Annika ist tot

Если опубликовать чистосердечное признание как роман, никто не станет оспаривать авторскую позицию. Анника много спрашивает и много пишет, смакуя подробности чужих смертей, превращая их в художественную деталь. Изабель, прочитав пару страниц, улыбается снисходительно — одобряет, и у Анники будто бы вырастают за спиной настоящие крылья. Не ангельские, конечно. Милые мёртвые девочки замолчат навсегда. В руках Изабель Анника становится послушнее куклы, нежнее тепличных цветов. Смотрит в глаза преданно, принимая любое действие как дар божества, знак свыше. Изабель не признаётся в любви, но каждым лёгким касанием стирает тонкую грань между болью и нежностью, жизнью и смертью. На теле Анники россыпью расцветают шрамы. Она не прячет их, носит как украшение, подчеркивает яркой помадой и мягкой тканью струящихся платьев. Темноволосая улыбается нежно. Она, конечно, догадывалась, что ей нравится боль, но не думала, что настолько.

***

Войдя в дом, Анника слышит женский крик, пронзительный и отчаянный. В голове её появляются глупые, но навязчивые мысли о том, что Изабель изменяет, что нашла кого-то другого… Шумоизоляция глушит децибелы незнакомого голоса, лишь распаляя ревность. Коридор. Лестница. Два замка. Анника непозволительно долго ищет ключи. Пальцы дрожат, открывая. — Изабель, — шепчет Анника, не зная, какие ещё подобрать слова. Изящные руки рыжеволосой уже покрыты кровью незнакомки, что снова кричать начинает. В глазах появляется огонёк надежды. — Помогите, — слабеющим голосом произносит на выдохе очередная жертва. Это не измена, Изабель просто нравится убивать. На её губах, аккуратно подчëркнутых алой помадой, играет совершенно безумная улыбка, когда лезвие окровавленного ножа снова касается кожи, рассекая легко, совсем без усилий. Анника, пребывая то ли в шоке, то ли в трансе, отстранëнно рассматривает открывшуюся сцену. Отмечает про себя, как красиво свежая кровь смотрится на бледной, будто фарфоровой коже. Как легко слишком острый нож взрезает мягкие ткани. Какой неприятно высокий голос у девушки и… — Изабель, — снова зовёт Анника, жестом указывая на едва живую девушку, — она ведь совсем не похожа на Софи… Рыжеволосая, отвлекаясь, отвечает с улыбкой: — Знаю. Она похожа на тебя. Окровавленными пальцами Изабель ведёт по губам возлюбленной, а после втягивает в поцелуй, который разрывает, лишь начав задыхаться. Отдышавшись, Изабель протягивает в руки Анники нож. — Хочешь попробовать?