Солнце цвета пиона

На дворе наступил июль, солнце пекло и все расхаживали по улицами Сеула, наслаждаясь теплом. Студенты сдавали экзамены, заканчивали семестр и уходили на отдых. Кто-то уезжал в другие страны, кто-то ездил загород. — У нас завтра последний экзамен, может куда-нибудь выберемся, а чего нам в городе сидеть? — сказала Ханна. Это была дама сердца Сеын. Они были вместе уже два месяца и, сказать честно, были счастливы, словно судьба подарила их друг другу. Девушка, как оказалось, являлась сестрой Криса. Черные волосы были чуть ниже плеч, пухлые губы, которые Сеын любила мазать какими-нибудь средствами, добрые глаза, цвета шоколада, так Ли любила говорить о глазах возлюбленной. Ханна не была сильно заметной, не носила яркую одежду и порой ее было даже не видно в толпе. Из любимых вещей она выделяла широкие брюки, свитера и костюмы. Смотря на нее, можно было сказать, что Бан полная противоположность ее девушки. Ханна одевалась в неярких тонах, носила одно кольцо, что было парным и ни одного браслета, тогда как Сеын любила увесить руки и пальцы всеми украшениями, проколы в ушах всегда блестели из-за серег, одежда не всегда была яркой, однако даже так отличалась от тонов Бан. Наверно, это и делало их идеальной парой. — Да, было бы здорово, — отозвалась дама, сидящая возле Чанбина — Наен. Они были вместе еще со школы. Девушка с хрупким телосложением. У неё было по-детски красивое лицо, аккуратный подбородок и маленький нос, пухлые губы, которые она часто любила красить красной помадой и добрые глаза, цвета сапфира. Длинные волосы, каштанового цвета, нередко были подвязаны небольшим бантиком или заколкой. Из одежды она любила широкие джинсы и свободные свитера, на ногах большие ботинки, но ее образ всегда дополняла небольшая сумочка. Со нравились такие девушки, которые на вид казались сильными, но на самом деле больше всего нуждались в надежном партнере. Таких хотелось защищать и оберегать, для них хотелось стать стеной. — Да, я тоже не против, — сказала Сеын. — И я бы хотел, — отозвался Минхо. — Было бы здорово снять домик где-нибудь у озера, скажем, на недельку. — У меня есть знакомый, который может помочь найти дом, — оживилась Доен — дама Криса. Девушка с аккуратным телосложением, у неё был маленький подбородк, недлинный нос, небольшой рот, большие зелёные глаза, в которых всегда было полно любви к парню. Короткие волосы по плечи, цвета ореха, красиво уложены. Она была олицетворением нежности, носила наряды спокойных тонов, аккуратную обувь и много читала. — Если все согласны, я поговорю с ним. — Все, как один, кивали и соглашались, кроме двух парней. Хенджин смотрел на Феликса с немым вопросом в глазах. Хван знал, что через пару дней годовщина смерти семьи Ли и вряд ли у него есть желание веселиться. — Если ты не хочешь, то мы не поедем. Я буду там, где ты. Если не едешь, то остаемся вместе, если едешь, я поеду с тобой, — Хенджин говорил тихо, чтобы никто не слышал. Рядом с ними сидели Джисон и Минхо, они также знали о ситуации с семьей Феликса. — Лучик, я думаю, что тебе будет легче рядом с нами. Ты будешь отвлекаться от плохих мыслей и тревожности, так будет легче. Но решать тебе, как ты захочешь, — Хан мягко улыбнулся. — Сокровище, можно мы выйдем и поговорим? — Спросил Феликс. На секунду ему стало тяжелее дышать. — Конечно. Извините, мы на пару минут отойдем, — он поклонился в знак извинения, аккуратно беря парня под руку и уводя на улицу. — Что такое, ангел? Скажешь, что тебя тревожит? — Не знаю, внутри столько всего. Я думаю, что из-за меня ты многого лишаешься. Я хочу, чтобы ты был счастлив, но со мной… Ощущение, что я порой