One of the girls

Май. Последний звонок. Дианка стоит со своим классом. По обе стороны от неё Гульназ Шарипова и Константин Мозайкин. Ребята смеются во время концерта, но когда директриса школы оглашает отличников и медалистов, выходит Гуленька. Спереди от ребят Макс со своим классом. Он держал в руках огромный букет алых роз и когда на Гуленьку надевали ленту, он стал идти гордо, специально медленно. Диана успела достать телефон и запечатлеть это на запись. Единственное, что её смущало, так это то, что Славы нигде не было. Он словно испарился. Максим подходит к Гуленьке, все затаили свое дыхание. Он протягивает ей букет роз, целует в щеку, встает на одно колено. Гуленька закрывает глаза ладонями, плачет. — Ты выйдешь за меня? — спрашивает юноша. Его колени дрожат, а взгляд мокрый. Он смотрит на свою принцессу снизу вверх и ждет её ответа. Колечко то серебряное, от какого-то супер известного бренда с несколькими нулями на ценнике. Кажется, он копил на украшение пару месяцев точно. Гуленька не может поверить услышанному. Она и Макс обсуждали брак, но она всегда считала, что он сделает ей предложение чуть позже. Не тогда, когда ей через месяц только восемнадцать должно стукнуть. Она, полная радости и наслаждения, протягивает свою дрожащую руку и Москалев надевает ей на безымянный палец правой руки сверкающее колечко, которое идеально подошло девчонке. Он встает и Шарипова обхватывает парня в свои объятия, плача ему в плечо. У Дианки тоже скатываются дорожки слез по щекам, она их смахивает и продолжает снимать. Даже Костя растрогался, хотя особо не горазд на эмоции. Он смотрит на это всё и приобнимает Дианку по-дружески и Каримова улыбается светловолосому однокласснику. Гуля и Макс расплываются в глубоком и чувственном поцелуе. Когда они прекратили, он резко хватает девчонку на руки и она смеется, плачет от радости. Максим держит в руках её медаль за отличную учебу, грамоту в красных цветах и такого же цвета аттестат. На ветру с тела девчонки развивается такая же ленточка, но её это не волнует. Через весь двор парень несет Гуленьку к выходу из школы, к машине, которая ждала их за забором. Гуленька кидает прощальный поцелуй Дианке, и Максим садит её в машину, устраиваясь за руль. Черная машина уезжает, оставляя собой лишь ахи и вздохи остальных присутствующих на мероприятии. — Каримова Диана! — зовет директор, смахивая капельки слез с глаз от радости за ребят, ведь за их романов наблюдала точно вся школа. Костя легонько толкает подружку и забирает её телефон, чтобы снять её. Диана улыбается Мозайкину и смело идет забирать свою почетную грамоту. Несмотря на учебный завал, она закончила последний год на четверки и пятерки. Но, подойдя к директрисе, она не ожидала увидеть Славу. Именно его. Он самолично держал её грамоту и аттестат. Видимо, пока она шла, он поменялся местами с директрисой. — Умница моя, — шепчет Копейкин, протягивая девчонке бумажку, а затем и аттестат. — Тебя нужно наградить. Ты заслужила это, — на глазах у всех он целует девчонку в щеку, а потом переходит на губы. Его руки скользят по её талии, нежно сжимая и поглаживая. Диана чувствует на его губах вкус свободы. Сложный экзамен сдан, ребята получили свои аттестаты и отправляются в свободное плавание. Но на корабле Дианы всегда будет место для Копейкина. И их история вовсе не подходит к концу. У их истории начинается новый сезон. Каримова забирает аттестат и грамоту, нехотя отстраняясь от его жадных поцелуев. Он словно показывал всем, что Диана Каримова — это его девушка. Даже не скрывал свежих засосов на своей шее от девчонки, к чему скептически относились многие учителя и завучи, но Копейкину было уже плевать. Он сегодня уволился. Он берет девчонку за руку, они идут к её месту. Костя протягивает её телефон, на котором было запечатлено, как Слава целует её. Впрочем, даже если Мозайкин не снимал, это запись всё равно завирусилась по интернету, поскольку другие школьники снимали также. Слава кидает на Костю непростительный взгляд, теснится рядом, сжимая в своей ладони ладонь Дианки, скрепив их пальцы в сложный и крепкий замочек. Он целует её костяшки, поглаживая большим пальцем. Диана чувствует, что окрыляется рядом с ним. Вода стала вкуснее, воздух чище, а солнышко начало греть теплее. Это всё случилось, когда Слава пришел в её жизнь и изменил её на все сто восемьдесят градусов и вряд ли она вернется в прежнее состояние. Но Дианка не хотела того. Пусть будут слезы, крики, обиды и ссоры, но она никогда не уйдет и не откажется от своего Славы. Он — её, она — его.

