бы праздновал каждый день, конечно, он не осилит. Но что-то ему подсказывает, что парни понимают его чувство. - На один мой день рождения мы с родителями поехали на море, на всех аттракционах прокатились и потом сидели на террасе кафе с видом на закат, - делится Чанбин. - Родители купили мне дорогой конструктор, который я в тот же день забросил под кровать, потому что родственники подарили точно такой же раньше, - Хенджин трёт тыльной стороной ладони глаза, взбадриваясь. - К тому первому, потому что мне не всрались эти конструкторы. Феликс поглаживает колено Хенджина и поворачивается к нему. - Ты просил их о скетчбуке, потому что за рисование на полях учебников ругали. - Ну а я упал со стула в свой день рождения, - пожимает плечами Джисон. Смешок вылетает у Сынмина, пока остальные удивлённо и озадаченно смотрят на парня, а Айен хлопает в ладоши, наклоняясь ближе и выставляя ладони перед собой. - Кто-то подрезал тебе стул, чтобы ты упал задом прямо в торт? - У тебя был такой опыт? - хмурится Хан, но ударяет по ладоням Айена своими и поясняет: - Просто я сейчас повспоминал свои днюхи, и это как-то всплыло сразу. Это был последний урок, учительница вышла из класса, и однокласснику за моей спиной начал тыкать меня в спину. Рядом со мной никто не сидел, и я пересаживаюсь, но другому придурку, который тоже сидел за мной, взбрело в голову передвинуть в этот момент стул так, что мое седалище приземляется на край стула, ну, и я падаю. Хан неловко хмыкает с окончанием истории и потирает ладони друг о друга. И минуты не приходит, как гардеробную оглушает смехом всех семерых парней. Хан машет на них рукой и берет отставленную ранее тарелку. Лино немного успокаивается, но ситуация, конечно, малоприятная. Если б он там был, он бы этих одноклассников уронил друг на друга и освежил водичкой из-под мела. - Что ты им сделал? - спрашивает Сынмин. - Ничего. Там учительница вернулась, а после урока ещё пришла мама и принесла угощения для всех. Ну, та хрень, которой страдают родители до седьмого класса примерно. Все тогда довольные ели, а у меня спина болела, потому что приложился о ножку стола, и стыдно было. - Ну, надеюсь, те два придурка тогда подавились твоим угощениями, - ухмыляется Айен. - А сейчас у них все херово в жизни, - прибавляет Чанбин и поднимает бокал в знак тоста. - Да почему мы пьём за моих бывших одноклассников, хоть и в таком контексте? У кого сегодня день рождения? - Хан смотрит на Лино. Этот день рождение точно Лино запомнится. Вкусный торт со свечками, приятная компания, которая сформировалась неожиданно и постепенно. И как-то среди этой компании сильнее всего бросается сохранить в памяти улыбающееся и смеющееся лицо недавно пришедшего официанта, который приподнимает бокал и что-то вещает о здоровье и хорошем настроении. - О, я придумал! - Хенджин обрывает его речь громким вскриком и подбирается на диване. - За то, чтобы у Лино было больше тех дней, когда он не хочет никого прибить, а те дни, когда он всё-таки хочет, сопровождались… нами. Пока все покачивают бокалами, одобряя лирическое озарение Хенджина, Лино прикрывает глаза и недовольно приподнимает одну бровь. Умеет же Хенджин проехаться точностью по мозгам. - А дни сопровождались им, - Феликс говорит тихо и незаметно указывает на Джисона. - Ладно, пьём за это и расходимся алкоголики, - вздыхает Лино, вытягивая руку с бокалом, чтобы остальные чокнулись с ним.