Проводник

– Вы сказали, что выход близко, – пробормотала Алина, еле разжимая зубы. – Так и есть. – Это было час назад. Я сомневаюсь, что территория завода настолько велика, что на её обход требуется так много времени. – Вы забываете о двух вещах. Первая: мы идем не по прямой. Самым быстрым был бы спуск в подвал, но там гораздо опаснее, чем здесь. Вторая: мы не на простом заводе. – А на золотом, – не сдержалась Алина, зло пнув какую-то коробку. Пустая коробка отлетела в угол и осталась там. – Повезло, что она не с гвоздями, – заметил Мотя. – Повезло, что мы идем вместе с вами. Если что, вы всегда сможете найти выход из ситуации. Например, размозжите нам голову. Мотя промолчал. Настя тоже молчала, не пытаясь заговорить с подругой. Она чувствовала, что сейчас это бесполезно. Вместо этого она повернулась к проводнику: – Если мы в ближайшее время не выйдем, то останемся в темноте. Я вставила последние батарейки. – Да, уж лучше нам выйти поскорее, а то Настя боится темноты, – саркастично добавила Алина. – Я боюсь, только когда одна! – рыжая вспыхнула и кинула на блондинку неприязненный взгляд. Внезапно коридор закончился. Девушки резко остановились. Луч фонарика осветил железный пол, перила и чернеющую пустоту за ними. От места, где они стояли, вверх и вниз шли лестницы. – Думаю, спрашивать, как так вышло, не имеет смысла, – сказала Алина, глядя куда-то вверх. – Как это возможно? Мы же были на первом этаже! – Настя подошла к перилам и наклонилась, перегибаясь через них. Конструкция тут же натужно заскрипела, и девушка отскочила назад. Однако она успела увидеть окна тремя этажами ниже и, кажется, дверь. – Впереди последний цех, где производили топливо. Он самый большой и очень захламлен, поэтому, если у вас проблема с фонариком, то нужно поспешить. А ещё, Настя, ты полная дура, раз поддалась на уговоры и пошла сюда, – Мотя спокойно посмотрел на Настю и показал на лестницу. Алина закатила глаза и шагнула первой, проверяя каждый раз, в порядке ли ступенька под ногой. – Что, простите? – рыжая изумлённо уставилась на парня, который терпеливо дожидался, пока она спустится по лестнице. – Я сказал, что нужно перейти на этаж ниже. – Нет, в конце. Что вы сказали? Лицо Моти в неровном свете фонаря недоуменно вытянулось. – Что нам нужно спуститься. – Не это! Я дура, раз согласилась идти сюда? Вы серьёзно? – Боже, Настя, давай уже выйдем отсюда, пожалуйста! Не тормози! – Алина спустилась до середины лестницы и развернулась, чтобы миновать пролёт. Настя, с подозрением глядя на Мотю, обошла его по кругу и тоже начала спускаться. – Я, знаете, уже говорила, что не хотела сюда идти! Они меня уговорили. И я была бы рада быть сейчас дома и смотреть любимое шоу. Гладить кошку… Пить горячий чай. – И слать Максу бесполезные сообщения. Услышав за спиной голос, Настя даже не вздрогнула. Она нахмурилась, шагая по ступенькам. – Во-первых, это не ваше дело. Во-вторых, я ему ничего не слала, а отвечала на его мессенджи. Я не очередная его безмозглая фанатка, которая достаёт мемчиками и глупыми шутками. Да и что вы можете понять? Вы говорили, что у вас есть любимая девушка, но раз вы постоянно на этом заводе, то какие у вас могут быть отношения? Наверняка ей очень одиноко одной. – Верно. – Вот видите! – воодушевлённая Настя преодолела пролёт, замечая через выемки в полу, что подруга остановилась этажом ниже. – А я… Я просто хотела всегда быть рядом. Поддержать его. Понять, если надо. Даже записалась на баскетбол. – И как успехи? Насте показалось, что её фонарь стал гореть тускло, и темнота начала потихоньку подступать к ним с проводником. Но не придала этому большого значения. – Плохо. У меня слишком маленький рост. Я даже ниже Алины, если вы заметили. Сначала думала, что возьму проворством, буду подавать мяч другим. Но потом поняла, что на площадке меня скорее задавят, чем я принесу пользу команде. Пришлось уйти. Но я не сдамся! – Почему? Настя пожала плечами. Свет от фонаря всё сужался, а лестница казалась бесконечной, но рядом были Алина и Мотя… Ведь это проводник спас её от сошедшего с ума Димы, разве ему можно было не доверять? – Вы спрашиваете меня… Я не знаю. Мне нравится быть рядом. Нравится смотреть, как он что-то рассказывает, как горят его глаза. Он такой живой, яркий. У меня всегда будет надежда, пока он не встретит ту самую. Если это произойдёт, и он наконец начнёт с кем-то встречаться, то я постараюсь с ней подружиться, чтобы оставаться рядом. Я стану лучше, только чтобы быть интересной ему и… Хлюп. – И быть… Хлюп. Хлюп. – Быть рядом… Свет от фонаря стал еле различимым. Настя опустила глаза, вдруг с ужасом понимая, что уже по колено в чёрной густой жидкости, которая залилась в кроссовки, пропитала штаны и теперь касалась кожи. Самое жуткое было то, что ноги продолжали двигаться, спускаясь по лестнице, и не слушались её. – Что это… Матвей, что это такое?! Алина?! Позади неё никого не было, как и впереди. Только стены, лестница и черная пустота сбоку, которая плескалась и накатывала волнами на тело. Через шаг Настя оказалась по пояс в смоляной жиже. Ноги продолжали идти. – Нет… Помогите! Девушка могла управлять только руками, но это ничего не меняло. Шаг. Ещё шаг. Жижа накатила на грудь, промочила кофту, и вдруг Настя поняла, что она была такой же, как кровь Димы. Чёрной и густой. Следующий шаг заставил её вытянуть подбородок вверх, чтобы не глотнуть. – Али… Макс! Макс! Спаси меня, пожалуйста! Макс! Пожалуйста! Я всегда… Я всегда тебя… Перед глазами возникло знакомое лицо. Летний вечер, они сидели на детской площадке и играли в карты. Закатные лучи солнца падали Максу на спину, и оттопыренные уши светились белым и розовым. Она навсегда запомнила хитрое выражение лица и эти уши. А ещё его самодовольные слова, когда он забрал банк: – Я всегда побеждаю. – Я всегда… – повторила Настя и огляделась. В двух шагах от неё были перила, уходящие в жижу. Девушка сделала глубокий вдох, закрыла глаза и погрузилась полностью в чёрное нечто одновременно с последним шагом. «Побеждаю».