***

Ближе к вечеру 11 «А» решил посидеть в ресторане и культурно, может не совсем, отметить последний звонок. Через неделю будет выпускной, потому их посиделка будет лишь легким стартом. Макс и Гуля приехали немного позже. Шарипова в этот раз легком летнем платьице бордового цвета, а Максим в черном поло и светлых штанах. Костя тоже один не был. Пригласил свою одноклассницу и они сели вместе. Её зовут Асия. Слава тоже был на вечере, как и другие одиннадцатые классы. Но в основном за одним столиком сидела лишь одна компания. Макс, Гуля, Диана, Слава и Костя с Асией. Последняя оказалась милой девчонкой, но явно со своими пороками. Гуля и Диана раньше с ней не особо контактировали и первое впечатление Аська оставила довольно-таки положительное, если, конечно, не считать, что её вынесло после одного бокала полусладкого. Слава рядом с Дианочкой. На ней черное приталенное платье на бретельках, на нем белая футболка и черные джинсы. Волосы парня отросли, немного взъерошены и как всегда кудрявы. Под столом он сжимал её коленку, чуть поглаживал к верху, но вовремя останавливал порывы ласк и любви к ней, хотя так просто справиться с этим не мог. — Блять, меня не одну Настя Разумовская бесит? — спрашивает Гульназ и Макс улыбается, смеется. Костя смеется в ответ. Кажется, только эти трое понимают в чем на самом деле дело. Если честно, Настя бесила всех. Это она слила Коле, а Коля своим друзьям и из-за них Макс сорвался, попал в больницу и на учет, но благодаря родителям Дианы, Москалева сняли с учета. За что им огромное спасибо. — Не тебя одну, — призналась Ася. — Вечно свои волосы на мою с Костей парту бросает. Надоела уже, — смеется. Костя приобнимает девушку, вдыхая ванильный аромат от её духов. Он гладит Аську по светлым волосам, целует в открытую шейку. Гуля это видит, смущается и отворачивается, а Слава посильнее сжимает коленку Дианки, отчего она немного ерзает бедрами. Проходит ещё минут двадцать и Копейкин заказывает за свой счет очередные стопки шотов. Он, Макс и Костя соревнуются кто выпьет больше. Может показаться, что он спивает только-только совершеннолетних подростков, но кто тут не нарушал правила хоть раз? Даже Гуля, которая всем по началу казалась божьим одуванчиком, всё равно тоже легла на алкоголь. Слава хоть и просил Дианку пить немного, но она, Гуля и Ася ушли в отрыв. Только капля попала им в организм и девчонки танцуют в центре танцпола очень развратные танцы, медленно вертясь и качаясь бедрами. Диана и Гуля терлись спинами друг об друга, пока Ася разливала на себя дорогое вино, купленное также Славой. T-fest — Ламбада Парни хоть и такому раскладу были не особо рады, поскольку на их девочек смотрят другие особи мужского пола, но у каждого из них вскоре почувствовался дискомфорт в штанах, который Слава скрывал своей ладонью, Макс же отвернулся тазом к столу, а Костя видимо решил не церемониться и вовсе не скрывал. В помещении было всё равно не так светло, да и тем более — кто будет изучать его паховую зону? Дианке кажется снесло крышу, потому что она сделала ещё один резкий глоток шота, направившись к Копейкину. Она встала перед ним, раздвинув свои ноги и села прямо на него, когда в помещении помимо них были ещё остальные выпускники. Она уселась на паху актера, начав ерзать и пародировать очень эротические движения. Слава затаил дыхание, боясь прикоснуться к девчонке. Он смотрел на неё снизу вверх, пока она откидывала каштановые волосы назад, массируя его затвердевший и вставший член своими бедрами, попкой. Она взяла его за руку и уместила ладонь прям на своей заднице, имитируя шлепок. Кто-то даже заснял это, но в основном все были только в шоке, поэтому и особо не было дела до телефонов. Дианка ерзала на нем под такт музыке, потому иногда она останавливалась, а