тяну тебя вниз и ты чувствуешь себя одиноко. — Но ты ведь знаешь, что это не так. Ты делаешь меня счастливым, и Джисона с Минхо, и Сеын с Ханной. Всех нас. Ангел мой, ты делаешь наши жизни лучше. Мою уж точно ты сделал ярче. Я полюбил жизнь, потому что нашел тебя. Помни, что я всегда на твоей стороне и всегда только с тобой. Мы можем сами съездить на реку Хан или куда ты сам захочешь, вдвоем. — А ты хочешь поехать загород? Я спрашиваю о том, чего хочешь ты. Независимо от моего ответа. — Глубоко вдыхая воздух, говорил Феликс. — Сокровище мое, я знаю, что ты хочешь быть со мной в тяжелый день, но мне уже давно не пять. Я в любом случае смогу справиться с этим состоянием, не первый год ведь я один. — Во-первых, ангел, ты не один, теперь у тебя нас много. Во-вторых, я бы хотел поехать, ведь это будет весело и там будут все друзья, — чуть улыбаясь и жмурясь от солнца отвечает брюнет. Феликс кивнул. Ли аккуратно сплел свои пальцы рук с чужими и повел парня внутрь. — Разрешите мне готовить? — Хенджин понял не сразу, но потом улыбнулся, он был счастлив за своего возлюбленного, ведь тот выбрал не грустить и убиваться, а постараться отпустить проблемы, пусть и на время. — Хорошо, тогда какой план? — спросил Сынмин. — Минхо, Чонин, ты и я умеем готовить, Сеын делает вкусные напитки, у Джи и Криса хороший музыкальный вкус, Доен, Наен и Ханна очень веселые, вместе с Бинни и Джинни могут поискать развлечения. — Ли посмеялся от удивленных лиц ребят. — Да, не удивляйтесь, я каждого из вас слышал и слушал. — В этом был весь Ли Феликс. Хенджину нравится Феликс четыре месяца, два из которых для него были полным счастьем и теплом. Его ангел был нежным и хрупким. Любимым. Феликс олицетворение счастья, которое повстречаешь не каждый день. Это счастье хочется укрыть и беречь, как что-то самое дорогое в мире, словно это не человек и его не существует, что это воображение и Хвана считают дураком, раз он говорит с чем-то фантомным. Но Феликс есть и он настоящий. По-настоящему добрый, заботливый и теплый. Он умеет чувствовать и всегда чувствует много, он умеет любить. Первое время Хенджин боялся сделать лишние движения, боялся обнять и поцеловать, да что уж там, боялся дотронуться, казалось, что вот-вот и эта прекрасная иллюзия исчезнет. А Феликс все еще рядом и он любит-любит-любит. Они много говорили на разные темы, они разговаривают до сих пор. Феликс объяснял, что он не сахарный и никуда не уйдет, но Хенджину было страшно. В его голове каждый раз всплывали картинки ссор родителей, их крики и битая посуда. Хван хотел любви и вот она стояла перед ним, она сияла и была наполнена жизнью, счастьем и искусством. Хенджину нравилось счастье, он был влюблен в него. — Хенджин, — Минхо щелкнул пару раз пальцами перед лицом парня. — О чем задумался? — Впервые в жизни чувствую тепло на душе и в сердце, вот и все, — не врал он. — Надо же, мой друг влюблен, — усмехнулся Ли. — Честно, я рад за тебя, Джинни. — Он говорил с мягкой улыбкой. — Как старший брат и от всего сердца. Все люди заслуживают любви и ты особенно. — Хенджин и Минхо дружат почти с самого детства, они росли вместе и жили в соседних домах. Ли помнил того испуганного парнишку у дверей квартиры и как его мать лично замазывала все раны, как она приютила Хвана и помогла, когда мать Хенджина умерла. Мисс Ли стала мамой для обоих, поэтому Хван и Ли чувствовали себя братьями, а не друзьями. — Спасибо, приятно слышать от тебя такие слова, — Хван одарил друга теплой улыбкой. — Так, ладно, нужно готовиться к завтрашнему экзамену, пойдемте уже. — Ребята быстро собрали свои вещи и вышли из здания. Все направились по домам.

