На грани раскола

Утро началось с того, что Шери собирался куда-то уходить. Солнце ещё не успело встать, только обливало дома рыжим цветом, поглядывая на весь уснувший давным-давно город из горизонта. Оливия сладко посапывала, не желая просыпаться, но постель, которая ранее ещё была теплой от горячего тела мужа, начала остывать на его месте. Молодая мама сонно потянула парня за рукав пиджака, пытаясь утянуть его к себе, но волк лишь отнял его и продолжил сборы. — Мхм... Шери... Почему ты уходишь так рано? — — Есть дела, — холодно сказал волк, будучи более сосредоточенным на своих мыслях и задачах. Колыбелька пока стояла в их комнате и малышка пугающе тихо спала. Оливия после того дня это всегда напрягало. Когда Лео был маленьким, он постоянно плакал. Просто круглосуточно. Конечно, лисенок просто очень чувствительный и пугливый, а Мари была похожа на Шери: спокойная. Либо спала, либо кушала. Не создавала, в общем-то, больших проблем.       — Мхм... — девушка перевернулась на другой бок. Уже не было так темно, но все равно. На часах пять утра. Куда бежать так? Хотелось проводить мужа, но сил встать не было. И все же.       — Во сколько вернешься? — спросила кошка, протирая слипшиеся глаза. Желание проводить было почти равным желанию поспать еще немного.       — Иди в кровать, — читая эти мольбы, спокойно сказал волк, проверяя сумку на наличие необходимых документов.       — Потом. Сначала провожу тебя... —       — Я сам себя провожу, — отрезал волк и подошёл ближе к Оливии, закидывая на плечо сумку:       — Ты и так много пережила. Не волнуйся из-за меня и отдыхай побольше. —       Оливия печально вздохнула. Сложив руки на груди в одной ночнушке, кошка наблюдала, как волк быстро завязал бантики на уличной обуви и уже открывал двери квартиры. Ну чего он опять начинал? Они уже давно в браке, даже Лив успела ему родить ребенка, в котором течёт его кровь. Почему-то кошка думала, что с рождением Марианны волк смягчится, но он как будто только отдалился. Неужели та ситуация его никак не отпускала? Оливия тоже частенько её прокручивала в голове, но сначала была семья, а потом все остальное.       — Я люблю тебя... — грустно напомнила кошка.       Волк на секунду остановился в проёме и посмотрел на неё. О чем он только думал? Почему молчит?       — Я тоже. Береги себя и детей, пока меня не будет. —       Волк вышел и закрыл за собой дверь. Сейчас он должен был идти на проверку. Это касалось так же вопроса с Марианной.       Уже знакомые белые стены больницы и лаборатории, была привязана к их семье, не вызывали каких-либо эмоций. Это место ассоциировалось с тестами. У парня брали кровь, мерили давление и все такое. Все, чтобы узнать, что он такое. Количество специалистов всегда было разное, но не менее пяти точно. Вот и сейчас, волк уже не был уверен, что является человеком. Кажется, его сознание смешалось с существом демона. Кем он стал по итогу? Чем являлся? Это и было интересно всем, кто окружил пациента со всех сторон. Парень впервые сдал так много анализов. В белом халате вошел начальник и пролистал бумаги с исследованиями.       — Начальник? — нетерпеливо выжидал ответы мужчина.       — Что ж, пока ничего сказать не могу. Ваши анализы и вправду похожи... Но это не значит, что она с рождения унаследовала наймо. Но если она, помимо этого, ещё унаследовала раймо... Мы боимся, что настоящая цель твоего отца была не подчинить демонов, а создать новых.... Кем являешься ты или твой ребенок, мы пока не знаем, но, возможно, именно то, когда этот ребенок был зачат, нам сильно поможет. —       — Создать демонов... — Внутри закипала злость, но это уже было бесполезно. Л.Ж.Э.З. как таковых больше нет. И отца тоже. Злило то, что отец с самого начала планировал это все. Планировал измучить его, сделать таким, потом чтобы у волка появилась женщина и чтобы она родила ему ребенка... Только этот человек немного ошибся с таймингом. Возможно, все бы сработало идеально именно сейчас, но не тогда. Не до конца понятно, верны ли эти догадки и каким образом это все должно было работать, но никто и не узнает, ведь доктор мертв.       — Насчёт тебя, — продолжил начальник, перелистнув несколько страниц:       — Сейчас твои данные стабильны. Показатели способностей увеличились в несколько раз. Реакция на огонь так же удивительна, как будто он не причиняет тебе вреда. На воду — такой же дискомфорт, но в целом приемлемо. Кроме того, твоя способность изменять своё тело моментально... Сильно делает тебя сильнее. Тебе придется сражаться не со своими старыми друзьями, а с демонами. Тебе это дается проще, чем им, так как вы с Серпентом идеально слились. В остальном, оттачивай навыки, и нам нужно искать их следы, пока это не стало слишком поздно. —       Мужчина ещё раз перелистал страницы до самого конца и опустил планшет, тяжело вздыхая:       — Твоя жена пока ни о чем не в курсе? —       — Нет. Я не говорил. —       — Хорошо. Лишние переживания нам не нужны. Но вам стоит быть осторожнее, так как мы не знаем, где прячется наш враг и как много они знают. Если Оливия будет меньше светиться, мы сможем сместить все внимание с твоей семьи только на тебя, и тогда твои родные будут в большей безопасности. Нам необходимо выйти им на хвост. —       Шери серьезно посмотрел на собеседника и кивнул. Оливия была склонна к эмоциональным действиям, особенно после рождения Мари. Все чудом обошлось так просто, но... Чем громче и ярче была она сама, тем труднее ее было укрыть его тьмой. К сожалению, даже если попробовать пояснить это кошке, она только поднимет ненужный шум. А если не сможет кому-то рассказать, то будет сходить с ума. Лучше сначала в чем-то убедиться, а потом уже говорить.