иногда наоборот — ускорялась. Макс и Гуля смотрели на это всё и улыбались, а взгляд Кости скользил только по утонченной фигуре самой Каримовой. Благо, Ася была так занята салатом, что этого даже и не заметила. Бедная Аська так танцевала, что и проголодалась. Под столом Гуля сложила свои ножки на колени Макса, сняла с себя одну из туфелек и прикоснулась носочком к его стояку. Москалев шикнул сквозь зубы и затаил дыхание, когда она начала массировать своей ступней его твердый член. Он опустил свою руку к ней на щиколотку, начав немного массировать. Музыка играла всё громче, а алкоголь в теле ребят заставлял делать безумные вещи. Диана всё еще ерзала на паху Копейкина, пока он сражался с желанием прямо здесь и сейчас взять девчонку, нагнуть её раком и войти по самое не хочу. «Я ранен для стервятников, над ней Эй, мой меч в огне Бабки в воздух, дождь, мы как будто иудеи В сумке есть конфеты, но они не для детей С праздником, сучки!» Песнь закончилась и Дианка слезла со Славы, вытерев его пот со лба своей ладонью. Она хихикнула, чмокнув опьяненного парня в щеку. Он едва прикоснулся к её бедру и она его шлепнула по руке. — Не так быстро, — шепнула ему на ухо и закусила мочку. Слава сглотнул ком, окрасившись быстро в красный, почувствовав как на него слепят камеры остальных выпускников. Лампабикт - немерено А в целом, все их посиделки вскоре превратились в пьяные разборки, откровенные и пошлые танцы. Слава во всем это не участвовал. Он вышел на улицу покурить, перед этим пополнив свои запасы новой пачкой сигарет. Курил он редко, в особенные моменты и посчитал, что вот это всё как раз таки есть особенным моментом. Стоит у дверей в ресторан, подкуривает. Слышит приближающиеся тяжелые шаги, отходит в сторону. Слава чувствует как в нос бросается сразу холодный ветер, ежится, несмотря на то, что на улице давно плюс. Июнь как никак. Он бросает мимолетный взгляд и видит рядом стоящую Гульназ. На плечах у девчонки небрежно накиданная джинсовка, а в руках она держала одноразовую сигарету. Вроде, со вкусом винограда. — С каких пор ты паришь? — усмехнулся Слава, делая глубокий затяг. Он выдохнул дым в сторону, чтобы не попало на Шарипову. Она встала с ним рядом, улыбнулась. — С тех пор, как связалась с Максом, — девчонка усмехается, делая затяг. Сладкий пар заполняет её легкие и она выдыхает его. Слава чувствует приторный запах, кашляет. — Надеюсь, ты не скажешь Дианке, — бросает свой взгляд на сигарету, стряхивая пепел. — Не скажу, — Гульназ шмыгая, делая еще глубже затяжку. — Как дела? Слава молчит, но вскоре отвечает: — Знаешь, а прекраснее некуда. Я самый счастливый человек на земле, — парень смеется, так хрипло, что по теле Гульназ проходят мурашки. — Я рада за тебя и Диану. В основном за неё, — признается Шарипова, снова выдыхая пар, но уже себе под ноги. — Вы подходите друг к другу. Как инь и янь. — Это больше подходит тебе и Максу, — подмечает Копейкин, снова улыбаясь своей чеширской улыбкой. — Он ведь сделал тебе предложение, — вспоминает. — Это да, — её глазах сразу сверкать слезы начинают, когда разговор о Москалеве заходит. — Знаешь, я так не ожидала этого… — признается Шарипова. Слава видит в уголках её карих глаз влагу. Он чуть подходит, смахивая появившиеся слезки. Это было неожиданно, но Гульназ приводит парня еще в большее удивление, когда обнимает его, прижимаясь. Она плачет ему в грудь и Славе приходится выкинуть сигарету. Он вытирает свои ладони об свои штаны и обнимает её в ответ, прижимая девчонку сильнее. Гладит по её волосам, по спине, чувствуя хныканья Шариповой. — Я его так люблю, — Гуля чуть отходит, держась за футболку Славы. На белой ткани следы её слез и макияжа, но Копейкина это не волнует. Он впервые видит, когда люди так плачут из-за школьной