Его любовь : Из пепла

      Войдя в зал, Журов сел на излюбленное кресло, закидывая одну ногу на другую, взяв в руки тетрадь с записями о расследовании, принялся читать. Анжелика влетела в комнату бурей, отчего мужчина поднял на неё вопросительный взгляд. — Поподробнее с того момента про работу. Что ты имел в виду? — воскликнула девушка. — Я всë сказал, — отрезал Журов, не желая продолжать данную тему. — Ты что-ли совсем рехнулся? Ты ещë смеешь в форме ходить по улицам после того, как тебя обвинили? Журов снова поднял взгляд, но уже без вопроса, а с еле заметным раздражением. — Можешь не беспокоиться, тебе ничего не грозит, — отозвался капитан, недовольно перевернув страницу. — Зато тебе есть, неужели ты не понимаешь, что тебя поймают? — Я знаю, что делаю, — сказал он напоследок. Анжелика пошатнулась и помаленьку стала опускаться на пол. Журов подскочил с кресла и перехватил её, усаживая в кресло. — Ты чего? — спросил он, держа её за плечи. Девушка почувствовала в его голосе лёгкий укол страха. — Нехорошо себя чувствую, — ответила она, чувствуя слабость в теле. Журов отпустил её плечи и принеся стакан воды, дал девушке, это немного привело её в чувство. Журов помог ей встать и уложил на диван. Но из комнаты послышался плач, Анжелика медленно встала, и пошла в сторону комнаты. — Давай я сам, — сказал Журов. — Нет, я сама сделаю всë. Решив присмотреть, чтобы с ней ничего не случилось, он встал в проëме, наблюдая за девушкой. Анжелика взяла дочь на руки и принялась успокаивать. В зале она села на диван, осторожно покачивая ребенка. Журов решил сесть рядом, чтобы подсобить, если станет хуже.       Спустя пять минут девочка успокоилась и снова уснула на руках своей матери. Анжелика смотрела на неё и скромно улыбалась, аккуратно поглаживая. Журов не смел нарушить это хрупкое мгновение, поэтому он только и мог наблюдать.       Но не так долго длился миг тишины. Не успело пройти и трёх минут, как девочка снова начала плакать. Анжелика старалась снова её успокоить, но не выходило. — Позволь мне, — попросил мужчина. Анжелика же посмотрела на него очень странным взглядом, намекая ему, что он может взять её, но если что-то посмеет сделать нехорошее, то будет худо.       Аккуратно она передала дочку в руки Журова, он осторожно обхватил её двумя руками, чтобы она не упала и стал медленно и робко покачивать её из стороны в сторону. Он постарался смягчить свой суровый взгляд, в эту же секунду его мелкие морщинки пропали с лица. Спустя несколько минут малышка успокоилась и снова погрузилась в сон. Анжелика очень этому удивилась, она не ожидала, что дочка сразу же уснëт, как только он возьмëт её на руки. Невольно девушка улыбнулась, эта картина показалась ей милой, хоть глубоко в душе она всë же волновалась, что Журов может сделать что-то плохое, но с каждым днëм он менялся, причëм в лучшую сторону. — Я не знала, что ты умеешь справляться с детьми, — шëпотом произнесла Анжелика. — Я и не умею, — также шëпотом ответил Журов, — просто она очень хороший ребëнок. — Бывает я не могу успокоить её часами, а ты управился за несколько минут. Мужчина же ничего не ответил, но уголки его губ поднялись в еле заметной улыбке. — Надо отнести её в кроватку, — сказала девушка. — Я отнесу, — прошептал мужчина, вставая с дивана.       Несмотря на громкую ходьбу, девочка не проснулась, уложив еë в кроватку, они благополучно направились обратно в зал. — Не ожидала, что ты такой ответственный, — произнесла девушка, садясь на диван. — Я же говорил, что буду помогать, — ответил Журов, усаживаясь рядом с ней. — Тебе уже лучше? — Немного, голова побаливает. В этот же момент мужчина приложил руку к её лбу, сердце девушки пропустило удар. — Лоб не горячий, тебе, может, таблетки какие-нибудь принести? — Да, там на кухне, на столе лежат они, там других нету, поэтому разберëшься.       Запив таблетку водой, Анжелика приняла лежачее положение, а Журов же сел на корточки напротив неё. — Спасибо тебе, — сказала Анжелика тихим голосом, прикоснувшись к его руке. Мужчина обхватил её руку своими двумя, таким образом согревая.       Из прихожей послышался щелчок дверного замка. Журов же стиснул зубы от понимания, кто именно пришëл. — Папа? — испуганно, чуть ли не перейдя на крик произнесла Анжелика.       