***

— Наш домик в третьей секции, номер «25», — говорила Доен по телефону ребятам в других машинах. Дом оказался просторным. Сделан из кирпича, имелось два этажа, панорамные окна и бассейн. Из гостинной открывался вид на природу и озеро, с этой стороны садилось солнце и, как говорили хозяева, закаты тут всегда замечательные. Ребята выбрали один из самых больших домов на территории, он также был дальше от всех остальных мест и ближе к озеру. Парни разгружали машины, а девушки разбирали пакеты и расставляли продукты. Попутно они что-то обсуждали и смеялись, слушали музыку и пили свои напитки. — Как мы будем делить комнаты? — поинтересовался Чонин. — На камень-ножницы-бумага? — предложил Джисон. — Я считаю, что тот, кто готовит и убирается сегодня должны первыми выбрать комнаты, — протестовала Ханна. — Это будет правильно и честно, мне кажется. — Девушки, вперед. Это просто уважение, к слову, — Крис поднял руки вверх, зная, что его сестра способна начать свою «лекцию». — Выбирайте вы, потом мы каждый к себе. Пока припаркуем машины, договорились? — Девушки улыбнулись и сразу пошли обследовать дом и комнаты. Первая большая комната с ярко освещающей ее люстрой, в одном углу стоял бра, в противоположном — туалетный стол, вдоль стены располагался шкаф, наполовину заставленный книгами, параллельно шкафу находилась двухместная кровать. Так как дом был из кирпича, обоев не было, а стены выкрашены в коричневый и бежевый. Следующая комната с похожей люстрой, огромным книжным шкафом, застилающим стену, несколько маленьких тумбочек по бокам кровати. Остальные комнаты были такими же, отличались лишь тумбы и размер книжных шкафов. Девушки выбрали комнаты, а вещи помогли занести парни. Наконец они разместились и все вместе направились к озеру. Вода была кристально чистой и теплой. Погода позволяла купание и ребята незамедлительно нырнули в воду. Кто-то следил на огнем и мясом, которое друзья решили пожарить, кто-то играл в воде, потом они менялись. Девушки загорали и говорили о своих вещах, иногда окунались в озеро или следили за мясом, помогая их партнерам. Днем стоял зной и вода до самой ночи оставалась телой. Ребята вернулись в дом, когда на небе горели миллион звезд. На ужин они решили приготовить лапшу. — Не хотите сыграть в игру? — Спросил Чанбин. — Да, давайте, — подхватил Феликс. — Я бы сыграла в «Uno». Крис, ты ведь взял карты? — Спросила Наен. — Да, секунду, я сбегаю за ними. — Бан побежал в дом за картами и очень скоро вернулся, тем временем Чонин, Сынмин и Джисон сходили за пледами. Крис раздал всем карты, остаток положил на стол лицевой стороной вниз. Игра шла по кругу, каждый клал карту, кто-то брал дополнительную. Так они играли около пятнадцати минут, а может и целый час, точно ребята не знали, для них время остановилось. Наконец вышел первый — Минхо, затем Наен, Ханна, Феликс, Сынмин, последним остался Крис. — Ах, черт. Ладно, играем еще раз? — Все кивнули. — Нет, я, наверно, пойду спать. Все же организм не привык к долгим посиделкам. В качестве извинений приготовлю завтрак. Спокойной ночи, светлячки. Сокровище, не волнуйся за меня, сиди с ребятами, сколько захочешь. Я буду ждать столько, сколько нужно, если не усну, — Феликс аккуратно поцеловал Хенджин в губы, улыбнулся ребятам и прошмыгнул в дом. В помещение чувствовалось тепло и стоял приятный пряный аромат, все в доме создавало уют, начиная освещением и обстановкой, заканчивая камином. Феликс, поднимаясь по лестнице на второй этаж, обернулся на звук снизу — открылась дверь. Ли был уставши и не стал узнавать кто там, поэтому просто пошел в комнату, попутно снимая одежду. Уже в комнате он надел удобную одежду и лег в кровать. Дверь отворилась, в проеме стоял Хенджин. Он мягко