любви, детской любви. Такая сильная, такая первая. — И я её люблю, — Слава берет её за руки, держит, сжимает. — Это любовь. — Угу, — шмыгает Гуля. — Ты знаешь, ты так вовремя появился в её жизни. Она до этого страдала очень долго, потому что… — Потому что что? — перебивает Копейкин. Алкоголь расплетал Гульназ язык: — Она страдала из-за Коли. Коли Успенского. Они встречались пару месяцев и она по уши влюбилась… Он вроде ещё тогда с Максом общался, поэтому я с неприязнью относилась к Максу. Коля бросил Диану, изменил ей с Настей и вот… — Гульназ мнется, снова утыкаясь в грудь Копейкину. Он обнимает её. С его плеч падает груз. — Спасибо, что поделилась со мной, — шепчет. — Ты лучшая подруга. Правда. — Знаю, — Гульназ уже полностью отходит, смеется, сжимает свою одноразку в тонких пальчиках. — Вам повезло. Вам так повезло встретиться друг с другом… — И тебе с Максом. Так повезло, — он о чем-то думает. — Вы так дополняете друг друга, — объясняет. — Отличница и хулиган. — Ох, ты бы знал, как умеет любить хулиган, — цитирует Гуля. — Какие стихи он порой пишет. — Не знал, что Макс пишет стихи, — Слава удивляется, засовывая руки в карманы. — Теперь знаешь, — Гуля смеется. Её смех звонкий, приятный ушам. Они заходят обратно и каждый садится по своим местам. Наверно, никто не будет говорить об этом разговоре. Возможно, каждому из них нужно было выговориться, ибо и Гуля, и Слава утопали с головой в любви к Диане и Максу. Те делали их счастливее с каждым божьим днем. И, как бы повернулась жизнь иначе, если бы Диана и Слава не зашли в тот уединенный вечер в анонимный чат? Спустя два часа все стали расходиться. Костя заказал себе и Аське такси, пообещав девчонке, что продолжение их вечера обязательно случится уже на выпускном, в коттедже. Слава, Диана, Макс и Гуля пересекали светлые и неспящие улочки Казани в новой машине Копейкина — Mercedes-Benz C, такого же черного цвета, как и прошлая. Город и вправду сверкал всеми огнями желтого. Гуля и Диана высовывались из окон и ловили ртом воздух, смеялись, пили с горла уже новое шампанское. Макс и Слава всё это смотрели с неподдельной радостью. Слава был немного пьян и Макс указывал актеру краткий путь. Москалев прекрасно знал город, поэтому ему не было проблемой. Они все вчетвером направлялись в квартиру актера. Благо, была ещё одна свободная комната, про которую Копейкин вспоминал редко. Там его вещи просто складировались, которые не помещались в шкаф, ну и разные безделушки из Москвы. Уже поднимались по этажам, решили пешком, не на лифте. Гуля и Диана снимали смешные истории, а Макс со Славой только смеялись и ржали. Диана отмечала Копейкина все чаще и чаще, и он обязательно выкладывал это к себе. Каримова это ценила. Уже в квартире. Гуля сразу в душ пошла, так как после плача у неё размазался макияж. Благо, в квартире Славы были вещи Дианы, которые она случайно, или специально, оставляла в его квартире, чтобы в следующий раз было что надеть. Дианка уже переодетая в свою домашнюю пижаму с растертым салфетками макияжем заваривала парням, себе и Гуле чай, кладя на стол недоеденную вчерашнюю пиццу Славы. Они обсуждали всё и ничего, и Копейкину было правда комфортно в компании подростков, а особенно с Дианкой. Он её щекотал, обнимал, целовал и взъерошивал волосы на её голове, из-за чего она всегда шутя ругалась и обижалась. Гуля вышла. У неё на голове небрежный высокий пучок, который порой спадал вниз. На ногах шорты Дианки, а на плечах футболка Макса, которую он зачем-то брал с собой на выпускной. Сам не знает зачем, видимо, чтобы потом переодеться. Пригодилась же. Ребята сидели за столом, шутили, смеялись. Вспоминали истории со школы, то как каждый провел время в коттедже и сценку, которую они поставили, и их даже выложили на сайт города. Слава