Сначала отец не увидел Журова из-за угла, но стоило ему войти в зал, как перед глазами открылась абсурдная картина. Взгляд отца стал диким, челюсти его были сжаты. — Ах ты ублюдок! — Вскринул отец, бросаясь с кулаками на Журова. Он повалил его на пол, а сам устроился сверху, впечатав кулак в его челюсть. — Папа, не надо! — Закричала девушка, вскочив с дивана, она хотела из разнять, но они так вцепились друг в друга, что ей было просто страшно даже подойти к ним, нежели попытаться притронуться.       Журов хотел врезать ему со всей силы, но не мог, так как он придавил его, а сам Журов был в несколько раз меньше отца Анжелика.       Но всë же Журову удалось ударить противника. Пнув его в живот, он смог выиграть немного времени и подняться с пола, его пиджак и волосы были растрëпаны, на лице было множество ссадин, над бровью у него текла кровь из свежей раны. Отец схватился за ушибленное место и зашипел, не поднимаясь.       Анжелика подбежала к Журову, касаясь его разбитого лица. — Господи, ты как? — Испуганно спросила девушка. — Со мной всë в порядке, — сказал Журов, вытирая пот со лба.       В этот же момент она приблизилась к отцу. — Папа, что с тобой? Отец медленно встал, держась за живот. — Что эта сволочь делает у тебя в доме?! — Злостно прокричал отец, смотря на него взглядом полным ненависти. — Папа, поверь, он не делал ничего плохого, я помогла ему, потому что ему было очень плохо, он умирал, я не могла его оставить. — Жаль, что не умер, — воскликнул мужчина, продолжая испепелять своего врага взглядом, — было бы лучше, если бы ты сдох ещё тогда, год назад, но ты же живучая мразь, с первого раза тебя не убьëшь.       Журов слушал это всë и не мог сказать ни слова, чтобы не подливать масла в огонь. Ему оставалось лишь тяжело дышать и вытирать стекающую кровь. — Пап, я прошу тебя, ничего плохого не было, я просто разрешила ему переночевать здесь несколько дней, чтобы он поправился, потом он уйдëт и ты больше его не увидишь. — Не только я, ты вместе со мной не увидишь. Тут отец схватился за сердце и упал наземь. Девушка вскрикнула и опустилась возле него на колени. — Папа, папа что с тобой?! Журов молча взял телефонную трубку и набрав номер сказал: — Скорая, человеку плохо, улица Мостовая, подъезд третий, квартира двадцать вторая. — Что ты делаешь? — Вызываю скорую твоему отцу. — Нельзя чтобы тебя видели, ты ведь в розыске. — Никто обо мне не знает, кроме высших чинов, на подобие твоего отца. — А что ты скажешь на счëт лица? — Я же милиционер, меня с разбитым лицом видеть не удивительная картина.       Спустя семь минут приехала скорая. Отца погрузили в носилки и увезли. На везение Журова, ему не стали задавать вопросов о его лице и его самого никто не узнал, потому что простые люди даже не знали, что его уволили, для них его видеть было обычным делом. Как только скорая уехала, они сидели в гостиной, обсуждая всë произошедшее. — Скорее всего у него инфаркт, он не ожидал меня увидеть, поэтому с сердцем плохо стало от страха. Загвоздка в том, что когда ему станет лучше, он сразу позвонит в милицию. — Я с ним поговорю, я смогу убедить его. В последнее время он жаловался, что ему нехорошо, скорее всего ты прав. Ты даже не пытался ему навредить. — Я один раз только ударил в живот, потому что он меня чуть не задушил, я не хотел причинять ему вред. — Спасибо, что не бил его, — искренне сказала девушка.       Из кухни Анжелика принесла аптечку. Садясь рядом с ним, она стала распаковывать её. — Зачем? — Недоумëнно спросил Журов. — У тебя всë лицо в ссадинах, надо обработать. Сними пиджак, ты его кровью залил. Нехотя, он скинул с себя пиджак, оставшись в одной рубашке. — На рубашку тоже попало. — На неë не так много, — сказал Журов, расстегнув две верхние пуговицы. Сев к нему ещё ближе, она смачила ватку йодом и осторожно прикоснулась к лицу. Журов стиснул зубы, но не издал ни звука, продолжая смирно сидеть. — Больно? — Относительно. Знаешь, несмотря на то, что я считай побил твоего отца и из-за меня у него проблемы с сердцем, ты всë равно мне помогаешь, любая другая бы не стала помогать. — Потому что я не могу оставить тебя в такой ситуации, ты заслуживаешь помощи. — Именно это я и люблю в тебе.       