улыбнулся, наблюдая за сонным Феликсом, такой Ли выглядел по-особенному уютно и привлекательно. — И ты все равно пошел за мной, — немного поднимая уголок губы вымолвил Ликс. — И я все равно пошел за тобой, — кивнул Хван. — Я тоже уже устал и замерз, поэтому зашел. — Идем, согрею тебя, — Феликс откинул одеяло в сторону, приглашая Хенджина в свое тепло. Хван улыбнулся и тут же лег в кровать. Объятия любимого человека и его теплый голос над ухом — то, о чем так отчаянно мечтал Хенджин. Ему просто хотелось тепла, уюта и хотя бы немного любви. Не зря говорят: «Если сильно хотеть, обязательно получишь». — Жаль, что мы встретились с тобой только сейчас, когда в наших жизнях проблемы смели все, словно ураганы. Мы пришли в жизни друг друга поздно, — Хван уткнулся носом в ключицу любимого. — Любить никогда не поздно, мое сокровище. Мы все появляемся в жизни друг друга, когда это нужно, — Феликс говорил полушепотом, уже засыпая. — Я рад, что у меня появился ты и ребята. Я не думал, что когда-то найду добрых людей, с которыми мне будет хорошо. Мое сердце никогда так не трепетало от прикосновений и я никогда не чувствовал бурю эмоций от поцелуев. С тобой все иначе, все по-настоящему, искренне и я люблю это в нас. Мне нравится, что ты так нежно касаешься меня и аккуратно целуешь, говоришь со мной и показываешь свою любовь действиями, не пытаешься показать наши отношения и не выставляешь их, как экспонат, на всеобщее обозрение. Ты меня любишь и я знаю это, я это чувствую, это чувствуешь и ты. Сегодня годовщина смерти моей семьи и это первый раз, когда я не терзал себя плохими мыслями и не скучал по ним, — из глаз текли дорожки слез, но Феликс улыбался. Хенджин это знал, он чувствовал. — Ох, ангел. Я даже не представляю сколько боли ты испытывал из-за родителей, сколько боли ты испытывал в период первых неудачных отношений и сколько негативных и ужасных дней ты провел один. Но теперь у тебя есть я, и мы со всем справимся, ты больше не разочаруешься в людях и я не дам повода сомневаться во мне. Обещаю, что буду верен тебе и буду на твоей стороне, за твоей спиной. — Я люблю тебя, Хван Хенджин, — Ли чмокнул своего парня в макушку и наконец уснул. Брюнет долго смотрел на спящего Феликса и не мог поверить, что это его любимый человек, его цветок, его ангел.

***

Ли проснулся раньше всех, однако вылезать из кровати пока не стал. Он любовался Хваном, таким маленьким, спящим и с бардаком на голове. Лучи солнца светили на его лицо, от чего кожа блестела, а глаза чуть жмурились. Феликс улыбался и был счастлив. Впервые за долгие годы он был рад, что проснулся, что может дышать, чувствовать и любить. Ему не было страшно показать свою привязанность. Ли знал, что его сокровище не осудит и не высмеет его чувства, не скажет ничего плохого о его тревогах и срывах, наоборот будет рядом и примет любой удар на себя. Феликс всегда спал один, жил один и существовал в этом мире один. У него были дедушки и бабушки, но он был одинок. Он старался заново привыкать к партнеру, к его прикосновениям и совместной жизни. Иногда они жили у Хенджина, иногда у Феликса. Хван делал все, чтобы его ангелу было комфортно. Они все эти два месяца маленькими, но верными шагами шли к гармонии друг с другом, к их совместному доверию и комфорту. — Не смотри на меня так, — сонным голосом вымолвил Хван. — Я чувствую твой взгляд. — И давно? — Усмехнулся Ли. — Минут пять, я думаю. — Он медленно открыл глаза. В его взгляде было полно любви к человеку напротив. — Сколько времени? — Феликс показал на часы, цифры показывали девять утра. — Почему ты так рано встал? Выспался? — Я ведь обещал завтрак, так что мне пришлось, — он пожал плечам. Наконец встав с кровати, Феликс сменил спальную футболку