был очень горд, так как он пригласил других своих друзей-актеров, которые выложили выступление ребят к себе на страницы. — Кто куда поступать будет? — спрашивает Копейкин. — Тут останусь, — шмыгая, отвечая Москалев, запивая свои слова чаем. — В Америку хотела, — отвечает Гульназ. — Я и АЙЛТС сдала, — хвастается. — И ты никому не говорила? — Слава вскидывает брови, — Сколько набрала? — Восемь и два балла, — гордо отвечает Шарипова. — Я скромная. — Мне сказала, — перебивает Дианка, давясь последним кусочком пиццы. Слава заботливо преподносит к её губам кружку с остывшим чаем и она пьет с его рук. Гуля умиляется. — Молодец. В какой университет? — спрашивает актер. — В Йель. Там для иностранных студентов грантов много, но я, скорее всего, останусь здесь. Не хочу никуда. Проживание дорогое, да и… — А давайте в Москву? — перебивает Слава. Макс и Диана смотрят на актера, а Гульназ удивленно хмурится. — Что? — спрашивает Шарипова, поперхнувшись чаем. Она мимолетом глядит на Макса и он довольно улыбается, потом выдает: — У моего отца бизнес в Москве и вторая квартира. Однушка правда, но в центре. Я могу у него снимать в одно время, а ты, Гуль, учиться. — А ты? — Гуля недовольна. — Я не буду поступать. У папы работать буду, — Макс это всё говорит, словно спланировал всё заранее. — Я рассматривал этот вариант, но не хотел оставлять тебя, а после того, что предложил Слава, я… — Меня вообще никто не спрашивал? — Гуля демонстративно бьет руками по столу, — Ты знала? — обращается к Диане. — Ну, Слава предлагал только мне в Москву. А так я не против, — Диана улыбается, смеется. Разгневанная Гульназ — это и самое смешное, и самое милое в этом мире. — Ладно, — Гуля в знак проигрыша выставляет руки вперед. — Когда? — После выпуска думаю, — отвечает Копейкин. Гульназ всё же соглашается. Ей через месяц восемнадцать и родители только за будут за то, чтобы она поступала в МГУ, на английское отделение. Она еще не знала кем быть, но аттестат АЙЛТС сыграет ей только в плюс. А ну и ЕГЭ она сдала на 280 баллов. Это самый высокий показатель в их районе. Диана сдала на 190 благодаря подготовке, а Максим еле как набрал 90 баллов и то потому что как-то сумел списать. Впрочем, Москалеву было всё равно на учебу. Он обладал большим умом, но не знал, где его применять, потому и занимался всякими темками, пока не встретил Гулю. И если признаться, с кольцом ему немного помог отец. Слава постелил Гуле и Максу в другой комнате, а сам с Дианкой ушел. Она лениво смыла свой макияж и сил на душ уже не было. Послезавтра онлайн будет подавать документы в ВУЗ, а пока проведет этот и завтрашний день в компании Славы и двух лучших друзей. Жизнь. Что вы чувствуете, когда слышите это слово? Может быть, для кого-то жизнь была темным сгустком чего-то иного, как у Славы и Дианы, когда они не встретили друг друга? Или быть может, вы были настолько отделены от мира сего, что и не заметили, насколько сама жизнь, даже у которой нет смысла, прекрасна? Как Макс и Гуля, к примеру. А может, вы берете от жизни всё, что только можно и нельзя, наслаждаетесь ею, как тот же Костя Мозайкин? Или вы приверженец контекста, что смысла так такового в жизни совсем нет и просто проживаете свои лучшие года? Ха-ха, загвоздка в том, что лучшие года вашей жизни — это и есть вся жизнь. И смысл жизни отнюдь не в детях, успехе или чего-то ещё, смысл в жизни в самой жизни, от того, как вы проживаете её, какие эмоции чувствуете и от людей, что наполняют эту самую жизнь смыслом. Так может прекратим уже гнаться за чем-то нереальным и обратим внимание на незаметные для нас вещи? Поможем перейти дорогу какой-нибудь миловидной старушке, покормим уличных животных, сделаем доброе дело, поможем кому-нибудь морально или материально? Или же отдадим всю любовь