Разбитое стекло

Это началось, когда ей было шестнадцать? Наверное. Точно все равно никто не знал, даже она сама, ведь всячески отрицала происходящее. Ну, не могла же она так близко подпустить к себе кого-то, ещё и настолько жалко выпрашивать внимание. Жизнь Лены была сложной, скорее даже адовой. Подставные родители, разбившие её сердце, красная комната, сломавшая личность, сестра – как бы спасшая от всего ужаса, но после этого поспешно оставившая одну, ведь были дела поважнее. Конечно, у нее теперь своя семья, которую она выбрала сама. К чему ей теперь младшая сестра? Ах, да, не сестра даже… Только будет путаться под ногами. Но напоследок услужила, спасибо, нашла близкого знакомого, который был готов на удочерение. Хотя ее саму, как всегда, никто не спросил. Никто и никогда не интересовался, чего, блять, хочет сама Лена. На удивление Наташи, никаких протестов не было. Выдохлась, научилась плыть по течению и терпеливо ждать совершеннолетия, чтобы послать всех к чертовой матери. Да, сопротивления не было, но и любовь и уважение к якобы "папаше" она не собиралась разыгрывать. Никаких лишних бесед, пересеканий или ещё каких-либо способов контактирования. Ровным счётом ничего, но Рамлоу терпеливый, он тоже никуда не торопился. В её возрасте, он был гораздо хуже, так что эти подростковые шалость спускал с рук, не видя надобности как-то с ними бороться. Захочет, сама заговорит. Базовые потребности он закрывал, а лезть в душу – это не по его части. А Лена и не сдавалась первые полтора года, пока Брок не обмолвился, что собирается на тренировку с Джеком и тут, она и сама не поняла, как попросила взять ее с собой. Но вопреки ожиданиям, Рамлоу не посмеялся, не отказал и не посмотрел снисходительно, а лишь сказал одеваться и выходить через пятнадцать минут. С тех пор она регулярно увязывалась за ними, делая вид, что ей это совсем не интересно, но хочется как-то убить время. Лена и сама не заметила, как вместе с тренировками в их жизнь пришли и разговоры. Обычные, семейные разговоры. Шутки. Даже небольшие перепалки, которые никогда чем-то серьезным не заканчивались. А спустя восемь месяцев, с уст Брока слетела похвала. Не дежурная, не саркастичная и даже не шутливая. Искренняя. Даже слегка удивлённая её умениям. И у Лены поехала крыша. Ей никто и никогда не говорил, что она молодец, что гордятся, и она была искренне уверена, что и не надо, хорошее отношение для слабаков, но только сейчас поняла, как же ошибалась. Теперь каждая тренировка проходила интенсивнее, чем предыдущая. Ей было необходимо услышать это ещё хотя бы раз, и она слышала и не только на тренировках. Похвала перебралась и в их дом, где Брок раздавал её за вкусную еду, хорошие оценки и уборку. Так прошло шесть лет. Лена обрела семью. Да, состоящую всего из одного человека, но настоящую семью. За это время, она успела окончить школу, съехать и устроится в Щ.И.Т. Брок протестовал, как мог, но кто его спрашивал? А Фьюри, когда узнал о таком кадре и кто ее тренировал, даже не раздумывал. Поэтому Лена теперь официально как два года работала со своим отцом, который до сих пор был ужасно зол и обижен. Он прекрасно знал, что это за место и как тут все работает, поэтому всеми правдами и неправдами хотел ее уберечь. Да только, кто же его послушает? Именно это и задело. Никаких переговоров, сразу ультиматум, будто его мнение тут никому не нужно. Будто и он сам никому не нужен. Но так бесконечно продолжаться не могло, Лену ломало. Она два чёртовых года из кожи вон лезла, чтобы впечатлить его, а в итоге что? Тишина. Зеро. Ни-ху-я. Это убивало. Никаких подбадривающих слов, никакой похвалы, ничего. Ей уже выть хотелось от безысходности. Ну, как можно быть таким чёрствым? Не в силах больше терпеть, она ворвалась в его кабинет, зло захлопнув за собой дверь и с недовольством, глядя на отца. Брок даже не дернулся, лишь спустил очки и посмотрел ей в глаза, абсолютно спокойно, безэмоционально. – Ты же знаешь, что перед тем как войти, нужно постучать. Лена фыркнула, закатывая глаза. Ей уже двадцать два года, а у Рамлоу ощущение, будто ее тяжёлый подростковый период всё продолжается. – Похвали меня. Его глаза округлились. Это уже было интересно. Он снял очки, откидываясь на спинку кресла. – Повтори. Она вскинула бровь, откровенно смотря на него, как на идиота. – Возраст взял свое? Говорю, похвали меня, блять. Мне нужно, чтобы ты меня похвалил. Не выдержав, активно жестикулируя руками, выплескивая хоть как-то все раздражение и негатив, копившийся месяцами. Но Брок лишь усмехнулся. Давно заметил эту её странность. После каждого доброго слова, глаза будто загорались. Да и не заметить её отчаянные попытки впечатлить его, было невозможно. Сперва, грешным делом подумав, что она влюбилась, но после понял, – ей просто нужно знать, что ею гордятся. Видя, как он продолжает молчать, Лена опустила голову и почти плача пробормотала, будто сама себе. – Неужели тебе так сложно отпустить то, что было и просто, блять, сказать, что гордишься мной? – от злости, она закусила губу, чтобы успокоиться и не взболтнуть лишнего, но почувствовав привкус крови во рту, разжала челюсть. – Я разве мало сделала? Разве ты не видишь, как я стараюсь? Тяжело вздохнув, Рамлоу поднялся из кресла, не спеша подошел к ней и заключил в объятья, положив одну руку ей на затылок, притянул к себе и целует в макушку. – Ты всегда делала достаточно и даже больше, и я никогда не сомневался в твоих способностях. Даже среди новичков, ты была самой упорной, как бы мне это не нравилось. Я тобой горжусь и всегда гордился, – он усмехнулся. – Возможно ты даже способнее меня... хотя это вряд ли. Услышав последние слова, она фыркнула, шутливо ударяя его по плечу. – Да конечно. Мы оба знаем, что я лучше. На это, Брок только ухмыльнулся.