***

      Оливия вернулась домой ближе к дню. Квартира уже была пуста, дети разбежались по школам, а Мари тихо посапывала в люльке. Малышка была такая маленькая и ужасно очаровательная. Им и вправду сильно повезло. Девочка весила мало, и врачи говорили, что она не будет высокой. Но любой бы сказал, что она — вылитый отец, начиная со взгляда и заканчивая крепким телом. Совсем не хрупкая. Когда капризничает и плачет, может неплохо так ударить по носу ногой. С такой только глаз да глаз нужен был.       Малышку кошка положила в кроватку в гостиной и включила автоматический режим покачивания. Сама же подошла к холодильнику и проверила содержимое. К сожалению, пусто. Ни одного готового блюда, только продукты и ингредиенты. Пока она не зарабатывала деньги, нужно было что-то сварганить и накормить большую семью. Попутно хотелось бы поговорить с Венерой. Все же давно она не виделась с подругой. В наше время нет лучшего решения, чем соединить сразу несколько задач вместе.       Оливия закатала рукава, поставила телефон на подставку и включила звонок. Сегодня в меню — суп. Как раз Шери недавно покупал грибы и овощи. Вот и получится вкусный грибной суп.       Венера ответила на звонок, будучи ещё на работе. Девушка выглядела немного уставшей и замученной, однако ела макароны из ланчбокса в кафетерии. Вероятно, у них был обед.       — Приветик! Как ты? —       — Лив... Что-то срочное? —       — Да нет. Я же не мешаю, надеюсь? —       — Нет... — Венера тяжело вздохнула, протирая глаза:       — Просто не выспалась. —       — Ох... Если тебе неудобно? — Оливия не хотела зря навязываться. Все же она могла бы себе что-то включить, а с Венерой потом поговорить.       — Да нет, просто. Почему ты не предупредила? Мы могли бы погулять. —       — Не могу, — грустно пролепетала кошка, приступая к нарезанию овощей за столом:       — Мне бы хотелось, но Марианна требует к себе очень много внимания. Утром нужно её водить к врачу. Они вроде как... Наблюдают за её состоянием. Потом пеленать, мыть, кормить, укладывать спать, успокаивать. Все такое. —       — Ох, да. Это еще колики. А вот когда зубы начнут резаться, — волчица усмехнулась. Да, были времена, когда она проходила через это с Лилит. Ей вдоволь хватило этого с одним ребёнком. Девочку в дальнейшем еще на ноги поднимать, помогать выстраивать свою жизнь. Не хотела бы Венера оказаться на месте подруги.       — Да.. Прямо как с Лео, — улыбнулась Оливия. Хорошо, что тогда она занималась сыном. Этот опыт сейчас как никогда помогает с Мари.       Повисло в воздухе неловкое молчание. Лив хотела сразу выложить все на Венеру: все свои переживания, мысли, чтобы не оставаться с ними одной. Но судя по подруге, Венера была не в самом лучшем состоянии. Уставшая, вымотанная, что эмоционально, что физически.       — Ты... Как Милтон? —       — Нормально, видимо. Присылает деньги, но они не очень помогают. Недавно с кем-то подрался, в изолятор попал. Кажется, вообще не торопится домой. —       Оливия вздрогнула. Как же так? Как он мог допустить драку? По какой такой причине? Нет, главное — зачем? Ведь у него есть жена и дочь... Дом в конце концов, куда он должен вернуться.       — Шери тоже... Совсем стал холоден ко мне. Как будто после рождения Мари любовь между нами исчезла. Боюсь того, что так и есть. Вдруг я ему больше не интересна? —       — Ну и глупость ты говоришь, — фыркнула Венера:       — Это, по-твоему, проблема? Мне нужно платить за коммунальные услуги, налог, за дочь и её образование, за продукты и все по дому. Я ещё молчу, что её воспитывать нужно, делать с ней домашнюю работу, а Лилит из-за очень заботливого отца буллят одноклассники, называя дочкой зека. И знаешь, что делает этот самый зек? Дерётся в этой тюрьме. Выбрал решение никого не сдавать, хотя они угрожали его жизни, и просто сознался! Ну ладно, пусть! Мог бы хотя бы сидеть тихо! Шери твой приносит в дом деньги, делает все возможное, чтобы вы жили и не переживали о том, что завтра есть и в чем ходить, а я свожу концы с концами, терплю такое отношение и пытаюсь вырастить ребенка. Оливия, ты уж прости, но ты и так живешь хорошо. Если так беспокоят отношения, прояви инициативу. Я благодарна тебе за то, что дала мне работу, но в следующий раз хотя бы предупреди, что хочешь позвонить. Я сейчас и так на взводе, не хочу тебя полностью крыть грязью. Так что... Реши свои проблемы самостоятельно, не нагружай меня ими. —       — Да... Хорошо. Прости. Пока, — Оливия стыдливо опустила глаза, и Венера сбросила звонок. Она была права... Это просто временные трудности. Оливия привыкла, что за финансы всегда отвечал волк, но все время забывала, как многое он для этого делает. Нужно было потерпеть и постараться его радовать вкусной едой, например.       