Когда бабочки спят

Из шеи Сигмы начала сочиться алая кровь. Юноша выдавил из себя тихий болевой стон. Николай слизал кровь с шеи Сигмы, целуя его рану. Ухмыльнувшись он отдалился и стянул с Сигмы штаны. Сигма хотел уже было возмутиться, но увы, он толком не мог говорить. Гоголь приоткрыл рот Сигмы, смачивая свои пальцы в его слюне. Затем же Николай вытаскивает пальцы изо рта Сигмы и просовывает руку под его ягодицы, входя пальцами внутрь. Гоголь в быстром темпе начал двигать пальцами вперёд — назад. Сигма лишь стонал. Буквально через 3 минуты Гоголь вытаскивает пальцы из Сигмы и берёт гвоздодёр. «Начнётся же наша игра!» раззадорившись воскликнул Николай. Сигма вздрогнул он явно не ожидал такого поворота событий. Юноша начал потихоньку отходить от наркоты, как минимум он мог соображать и что-то говорить, а это уже плюс. Гоголь улыбаясь приблизился с гвоздодёром к Сигме, как вдруг послышался крик юноши «Пожалуйста..! Не надо..!». Крик невинной души завёл парня лишь сильнее. Вставив гвоздодёр в Сигму он начинает двигать им. По щеке Сигмы прокатилась слеза, да, гвоздодёр был не такой уж и острый. Он царапал Сигму изнутри, но большей боли добавлял тот фактор что юноша был девственником. По гвоздодёру текла кровь, Гоголь лишь ускорил темп, немного двигая гвоздодёром вверх — вниз, чтобы повредить внутренние стенки тела сильнее. Жалобные стоны смешанные с мольбой о окончание этой пытки проносились по комнате, но Николай даже не слышал этого. Было ощущение что он просто выпал из реальности! Кровь капала прямо на белую ткань. В какой-то момент Сигма кончил. Николай резко вытянул из Сигмы гвоздодёр. Кровь потекла ещё больше, юноша же потерял сознание из-за боли. Николай же не хотел останавливаться лишь на этом. В его планах было пытать Сигму всеми способами, манипулировать, причинять боль и психологически давить, внушая юноши то что он единственный кто будет любить его. Николай прижал какую-то ткань к анальному отверстию Сигмы, встал и направился на выход из комнаты. Неужели он уйдёт? Нет, не всё так просто. Парень направился в свою комнату и взял лепидоптерологическую коллекцию, баночку с живыми бабочками и булавки с иглами. Придя назад в комнату где был Сигма, парень поставил весь свой арсенал предметов на стол. Подойдя к Сигме он привёл его в чувство с помощью нашатырного спирта. После пробуждения юноша вновь запаниковал и вскрикнул — Н-николай..! Молю, остановись! Ты не можешь поступать так со мной..! Гоголь лишь рассмеялся из-за этих слов. — Пхпхаха! Ты серьёзно думаешь что я прекращу?! Пташка моя, не всё так просто, и ты это прекрасно понимаешь) Сказав это, он целует Сигму в лоб и вытягивает его ногу вперёд, поближе к себе. Сигма попытался дёрнуть ногой, но хватка Николая была сильнее. Он грубо сказал «Не дёргайся.» после чего взял бабочку из лепидоптерологической коллекции и острую булавку. Сигма приготовился к худшему и попытался прижаться к своей груди. Буквально пару секунд тишины, и вот. Послышался тихий звук с болью. Гоголь начал прокалывать кожу с плотью, прикалывая бездыханное тельце бабочки к плоти Сигмы. Юноша старался не кричать, ведь он знал что Николая лишь сильнее заведут его крики. Приколов ещё пару бабочек к телу Сигмы, Николай грустно посмотрел на юношу — Ну вот.. Тебе разве не больно? Где же твои крики.. Ах.. Ты плачешь? А это мило) В правду. Сигма хоть и сдерживал голос, но от боли по его щекам текли слёзы. Гоголь взял банку с живыми бабочками, приоткрыл её и взял одну из бабочек за крылья, закрывая банку. Николай приблизился чуть ближе к Сигме и приоткрыл его ротик. Сигма пытался отвернуться, он уже было хотел пнуть Гоголя как вдруг почувствовал резкую боль. Из его уст на мгновение послышалось «А-ай..!». Николай же успел воспользоваться случаем и впихнул бабочку Сигме в глотку, закрыв насильно его рот. Бабочка порхала во рту Сигмы, доставляя ему дискомфорт. Николай с улыбкой произнёс — Ну же, глотай). Или тебе её слишком жалко? Она же такое беззащитное существо. Впрочем. Таких ещё много. Сквозь слёзы, Сигма начал жевать бабочку. Был слышал хруст её маленького тельца, головы, лапок. Это было отвратительно. В конце концов Сигма смог кое как проглотить это. У Юноши сработал рвотный рефлекс, из-за чего его вырвало прямо на пол. Конечно же Николаю это не понравилось. Он взглянул на Сигму с каким-то презрением и сказал — Неужели Сигмочке стало плохо? Что-ж, думаю это поможет ему. Николай вытаскивает из ноги Сигмы мёртвую, сушённую бабочку, которая явно была в крови. Он хорошенько обмакнул эту бабочку в рвоте и вновь запихнул в рот Сигме, закрыв ему рот чтобы он ничего не выплюнул. Сигма пытался вертеть головой, лишь бы избавиться от содержимого во рту. Вкус желчи, крови и ещё не до конца съеденной бабочки, которая соответственно вышла назад с рвотой было ужасным. Заметив то что Сигма не глотает, Николай начал давить на середину горла, для того чтобы он проглотил. Сигма буквально через силу проглотил это месиво, начиная кашлять. Гоголь перестал давить на горло Сигмы и целуя его в щёку, произнёс — Если тебя ещё раз вырвет в этой комнате, ты будешь слизывать это с пола. Тебе ясно? Сигму пробрала дрожь. Неужели его лучший друг может настолько жестоко издеваться над людьми..? Или же это только начало мучений..?