на рубашку, шорты оставил те же. — Если хочешь, можешь прямо сейчас пойти со мной или я позову тебя позже, когда все будет готово. — Я скоро приду. Феликс спустился на первый этаж. На кухне он нашел вафельницу, кофемашину и заварочный чайник. Поставив воду кипятиться, Ли приготовил тесто и принялся печь вафли. В холодильнике он также нашел различные сиропы и ягоды. Сзади тихо подошел Хенджин. Парень подкрался к своему любимому и примкнул к нему всем телом, окольцовывая тонкую талию руками. — От тебя приятно пахнет, — шептал он на ухо. — Когда ты готовишь, это выглядит особенно уютно и так по-домашнему. Ощущение, что мы женаты уже несколько лет и в соседней комнате спит наше маленькое чудо. — Хенджин склонил голову на чужое плечо и оставил трепетный поцелуй на шее любимого, затем еще один. Феликс покрылся мурашками, а Хван продолжал оставлять россыпь звезд на коже. — Я не слышал как ты спустился. Почему так неожиданно начал эти свои поцелуи? — Доставая готовые вафли и кладя их на тарелку, тихо молвил Феликс. — Ты показался маленьким и безумно красивым, я готов всю жизнь потратить, чтобы быть в твоем тепле, чувствовать твой запах и стоять вот так, обнимая тебя со спины, целуя в шею и смотреть как на твоем пальце блестит символ нашей любви. — За их спинами послышался шорох, это вышли Минхо и Джисон. Они были растрепанными и сонными, от чего казались забавными. — Доброе утро, — на английском сказал Джисон своим утренним голосом. — Дорогой, а почему мы так на кухне не обнимаемся? — Заприметив парочку у плиты, возник Хан. — Потому что я беру тебя на столе в нашей кухне, — этого ответа не ожидал даже сам Минхо. — Потому что ты не даешь мне спокойно готовить! — Фу, вы отвратительны, — прошипел Ликс. — Отвратительно то, что об этом все молчат. Кстати, скажу больше, Джисон очень податливый, — Ли взял со стола кисть винограда, отрывая по одной ягодке давал своему парню. Все трое посмотрели на Хо. — Джи, тебя вообще это не смущает? Я понимаю, мы друзья, но все же. — Спросил Хенджин, помогая Феликсу с вафлями (читайте как: все еще обнимал со спины). — Отец избил меня за мою нестандартную любовь в детстве и пристыдил при всех родственниках, вычеркнув из завещания. Нет, не смущает. Тем более, что вы близкие друзья, а секс — довольно расслабляющая штука. — Хан пожал плечами. — Но смущало бы, если вы живете вместе уже несколько лет и у вас ничего не было. — Отец у тебя тот еще мудак. — Тихо произнес Минхо. Из комнаты вышла Сеын. Без макияжа она была прекраснее всего. На ее щеках сияли десятки веснушек, а широкая улыбка озаряла лицо. — Приветик. Что обсуждаете? — То, что Минхо имеет меня на столе кухни. — Девушка посмеялась, ее смех был чистым и сладким. Он был заразительным и заставлял всех вокруг улыбаться. — Ну а что такого? Любовь нельзя запрещать и тем более стыдиться чего-то подобного. — А вы с Ханной уже занимались? — Вдруг задал вопрос Минхо. — Да, занимались. Надеюсь, ночью вы хорошо спали, — Сеын взяла одну ягодку. Феликс поставил тарелки и все добавки на стол. — Пойду разбужу остальных, — он высвободился из рук Хвана и ушел наверх. Зайдя в каждую комнату по очереди, Ли разбудил тех, кого смог. Проснулись все, кроме Сынмина и Чонина. Феликс не стал их тревожить и оставил им пару вафель и кофе. Остальные же быстро собрались и тут же спустились на завтрак. — Вау, Феликс! Я в жизни не ела вафли вкуснее, — восхищенно заявила Доен. — Дашь рецепт? — Делай все с любовью, вот и все, — подмигнул Ли девушке. За завтраком ребята обсудили дальнейшие планы на день, что они будут готовить и все остальное. На территории, где располагались дома, была небольшая ферма, поэтому, голосами большинства, первым делом друзья направились туда. Сборы не были