Все остальное время кошка провела в полной тишине, сконцентрировав внимание на приготовлении вкусного блюда. Плюсом к нему она постаралась сделать еще гарнир с колбасками и запеканку, дабы у мальчиков было как можно больше разных вариантов. Но это все сильно измотало девушку. Плюсом еще нужно было сидеть с дочкой.       Ближе к вечеру в квартиру начали поступать прилежные ученики. Сначала это был Лео. Малыш ощущал себя неуверенно среди незнакомых детей, но даже учителя говорили, что он очень умный. И более никогда у лисенка не обнаруживались признаки наймо. Самый обычный мальчик. Кошка покормила сына и вернулся из школы второй сын.       — Оливер! С возвращением! Будешь кушать? —       Но вороненок угрюмо прошёл мимо, проигнорировал вопрос и захлопнул за собой дверь. Оливия непонимающе уставилась сначала на дверь, потом на младшего сына. Лео только пожал плечами. Он сам не знал, что происходит. Странное поведение... Может быть, пубертат.... Не вела же кошка себя в его возрасте точно так же? Что же тогда происходило с Оли?       — Спасибо, мама! Я пойду играть! — громко сказал Лео и выскочил из-за стола, помчавшись в комнату.       — Лео! А кто посуду убирать будет?! — вполголоса спросила девушка. Вот не маленький же уже, а совершенно бесстыжий! Маленький был, её юбку из рук вообще не отпускал. Сейчас попробуй останови ребенка.       Кошка тяжело вздохнула и сама убрала посуду. Поел суп и молодец.       Ах, точно. Уроки. Домашняя работа!       — Лео, пошли делать уроки! — тихо шикнула хозяюшка, чуть ли не за шиворот вытащив проказника из комнаты. Мальчишки за собой почти не убирали, хотя Шери всегда был достаточно чистоплотным. Оливер вовсе не желал разговаривать с матерью. Лив решила не давить. Сейчас в априори было заставить Лео делать домашнюю работу. Если этого не сделать, мальчик просто не будет её выполнять. Его отдых превратится в несколько часов, а потом и вовсе спать нужно будет. И как он пойдет с невыполненной домашней работой в школу?       Несколько часов занималась только этим. Малышка. Потом снова уборка. Снова малышка. Уложив мальчишек спать, девушка обессиленно вернулась в гостиную. Оливия хотела дождаться мужа, провести вместе немного времени, накормить его, понежничать. Марианна уже уснула, мальчики тоже. А Шери все нет и нет.       Смотря телевизор, Лив могла думать только о том, что её жизнь превращалась в бесконечную бытовуху. Нет, конечно, она думала, что так и будет, но не с Шери же. Волк был таким непредсказуемым. Никогда не знаешь, что он сделает и в какие приключения её втянет.       Глаза слипались, слезились, крича о том, что их обладательнице стоит уже пойти спать. Всего на минуту, не более, девушка их прикрыла, проваливаясь в состояние дремоты. Как будто камень с души свалился. В ту же секунду ключи вошли в замочную скважину и в повороте сделали несколько щелчков. Дверь открылась, в квартиру вошёл волк. Кошка тут же подскочила с улыбкой до ушей.       — С возвращением, милый! Есть будешь? —       Волк устало взглянул на жену.       — Говорил же... Не мучай себя... —       — Мне не сложно, — тут же ответила Оливия, помогая парню раздеться, но волк не позволил ей это и сделал все сам. Оливия даже испугалась такого резкого действия, отойдя назад. Точно ли все хорошо?       — Я устал... Пойду спать. И ты иди. —       — Х-хорошо... — Оливии хотелось бы верить, что Шери немного взбодрится, но после ванны парень и вправду отключился. Оливия просто зря его ждала. Нет, он и вправду сам по себе почти не уделял ей время. Почему? Что могло произойти? Ведь даже на работе могут же быть выходные? Если он все время будет так перерабатывать, продуктивность сильно снизится. Кроме того, нужно проводить время со семьёй. Иначе как ещё Шери узнаёт, что происходит в ней происходит? Не по отчётам же.       Оливии ничего не оставалось, как остаться со своими мыслями наедине в общей с волком постели и с ними же провалиться в царство Морфея. Было такое тоскливое ощущение, что она не получит ответов на свои вопросы. Никто её не утешит.