Мигрант

21 мая 1955 года.  Алексей работал в своей собственной лаборатории. И уже пару лет жил в деревне Ромашково, что под Ленинградом. Население в деревне довольно маленькое. Из знакомых только три человека: Карл, Софья и Константин.  Братья Лосевы не общаются с выпуска из школы. Путь Алексея шел через университет, а путь его брата через бандитизм. Последний раз о Николая писали в газетах в тысяча девятьсот пятьдесят четвертом году, но больше о нем не слышали. В деревне живут еще четыре замечательные семьи: Цветаевы, Грибоедовы, Зайцевы и Овечкины. И у каждой есть по одному ребенку. Это все, о чем удалось узнать Леше.  Он как раз переливал ртуть из одной колбы и другую. Доучиться на химическом факультете у него не получилось. Парня выгнали после неудачного выступления о благородных, или инертных, газах, не вступающие ни в какие реакции. Университетской комиссии показалось это открытие просто глупым, Алексея выгнали с позором, сказав что на их факультете не могут обучаться такие как он, то есть не приносящие пользу.  Лосев также пытался в течение всех этих лет поддерживать связь со старым школьным другом — Паулем или же просто Пином. Сразу после выпуска Ингофф переехал обратно в Германию, в восточную часть Берлина, и успешно был зачислен в Академию Летчиков к радости его отца Рихарда Исаака, который тоже являлся пилотом.  Расставание Леши с Паулем прошло достаточно слезно со стороны русского. Пин старался не показывать зря эмоций, он лишь надеялся, что в скором времени они все равно увидятся. Немец как в воду глядел. Спустя 5 лет молодой человек стоял у дома Софьи Валентиновны с рюкзаком на плече. Пауль вдохнул советского воздуха полной грудью и поднялся по ступенькам к крыльцу. Блондин постучал в дверь, сердце его бешено билось, он пока не знал, кто могу ему ответить с той стороны дома. — Бегу-бегу! - закудахтала Софья, подскакивая из-за стола, за которым она сидела вместе с Константином и Карлом. Мужчины переглянулись и одновременно посмотрели на открывшуюся дверь. Сначала никто из троих даже не смог узнать их старого ученика. Первой опомнилась Филина.  — Пауль? Мальчик мой, ты ли это? - она дрожащими руками взяла его за плечи. Пин кивнул, положив свою руку на ее. — Ja-ja…это я.., - Пауль смущенно кивнул. На самом деле парень даже готовил речь, но в груди все сжалось, к горлу подступал комок, он не могу выговорить ни слова.  И тут же на своей талии немец ощутил теплые руки Софьи, Ингофф обнял ее в ответ. Из-за большой разницы в росте немец мог бы положить подбородок на голову бывшего учителя. Карл и Константин поднялись.  Когда Ингофф наконец отпрянул, то зарылся рукой в короткие светлые волосы. — Простить, мне кажется, что я забыть русский чуть-чуть, - Пин слабо улыбнулся. Карл по-отцовски похлопал его по плечу. — Не переживай, парень. Уж немецкий мы все трое знаем, — мужчина усмехнулся и оглядел своих коллег. — Думаю, ты захочешь узнать, где Алексей. Он пока в Ленинграде, через пару часов должен вернуться. Как насчет чаю? Расскажешь нам все, что с тобой случилось. Так и поступили. Пауль сидел на стуле, поставив сумку на пол. Парень рассказывал о студенческих буднях в ГДР, о своем обучении в высшей школе инженерии и летном училище. Софья Валентиновна задавала много вопросов по поводу здоровья Пина. Не истерзал ли он свой организм? Об этом немец культурно умалчивал. Оказалось блондин даже посетил лекцию, уже на тот момент великого, Альберта Эйнштейна за пару месяцев до смерти физика.  — Такой умный Mann! - восклицал Пауль. — Когда я бы его еще раз увидел, не смог бы устоять на ногах.  Дальше уже немец слушал своих бывших советских учителей, параллельно задавая вопросы. И так пару часов пролетели незаметно.  Часы пробили четыре часа вечера. Скоро должен был приехать Лосев, но все гости дома Филиной совсем забыли о времени. Неожиданно для них в дверь постучали.  — Софья, подруга моя трудолюбивая, это я. Мне необходимо забрать тот аппарат Кипа, что я оставлял у Вас на хранение, - Алексей тот час запнулся, когда женщина открыла дверь. Неудивительно, что первое, что увидел химик был Пауль. Софья отступила назад, дав молодому человеку пройти. Немец встал со стула лицом к старому другу и протянул руку в ожидании рукопожатия, но не угадал. Лосев сделал пару шагов и буквально "поймал" Пина в свои руки.  — У меня даже слов нет…, - пробормотал Алексей куда-то в плечо инженера. Ингофф улыбнулся и обнял ученого в ответ. — У меня тоже, - согласился блондин.