долгими, не говоря того же о дороге. Чтобы дойти до нужного места, нужно было обойти пару секций и домиков, а также небольшое кафе, которое принадлежало комплексу. Спустя долгих и невыносимо жарких двадцать минут, они дошли до пятой секции, откуда наконец виднелись та самая ферма. — Ребят, вы идете на ферму? — на английском спросил мужчина из домика с номером «10». — Извините, я не говорю на корейском, — с акцентом и большим трудом он произнес слова на корейском. — Да, мы шли на ферму. А что, нельзя? — На английском говорил Феликс. Мужчина помотал головой. — Что? Вы не знаете почему? — Ферма закрыта уже пару месяцев. Там произошло массовое убийство. Изнасиловали и убили всю семью, внутри все сожжено, сзади здания тоже немного все подгорело. — Феликс больше ничего не слышал, в ушах звон и перед глазами все поплыло, ноги стали ватными, а голова становилась все тяжелее, казалось, что из легких выбили весь воздух. Мужчина продолжал говорить, Феликс слышал все обрывками. Это был он. Другого варианта не было. Еще секунда и Ли повалился на землю. Хенджин, что стоял рядом, тут же подхватил парня. Все ребята окружили двоих юношей. — Отойдите, дайте ему воздух! — Кричал Хенджин. — Ангел, что с тобой? — Волнение переполняло его. — Любовь моя, я тут, слышишь меня? Я здесь, говори со мной. — Это… был он, — Хван замер на месте, глаза его округлились. Джисон, что стоял чуть поодаль, услышив слова друга, тут же подлетел. — Лучик, это точно был он? Ты уверен? Может это был не тот, о ком ты думаешь? — Это был он. Это точно он. Так и с моей семьей было. — Он поджал колени к животу, обнимая их руками. Это было тяжело слышать и осознавать, что этот человек, если он таковым является, еще на свободе. — Дело еще ведется, ведь так? — обратился Феликс к мужчине. — Думаю, да. Его ищут и поэтому дело не закрыто. — Спасибо большое. — Поблагодарил его Ли. Хенджин, подняв Феликса на руки, понес домой. — Хорошего дня, ребят! — последнее, что сказал мужчина, продолжив заниматься своими делами. Уже дома Феликс начал приходить в себя. Остальные ребята не понимали, что произошло и о чем те говорили с Феликсом. Ли сказал, что обязательно все объяснит, но позже. Сейчас он был не в состоянии и не горел желанием поднимать эту тему. Даже спустя столько лет это было тяжело и больно. Хенджин посадила парня на кровать в их комнате, садясь перед ним на колени. Он бережно взял чужие руки в свои, целуя тыльную сторону ладоней. — Ангел мой, мы обязательно найдем его, обещаю. Я лично буду искать и пусть это будет не моей работой. — Он не старался говорить грубо, но придавал своим словам уверенности. — Как ты себя чувствуешь? Хочешь поехать домой? — Нет. Я сейчас чувствую себя странно. И злюсь, и расстроен, и напуган. Я ведь только что узнал о его новом преступлении и что он до сих пор на свободе. Но я справлюсь, сокровище, обязательно справлюсь. — Феликс мягко улыбнулся. Он обнял молодого человека за шею. Феликсу было комфортно в руках Хенджина, он чувствовал спокойствие, все проблемы и тревоги уходили. Были только Феликс, Хенджин и их любовь. Хван нежно коснулся губами виска Ли. — Тебе легче? — С тобой всегда легче. — Феликс чмокнул Хенджина в губы. — Давай спустимся к ребятам. — Хван кивнул и они вышли. Когда парни спустились, никого в доме не было. Оказалось, что друзья решили пойти к озеру. Девушки загорали, а парни играли в воде. За ними было интересно наблюдать, они все словно маленькие дети. Хотя, так оно и было. Они всего лишь дети, у которых не было детства. — Как ты себя чувствуешь, Ликс? — К парням из воды вышел Сынмин. Он стряхнул воду с волос, точно щенок. — Все хорошо, — он улыбнулся. — Сегодня готовим мясо или вы что-то другое подумали? — Минхо предложил янгомтан.