Отец моего ребенка

"Анастасия, помоги! Ко мне в клубе пристают!" Отчаянный и беспомощный голос лучшей подруги был единственным, что пронзило ум Анастасии Тиллман, когда она неслась вперед к клубу. Комната 808. Анастасия взглянула на номерную табличку на двери частной комнаты. Это был тот же номер, который ей написала лучшая подруга Хейли Сеймур. Без всяких раздумий она вломилась в дверь, чтобы спасти подругу. Когда дверь распахнулась под ее рукой, ее окружила тьма. Внезапно крепкая рука схватила ее за запястье и потащила в темную комнату, за которой последовал громкий стук, захлопнувшей двери. "Эй, кто ты, и чего тебе надо?!" - вскрикнула Анастасия, глаза дико бегая по сторонам, пытаясь вникнуть в окружение. "Успокойся, и я буду заботиться о тебе", - прозвучал глубокий и хриплый голос мужчины, приближаясь к ее уху. На следующей секунде Анастасию бросили на диван, и прежде чем она успела встать, крепкое тело прижалось к ней. Девушка приглушенно вскрикнула, ощутив чужие губы поверх своих. В нос ударил терпкий запах мяты. Мужчина весь горел от желания Анастасия тихо заплакала, осознав всю безнадежность своего положения. Сперва она пыталась сопротивляться, но незнакомец в несколько раз превосходил ее по силе. Анастасия стиснула зубы и стала мысленно молиться, чтобы все побыстрее закончилось. Спустя час она, пошатываясь, вышла из клуба и тяжело привалилась в стене. На голове у Анастейши царил ужасный беспорядок, одежда вся помялась, кое-где не хватало пуговиц. Однако, несмотря ни на что, она все еще переживала, где же сейчас Хэйли. Она собиралась позвонить Хейли, когда увидела группу мужчин и женщин, выходящих из боковой двери. Под огнями она мгновенно узнала двух женщин в группе. Одной из них была Хейли, ее лучшая подруга, которая кричала о помощи по телефону ранее, а второй была сводная сестра Анастасии, Эрика Тиллман. Две девушки шли бок о бок, обнявшись за руки, словно они были самыми близкими друзьями. Шок и ярость раскрасили лицо Анастасии, когда она увидела их. "Стойте, Хейли!" - громко крикнула она им на расстоянии, когда ее кулаки сжались крепко у ее боков. Слыша это, Хейли и Эрика обернулись, чтобы посмотреть на нее. Анастасия гневно смотрела на них, спросив: "Почему ты обманула меня?!" Хейли ухмыльнулась. "Не моя вина, что ты всегда так наивна, Анастасия." "Ты хорошо провела время с тем жеребцем там?" Эрика спросила насмешливым голосом, улыбаясь злорадно. Только тогда Анастасия осознала, что обе они подставили ее. Та невинность, которую она берегла последние девятнадцать лет, была теперь пожертвована ради их отвратительного веселья. В настоящее время глаза Хейли были ледяными, когда она шипела: "Ты действительно думала, что я твоя подруга, Анастасия? Я живу в твоей тени с тех пор, как мы встретились! Я тебя ненавижу, и я хочу только разрушить твою репутацию!" Эрика, с другой стороны, быстро вмешалась, насмехаясь: "У меня есть доказательства, чтобы показать папе, что ты торгуешь собой за деньги в клубе. Не пройдет и месяца, как тебя вышвырнут из дома!" "Вы две..." - Анастасия была так яростной, что покачнулась. Ее тело очень сильно болело после пережитого кошмара, и двойное предательства подруги и жестокости сестры сбило ее с ног. "Пойдем, Хейли! Мы же не хотим, чтобы нас видели вместе с мусором, не так ли?" Объявив это, Эрика повела Хейли к спортивному автомобилю, паркованной у обочины. Три дня спустя в доме Тиллманов раздался гневный мужской голос: "Ты стала эскортом из-за того, что я не позволил тебе уехать за границу учиться? Как я, Фрэнсис Тиллман, могу иметь такую бесстыжую дочь, как ты?" "Папа, я не..." - начала оправдываться Анастасия. "Не так ли? Но ты сделала это, Анастасия! Как ты могла пойти на такие бесстыжие поступки? Мы морили тебя голодом или лишали чего-либо? Не могу поверить, что ты торговалась своим телом перед случайными незнакомцами в грязном клубе! Ради твоего блага я надеюсь, что ты не принесла в дом какую-то болезнь. Кто знает, что мы с моей дочерью могли подцепить от тебя", - презрительно сказала женщина, одетая в драгоценности и изысканную одежду, сидящая на диване. "Папа, я действительно этого не делала. Я..." - Анастасия пыталась себя оправдать. Однако Фрэнсис не хотел слышать от нее больше ни слова. Он зло смотрел на нее, когда сказал: "Вижу, ты всё еще лжешь мне. Вон из этого дома прямо сейчас! Я не терплю тебя под своей крышей. Ни одна моя дочь не могла бы быть такой бесстыжей. С этого момента ты не моя дочь!" Тем временем, стоя на лестничной площадке, Эрика