человеку и получим даже больше? Так и сделала Диана. Она всю жизнь старалась поступать по чести и совести. Она не гналась за чем-то несовершенным. Она была здесь и сейчас. Жила в моменте. В секунде. И в один из дней ей наскучило это. То самое зимнее и раннее утро, когда даже птички ещё не просыпаются. В одно из таких утр ей надоело скрываться под маской тени и ненависти к себе. Она спросила одно лишь имя этого Нито и он открылся ей, полностью забрав в свои сети. Но его хватка оказалась приятной, его хватка оказалась крепкой и настолько глубокой, что вряд ли она сможет когда-нибудь из неё выползти. Мы все за чем-то гонимся. Пора сказать себе нет. Остановитесь и вы поймете, что радость в том, что вы находитесь здесь и сейчас. Слава это понял. Он расстался с Величаевой и его жизнь изменилась. Он снялся в этом сериале и, можно сказать, он правда рад, что он закончился, даже несмотря на ту всю грусть после последнего эпизода. С этим сериалом закончилась и его темная полоса в жизни. Пришла и Дианка, но уже под самый конец почти что. И тогда он понял, что нет ничего лучше в этом мире, как просыпаться и видеть перед собой девчонку. Он понял, что её поцелуи оставленные на нем, самые сладкие, самые желаемые. Он понимал, что любовь к школьнице его уничтожит, но не в этом ли азарт? Он сам не понял, как утонул в Каримовой Диане Руслановной по уши. Не понял, что влюбился, словно подросток, не понял, что она стала всем его миром. Он не понял, как сразу так захотел с ней семью и детей, хотя до неё встречался со множеством девушек и такого никогда не было. Он не понял, как полюбил её. И понял, что это чувство может быть самым прекрасным, самым теплым, приносить только положительные эмоции. Это чувство несравнимо и его так просто не опишешь на листе бумаги. Это чувство нужно ощущать на себе, от него должно распирать полностью и желательно надолго. Вячеслав Копейкин, одурманенный своей любовью к обычной Диане Каримовой понял, что всё это время жил неправильно. Его смысл — это она и есть. Эта темноволосая девчонка с очень-очень порой наивным взглядом, но таким звонким и отчетливым смехом, что навсегда запоминается в его памяти. Эта девчонка затмила собой остальных пассий Копейкина, что он даже не вспомнит, когда в последний раз ощущал себя так свободно, словно медленно и аккуратно парит над горизонтом, будь бы он боингом 747 или обычным воробушком. Это всё неважно. Его несут волны и океаны любви, которые ему с Дианкой ещё и ещё пересекать. Он научился любить, научил и её этому чувству. А Макс и Гуля? Что с них то взять. Избалованная отличница, которой важны лишь отметки в журнале и собственная жизнь вскоре стала зависима от какого-то хулигана, что портил всем настроение, а бывшим девушкам — жизнь. Но, встретив Гульназ Шарипову, этот юноша и вправду начал меняться. По началу изменения были его совсем незаметными, но вскоре Гуля ощутила всё то, что парень скрывал от всех все восемнадцать с лишним лет. Он не тот, кем себя преподносил и открылся так только ей. Его Гуленьке. С черными, как уголь глазами и шелковистыми прямыми волосами, такого же цвета как очи её. Макс в них утопал. — Золотце, а, золотце… — низко произносит Слава, гладя Дианку по щекам. На дворе глубокая ночь. Макс и Гуля давно заснули за стенкой, а Слава всё налюбоваться на милое личико Каримовой под огни неспящего города не может. — Да? — разомкнув глазки, спрашивает Каримова, смотря из-под густых и пушистых ресничек. Она смотрит на Славу, улыбается. — Я тебя люблю, — но это признание было самым особенным, самым чувственным. — И я тебя люблю, — отвечает Диана ровно также, даже не подумав. Это были те самые три слова, которые могли дать ответ на все её вопросы. И она точно знает, что их история ещё не заканчивается…

The end