* А кто мы такие, чтобы от такого отказываться? — Посмеялся Ким. — Я часто готовил это блюдо, так что не переживай, все сделаем. — Я умею готовить янгомтан, могу помочь. Компания вновь пробыла у воды до самого вечера. Для них время остановилось и казалось, что его не существует. Однако солнце уже заходило за горизонт, а закат действительно был прекрасным. Когда дорогу освещала луна, парни и девушки наконец шли домой. — Бусинка, с тобой все хорошо? — Да, сейчас мне лучше. С вами моей душе теперь спокойно, словно она выбрала вас, — рядом с Сеын нельзя было находиться без улыбки. — И среди всех космических тел, я выбрал тебя, звездочка, — он накинул свою кофту на плечи девушки, заметив, что она дрожит от холода. — Сейчас сделаю твое любимое какао и согрею. — Наконец они дошли до дома и зашли внутрь. Тела ребят тут же покрылись мурашками от смены температуры. — Если бы мне нравились парни, ты бы уже завоевал меня, Ликси. Я бы боролась за тебя. Но тебе нравится мужской пресс, а мне девушки, — она посмеялась. Феликс достал какао и разогрел молоко. Остальные ребята расселись в гостиной. — Нет, мне нравится Хенджин, а не мужской пресс. Это разное. — А мне нравится еда Сынмина. Я встречаюсь с ним только из-за этого, если честно, — в разговор вмешался Чонин. — Я с Чонином из-за его внешности. Я слаб перед кудряшками, — шумно выдохнул Ким. — Я с Минхо, потому что у него красивое тело, — подхватил Хан, — а я падок на красивый пресс. — Не знаю, я с Доен, потому что другого варианта просто не было, — за свой ответ Крис получил удар от девушки. — А я с Наен, потому что у нее красивые волосы, а я мне нравится заплетать ей всякие косы. Каждый продолжал эту цепочку и ответы становились все смешнее, а причины любви пар все глупее. Феликс и Сеын готовили всем какао, уже зная, что ночь обещает быть интересной. Сегодня им предстояло много всего обсудить, а Феликсу поделиться с самым больным моментом жизни с друзьями. Они все были готовы и слушали друг друга внимательно. Оказалось, что ребята договорились о таком вечере еще днем, когда Феликс был в комнате и все спланировали. Пока все говорили, Сынмин готовил еду, Ханна помогала Феликсу и Сеын с очередной порцией какао, остальные накрывали стол. Этот вечер должен был быть домашним и откровенным. Наконец сев за стол, Ли начал рассказывать свою историю. — Это было семь лет назад. Мою семью убили, — Феликс говорил все в подробностях, останавливаясь, то чтобы вытереть слезы, то взять воздуха в легкие. Его никто не перебивал и не отвлекал, все слушали с вниманием и сочувствием. — И сегодня я понял, что это вновь был тот изверг. В общем, как-то так. — Хенджин весь рассказ крепко держал чужую руку в своей. Он аккуратно смахнул слезы с глаз любимого и приобнял его, прижимая к себе. — Все хорошо, ты справился. Теперь мы все знаем, что с тобой было, — отозвался Сынмин. — Мои родители погибли почти сразу после моего рождения. — Ким стал рассказывать свою историю о том, как лишился родных. — Меня забрала из приюта одна семья, но приемный отец сильно избивал свою жену, родных детей и меня. — Он показал руку, на которой выднелись шрамы. — Такие последствия у меня остались. Сбежал я спустя пару месяцев и вернулся обратно в приют. Больше меня никому не показывали и не отдавали. А теперь у меня есть семья и друзья. Этот вечер был и самым грустным, самым болезненным, но в то же время прекрасным и родным. Друзья делились своими историями, переживаниями. Рассказывали как потеряли все и уже не надеялись на что-то хорошее, но теперь они вместе и это уже само по себе чудо. Эта ночь слышала горькие слезы, жуткие истории, много теплых слов и смеха. Эти ребята были живыми. Они были всего лишь детьми, у которых не было детства.