Рай в шалаше

Еще когда был лейтенантом пятого отряда, он иногда не мог понять, каким образом Шинджи проворачивает вещи за спинами начальства. Без помощи занпакто и иллюзий. Было ли это следствием общительности Хирако или его умения находить компромат, Айзен не знал, да и как-то перестал размышлять об этом после той ночи в лесу сотню лет назад. Сейчас же, стоя в специально разработанном лично для него (естественно неофициально) гигае, который только укреплял чертовы печати на его душе, он кутался в пальто и смотрел на улыбающегося Шинджи, а вопросы вновь заполняли его голову. — Что ты так вылупился? Сказал бы спасибо, что я тебя от твоих кабачков оторвал наконец, — Хирако раскинул руки в стороны, будто весь мир живых с его хваленой осенью был именно его детищем. — Осень здесь ничем не отличается от осени в Обществе душ, — скептично отозвался он, но позволил капитану — своему бывшему капитану — вести себя дальше по улице, вдоль которой были высажены деревья, уже желто-красные. Очередной порыв ветра сорвал несколько листьев, подхватил их, и один опустился аккурат на плечо Шинджи. Соуске протянул руку прежде, чем успел подумать, и взял черенок двумя пальцами, усмехаясь. Хирако же молча окинул его взглядом, в котором промелькнуло что-то лукавое и при этом очень похожее на тоску. Айзен хотел бы поговорить об этом, но тот подхватил его под руку и буквально втащил внутрь какого-то шумного заведения. После одинокого тихого Мукена, после своей хижины на отшибе такое скопление звуков заставило Соуске сильно напрячься, а вот Хирако, как всегда, чувствовал себя идеально, если вокруг были суета и люди. Он подвел Соуске к прилавку и произнес незнакомые слова, разве что «тыквенный» можно было распознать. А пару минут спустя им выдали два высоких картонных стакана с пластиковыми крышечками, и Хирако довольно улыбнулся, кивая Айзену на выход. — Что это? — Соуске чувствовал себя совсем как тогда, сто лет назад, когда приходилось строить из себя идеального лейтенанта. Только теперь он мог открыто смотреть на Хирако с недовольным или угрожающим видом. — Кофе, — весело ответил Шинджи и отпил из стакана, вновь подхватывая Соуске под руку. — Кофе не так выглядит, — возразил Айзен. Он прекрасно помнил горькую черную жижу из джезвы. Огромный стакан вместо маленькой чашечки тем более настораживал. Разве кофе не был дорогим напитком? — Ты никогда не выбирался в Генсей, когда был капитаном? — Хирако шел рядом с ним медленно, разглядывая то деревья, то профиль спутника. Айзен промолчал и сделал глоток. Странно. Сладко. Гвоздика и корица. Где тут кофе-то? А. Вот он. Оседает послевкусием на языке вместе… хм, действительно тыква. Хирако же его молчание воспринял по-своему. — Ты шутишь?! — Не для патруля, — все же ответил Соуске и заметил, как Шинджи на мгновение наморщил нос, понимая, зачем тогда Айзен совался в мир живых. Они не раз затрагивали эту тему вскользь, никогда не останавливались и не обговаривали ее серьезно. Может, Шинджи боялся обнаружить, что Соуске совсем не изменился. А может, все еще винил себя во всем произошедшем. Айзен снова отпил кофе, и на второй раз ему даже понравилось. Парки в Генсее отличались от садов Сейретея, хотя изменения становились совсем незначительными, стоило пройти вглубь. Хирако отпустил его руку, отчего Айзен с удивлением для себя понял, что немного разочарован этим. Во-первых, с Шинджи сбоку теплее, а во-вторых, ну… Ему нравилось идти вот так. Капитан же свернул с дорожки на усыпанный листьями газон и внезапно замер с выражением абсолютного счастья на лице. Хирако закрыл глаза и улыбнулся шире, после чего сделал еще один шаг. Под ногами захрустели листья. — Тебе здесь действительно нравится, — отметил Айзен. — Ну, я сто лет здесь жил. Либо учишься любить это место, либо сходишь с ума. — Но тебе нравилось и до этого. Книги, музыка, одежда, — Соуске обнял стакан обеими ладонями, чтобы их согреть. На это Шинджи промолчал, и Айзен отошел к скамейке, с которой наблюдать за капитаном было куда удобнее. Он отпил из стакана, на этот раз точно понимая, что ему нравился вкус и то, как тепло разливается внутри, после чего медленно вдохнул. Воздух в Генсее был совсем другим. На самом деле все было другим. Даже Хирако казался не таким, как в Обществе душ. Беззаботный. Счастливый. Несерьезный. Соуске тихо усмехнулся и опустил взгляд на свои ноги. Дурацкие ботинки. Шинджи сказал, что они теплые и модные. Хирако с размаха сел рядом и протянул Айзену собранный букет из листьев. Ничего не оставалось, кроме как взять его. — Почему ты это делаешь для меня? — Для тебя? Соуске, смирись уже, мир вокруг тебя не вертится. Я захотел... На свидание. Как в фильмах, — Шинджи запрокинул голову, разглядывая золотистые кроны деревьев. — В фильмах? — он разглядывал профиль Хирако, а когда встретился с ним взглядами, мимолетно отметил, что цвет глаз у Шинджи был совсем как у осенних листьев. — В кино мы тоже сходим, не беспокойся.