Анжелика опешила, её рука замерла, она не знала, что делать дальше. Она посмотрела в его глаза, пытаясь найти в них ответ, но это было безрезультатно. Журов коснулся своей рукой её ладони и сжал её. Анжелика придвинулась к нему ещё ближе, почти вплотную. — Столько дней я думала о тебе, не могла выкинуть из своей головы, и столько мне потребовалось, чтобы услышать это от тебя. Она положила свою небольшую ладонь на его щëку и их губы стали совсем близко друг к другу. — Я всегда помнил о тебе.       Девушка решила первой нарушить это бездействие, аккуратно коснувшись его губ. Как давно она не целовала его, казалось с последнего их поцелуя прошла вечность. Его губы остались такими же, как и прежде.       Всë то же тепло окутало девушку, тепло его рук. Журов обхватил её талию руками и продолжил целовать с давно сокрытой внутри страстью. Анжелика полностью отдалась его воле, лишь наблюдая за его действиями. Спустя длительное время, они разорвали поцелуй, смотря совершенно иным взглядом друг на друга, будто с них спали маски ненависти. Анжелика хотела прильнуть к нему снова, но он опередил её, оказавшись сверху. Упираясь руками в диван, он осматривал её так, как будто не видел её не год, а несколько десятков лет. — Знаешь ли ты, каково мне было, когда я чуть ли не умер, там, в моей квартире, видеть твоë испуганное лицо было ужаснее всего. Он наклонился и чувственно поцеловал её, вкладывая всю боль, которая копилась в нëм. Медленно он принялся раздевать её, бросая одежду на пол. — Позволь помочь тебе, — попросила Анжелика. Журов же замер, давая своё согласие. Она старалась быстрее избавить его от рубашки и ей это удалось. Анжелика наградила его нежным поцелуем, попутно обхватив его плечи.       Журову не терпелось быстрее освободиться от лишней одежды и сделать так, чтобы их тела соединились в единое целое. Журов стал касаться губами гладкой кожи девушки, сначала губы, потом ключицы, затем живот. Анжелика ощутила, как внизу живота заныло, она поняла, что уже готова принять его.       Мужчина освободил себя от оставшейся одежды и приготовился войти в неё, но тут он ощутил, как она вцепились в его спину, ногти приятно укололи кожу, отчего в нём проснулось ещё большее желание.       Наконец он погрузился в горячее лоно, на секунду прикрыв глаза, он часто задышал, в голове всплыл момент, когда он в первый раз смог подарить ей всю любовь, на которую был способен.       Спустя пол минуты он стал двигаться в ней, прижав к себе как можно крепче, отчего он уткнулся ей в шею, опаляя её горячим и сбивчивым дыханием. Анжелика повернула его голову и впилась в его губы, ощущая его толчки, которые переросли в более глубокие, что вызывало в ней больший трепет и заставляло вырывать негромкие стоны, от которых кровь Журова ещё больше горячилась.       Он слегка отстранился от неё, пытаясь осмотреть её с ног до головы. Открывшаяся картина заставила его двигаться намного быстрее, его очень возбуждала реакция Анжелики на происходящее, он вцепился рукой в подлокотник дивана и сжав его, он углубил толчки, на что получил стоны, которые становились громче. Анжелика не могла сдерживать себя, поэтому она надавила ногтями на его спину, оставляя на ней множество царапинок. В порыве страсти, он сжал её грудь, на этот жест девушка произнесла ещё один громкий стон, но Журов прильнул к её губам, стараясь приглушить его. Ему казалось, что нутро девушки стало уже, и он ощутил пульсацию вокруг, будто стало намного теснее.       Ему оставалось немного, он это ощущал, где-то несколько движений, он решил оставить поцелуй на её губах, перед тем, как он закончит.       Спустя несколько движений он ощутил усталость, которая на него накатила, замерев внутри, он лëг возле неë, обхватив рукой талию.       Анжелика тяжело дышала, приложив руку к его, она стала медленно её поглаживать. Громкое дыхание мужчины заставило её заволноваться. — Вов, ты как? — Спросила Анжелика, тяжело дыша. Журов же перевернулся на спину, громко выдохнув. — Давно я не тратил так много сил, — сказал он, вытирая лицо. — Ты спи, я буду с тобой, я никуда не уйду. Он приподнялся на локтях, и положил голову ей на грудь, попутно обняв её рукой. Анжелика гладила его растрепавшиеся мокрые волосы, ощущая на своей руке осторожные поглаживания. Девушку клонило в сон, подняв одеяло с пола, она накрыла их двоих, а затем погрузилась в сон.