наблюдала за разыгравшейся сценой, прислонившись к перилам и подперев рукой подбородок. Все шло именно так, как она планировала. Через несколько минут Анастасию вышвырнут из дома, и она будет бродить по округе, как какая-нибудь жалкая бездомная дворняжка. Внизу, в гостиной, Анастасия замолчала, увидев грозное и разочарованное выражение на лице своего отца. Она молча поднялась со своего места, чтобы собрать свои вещи. Она только что обогнула лестничную площадку, когда Эрика загородила ее. Надменно скрестив руки на груди, младшая девочка усмехнулась: ”Убирайся отсюда! Не слоняйся без дела, как бельмо на глазу. В этом доме больше никогда не будет места для тебя!” Анастасия сжала кулаки, сердито глядя на довольное выражение лица Эрики. Увидев ненависть и гнев в глазах Анастасии, Эрика наклонилась вперед. ”Что, ты хочешь дать мне пощечину или что-то в этом роде?” Она повернулась щекой к кипящей от злости девушке и самодовольно сказала: ”Тогда давай!” Не сдержавшись, Анастасия провела рукой по лицу Эрики, в результате чего получила сильную пощечину. ”Ах!” - пронзительно вскрикнула Эрика. ”Она только что ударила меня! Мама, папа — Анастасия только что ударила меня!” Она взвыла, сбегая вниз по лестнице. Наоми Лоуэлл быстро заключила дочь в объятия и закричала: ”Как ты смеешь бить мою дочь, Анастасия!” Фрэнсис взглянул на красные следы на щеке Эрики, и никогда в жизни он не был так разочарован. ”Когда моя старшая дочь успела стать такой возмутительно непокорной?” “Папа, мне больно...” Эрика зарыдала, уткнувшись в объятия отца, делая преувеличенно глубокие вдохи, как будто ей было очень больно. “Убирайся отсюда, Анастасия!” - взревел Фрэнсис, поднимаясь по лестнице. Собрав свои вещи, Анастасия схватила свою сумку и спустилась по лестнице. Ее сердце похолодело, когда она увидела, как ее собственный отец держал Эрику на руках, словно она была чем-то драгоценным. Тогда Анастасия поняла, что ей действительно нет места в его сердце. Фрэнсис выслушал только версию Эрики, вместо того чтобы расспросить Анастасию об ужасном инциденте, который она пережила прошлой ночью. С тех пор как умерла ее мать, она провела свои годы в этом доме, живя как чужачка, потому что ее отец привел домой свою любовницу и незаконнорожденную дочь, чтобы создать новую семью. Бедная мать Анастасии никогда не знала о внебрачных связях своего мужа. Я никогда больше не вернусь в это место. Внутри дома Эрика наблюдала, как Анастасия выносит свой чемодан через парадную дверь, и на ее губах появилась озорная улыбка. Наконец-то я избавился от этого бесполезного бельма на глазу! … Пять лет спустя раздался стук во входную дверь квартиры в Дансбери. Женщина, живущая в квартире, работала над своими проектами, когда услышала стук. Немного сбитая с толку, она подошла к двери и с раздраженным видом распахнула ее. Когда она увидела двух азиатов в костюмах, она спросила по-китайски: “Кого вы ищете?” “Вы мисс Анастасия Тиллман?” - спросил один из двух мужчин по-английски. “Я. А вы?” Анастасия спросила. “Нас попросили разыскать вас. Ваша мать, Амелия Чепмен, в свое время спасла жизнь нашему молодому хозяину. Хозяйка, которой мы служим, желает вас видеть.” Она нахмурилась, услышав это. “Кто эта Хозяйка, которой вы служите?” “Миссис Пресгрейв”, - почтительно ответил первый мужчина. Услышав это, Анастасия поняла, что привело сюда этих мужчин. Миссия Пресгрейв была женщиной, стоявшей за Presgrave Group, крупнейшим конгломератом в стране. Много лет назад мать Анастасии пожертвовала своей жизнью, чтобы спасти старшего внука Пресгрейва. Анастасия очень гордилась тем, что родилась у такого способного и доброго офицера полиции, как Амелия. “Мне жаль, но я не собираюсь ее видеть”, - решительно заявила Анастасия. У нее было ощущение, что Пресгрейвы хотели отплатить за великий поступок Амелии, но она совершенно не собиралась принимать их жест. В этот момент откуда-то из глубины квартиры раздался детский и любопытный голос, спрашивающий: “Мамочка, кто это?” “Никто”, - поспешно ответила Анастасия. Затем она повернулась, чтобы обратиться к мужчинам у двери: “Извините, но я действительно сейчас не в настроении принимать гостей”. С этими словами она закрыла дверь. Тем временем, вернувшись за город, мужчина сидел на диване внутри виллы, расположенной на полпути к вершине холма. “Вы выследили ее?” “Да, господин Эллиот. Девушка из клуба пять лет назад только что продала ваши часы на рынке подержанных вещей”. “Найдите ее”, - сказал мужчина на диване глубоким и властным голосом.